Связать себя долгом

      Новый день в Алфее начался с криков в комнате девочек: Стелла, Блум и Элизабет кричали друг на друга, гневно кидая вещи в стороны. Остальные же решили не вмешиваться, чтобы не получить по голове от трёх девушек.       —Какого черта ты вообще взяла мое платье? –кричала Элизабет, смотря на испорченное платье, которое она отложила на день бала.       Октябрь неумолимо приближался и до 25 числа было всего несколько недель, и это очень пугало Мартин, ведь она так и не поговорила с Сильвой с тех пор, как их брат впал в кому. Фарагода хранила молчание, отнекивалась и только говорила о том, что это сложное заклинание и её знаний недостаточно. Сол не пускал её на тренировки по утрам, а вечером старался дать ей отдельное задание и дралась она в основном с Алисой.       —Я просто примерила его! –голос Блум вывел Лизз из мыслей. Питерс переводит взгляд на красную ткань платья и жмуриться; она не хотела его портить, только примерить.       —Замечательно, просто восхитительно, –завыла Элизабет и устало присела на пуфик, что стоял неподалеку. Стелла просмотрела на кусок сгоревшей ткани, а после на подругу, что сидела рядом. Элизабет должна блистать на этом вечере, а не сидеть в тени других.       —Почему бы тебе не взять платье Айси? –Стелла смотрит на Мартин, и кивает на фамильное кольцо Мартинов.       —Мы сейчас говорим про ту самую Айси? — неуверенно тянет Аиша, смотря на Мартин по-новому.       Элизабет тяжело вздыхает, и вскидывает руку, не желая слушать новые слухи про свою несколько раз прабабушку. Айси Мартин славилась немалыми слухами о своей черной магии и такой же темной душе. Айси Елена Мартин была для народа первой черной Королевой, что смогла взойти на престол и открыть один из секретов мира, что породил тьму на несколько лет.       —Если хочешь рассказать мне ещё один слух, про мою бабушку, то советую даже не открывать рот, Аиша, –гневно чеканит Лизз и встаёт с пуфика, поправляя красную кофту, что скрывала под собой белую майку с кружевом.       —Говоришь, как истинная Королева, –ухмыляется Аиша и опускает взгляд на журнал в своих рука.       —Перед тобой будущая Королева, –Мартин разводит руки в стороны и наклоняет голову вниз.—Королева Элизабет, –губы её растягиваются в ухмылку, а взгляд из-под ресниц кажется каким-то дьявольским, прямо как Айси.       Стелла прячет улыбку, прикрывая рот ладошкой, Терра улыбается, смотря на свою соседку, пока остальные часто моргают. Да, не такого эффекта она хотела добиться, но все же–это лучше, чем держать их в дураках.       —Неужели вы ничего не знали? –спрашивает Муза, смотря на девочек.—У нее манеры Королевы, она из Азамантиса и, черт возьми, фамилия Мартин –она должна стать Королевой с этой фамилией.А фамильные украшения?       Похоже Муза самая догадливая из всех девушек, что были слепы в отношении Элизабет. Каждая отрицательно покачала головой, смотря на Элизабет, что стояла все в той же позе.       —С вашего позволения, я откланяюсь.       Лизз поправила синие джинсы, захватила с собой черную сумку и вышла из комнаты, оставляя девушек на едине со Стеллой. Интересно, они действительно были так слепы или им был неважен её статус? Рыжая поджала губы и собрала волосы в пучок, после чего направилась в оранжерею.       Дорога до оранжереи была недолгой, до того момента пока Лизз не встретила Ривена с его пассией–Беатрикс. Они совершенно не стеснялись: страстные поцелуи у стены, руки, что лезли в самые сокровенные места. Мартин сжала челюсть и прибавила шаг, желая побыстрее смыться к брату, что все также находился в коме. К сожалению, Ривен заметил её краем глаза и перевел свое внимание на удаляющуюся фигуру Королевы, которая скрылась за поворотом.       —Я уже начинаю думать, что ты влюблен в нее, –тянет Беатрикс, сжимая футболку парня.       —С ума сошла? –с улыбкой роняет Ривен и целует шею любовницы.       —В этом нет ничего такого, –Беатрикс отдаляется от Ривена и складывает руки на груди.—Ривен, это нормально быть влюбленным в кого-то.       —Я не влюблен в Элизабет, —парень яростно машет руками и бьёт кулаком в стену.       Харвел качает головой и улыбается, думая, что ещё чуть-чуть и Холливелл действительно сорвётся, скроется за поворотом и побежит на тренировку, срывая там своей гнев.       —Ривен, если действительно хочешь быть с ней, то тебе стоит прекратить трахать меня, –Беа уверено качает головой и разворачивается, уходя от специалиста.                               ***       Оставшийся путь до оранжереи Элизабет идёт в полном молчании и плохом настроении; мысли её занимает Сильва, который до сих пор с ней не разговаривает, родители, которые не смогли приехать к своему сыну, и будущий бал на который ей нечего надеть. Последнее могло сказаться на чести её семьи и народа, ведь этот был должен стать ее стартом в роли Кронпринцессы.       В поле зрения феи появилась дверь оранжереи, Лизз прибавила шаг, взялась за ручку двери и не смогла её открыть. Не потому что дверь закрыта, а потому что это сделать было сложнее, чем она думала. Мартин не была у брата три дня, и чувствовала она себя просто отвратительно из-за этого. Он так нуждается в ней, а она ведёт себя не, как Королева, а как тупая идиотка.       «—Как бы тебе не было дольно, всегда будь выше этого.Ты будущая Королева, а не тряпка, –отчитывал её отец, когда Лизз села в кресло.       —Если я не могу быть сильной? –спросила тогда Элизабет, смотря на портрет, висевший на стене в кабинете отца.       —Тогда тебя убьют, –Клаус поднял глаза на дочь и потёр переносицу.—Я имею в виду, что люди, они не любят слабаков, потому что видят в них свои недостатки и пытаются их утопить, чтобы казаться сильнее. Но на деле–люди, которые пытаются утопить слабых и есть тру́сы.»       Отец всегда говорил, что нужно держаться на плаву даже, если тебя хотят утопить. И именно этого совета придерживалась Лизз. Со временем она стала взрослее, а совет остался прежним.       Лизз делает глубокий вдох и открывает дверь. В помещении слишком ярко и девушка жмуриться, прикрывает глаза от лучей солнца, а спустя несколько секунд, когда она привыкает к новому свету, открывает глаза и смотрит на тело своего брата. Его черные кудри разбросаны по подушке, а руки лежал на груди, что тяжело вздымается. Девушка поджимает губы и закрывает за собой дверь. Первый шаг даётся трудно, ноги совсем не слушаются и кажутся ватными.       Следующие несколько шагов даются уже легче, но на душе от этого не делается проще, наоборот, только хуже. Малыш Драэйн выглядит, как труп, что может дышать. Младший Мартин был самым слабым ребенком в семье: при родах он чуть не умер, но его чудом спасли; в четыре года он заболел и шансы на выздоровление были минимальны, но его опять спасло невиданное «чудо». Или это просто было стечение обстоятельств. Возможно, и сейчас его спасет обычное стечение обстоятельств или «невиданное чудо».       —Привет, –голос срывается и девушка кидает сумку на пол рядом с кушеткой. Мартин присаживается на стул, стоящий возле кровати и берет ледяную руку брата в свои, растирает их, пытаясь согреть его ладони.       —Прости, что пришла так поздно, –Лизз виновато улыбнулась, пытаясь забыть воспоминания о брате, что всплывали из прошлого. —Знаю, что виновата перед тобой, –Лизз наклоняет голову к лицу парня и целует его в щеку. —Я прошу у тебя прощения, Драйэн, –Элизабет закрывает глаза, пытаясь сдержать накопившуюся влагу в уголках очей.       Девушка закусила нижнюю губу, копаясь в воспоминаниях, где мелькали её братья. Так или иначе, почти все воспоминания были связаны с этими двумя идиотами, которые вечно разыгрывали её.       «2015 год. Азамантис.»       Девичий смех был слышен из садов дворца, пока балконные двери были открыты. В центре стола расположился Король –Клаус Майклсон, а перед ним сидели его сын –Сильва и его друг Ривен.       —Я бы хотел сказать, что был бы рад видеть вас, Ривен, в своей охране или может даже в своих личных кругах, –Клаус улыбнулся, показывая свои ямочки.       —Я был бы горд служить Вам, Ваше Величество, но я уже выбрал где буду работать, — четырнадцатилетний парень весело улыбнулся. —Я решил остаться в Эраклионе.       —Похвально, –Майклсон поднялся из кресла и подошёл к балкону; сложенные руки за спиной Клауса вот, что видели дети. Его прямую осанку и каштановые кудри.       Его зелёные глаза сверкнули счастьем, когда его маленькая дочь приподняла подол своего синего платья и рванула вниз, к фонтану. Драйэн их самый младший ребенок рванул вниз за сестрой с диким смехом. Если говорить о чувствах Клауса, как отца, то Лиззи, его малышку Лиззи он любил больше всех на свете. Она была так похожа на него: рыжие кудряшки, ямочки на щеках, его взгляд и манеры, даже манера разговора. Все это было от него, а не от Вирджинии.       —Малышка Лиззи, –слышится мужской голос и Клаус выходит на балкон, опираясь локтями на перила. —Давно тебя не видел, мой маленький лучик, –улыбается мужчина в строгом костюме и опускается на одно колено, не боясь запачкать дорогой костюм.       Элайджа Майклсон был старшим братом Клауса и единственным дядей для семьи Мартин. Больше всех его конечно же любила Элизабет, она тянулась к нему всеми фибрами души и брала с него пример, словно никого другого и не было в этом мире.       Для Сильвы и Драэйна примерами были Сол Сильва и Джарвис Хилл, которые не раз спасали задницы юных принцев. Одно из них даже назвали в честь Сола. Сильва родился во время войны, когда ведьмы были в краях Эраклиона. Клаус вместе с Андреасом отправились в какую-то богом забытую деревню, где находился последний клан ведьм, а Вирджинии осталась во дворце под присмотром Сильвы. В это же время у нее начались роды, и кроме Сола принять их немог никто, все остальные просто не могли подойти к Королеве –она била всех своим холодным потоком воздуха и отталкивала их, на подсознательном уровне желая защитить первенца. И только Сол Сильва смог успокоить будущую мать и принять роды. Спустя несколько часов родился здоровый мальчик с мутными глазами и каштановыми волосами, который сразу же схватил Сильву за палец и смотрел на него своим неясным взором. Уже тогда было понятно, что этот младенец будет отличным специалистом и хорошим человеком. Только вот одна незадача–в семье Мартин всегда рождались девочки, которые обладали огромной силой и были продолжательницами рода; мальчики у них рождались редко, некоторые умирали, а некоторые были пустышками по меркам чистой кпови– полное отсутствие магических сил.       —Дядя Элайджа, –зовет Лизз и Клаус выплывает из своих воспоминаний.—А правда, что Хейли и ты скоро станете родителями? –улыбка Мартин и Элайджа тает, словно снег под лучами солнца.       —Только никому не говори, –заговорщицки улыбнулся Майклсон и притянул девочку к себе, шепча ей что-то на ухо.       —Никому и никогда не скажу! –трепетно улыбается девочка и откидывает две косички себе за спину. Элайджа кивает и смотрит за спину Мартин.       —Дядя Элайджа, –Драэйн выглядывает из-за куста и машет рукой Майклсону.—Я нашел красивый цветок, –Мартин улыбается и протягивает ещё нераспустившийся красный пион Элизабет. —Для прекрасной леди, –мальчик смахивает кудряшку, что упала на лоб и чувствует холодные руки сестры, которая забирает себе цветок.       Девочка благодарит брата за подарок и целует его в щеку. Поворачивается к дяде и тянет к нему руки, как делала с детства; Элайджа подхватывает племянницу и опускает ее на сгиб локтя, ждёт когда её маленькие ручки увьют его шею и оставляеет поцелуй на макушке. Смотрит на Драэйна и протягивает ему руку, младший ребенок Клауса никогда не любил сидеть у него на руках в отличие от сестры.       —Ривен может остаться у нас на выходные? –Сильва привлекает внимание отца.       Клаус поворачивает голову в сторону Ривена и растягивает губы в улыбке. Ривен похож на него; когда-то и он был таким же озорным негодником, что добился прекрасной девушки. И сейчас, смотря на себя прошлого, он и думать не может о том, что когда-то творил зло.       —Конечно, Ривен может остаться у нас и даже дольше, чем на неделю.       —Спасибо, сэр.       Дверь в кабинет открывается и трое мужчин видят девочку, что сидит на руках у Элайджи и мальчика, выглядывающего из-за длинных ног своего дяди. Элизабет хлопает глазками и улыбается, когда видит старшего брата, что не видела с весны. Элайджа сдержанно кивает всем троим и ступает в кабинет, закрывая за собой дверь. Драэйн спешит пройти через всю комнату и занять место в своем излюбленном кресле около окна.       —Ривен, это мой брат–Элайджа, тот ещё джентльмен, –Клаус проигрывает бровями и тянет левую руку к Лизз.—Элайджа это Ривен, друг нашего Сильвы.       Рыжеволосая хватает руку отца и забирается к нему, словно обезьянка, обвивая его тело своими конечностями. Майклсон оставляет поцелуй на лбу дочери и прижимает ее поближе к себе, не заботясь о чувствах других.       —Приятно познакомиться, –он жмёт руку мальчику.—Сильв, а ты вырос, –дядя смотрит на окрепшее тело подростка и улыбается ему.       —Моя сестра–Элизабет, мой брат–Драйэн. Это Ривен и он учится со мной на одном курсе.       Холливелл кивает головой и останавливает свой взор на принцессе. Её карие глаза, что смотрят на брата с теплотой, движение рук и грация, даже в ее возрасте кажутся ему правильным. Две рыжие косички, веснушки на лице, пушистые ресницы и пухлые губы, а ещё ямочки, что появляется, когда она ярко улыбается. Так странно, ему нравится какая-то принцесса, а не обычная девчонка.       —Сынок, –в кабинет врывается Вирджиния и в порыве радости обнимает Сильву. Её объятия слишком теплые и комфортные, и Сильва очень рад видеть мать, которая была такой нежной и доброй рядом с ними.       —Мама, –тянет мальчик и обнимает её в ответ, не желая отпускать.       —Надесь, что ты останешься на каникулы, а если нет, я все равно найду способ оставить тебя здесь, –Вирджиния целует сына в лоб и замечает парня, что мнется около стены.—У нас гость? Почему меня не предупредили? Меня зовут Вирджиния, –рыжая улыбается и смотрит на Ривена.       —Ривен, –парень протягивает руку, но Вирджиния втягивает его в свои объятия, уж таким она была человеком.— Твои покои будут рядом с Сильвой, –женщина улыбается и перевод взгляд на Драйэна.—Милый, не хочешь помочь мне с цветами в саду? –Мартин подходит к сыну и протягивает ему руку, которую он принял, и они вышли из кабинета, оставляя мужчин и Лизз одних.       —Папа, я могу прокатиться на лошади? –Лизз смотрит карими глазами на отца, который держит ее на руках.       —Только, если с тобой будет Элайджа, –старший Майклсон кивает головой и смотрит на свою милую племянницу. —Сильва может присоединиться к Вам.       —Я бы предпочёл прогуляться с Ривеном, –Сильва хмыклнул и покачал головой в сторону выхода, куда и направились мальчики.—Чем гулять с девочками.       Ох, как тогда он ошибался, он был предпочёл сейчас гулять с девочками, чем решать проблемы.       —Хватит, Сильва, ты мужчина и должен оберегать женщин, –гневно цедит Клаус и ставит Элизабет на пол. Девочка тянет свою ручку с браслетами к дяде, и тот с улыбкой, принимает её и уводит из кабинета.                               ***       Элизабет отлично держалась в седле, и умело управляла лошадью по кличке Джарул, что подарили ей в детстве. Элайджа держался рядом с племянницей, стараясь подстраховать её, если конь решит показать свой характер. Однако, Джарул всегда относился к хозяйке хорошо и спокойно терпел её несносный характер.       —Почему ты так резко ответил сестре? — Холливелл опёрся руками о забор и наблюдал за принцессой и Элайджей.—Она же принцесса, к тому же, она красивая, –губы паренька растянулись в улыбке.       —Ещё слово и я подумаю, что ты втюрился в мою сестру, –Сильва ухмыляется и смотрит на своего друга, чьи щеки стали красными, словно помидор.       Рядом с ними слышится топот копыт и двое парней поворачивают головы: блондин с короткими волосами скачет на черной, как смоль лошади, легко ей управляя. Его синий костюм для верховой езды смотрится на нем, ка кна кинозвезде, а не как на сыне советника. Двадцатилетний блондин спрыгивает с лошади и ведёт её к забору. Он останавливается рядом с детьми и смотрит на Элизабет, что смеялась, когда её пытался поймать Элайджа. Взгляд его голубых глаз теплеет, и кажется, даже появляются искорки счастья и влюбленности?       —Привел друга? –роняет парень и поправляет порядку волос, что спа́ла на лоб.—Меня зовут Гельмут Роджер Барт, –он тянет свою руку в синей перчатке даже не смотря на Ривена или Сильву.       —Ривен Холливелл, –Ривен пожимает руку, после специально отряхивая её, показывая свое недовольство.       Гельмут недоуменно поворачивает голову на Ривена, будто тот сказал, что-то сверхъестественное, а не свое имя. Глаза его на секунду становятся темными, а после он снова смотрит на принцессу, что спешит к ним вместе с Элайджей.       —Гель, давно тебя не видела, –девочка улыбается и бежит к Роджеру, кидаяьс ему на шею. Гельмут обвивает её талию руками и оставляет поцелуй на её щеке.       —Элизабет, Королеве не положено так делать, –Майклсон качает головой и смотрит на Гельмута гневным взглядом.»       Девушка вынырнула из своих воспоминаний и почувствовала, как слезы катятся по её щекам. Элизабет наспех вытерла мокрые дорожки и снова посмотрела на брата. Он должен выйти из комы, чтобы не произошло. Неожиданно дверь в оранжерею открывается и Сильва замирает на месте, когда видит там свою сестру. Щеки Элизабет стали мокрыми, нос и глаза покраснели, словно она проплакала не одну ночь. Руки у нее дрожали, а дышала она часто и прерывисто.       Мартин повернула голову в сторону двери и выставила руку с магическим шаром вперёд. Глаза её свернули ярким синим льдом и в тот же миг все горшки взлетели вверх, а спустя секунду все вернулось в прежнее положение. Глаза девушки стали карими, а горшки вернулись на свои места. Сильва постарался улыбнуться, но вышло это натянуто и безжизненно. Плечи его поникли, а в глазах плескалось несчастье.       —Элизабет, –голос у парня сорвался на хрип, а в уголках глаз собралась влага.—Я так виноват перед тобой, –он подходит к ней и протягивает свою большую и теплую ладонь.       —Сильв, –воет Лизз и бросается брату на шею, утыкаясь носом в ключицу. Она скрывается на всхлипы, цепляется руками за форму специалиста.—Я не знаю, –заикаясь говорит девушка и снова всхлипывает.       Сильва обнимает сестру, проводит ладонью по спине, поддерживая её в тот трудный момент, когда она нуждается в нем больше всего. Мартин усыпано макушку сестры поцелуями, вдыхая её вишненые духи. Смотрит на тело своего брата и жмуриться–он не должен плакать. Никогда в той жизни, но вид Драэйна заставляет его тяжело дышать и винить себя.       —Мы должны держаться вместе, –только и говорит он, снова проводя ладонью по её спине.                               ***       Когда на Алфею опускается ночь и все жители уже давно спят, дверь в оранжерею открывается и полоса света озаряет тело Драэйна.       Высокий брюнет с глазами цвета виски и массивным кольцом на левой руке, окинул комнату взглядом, останавливая взор на пареньке, что лежал на кушетке.       —Ну здравствуй, Драэйн Деймон Мартин, –губы мужчины растягиваются в ухмылке, он подходит к кушетке, опускается на край постели и проводит ладонью по щеке парня.—Обещаю, что ты выйдешь из комы, просто твоей сестре нужно кое-что сделать.