Люби меня. Этого будет достаточно

*All it takes is time…*

— Что… Что вы натворили? — подскочив, грубо толкнув Феликса, Хван отошел на приличную дистанцию. — Вы в своем уме? Падать на человека, когда он только выходит из воды, — отвлекшись, произнес, потирая руку. — Вот черт, теперь ведь рука болит. — Извините, простите, я не специально, — поднявшись, он несколько раз кланялся, извиняясь. — Я не знал, что пол скользкий. — Срочно, — подбегая к Хвану, экскурсовод, тихо спрашивал у того его самочувствие, иногда бросая на все помещение: — Срочно врача! Здесь человеку руку сломали!!! И пока всё внимание было нацелено на бедного профессора, Ли маленькими шажками выдвигался к выходу, чтобы не напороться на гнев Хвана. Но ему не удалось ускользнуть из вида преподавателя, и тот его остановил. — Не смей никуда уходить, вредный мальчишка! Ты должен искупить свою вину, поэтому советую тебе никуда не сваливать. Советую тебе дождаться, пока меня будут обследовать, для твоего же блага, ведь тогда ты даже не сможешь представить, какой исход может тебя ожидать, если ты решишь уйти. Феликсу больше ничего не оставалось делать, как просто стоять, склонив голову вниз от стыда, и мирно ждать профессора Х. Когда же тот наконец вышел с гипсом на руке, окинув дрожащего, как осиновый лист, Феликса, он взглядом указал проследовать за ним. И Ли всё также склонив голову плелся за ним. Ему на самом деле было страшно. Он не знал, что можно было ожидать от Хвана, слишком был он для него неведомым, как человек. По его эмоциям было сложно предугадать будущий разговор, это-то и напрягало светловолосого. — Садись, — приказным тоном было сказано Феликсу, и он, как подобает правильному мальчику, сел на заднее сиденье, недалеко от профессора. Обстановка стояла напряженная и от этого всего Ли было ужасно неловко, стыдно за все произошедшее. Он был бы рад сейчас провалиться сквозь землю, но такой возможности, к сожалению, не имелось. — Ты вообще кто такой? — резко произнес Хван, поставив другого в тупик своим вопросом. — Как же так? Вы меня не помните? — глаза Ли округлились. — Я же у вас учусь, хожу на ваши лекции. Между прочим, ни одной не пропустил! — По твоему я буду запоминать каждого встречного ученика? Ха-ха, рассмешил, — наигранно посмеявшись, продолжил: — Так зачем ты на меня налетел? Ты вообще знаешь какие последствия это несет? — Я… Я хотел лишь вам свой диплом показать, — от произошедшей неприятной ситуации и такого отношения к себе, Феликс был готов расплакаться прям в машине. — Ну, что, показал? Доволен? И хватит нюни распускать. Я тебя знать не знаю, и видя то, что ты натворил, брать твою работу я не намерен. Вот, максимум до университета довезу, а ты со своими проблемами сам разбирайся. Я тебе помочь ничем не смогу. Свой шанс на проверку своей работы ты упустил. Грустно, даже обидно. Если бы такой ситуации не было, исход был бы совершенно другим, не таким удручающим. Феликс винит себя за то, что так глупо поступил. Бежать к преподавателю сломя голову, да еще и руку ему позже сломать? Это каким надо быть идиотом, чтобы так поступать. Весь оставшийся путь они ехали молча, только редкий взгляд водителя на Ли немного нервировал того. Феликс, стараясь не обращать внимания на водителя, продолжил смотреть на проезжающие машины за окном. По приезде на территорию университета, старший будто испарился, как только вышел из машины, в отличие от Феликса, который будто растягивал удовольствие. На самом ведь деле, такая поездка для него ценна, он ведь не катается в таких дорогих машинах ежедневно, что даже очень жаль. Везет водителю такого автомобиля, который, на секундочку, сейчас разговаривает с кем-то на повышенных тонах, параллельно куря, жалуясь на свою непутевую жизнь, на профессора Хвана и на много чего ещё. — Я ведь уволюсь! Слышишь? У-ВО-ЛЮСЬ, — прям в телефон кричал он. «Мда, тяжело мужику. Да кто же такой на самом деле профессор Хван? Так хочется подойти к этому водителю и поинтересоваться, но он сейчас явно не в состоянии», — думалось Феликсу. Чтобы случайным образом не напороться на гнев водителя, светловолосый поспешил к себе в общежитие. И ему ведь снова придется ехать на автобусе. А Ли ведь так хотелось бы еще прокатиться на этой машинке в этом прекрасном салоне.

