Театр золотых огней

Театр золотых огней запомнился не только своими роскошными залами, но и последним кровавым выступлением в ночь с двадцать первого на двадцать второе апреля, в день голубой луны. Это было одно из самых масштабных представлений за весь год. Аристократы с золотыми билетами навсегда остались довольными. Место славилось своим актерским составом, в котором выступали талантливые личности. Ранее знаменитый театр был признан лучшим, но луна поставила крест на его славе раз и навсегда. Все поглотил огонь, не оставив даже кусочка. Ходят слухи, что бродячие души гуляют по заброшенному театру ночью, танцуя в вальсе под светом луны. Здание отреставрировали. Вот уже как девятнадцать лет театр снова ждёт актеров для проведения новой лунной ночи. Театру нужны были новые звёзды ночи, что превзойдут себя и других. Один такой поступил на сцену в своей очаровательной шляпке. Чуя Накахара знает куда идёт, а главное зачем. Театр золотых огней место для таких как он. Для новых звёзд. К моменту лунного восхода Накахара будет не один. Любимец театральной семьи, шатен с неповторимой харизмой, Дазай Осаму. Так, парни будут врагами на сцене и друзьями за пределами. Другие тоже сыграют немаловажные роли. Вся профессиональная труппа готова пройти суматоху ко дню, но… что-то не так. Слухи не всегда являются слухами. Театр это чувствовал. Само здание никогда не станет таким же золотым и чистым, как раньше. Ни одни красные ковры не спрячут лужи крови прошлого. Театр уже не тот. Прошел месяц с прибытия нового состава, а людей не значительно больше. Можно подумать бедные люди не справляются с ролями и уходят в закат. Другие в это поверили бы, кроме маленькой-недоверчивой звезды. Его друг, Акутагава Рюноскэ, был на пробах вместе с ним. Они совместно вступили в новые роли и собирались исполнить лучший дуэт друзей на сцене. Желание Акутагавы выступать поражало и заставляло что-то внутри действовать. Эта звезда ушла, улетела назад, не показав себя на планете земля. Не мог столь целеустремлённый человек уйти в тихую. Чуя знал и догадывался, что в театре не все так мирно. Осаму оставался единственной надеждой и спасением. Его потеря могла стать кончиной для театра. Чуя потерял бы последнюю искру веры. Юноша был не только талантливым, но и добрым человеком. Редко увидишь парня грустным. Для Чуи Дазай не просто друг, но и главный партнер на сцене. Хоть и хотелось превзойти его, опыт мальчика с театра сравнительно выше. Шатен долгие годы знаком с театром. Он и есть часть театра. Улыбка театра, его лицо, голос. Чуя не раз видел гримерную Дазая, где тот и проводит всё свое время. Место самое что ни на есть волшебное. С окна вид на звёзды, куча полок с книгами, стены обклеены афишами и масками, зеркало со свечами, и всегда ощущался холод. Там, за дверью, застенчиво скрытой комодами. Интерес узнать что там рос, настолько, что и думать мешал. Сны только и воображали продолжение комнаты. Так за неделю до дня Х Чуя ушел с репетиции в гримерную. Как партнер, Чуя знал, что Шатен занят выбором костюма, и что его дверь всегда открыта. Комод уже не казался проблемой. Секрет сам звал к себе. Чуе хотелось быстрей узнать что там. За белой дверью комнаты было темно; воздух казался плотным. Свет из комнаты не проникал дальше, а запах устоявшейся гнили бил в нос. Чуя никогда не забудет увиденное. Ему нельзя было знать что там. Было бы лучше, если бы он продолжил думать, что Акутагава ушел по своей воле. Присутствие Дазая заставляет ноги подкашиваться, а руки дрожать. С этим ничего не поделать. Главный антагонист ночи же ухмыляется, словно играясь и дразня. Рыжик понимал глубоко внутри, что Осаму уже знает что он видел. Остается ждать той же участи, что и предыдущих. Страх и злость захлестывают изнутри. Не будь Накахара актером, он бы не выдержал. Страшно вновь улыбаться, делая вид не подозреваемого. Идти в ту же комнату… Дазай не просто так водит Чую к себе. Он много выражал свою благодарность Чуе и как же ему повезло встретить такого харизматичного партнера на сцене. Рассказывал об истории театра. Дьявол показывал все самые лучшие качества себя, от чего Накахаре хотелось тошнить и кричать. Дазай ненормальный. Он планирует неладное. Рыжик бы сбежал, но уже поздно. Дазай забрал у Накахары актерство и друга, став куском его жизни. Пришив себя, мертвый кусок плоти. Оба это болезненно понимали. День Х. Голубая луна. Людей значительно меньше, чем в первые дни, точное число трудно определить. Чуя осознает, что ему нельзя на сцену. Шепот Дазая сзади словно ласково уговаривал, но Чуя ощущает толчок, выталкивающий его вперед. Взгляд Чуи встречает лица женщин, стариков и детей в зале. Внутри него прокатывается волна извинений. Ему страшно. Он уже утратил свою веру, пока за шторами на него смотрит Дазай. Улыбаться больше нет сил. Все звезды когда-то потухнут, заполнив все рядом тьмой. Осаму был странным в своей любви, выражая ее особым образом. Властно, грубо и даже жестоко, несмотря на его красивую улыбку. Дазай будто играл. Прикосновения казались нежными, словно они проникали сквозь все тело. У представления изначально не было счастливого конца. Все погибнут, чтобы воскреснуть призраками. Пока живет театр- живет Дазай. Однако Дазая нет уже пять минут, остались только его останки. Зажигалка, брошенная ранее, выполнила свою роль.