Почему ты танцуешь?

      — Хённи, а почему ты танцуешь? — сидя на большом уютом диване в одной из комнат квартиры своего друга, спросил Феликс, пока Хёнджин – тот самый друг – смотрел на него снизу вверх, растягиваясь на паркетном покрытии из тёмного дерева.       Если бы мне задали этот вопрос, я ответила, что они помогают мне успокоить мою внутреннюю бурю, улучшают моё моральное состояние и мышечная боль мне приятна, даже если я всю неделю буду с трудом ходить. Ой, что-то я немного увлеклась собой...       Они знакомы с раннего детства, когда ещё гуляли на одной площадке возле дома. Ли любил качаться на качелях, а Хван наблюдать за ним со стороны, изучая все особенности внешности. Феликс же украдкой тоже наблюдал за Хёнджином, подмечая его привлекательность. Впрочем, сейчас ничего и не изменилось, разве что они выросли, узнали друг друга лучше, хорошо сдружились, хотя их отношения уже вышли за рамки дружбы, поэтому и смотреть друг на друга скрытно не приходится.       Хван слегка нахмурился, пытаясь мысленно составить ответ, убрал мешающую чёлку с глаз и взглянул в тёмно-шоколадные глаза Ли, который, наблюдая за реакцией парня, уже успел пожалеть о том, что задал этот вопрос.       — Это помогло мне найти моё солнце, — сформулировав ответ, наконец, произнёс тёмноволосый парень, — Помнишь место нашего первого поцелуя? — пододвигаясь ближе к Ли, задал вопрос Хёнджин.       — Я даже большее помню, — лучезарно, как может только Феликс, блондин улыбнулся, — это было почти ночью, когда мы с тобой танцевали в зале.       — А помнишь, как мы стали заниматься ими? — складывая свою голову на колени веснушчатого парня, а руками обнимая его голени, задал следующий вопрос Хван.       Феликс крутил парные кольца на правой руке, пытаясь вспомнить то, как они начали свой танцевальный путь.       — Кажется, моя мама жаловалась на мою гиперактивность, — почесав затылок, произнёс Феликс, — а тебе однажды захотелось посмотреть на то, как мы занимаемся.       — И не зря, — мягко улыбнулся Хёнджин, — ты так красиво двигаешься, что глаз оторвать не возможно.       Ли знал, прекрасно знал, что он невероятно танцует. А ещё знал, что более завораживающе танцует Хван. Поэтому, когда кто-то из них говорит комплимент в сторону другого по поводу движений и пластики, смущаются оба, зная, что это говорит твоя любовь.       Феликс покраснел, продолжая слушать своего парня.       — До этого я хотел быть равным тебе, чтобы стоять рядом с тобой не было неловко, что такой прекрасный танцор, улавливающий настроение движений и музыки, стоит рядом с неумехой, — после этих слов даже уши Ли покраснели.       Феликс запустил свою маленькую ладошку в длинные тёмные пряди волос, перебирая их.       — Джинни, знал бы ты, что тогда я равнялся на тебя и твою пластичность, — теперь пришла очередь Хвана краснеть: он спрятал своё лицо в колени Ли, которые были покрыты бежевой тканью свободных домашних штанов. Феликс на действие своего парня лишь посмеялся, — Хённи, правда, ты очень талантлив был и есть в танцах. Быть с тобой на ровне – высокое достижение для меня.       — Ликси, — подняв своё лицо с коленей парня, Хёнджин взглянул в глаза Ли, который смотрел прямо в карие омуты собеседника, — я чувствую себя свободным, когда танцую, — ответил на вопрос Феликса Хван, — а почему ты танцуешь?       — Хочу быть с тобой рядом всегда, — наклоняясь к лицу парня, Ли поцеловал приоткрытые губы Хёнджина, зарываясь уже обеими руками в смоляных волосах своего парня.