Советник

       Сколько раз Нат об этом думал? Ох, тут даже не сосчитать. Он часто приходил мыслями к тому, что они обсуждали с Эндрю, однако постоянно то его, то Миньярда страх не давал им перейти к активным действиям. Сначала, в Гнезде, им было абсолютно точно не до хождения вокруг да около, чтобы понять друг друга, потом же появилось время, но Нат трусил, боялся, что все испортит, ведь у Эндрю и так был довольно негативный опыт. А сам Эндрю... тот не хотел, чтобы Нату было так же плохо, как было ему, и пусть в первый раз они бы не зашли так далеко, страх оставался.        Миньярд пару раз общался на эту тему с Би, но та лишь постоянно советовала все подробно обсудить, а потом попробовать, если оба хотят. Они оба должны доверять друг другу в том, что смогут остановить. Она даже дала пару упражнений-советов на то, как убедить не только себя, но и другого, что всегда есть то самое «стоп», чтобы не продолжать, когда второй понял, что не может или не хочет.        Они это прошли. На самом деле именно в этом плане помощь пчелки особо и не была нужна, ведь они знали, что смогут все прекратить. Уже случались ситуация, когда оба должны были сказать простое «нет», и оба, на удивление, справились с этим, так что никаких особых проблем в этой части не наблюдалось. Им нужно было лишь сказать, попробовать, а потом уже бояться, но страх с обеих сторон никуда не собирался уходить, чтобы хоть немного облегчить им жизнь.        Он выдыхает, утыкаясь лицом в подушку. Да. Нат очень много и долго думал об этом в последнее время, особенно потому, что, когда в доме Эни, они не решаются на что-то такое, ведь в первый раз им точно нужно быть уверенными в огромном запасе времени и свободного пространства, чтобы они могли разойтись и ни с кем не видеться. А завтра Стюарт должен забрать дочку к себе на несколько дней, чтобы та отдохнула.        У нее начались каникулы. Конечно, Эниэль могла бы все это время проводить с ними, но и на природе было бы неплохо, а сам парни поехать не могут, поэтому в доме останутся вдвоем. И все это слишком сильно забивает мысли Ната. Он хочет попробовать, но боится. Эндрю тоже. Наверное. Он уже не знает, кто из них больше переживает, а кто просто хочет, чтобы все произошло.        Это было все слишком тяжело, поэтому Эндрю, когда вошел в комнату, заметив его в таком положении, явно насторожился. Тот сел аккуратно рядом с ним, а потом плавно положил руку на волосы, что разрешалось делать без вопроса. Его рыжие кудри никогда не получали запрет, ну, может, только в какие-то максимально ужасные дни, но сейчас явно не из таких, ибо, когда воспоминания накатывают, он не лежит с закрытым лицом, он полностью прячется, что даже Эндрю бывает сложно найти его где-то в доме. — Что случилось, Зайка? — он лишь выдыхает, поворачивая голову в сторону того. — Ммм... — Нат не знает, что сказать. Не знает, может ли заводить этот диалог, но Эндрю, кажется, понимает больше, чем должен, хотя вряд ли это сложно. — Если не уверен и не хочешь говорить, я отстану, но, если ты боишься моей реакции, говори и не думай. У тебя все равно плохо получается, — он тихо усмехается, потому что это его теплый, милый и любимый Эндрю. Тот просто остановит, если не захочет идти дальше или обсуждать что-то такое. — Мы много раз обсуждали, как далеко готовы зайти, когда и... твою мать, просто забудь, мне не стоило снова поднимать эту тему, — Нат с тихим недовольным собой стоном утыкается лицом в подушку, как рука Эндрю мягко перебирается к спине, поглаживая, успокаивая, а тот наклоняется, целуя в щеку. — Если хочешь, мы снова все обсудим, Крольчонок. Я говорил, что сам вряд ли сразу смогу дать тебе прикоснуться ко мне, несмотря на все пройденное, но, если ты хочешь, я не вижу повода отталкивать меня. Твоя тупая установка на вечном обмене никогда, слышишь, никогда не будет со мной работать. Я тебе это уже говорил. — Ты не хочешь, — теперь очередь Эндрю недовольно выдыхать. — Не тебе это решать, Сладкий. Если я буду не готов, если не захочу, я скажу. Да, возможно, у меня есть небольшой страх тебе навредить, но я работал над этим с Би, я знаю, что ты меня остановишь, так что ничего страшного не произойдет, если ты не станешь умалчивать о своем состоянии. Да и нам не надо сразу заходить далеко, — он кивает и смотрит на Эндрю. — Но как далеко мы зайдем? — тот легко улыбается. — Так далеко, как будем готовы на тот момент. Не стоит сейчас придумывать слишком много, — и Нату становится легче. — Я думал, что можно будет, когда Эни уедет к Стюарту. Тогда у нас будет время и место, чтобы... если что-то пойдет не так, ну, или нам потребуется слишком долго гипнотизировать друг друга взглядами, прежде чем вообще что-то сделать. — Хорошо. А теперь ложись спать, уже поздно, а тебе завтра рано вставать, чтобы помочь Эни собраться. Я сразу говорил, что не буду этим заниматься, — Нат тихо смеется, после чего кивает. — Конечно, Солнышко, — он лишь коротко целует того, а потом все же ложится спать в обнимку с самой лучшей мягкой игрушкой. Возможно, не самой мягкой, но самой приятной.

