ТПР

Тихая, безмятежная ночь сменилась бодрым и суетливым утром. Таким утро было для многих москвичей, но не для Антона с Арсением. Те в тишине продолжали нежиться в теплой постели, обнимая и нежно целуя друг друга. — Арс, это же не конец? — тихим, хриплым голосом прервал их молчание Шастун. — Ты про что? — Ну, про нас. — Антош, — тяжело вздохнул Попов, чем заставил шатена напрячься. — Ты мне очень понравился, секс с тобой замечательный. Честно, у меня было мало партнёров, с которыми я действительно наслаждался. Ты оказался одним из них. В общем, я хочу и дальше видеться с тобой, — с какой-то лёгкой печалью и грузом на душе высказался Попов. — Это же хорошо! Почему ты такой грустный тогда? Я тоже хочу видеться с тобой! — Антон, но это не значит, что мы будем в отношениях, понимаешь? — Понимаю, но в теории это возможно? — Отношения? — уточнил Попов. – Да, — Шастун гладил Попова по спине и провёл носиком по шее старшего. — Антош, я не знаю. Тебя не смущает наша разница в возрасте? Я сильно старше, не уверен, что это нормально для отношений. — У-у-у-у, а я думал, ты такой умный и смелый, — разочарованно протянул зеленоглазый парень. — А я умный и смелый! — воскликнул Попов и, вплотную прижав Антона к себе, стал часто целовать плечи, щёки, ушки и шею, не пропуская ни одного сантиметра. — Эй, прекращай, — смеясь, сказал Антон, но надеялся, что Арсений не станет останавливаться и зацелует его всего. — Эх, в теории... Наши отношения возможны, — всё же остановился брюнет. — А на практике? — А на практике мы уже первую брачную ночь прошли, — Арсений снова начал жадно целовать парня. — Арс, спасибо. Мне с тобой очень комфортно, ты такой... — Какой? — перебил младшего и замер Попов. — Ну... А вот не скажу, — прищурившись, ответил Антон. Он просто не смог подобрать нужное слово. Казалось, оно крутится на языке и вот-вот выскачет наружу, но нет. Этого не случилось, и смекалистый парень решил быстренько сменить тему. Тут выручил громко заурчавший от голода желудок шатена. — Я очень есть хочу. — Слышу, — улыбнулся брюнет и погладил плоский животик Шаста. — Что хочешь на завтрак? — Что ты можешь предложить? — улыбаясь и гладя приятно колющуюся щетину Попова, спросил Антон. — Как ты смотришь на яичницу с беконом и овощами, бодрящий лимонад и тосты со сливочным маслом? — Заказывай уже! У меня слюни чуть не потекли, я голодный как волк. — Хорошо, уже иду заказывать, — Арсений поцеловал парня в лоб, потом встал с кровати и стал звонить в службу рум-сервиса. В это время Антон без стыда и совести занял нагретое мужчиной место и полностью укутался в одеяло. — Здравствуйте, я хочу... — начал делать заказ Арсений. — Спасибо, ждём, — закончил телефонный разговор Попов. Он обернулся и увидел белый кокон из одеяла. — Антош, ты почему спрятался? Эй, у тебя живот болит? Почему ты калачиком свернулся? — подходя к кровати, спрашивал он. — Так теплее. — Ты замёрз? Хочешь принять горячий душ? — С тобой? — выглянул из-под одеяла Антон. — Почему со мной? Можешь один постоять под горячей водой, косточки прогреть. — Тогда не пойду, — сказал шатен и снова спрятался. — Подожди... В смысле, ты не пойдёшь? Почему? — Я не хочу без тебя. «Ох, ну и дитя капризное», — подумал брюнет. — Почему? Антон, что нам вдвоём там делать? — присаживаясь рядом, спрашивал Попов. — Стоять под душем, греть косточки. — Как вчера? Антош, пожалей свою попку. Тебе вчера не хватило? — Хватило, но... Просто я хочу простоять с тобой, опереться на тебя, понимаешь? — Ну, если только постоять... Хорошо, я согласен. Пошли? — поглаживая через одеяло бедро шатена, спросил Попов. — Отнесёшь меня? — снова выглянул Антон. — Отнесу. Иди ко мне на ручки, — Арсений высвободил Антона из мягкого кокона, взял на руки и, как ребёнка, понёс в ванную. — Антош, мы же можем в боксерах постоять? — опуская парня, уточнил мужчина. — Они же высохнуть не успеют, зачем их мочить? — удивился странной идее мужчины Антон. — Ладно, тогда ты снимай, а я так постою. — А домой как поедешь? С мокрой жопой? — съязвил Шастун. Ему было немного обидно, что Арсений не хочет при нём раздеваться. — Нет. С голой, — усмехнулся Арсений. — Тоже