История одного года.

Эта история ведает об одном годе. Годе, который перевернул много жизней, погребённых в отчаяние и смуте презрения. Я поведаю Вам историю, которая, надеюсь, затронет Вашу жизнь. Белоснежные дали и жёлтый свет фонарей. Белые перья кружились, ветер завывал, а в щель неплотно закрытого окна пробирался холод, так противно скользя по полу, по всем комнатам. Громкий и ярый крик взрослого мужчины, тот самый, на который хотелось или заорать в ответ, или скорее спрятать лицо, чтобы в дальнейшем не поймать холодную посчечину щекой, после которой кожа так яро горела. Женский крик. Такой тонкий, робкий, но крик. Бьщаяся посуда, громкое топанье сурового мужика, которого однажды сравнивали с горой, и плачь, где-то в соседней комнате. Громкая музыка и вечно пьющие мужики под окнами. Обычно это слышат люди, живующие в старых хрущёвках. Где-то за пределами этих мест живут счастливые люди. Дети в семьях которых не знают, что такое жестокость несправедливой жизни. Звон назойливого будильника. Он тонко подстроился под завывание зефира за окном, гудения и веющей белезны снегопада. Вновь ор, который перебивал столь приятные звуки, под которые хотелось спать. Юноша выключил будильник. 06:30. Он обычно не спит в такое время.. Не при таких обстоятельствах. Несчастливые семьи частое явление, уверен, вы уже встречались с подобным, даже если отроду прошло всего-лишь 11 лет. Парень неспеша слез, отталкиваясь от старой пирины и слыша нудный, тянучий скрип койки. Юноша на носочках проскользил до ящика, достал вещи и сумку с учебниками. Оглядываясь он вытянул пару купюр с наиминованием в 100 рублей и скользнул к двери, неуклюже напяливая на себя тёплую кофту. Мальчишка неспеша приоткрыл старую деревянную дверь, обмотанную в грязные тряпки, та лишь скрипнула. На свет вылился силуэт. Резкий смердящий запах тут же ударился в нос. Темноволосый юноша с белоснежной кожей, которая казалась грязной на жёлтом тусклом свету. Мужской крик стал слышен куда громче, а женский голосок лишь изредка прерывисто ойкал. Юноша скользнул взглядом на тумбочку с разбросанными вещами. Старая, вся в пыли и уже точно отслужившая своё. Паренёк цыкнул, прищурился. Съежившись и пригнувшись, он мелькнул в коридор, прижимая сумку к животу. Он быстро натянул старые, поношенные кросовки, доставшиеся ему от соседки напротив, уже давно отошедшей на тот свет. Галина Петровна была прекрасным человеком. В её уютной старческой квартире всегда пахло чём-то сладким, а солнце всегда заглядывало к ней чаще, чем в закрытые грязными тюлями окнами юноши. Она всегда ласково называла мальчика, поглаживала по голове и угощала пряниками, которые так любил ребёнок. Темноволосый схватил шуршашую куртку, быстро, озираясь на кухню, стал её напяливать, в то время, как на кухне воцарила тишина. —Эээ, подонок- грубый мужской голос, тянующий гласные, прозвучал эхом. —Куда намылился?- и уже огромная ладонь выглянула из-за угла коридорчика, что соединял кухню, зал и коридор. Юноша резко набрал воздуха, шорохаясь подальше от угла и быстрым шагом назад направляясь к старой деревянной двери. —Я с кем это разговариваю?- переходящий на крик голос прозвучал уже очень близко, в то время, как юноша развернулся и схватился за металлическую ручку двери. Волосатая рука схватила за капюшон и притянула обратно, с лёгкостью роняя на пол детской тело. —Бля, не беси меня с утра пораньше, выродок.- мальчик лишь всхлипнул, истерически царапая гортанную часть своей куртки, нащупывая пуговицы, держащие капющон с курткой. Юноша брыкался и дергался, пока его тело скользило, собирая на себе складками старые красные ковры, лежащие на полу. —Отъебись!!- хрипящим голосом вскрикнул мальчишка, впиваясь ногтями в огромную кисть мужика. Тот лишь вздернул и резким движением отбросил ребёнка в сторону. Мальчик же, врезавшись в стену, резко вскочил и вновь побежал к двери. Взрослый голос лишь проорал матами в след. Темноволосый был уверен, что этого примата повело от выпивки, и он уже не желал бежать за кем-то вроде него. 4й, 3й, 2й, 1й и выход на свежий воздух. Юноша глубоко вдохнул его в себя, покашливая и подтирая слезящиеся глаза. А холодные крупинки жгуче врезались в его лицо с порывами воющего ветра. Сегодняшний день был вовсе не одним из лучших в жизни Эдгара.