***

       Нат все еще переживал. Он знал, что Эндрю не имеет ничего против, возможно, даже хочет этого, однако так просто волнение унять нельзя. Но он постарается, так что сейчас остается только ждать, когда Стюарт приедет за их дочкой.        Он уже собрал все ее сумки. На самом деле это был лишь небольшой рюкзачок, куда он кроме одежды — которая по сути даже и не была нужна, ибо Хэтфорд набил весь шкаф вещами, что подойдут малышке — положил туда телефон, планшет, какие-то сладости в дорогу и бутылку воды, ну, еще плюшевую игрушку, которая очень нравилась Эни. Конечно, те легко могли бы заехать в магазин, чтобы перекусить, но Нат не стал на это оглядываться, просто положил и все. — Помни, Маленькая, что, если что-то будет не так, тебя обидят, ты сильно соскучишься или тебе станет страшно, ты всегда можешь нам позвонить. Ну, или попроси Стюарта привезти тебя обратно, хорошо? Даже если это просто так, ты всегда можешь просто набрать мой номер или номер Дрю, — он сидел перед ней на корточках, ожидая кивка, а потом и крепкого объятия, когда она цеплялась за шею, а он аккуратно сжимал талию, боясь сломать. Все еще боясь навредить, ибо она казалась слишком маленькой, но чертовски милой, что он точно уже давно сошел с ума. — Да, папа Нил, — он продолжал улыбаться, ведь это, несмотря на постоянное повторение, безумно грело душу. Было непривычно, что его называли «папой». Это вообще что-то, что он не мог сказать кому-то в своей жизни. У него был «отец», кто-то, кого он боялся, но то, как их зовет Эни, это мило, мягко и по-доброму, так что он радовался каждый раз, каждый день. — Умничка моя, ну все. Тогда пойдем на улицу, — он легко поднял ее на руки, вынося из дома и замечая, как Стюарт приехал, вышел из машины, распахивая руки и хмурясь. — Эй, Нат! Ты совсем обнаглел! Я так надеялся, что она ко мне побежит, а ты нагло удерживаешь Эни в заложниках! — Нат рассмеялся, опустил дочку на землю, поправив рюкзак, а потом та исполнила желание дяди, побежав и дав обняв того, попав в еще одни крепкие и защищающие объятия. Нет, конечно, они со временем научат ее драться, защищаться, но все равно будут оберегать, как принцессу, чтобы никто не смог добраться, если, конечно, та не решит что-то скрыть. — Пока, папа Нил, — машет та, а потом смотрит на окно. — Пока, папа Дрю! — Нат оборачивается, смотря туда же и замечая Эндрю. Это было так мило, ибо волосы все взъерошены, на щеке, если он не ошибается, виднеется полоса от подушки, а на лице мягкая улыбка.        Он провожает Эни, а потом снова поднимается на этаж, прячась за дверью в их спальню, снова засыпая на еще парочку спокойных часов.

