ТПР

Антон не спеша встал на четвереньки. — Ложись, — легко нажимая на лопатки Шастуна, мягким голосом скомандовал Арсений. Попов положил подушку под пах Антона, чтобы тому было удобнее, а поясница потом не болела от такого прогиба. — Арс, что-то мне страшно. — Антош, ты чего? Бояться нечего, я только пальчиками растяну тебя, не переживай. Ты же уже пробовал так? — Я пытался, но вставлять два было больно, поэтому я не смог. — Помни, что мы здесь ради получения удовольствия. Я не сделаю тебе больно, — прошептал Арсений, нависнув над младшим. Он поцеловал нежные губы парня, потом его шею. Антон закрыл глаза, стараясь лучше ощутить мягкие губы на своей коже, наслаждаясь касаниями и поцелуями. Шастун не успел опомниться, находясь под чарами обаятельного Арсения, как сильные руки Попова стали мягко поглаживать оголённые ягодицы, сжимая их в ладонях. — Ох, так приятно, — выдыхая, прошептал Антон. — Нравится? — Мгх, да, продолжай. Мне очень нравится... Попов сильнее сжимал мягкие ягодицы Антона, горячо целуя каждую из них. Мужчина, чувствуя исходящие от партнёра открытость и наслаждение, слегка раздвинул его ягодицы и дотронулся языком до сфинктера. — А, что? Что это, Арс? Что ты делаешь? — вдруг забеспокоился Шастун, оборачиваясь назад, пытаясь оттолкнуть Арсения руками. — Стой смирно и смотри прямо, — скомандовал Попов, убрав руки младшего со своего лица. — Тебе ведь нравится? — пикантным голосом спросил он. — Я... Я не... не знаю... Арс, перестань, пожалуйста... Не делай этого, — Антон попытался перевернуться на спину, но сильная мужская рука слегка вдавила худое тело в матрас. — А так? — брюнет провел кончиком языка по пульсирующему колечку мышц, после ввёл кончик влажного языка в дырочку парня, растягивая им стенки ануса. — А... Арс, это... Ах, не-ет, — Антон сжимал простынь в кулаке, пытаясь сдерживать стоны. — Ты меня останавливаешь, но сам хочешь стонать от удовольствия. У тебя стоит так, будто сейчас твой член взорвётся. Антош, я хочу сказать, что стыдиться не к чему сейчас. «Господи, да как он может так говорить? Он снова лижет там?! Зачем? Разве ему не должно быть противно? Боже, мне так приятно... Нет, так нельзя. Я извращенец, если мне такое нравится? Это всё так странно... Могу ли я наслаждаться подобным?» — бесконечный поток вопросов и сомнений охватил мысли шатена. — Мне нравятся твои стоны. Пожалуйста, не сдерживай их. Они такие сладкие, такие нежные и сексуальные, — мужской голос заставлял вздрагивать Антона. «Ах, вот опять! Дурак! За что это мне? Он так смущает... Но я правда не могу уже сдерживать себя... Мне нравится, мне всё очень нравится». — А-ах, д-да, продолжай... Мне приятно там... Мгх, да, вот так... — парень всё же решился расслабиться, чувствуя, как мокрый язык чужого человека ласкает зад, а сильные руки плавно скользят по его спине. «Какой же он... Ах, сводит меня с ума... Просит продолжения, а поначалу так стеснялся... Эти стоны, такой нежный голос... Рай для ушей. Хочется ещё, хочется больше», — мысленно говорил Попов, углубляясь языком в тело юноши. — А-ах, да, Арс... Агх, там... Так приятно... Ещё, — молил Шастун, потеряв голову от новых ощущений. — Антош, облизни пальчики, — поднося ко рту шатена безымянный и средний палец, попросил Арсений. Без лишних слов Антон обхватывал его пальцы губами, проводя языком по каждой фаланге и нежно посасывая их. — Умничка, — такая похвала вызывала тёплое чувство в груди Шастуна, а уровень возбуждения увеличивался. — Подними свою попку чуть выше, — этот спокойный голос, произносящий такие пошлые вещи, просто сводил юношу с ума. «Он так спокойно говорит эти пошлости, но меня это даже возбуждает», — пронеслось в мыслях младшего. Антон не мог ослушаться, поэтому приподнял копчик, получив новую похвалу. Попов мокрыми пальцами массировал сфинктер, чувствуя, как Антон напрягается. — Я не сделаю больно, расслабься. — Только по одному вставляй, пожалуйста, — попросил раскрасневшийся парень. — Конечно, — Арсений выдавил немного прохладной смазки на пальцы, размазав её по всей длине. Он медленно начал вставлять указательный палец, погружая в горячее тело парня по одной тонкой фаланге, и слышал в ответ одобрительные тихие стоны. — Ах, Арс, холодно... — Потерпи, сейчас нагреется. — Мгх, ах... Странно так... — Неприятно? — Ха, нет, просто непривычно, когда там так холодно... — вспоминая свой прежний опыт, ответил шатен. — Когда я пробовал вставлять, такого не было. — Ты пользовался смазкой? — Нет... Ну, слюни же тоже смазка... — Ох, вот почему второй пальчик не смог всунуть... Сейчас я тебя научу, как нужно делать. — Мгх... Звучит угрожающе. — Только