мне шутник, — проворчал Антон, снимая боксеры. Он повесил их на крючок и встал под лейку душа. — Включай. Арсений открыл кран, и Антон, почувствовав струи прохладной воды, отскочил к нему. — Х-холодно, — задрожал он, прижимаясь к Попову. — Я сейчас всё настрою, потерпи немного, — обнимая шатена, потянулся к крану брюнет. Несколько секунд ожидания, и полилась горячая вода. Антон сделал шаг назад и потянул за собой Арсения. Они обнимались под горячими струями воды, которые приятно ударялись о кожу, массируя её. Они просто стояли и обнимались, ничего не говоря друг другу. Антон водил по мокрой спине, создавая летящие во все стороны мелкие брызги. Арсений целовал парня в висок, гладил его поясницу, иногда заходя на упругие ягодицы парня. — Арс, а может... — Нет, — понимая, что собирается спросить Шаст, резко ответил Арсений. — Мне с тобой вот так очень хорошо. — Обидно... — Да ладно тебе, успеем ещё не раз. — И то верно. Снова тишина. Только вода шумела и туманила разум. Антон всё больше расслаблялся и стал виснуть на Арсении. «Он же сейчас уснёт так... Что же делать? Если воду включу, он замёрзнет...» — Антош, всё хорошо? — М? Да, — он правда начал засыпать. — Пора выходить, просыпайся, — Арсений попытался отстраниться и растормошить Антонона, но тот сильнее вцепился в мужчину. — Не хочу... Мне так хорошо... — Тош, я всё понимаю, но нужно выходить. Кажется, ты уже перегрелся, — сказал Арсений и потянулся к крану. — Нет! Пожалуйста, ещё минуту, — впился пальцами в мужскую спину Шастун. — Только минуту, — снова обняв парня, не так давно ставшего совершеннолетним, сказал Арсений. Одна минута молчания под горячей водой, пар от которой заполнил всю ванную комнату и конденсатом осел на зеркале и холодной керамической плитке. Они стояли, закрыв глаза и представляя, что находятся под красивейшим водопадом в тропиках. — Тош, минута прошла, — Попов перекрыл кран, схватил большое полотенце и обернул в него шатена. Он вытер его и отправил в кровать, а сам остался вытираться, выжимать насквозь мокрые боксеры и вешать их на горячую трубу. Арсений вышел в полотенце, обмотанном на бёдрах. Антон с закрытыми глазами лежал в кровати, укрытый одеялом, а полотенце валялось на полу у кровати. — Тох, не засыпай, скоро наш завтрак принесут. — Мх... Отстань. — Эй, Антош. Подъем, просыпайся, - Арсений сел рядом и стал расшатывать парня. Тот долго не вытерпел и открыл глаза. — Давай, просыпайся, солнышко моё — одарив поцелуями висок и макушку парня, добавил он. — Когда мы есть будем? — смотря зелёными голодными глазами, спрашивал Антон. — Скоро, — успел сказать Арсений, и в дверь постучали. — А вот и наш завтрак! Попов открыл дверь, сотрудник ввез в номер тележку с блюдами и, пожелав приятного аппетита, ушёл. Арсений подвез еду к кровати, пока Антон поудобнее усаживался у изголовья. — Держи, — он подал ему тарелку с тёплой яичницей. — Спасибо, — улыбнулся Антон и принялся улетать свой завтрак. Арсений не отставал, он тоже наслаждался вкусной яичницей с беконом. Потом они выпили прохладный освежающий лимонад и, ещё полчаса понежившись в постели, стали собираться на выход. — Слушай, у тебя сегодня есть какие-нибудь дела? — поинтересовался брюнет, укладывая волосы перед зеркалом. — Нет, я полностью свободен. А что такое? — Мне хочется сходить с тобой куда-нибудь, если ты не против. — Серьёзно?! Мы с тобой сходим куда-то? — не поверил своим ушам Антон. «Разве так делают просто секс-партнёры? Или мы не секс-партнёры?» — спросил сам себя он, но не успел ответить. Его размышления прервал голос Попова. — Тогда пошли. Ты же собрался уже? — Да. Подожди, а ты пойдёшь с голой попой? — выгнув брови, спросил Шастун. — Нет, я же в штанах. Мы так до моего дома доедем, а потом сходим куда-нибудь. — А куда? — По дороге решим. Или у тебя уже есть предложения? — Нет. — Ну вот. Значит, решим всё в пути. Попов взял Антона за руку, они вышли к ресепшену, выселились из номера и поехали на такси к Арсению. Ехать нужно было полчаса, поэтому Арсений позволил вздремнуть шатену на своём крепком широком плече. «Дома решим, куда сходить», — смотря на кудряшки спящего Антона, решил Попов.