***

       Утро, а точнее день, они провели за простыми рутинными занятиями. Эни, когда приехала на место, сразу им позвонила, чтобы показать новый подарок от Стюарта, отчего папы лишь закатили глаза, ведь тот слишком много всего ей дарил, хотя они тоже не далеко ушли, решая, что у их дочки должно быть все.        Только ближе к вечеру легкое волнение все же снова начало накатывать. Нат переживал, однако, как только Эндрю замечал нервозность, коротко целовал, обещая, что ничего не будет, если он не решится на это самостоятельно, а потому в какой-то момент он снова сбежал один в спальню, дабы побыть в одиночестве и поразмышлять над всем.        И мысли эти гуляли слишком много где. Он мог очень быстро перескакивать с темы на тему, что сам не успевал следить за смыслом, однако в какой-то момент это помогло унять бурю переживаний, так что, когда раздался стук в дверь, он уже был более расслабленным, да и позволил Эндрю войти, а не закрылся ото всех. От любимого. — Ну, что ты решил, Зайчонок? — тот снова гладит его волосы, еще больше успокаивая телесным контактом. — Давай попробуем, если ты все еще хочешь, — Нат аккуратно сел, смотря тому в глаза. — Хочу и уже давно, мой Лисёнок, — Эндрю целует его в нос. — Да или нет? Есть ли запретные зоны? — Да. И нет. Ты можешь касаться везде, просто не удерживай меня за ноги, — Миньярд кивнул на это, а Нат лишь ластился ближе. — Да или нет? Разрешенные зоны? — Эндрю мало разрешал, отчего вопрос был таков. — Да. Пока выше пояса.        И больше вопросы были не нужны. Эндрю слегка приподнял руки Ната за запястья, дабы тот не мешал снимать футболку, а потом и целовать. Миньярд заставил его лечь на спину, а сам проходился губами по каждому шраму на груди, слегка играл языком с чувствительными местами, отчего голова невероятно кружилась.        Нат знал, что Эндрю может сводить с ума, прекрасно это понимал по обычным поцелуям и их привычке оставлять друг другу засосы. Он помнил, как чуть ли не улетал в небо от идеальных, разрывающих ощущений, но сейчас, когда в голове было осознание того, что зайдут они дальше простых касаний губ, что он позволит Эндрю больше, было еще лучше. — Дрю, — тихо стонет он, замечая улыбку Миньярда на эту фразу. Тот явно наслаждался, видя, как сильно Нат чувствовал, как наслаждался всем, что тот делал, разогревая, возбуждая и успокаивая. Сначала он и не замечал, что все же оставался какое-то время напряженным, но не сейчас, когда все было так просто. Просто поддаться Эндрю, привычно отдать тому контроль и ни о чем не думать. — Ниэль, — парирует тот, забавляясь. — Ты чего-то хочешь? Или просто не мог сдержаться, чтобы не напомнить мне мое имя? Точнее... милое сокращение, что ты часто стонешь, когда мы остаемся вдвоем? — Нат покраснел. Он думал, что смущение появится лишь тогда, когда они перейдут к делу, а не раньше, ведь не подозревал, что Эндрю решит еще и словами его подбить, хотя явно не мог быть против такого развития событий, когда было приятно слышать что-то подобное. — Просто, — тихо бормочет он, после чего получает легкий поцелуй в живот над пупком. — Умница, а теперь дашь мне избавиться от штанов? — он приподнимает таз, давая Эндрю стянуть лишний элемент одежды.        Щеки снова становятся лишь более красными от смущения, а Миньярд явно наслаждается таким порядком вещей. Он, конечно, переодевался перед Эндрю, даже голым был, когда не мог сам о себе позаботиться, но тогда весь контакт был поверхностным, с целью простой заботы, ухода, а сейчас... сейчас все это безумно будоражит, так что он не знает, как себя чувствует.        