доброжелательность, никаких угроз, — нежно ответил мужчина и поцеловал лопатки партнёра. — Тебе нравится ощущать в себе чужой палец? — Ах, да... Очень, — смущаясь, сказал Шастун и громко простонал. — Тогда я ввожу второй. — Стой, нет! Ай, больно... — Расслабься и не дергайся. Я же осторожно. — Не разводи пальцы! Мгх... Не-ет, я... Ах, так приятно... — Уже не больно? Нравится, когда я делаю так? — Арсений провернул пальцы на 180° и сделал ими волну. — А-а-а, да-а... Очень н-нравится так... — Наслаждайся, — Попов сжал левую ягодицу Антона, повторив волнообразное движение пальцами. — Ах, нет! Я не выдержу! — Можешь кончать, — Арсений сильнее надавил пальцами на маленький бугорок внутри Антона, проведя второй рукой по его худощавой спине. — А-ах! — Шастун рухнул на кровать. Он дышал с трудом и закрывал ладонями лицо. — Ох, от одних пальцев кончил... Боюсь, нам будет сложно, но я хорошо тебя растянул. — Арсений... Я уже не смогу встать... — Не беда. Будем лёжа, — брюнет лёг рядом с Шастуном, обнимая того со спины. — Передохни немного, потом продолжим. — Х-хорошо... Антон молча лежал в объятиях молодого мужчины и поглаживал его руки, усыпанные родинками. Арсений глубоко дышал, массировал покрасневшие уши младшего. «А он ведь в моём вкусе», — подумал он и поцеловал шатена в висок. — Отдохнул? — Я это... Как-то устал... Лучше полежим просто, уже не хочу трахаться. — Не хочешь секса? — осторожно спросил мужчина, искренне надеясь услышать что-то вроде: «Нет, что ты? Конечно хочу». — Да, прости. «Пиздец... Я перестарался что ли? Даже вставить не успел, а он уже не хочет... За что ты так со мной?!» — мысленно возмутился Попов. — Я тебе не нравлюсь? — В каком смысле? — Ну, ты именно со мной не хочешь или просто устал? — Нет, ты мне понравился! Но ты настолько хорош, что я уже просто не могу продолжать. Сил нет, — печально говорил юноша, а Попов его внимательно слушал. — Слабенький ты значит. Ну, ладно. Просто полежим и отдохнём. А если захочешь, сможем потом продолжить. — Прости, но у меня правда желания сейчас нет. Ты не сердишься? — Нет, но мне грустно немного... Я думал, что хоть разок получится. — Мы сможем это сделать в другой раз? — Сможем, если ты не сдашься так рано. — Ну, я же не специально. — Я знаю, сам виноват, что вымотал тебя, — прошептал Попов и поцеловал младшего в висок. Арсений расстроился. Он рассчитывал на секс, но всё так резко обломалось. Однако Попов уже взрослый человек, поэтому всё понимает и оставляет Антона в покое. «Только животное забьёт на просьбу остановиться», — считал брюнет. — Арс, мы же можем ещё час вместе побыть? Мне хорошо с тобой. — Хоть всю ночь. Номер до утра оплачен. — Правда? Ну, тогда мы ещё сможем несколько раз возбудиться, и кто знает, что будет потом... — Надеюсь на это. Слушай, давай поиграем? — с загадочной ухмылкой спросил старший. — Во что? — В карты на пошлые желания? — На пошлые желания? — Антон посмотрел невинными глазками в голубые серьёзные глаза мужчины. — Ты хочешь продолжить стесняться? Не поздно ли? — Просто неловко. Хорошо, давай. Только оденься. «Так напирает... Разве я могу не согласиться?» — зачем-то мысленно оправдывался Антон. — Окей. Попов встал с кровати и шустро натянул на себя свои боксеры. Шатун хотел приподняться, чтобы последовать его примеру и тоже одеться, но тонкую руку, тянущуюся к трусам, остановила рука помощнее. — Я сам одену их на тебя. — Не надо, я сам могу, — Антон попытался ухватиться за резинку белых боксеров, но Попов с лёгкостью уложил парня на спину. — Я сказал, что сам тебя одену. Я всего лишь хочу помочь, позволь мне это сделать, — нежно шептал брюнет на ухо Шасту, заставляя его сердце биться чаще. — Арс, — больше выдохнул, чем сказал Шастун. Попов взял боксеры, растянул резинку и по очереди просунул каждую стопу парня в дырки. Потом он медленно тянул их вверх, внимательно наблюдая за реакцией Антона. — М-можешь быстрее? — осмелился спросить тот. — Зачем? "Зачем? Зачем?! Да у меня сейчас сердце из груди выпрыгнет от стыда!" — подумал Антон, но сказать такое не осмелился. — Просто... Да мне уже надоело ждать! — Хорошо, попу приподними. Антон выполнил то, что его попросили сделать, а Арсений быстро натянул боксеры на нежное место и поцеловал Шастуна, улегшись на нем. — Вот видишь, ничего страшного. Хотя... Твоё сердце, кажется, с ума сходит, — ехидно улыбаясь, говорил Попов. — Просто ты меня смущаешь... — Да? Как же это я? — прошептал мужчина и прикусил мочку уха младшего. — Мх... Вот так... — Мне прекратить? — Д-да... Мы же поиграть хотели, помнишь? — Хорошо, — ответил Арсений и поцеловал парнишку в губы. — Тогда приступим к игре.