***

Наконец-таки добравшись, Феликс обессиленно падает на кровать, смотря в потолок, задумываясь. Вставать не хотелось совершенно, как и спать. В нем бушевали все виды эмоций. Точное состояние было невозможно определить. Вовремя приходит сообщение на телефон в общую группу от куратора. «Завтра пара по астрономии* будет. Советую, не пропускать» — Да он просто издевается! Я только хотел избавиться от мысли произошедшего сегодня инцидента, как он напоминает о себе. Как я ему теперь в глаза смотреть то буду? — держа в руках телефон, готовясь от гнева кинуть в стену, он весь покраснел от этого неожиданного объявления. — Я так надеялся, что до следующего учебного года не увижу его и как-то своими силами справлюсь с дипломом, как он будто назло объявляется. — Феликс, ты чего? — удивленно спросил Сынмин, стоя у прохода. — Да тут сообщение отправили. Ничего особенного. — Ты готов был тут всё крушить. Всё точно нормально? — получив удовлетворительный кивок, он шумно вдохнул. — Тебя ведь не отчисляют? Этот вопрос Феликса позабавил, поэтому он лишь шутливо отмахнулся от него, говоря, что это вряд ли когда-нибудь произойдет, Сынмин с Джисоном от него так легко не отделаются. — Эй, ребят, — уже поздно вечером возвращается в общежитие, держа в руках пакет со стучащими бутылками. — Я тут соджу купил. Тако-ое приключилось, что я просто не могу вам не рассказать. — А соджу-то зачем? Мог бы и так нам все рассказать. Так ведь, Сынмин? — на вопрос Феликса Ким лишь кивнул. — Ну как зачем? Мне нужно же чем-то горе запить, так хотя бы от стыда не сгорю во время рассказа. — А тебя совершенно не смущает то, что нам завтра в универ? — Ни капельки. Сынмин, ты же нас разбудишь потом? — получив сомнительные кивки головой, означающие то ли да, то ли нет, он продолжил: — Ну, вот, видишь? Так ты со мной, Феликс? Чую у тебя тоже есть что рассказать. — А ты ведь прав, как всегда. Давай, наливай, — Ли не хотел снова умирать от стыда, поэтому уселся за стол напротив Джисона.

***

(Начинается пьяный бред, который в состоянии понять только они сами)

— И вот знаешь, он вечно меня отшивает. Я даже не знаю, что мне сделать, чтобы он хоть раз ко мне что-то почувствовал, — прочистив горло, Джисон постарался спародировать профессора Ли. — «Джисон, уйди, не мешай работать. Джисон, хватит ходить за мной хвостиком и просить пойти с тобой на свидание, а то неприятные слухи полезут». Понимаешь, ему важно мнение окружающих, ему совершенно наплевать, что у меня происходит на душе. Им всем нужен только авторитет. — Он хотя бы тебя знает. У меня вообще дохлый номер с Хваном. Я ему, представляешь, сегодня руку сломал. Мне очень хотелось диплом показать, но немного переборщил с желанием, а оказалось, что он учеников знать не знает. Так обидно было. Даже теперь диплом не покажу, — Феликс также как и Джисон решил изобразить профессора. — «Вы хоть понимаете, что натворили? Я ваш диплом никогда не приму. Справляйтесь с вашими проблемами сами. Не хочу позже позориться таким нерадивым учеником», — последнее предложение он уже придумал сам. — «Отлично» мне и в помине не светит. — Он тебе нравится? — Что? НЕТ! Откуда такие выводы? И как тебе в голову такое пришло? У нас исключительно учитель-ученические отношения. Хотя после случившегося я даже в этих отношениях очень сильно сомневаюсь. Он же меня ненавидеть будет, я ведь ему с этой рукой все планы разрушил. — Ты засмущался после моего вопроса, — подметил Джисон. — Может, он тебе всё же нравится? — Это всё соджу! Я переборщил с выпивкой, вот градус в моем теле и повысился. Джи, не преувеличивай. — Ладно, но я не верю тебе.