Эндрю лишь гуляет пальцами по бокам, спускается к бедрам, слегка проходясь короткими ногтями, но не царапая, просто заставляя кожу покрываться мурашками, пока рот занят игрой с грудью, поцелуями и засосами, а Нат лишь продолжает стонать на такое удовольствие, которое раньше было схожим по ощущениям, но все равно не настолько приятным. — Да или нет? — он смотрит на то, как пальцы подобрались к кромке трусов, приподнимая, но не стягивая, ведь ответ был важным здесь, безумно важным. — Да.        Он уже не станет отходить от задуманной идеи, когда успел более ста раз обдумать всевозможные исходы, дабы быть к этому готовым. Эндрю также аккуратно снимает с него нижнее белье, оставляя полностью раздетым, отчего Нату все больше хочется тоже почувствовать кожу парня. — Можешь снять футболку? — ему приходится потратить время, чтобы сформулировать предложение, пока Эндрю смотрит в глаза, проверяя реакцию.        Миньярд тоже берет пару секунд на раздумья, а потом через голову быстро избавляется от этого элемента одежды, возвращаясь губами на его живот, теперь идя ниже, спускаясь вниз. Дразня. Возвращаясь к груди.        Нат перестал держать свои руки при себе, сминая простынь, он наконец-то положил их на плечи, стал опускать, касаясь плеч, ткани повязок, в потом возвращаясь, уходя на грудь, живот, но не пересекая той черты, которую Эндрю поставил, дабы обеспечить себе комфорт.        Тот как раз достал бутылочку с прозрачной жидкостью, что они купили уже давно, надеясь, что дойдут до каких-либо действий, а не просто будут и дальше бояться и бегать друг от друга. Эндрю аккуратно разогревает ее, начиная действовать, отчего Нат давится воздухом.        Такого он ожидать не мог. Это было безумно приятно, что глаза намеревались закатиться уже от удовольствия, а не от раздражения. Это было слишком головокружительно, когда Эндрю работал рукой, параллельно языком и свободными пальцами играя с телом, заставляя ощущать так много, что, казалось, он в какой-то момент просто не выдержит. Сойдет с ума. — Дрю... это... господи... — было тяжело связать даже пару слова, а уловить смысл того, что вообще хотелось сказать, так еще и произнести... это непосильная задача для него сейчас. — Прекрасно, Крольчонок, — тот хитро подмигнул и спустился губами и еще ниже, оказываясь на том месте, беря в рот, играя языком, отчего Нат чуть ли не закричал от разрывающих чувств. Это слишком идеально для него, чтобы держаться хоть немного. — Я... я... скоро... — ноги стали мелко подрагивать, а удерживать бедра на месте, чтобы не навредить Эндрю, было сложно. — Давай, я держу тебя, — тот снова сменил рот на руку, делая еще пару уверенных движение, не меняя скорость, не решаясь в первый раз дразнить и оттягивать наслаждение, отчего Нат быстро закончил. — Дрю, — все, что он смог вымолвить, пока тот улыбался, продолжая легко гладить его все еще подрагивающие бедра. — Все хорошо, Зайка. Ты умничка, — Нат покраснел, а Эндрю лишь рассмеялся. — А... ты? — возможно, ему было неловко. — Я сам. Пока еще это «нет», Зайчик. Как-то потом попробуешь свои силы, а сейчас тебе надо в душ, как и мне, так что давай. Топай, — Нат лишь прикрыл глаза. — Ммм... я не дойду, — начинает канючить он, отчего чувствует руки на себе, которые подхватывают и несут. — Тогда будет ванная, но разбираться с ней будешь сам.

***

       По прошествии получаса они лежали в кровати вместе. Эндрю примостился на груди Ната, что так предпочел и не надевать футболку. Это было спокойно, легко и просто. — Тебе понравилось? — раздается тихий голос Миньярда. — Да, а... тебе? Ты ведь ничего не получил, — Нат чувствует, как тот закатывает глаза. — Я получил твое прекрасное выражение лица и стоны. К тому же я предупреждал, что это не обмен. Как-то, возможно, ты останешься без сладкого, а пока спи и не утомляй меня.        Нат рассмеялся, на самом деле прикрывая глаза и засыпая в самом что ни на есть блаженстве.