ТПР

Мыльная пена затекла мужчине в глаза и начала сильно жечь. Он начал смывать всю пену с волос и промывать глаза. В Антона летели белые, лёгкие, пористые барашки, но он зажмурился и ни на шаг не отошёл. — Тебя так приятно обнимать, — тихо сказал Антон. — Что? — не расслышал Попов, находясь под сильным напором воды. — Н-ничего… — Антош, — вдохнув, Арсений перекрыл кран. — Что ты сказал? Я не расслышал. — Что мне приятно тебя обнимать, — робко повторил Шастун в шею партнёра. — Ох, Антош... — Арсений слегка покачнулся, кладя руку на грудь. «Боже… Такой милый, я не могу так. Аж сердце колит! Хотел бы я сделать его своим парнем, всегда чувствовать его прикосновения. Разве я смогу просто забыть его после этой ночи? Нет, я должен помнить, что мы только секс-партнёры». — Всё хорошо? Тебе плохо? — М? А, нет, всё хорошо. Просто… Просто ты очень милый. Такой лапочка, — Арсений выпрямился и повернулся лицом к младшему. Тот раскраснелся, словно в помидор начал превращаться. — Т-ты… Ты зачем так говоришь? — недовольно спросил шатен и опустил голову. Он стыдился, что так сильно краснеет при Арсении и ничего с собой сделать не может. Это было уже не просто стеснение незнакомца, это была влюблённость. Антон это прекрасно понимал, но ещё в переписке парни обозначили границу — никаких встреч после этой ночи. — А что я такого сказал? Ты очень милый, Тош. Я не вру, посмотри на меня. — Не хочу… Арс, мне больно. — Что случилось? Антош, посмотри мне в глаза, — взволнованный Арсений двумя руками приподнял голову младшего за подбородок и стал поглаживать покрасневшие щёчки. — Мне в груди больно, — слова Шастуна эхом отразились от стен, обложенных плиткой. — В груди? От моих слов? Тебе плохо? Я тебя ранил? — заваливал младшего вопросами Попов. — Да. Будто ножом пронзили… — Но ведь я сказал хорошие слова, почему так? Я не хотел тебя обидеть. — Я не знаю… Мне страшно, что я могу… «Нет… Нельзя говорить! Если скажу, то упущу его навсегда! Да, мне страшно его потерять, но он об этом знать не должен», — мысленно остановил себя Антон. — Ты чего замолчал? Солнце моё, что тебя пугает? Поделись со мной, полегчает. — Я не могу, прости… — Ничего страшного, я всё понимаю, — тяжело вздохнув, Попов обнял Антона и нежно поцеловал в висок. — Спасибо за поддержку, уже легче. Мне уйти? — Что? Зачем? — Ну, чтобы ты мог спокойно помыться, и я не мешал тебе тут. — Я рад, что ты пришёл. Не уходи, Тош. Если хочешь, можем вместе помыться и помочь друг другу. — Но только… — Просто помоемся. Без всяких намёков на секс, да? — перебил кучерявого юношу Арсений. — Да, — кивнул парень, отодвинувшись от партнёра. Снова зажурчала вода. Струи тёплой воды ударялись о кожу целующихся парней, капли ручьями стекали по коже, по волосам и по губам, врываясь в поцелуй, похоже, влюблённых друг в друга парней. Помыться. Они должны были просто помыться. Но их губы притягивались, как магниты, пальцы цеплялись за чужую чуткую кожу, оставляя на ней розоватые следы, а ладони скользили по спине партнёра, спускаясь всё ниже и ниже… И вот они уже на ягодицах! Молодцы, помылись. Парни всё сильнее прижимались друг к другу, чувствуя чужой стояк. — Ха-а, Тош… Здесь нельзя, — говорил брюнет, пытаясь отдышаться. Он не выпускал Антона из своих крепких объятий, а их губы были всё ещё слишком близко друг к другу… — Почему? Я снова хочу тебя, Арс, пожалуйста, — молил Антон, да так жалобно, что невозможно было отказать. — Ах, Антон… Здесь опасно, понимаешь? Если ты упадёшь? Пойдём лучше на кровать? Обещаю доставить тебе там новую порцию наслаждения. — Хочу здесь, пожалуйста. До кровати слишком долго идти, я не хочу ждать! — капризничал младший, смотря в голубые глаза, хлопающие мокрыми ресницами. — Ладно, — выдохнул брюнет. — Совсем недавно ты был таким скромным, а теперь говоришь: быстрее взять тебя… — Так не болтай, а бери! — Антон, ты сам попросил. С удовольствием выжму из тебя все соки, — Арсений втянул младшего в страстный и жадный поцелуй. «Все соки… Боже, какой же он… Ах, я не упущу его. Ни за что не упущу!» — целуя старшего, думал Шастун. — А как же смазка? — отстраняясь, вспомнил Попов. — Придумай что-нибудь, — юноша пожал плечами и оплёл руками шею мужчину. — Я сейчас схожу за ней… — Нет! Нельзя, я не хочу ждать, помнишь? — ухмыльнулся шатен. Ему было приятно, что Арс так заботится, но ещё приятнее было находиться в его крепких объятиях. — Антон, но тебе же больно будет. Я быстро, ты даже не заметишь. — Я уже хорошо растянут, смелее. — Ты невыносим. Хорошо, я придумал кое-что. Встань на коленочки и отсоси мне. Будем в роли смазки использовать твои же слюни, — сказал Попов, думая, что Антон снова застесняется. — Без проблем, — Антон послушно встал на колени и обхватил губами довольно толстый и длинный член мужчины. Попов сделал напор тише и, ухватившись за мокрые длинные волосы, от удовольствия запрокинул голову назад. «Один, два раза... Но чтобы столько раз с юнцом заниматься сексом? Он же вообще нулевой, почему я так тащусь тогда? Необыкновенный... Настоящее сокровище», — подумал он.