Пока смерть не сделает все возможное...

музыка шумит, в голове гудит, а мысли путаются.в глазах темнеет, я вдыхаю кислород, тела танцуют, а ты сидишь где то в конце. нос белеет, дорожка кончается, я иду к тебе. слизистую жжет. твои глаза горят алым огнем, танцпол разрывается под уймой пьяных,накуренных,нанюханных подростков. я сажусь рядом, томно вздыхая, кладу руку на руку,ты не стесняешься, опускаешь ее ниже. я подбираюсь к губам, прикасаюсь нежно и углубляю девственый поцелуй, прикусываю нижнюю губу, ты выстанываешь мое имя, отрываешься. кокаин начинает действовать, я откидываю голову, телефон звонит, а я не отвечаю. тела все ещё дрыгаются где то в середине комнаты, я теряюсь под прекосновениями, ты не стесняясь снова тянешься за поцелуем, с привкусом крови и водки, на губах пепел, а в носу белый порошок. уже почти утро, а я сижу на крыше, рядом с тобой. ты в одной мокрой рубашке, на голое тело, а я говорил не прыгай в бассейн. а ты дура не слушаешь и лезешь, хотя мне по кайфу быть с такой дурой. меня ищут уже пол года, а я просираю жизнь не сидя дома за книжками, а на крутых тусовках, утоляя боль, что мне принесли все эти люди. гитара в моих руках поблескивает из-за тёмно-оранжевого рассвета, я перебираю струны, играю что то из своего репертуара, ха-ха, я тот еще музыкальный изврат, играю нирвану, а потом сразу же леди гагу, а ты уживляешься и закатываешь глаза, от удовольствия конечно же. всю жизнь мы проводили в заперти от прекрасной половины, что прятали за дверьми, но иногда стоит попробовать и не стесняясь выйти за дверь, распахнув ее с такой силой, то бы та захлопнулась когда ты вышел и больше никогда не заходить обратно. и это ахуенно. рубашка почти высохла, а солнце взашло, гитару отложил и мы пошли в дом, музыка утихала , а кто то ещё неадыкватно дрыгался под ритм. в комнате творился ужас, а нам было похуй. я брал тебя за руку и вел отсюда, на старый добрый обрыв что бы еще раз встретить прекрасное утро и проводить ахуееную ночь и повторить ее завтра снова. а ты шла не прекословно, будто повелевал тобой. а я никогда ни кем не хотел повелевать, ты первая , что сама со мной пошла не боясь всего , что будет. сидела в маленьких, прокуренных барах, выслушивая мою недо-игру на гитаре, столь извращённую и не правильную, и это ахуеено. ты всегда мне говорила, что любишь меня, а я тебе никогда, мне не надо таких признаний, я по другому люблю. я был твоим Вагнером , а ты моей музой, что я хотел посветить тебе все что я могу, а мог я только написать музыку, а музыка это вещь, которая бы неприкословно передала все что я чувствовал и это ахуеено. и ты сделаешь все для меня, а я для тебя сделаю так же, только в двойне объемнее и лучше, потому что люблю, у нас нету имен, нету дома, мы скитаемся по хатам, оставляя частичку себя и недо-песен. ты снова лезешь за поцелуем, я поддаюсь и лезу тебе под футболку, а ты не сопротивляешься, привыкла. поцелуй- мокрый, быстрый , смазанный, а главное живой. отрываюсь от обветренных, обкусанных соленых губ и закуриваю сигарету, ты тянешь руку и просишь тоже, а я никогда не запрещал, поэтому отдаю, хоть последнее ,но отдам. денег нету, идти некуда. снова пьяная тусовка с дешевой наркотой и алкоголем. а я знаю , что ты не любишь дешевый алкоголь, поэтому я играю на улице и зарабатываю тебе на самую дорогую бутылку вина, а мне все равно что пить. И всю свою жизнь мы будем кайфовать и необращать внимание, что о нас думают люди и это будет продолжаться пока смерть не сделает все возможное...