***

— Феликс, — далеко-далеко доносится голос, заставляя Ли возвращаться в реальность и открыть глаза. — Феликс, вставай, — кто-то тормошит его за плечо. Наконец открыв глаза, он пытается привыкнуть к яркому свету, часто моргая, а позже уже замечает и Сынмина, который так старательно пытался его разбудить. Над его ухом послышалось сопенье, медленно повернув голову Ли замечает Джисона, который крепко обнимает его за шею. — Что? Как мы с Джи уснули в обнимку? — аккуратно убирая руки Хана, Феликс медленно встает с кровати, но не удерживается на шатающихся ногах и оседает на пол. — Вы вчера вечером слишком много выпили, поплакали оба, так и уснули вместе. Теперь интересно стало, что этому послужило. — Неразделенная любовь Джисона, — себя приплетать он не стал, так как у него другая ситуация. Кое-как наконец встав, Ли побрел к шкафу. — Ах, да, прошу прощения, но сегодня супа от похмелья не будет. Вам придется идти на учебу в таком состоянии. — Сынми~ин, ну как же так? Мог бы и побеспокоиться о нашем состоянии. — Я ежедневно беспокоюсь о вас, между прочим. Вечно вы попадаете туда, куда вам не следует. Теперь вы почувствуете как я стараюсь, для вашего же блага всё делаю. И вы будьте также снисходительны. — Да поняли-поняли мы тебя, Сынмин, — это было сказано не с какой-то глубоко-душевной обидой, а скорее с шуткой. Феликс с Джисоном прекрасно понимали, что Киму каждый раз тяжело следить за ними. — Как-нибудь сами справимся. Выудив серый спортивный костюм и надев его, светловолосый последний раз взглянул на себя в зеркало, попрощался с соседом по комнате и вышел на улицу. На улице хоть и было очень жарко, и Ли был в кофте с капюшоном и в спортивных теплых штанах, но он хотел хоть каким-то образом скрыть вчерашний день. Последняя парта с сегодняшнего дня — его место. Ужасно клонило в сон, поэтому Феликс лекцию даже и не слушал. Он находился в полудреме, пытаясь найти удобное положение, чтобы заснуть. Но это давалось с большим трудом, ведь как только он поворачивал голову к профессору Хвану, как тут же напарывался на его недовольный взгляд. И так каждый раз. Он отворачивался не только из-за стыда, но из-за его не опохмелившегося состояния. Синие круги под глазами, пересохшие губы от недостатка водного баланса в организме — такое было состояние Феликса. Можно было решить, что он болен, но на самом деле просто не отошел от вчерашнего. «Даже поспать не дает», — проклинает его в своей голове Феликс. — Мистер на последней парте, — разносится на всю аудиторию твердый и уверенный голос Хвана. — прошу вас остаться после пары. Оглянувшись по сторонам и поняв, что сидит он на последней парте совершенно один, Феликс схватился за голову утопая в своем же стыде. Все будто специально быстро собрались и оставили Феликса и профессора Хвана наедине. «Черт, незамеченным уйти не выйдет», — разочарованно думается Ли. — Что с вами? Вы больны? — первым делом спрашивает профессор. — Нет. Всё нормально, это пройдет, — отмахивается другой. Не будет же он рассказывать о том как проводил вчерашний вечер. — Если вы больны, могли бы сегодня не приходить. Можете не переживать, пары будут проходить по расписанию пока у вас не начнется сессия. — Это всё? — как-то высокомерно было произнесено, из-за чего Ли почувствовал себя не в своей тарелке. — Я могу идти? — Стойте, у вас есть водительские права? — Ну, да, имеются, — без раздумий ответил светловолосый. — Так как вы сломали мне руку, а водить я сам, естественно, не могу. Так что предлагаю вам работать моим личным водителем. Платить я, конечно же, вам буду. Будете получать приличную зарплату. Я вас приму на работу в качестве вашего извинения за сломанную руку, — покрутив перевязанной рукой перед глазами Феликса, продолжил: — Вы бы могли просто работать на меня. Ну как, согласны?