Теперь мне так хорошо

В утро воскресенья Эдгар проснулся с хорошим настроением и, кажется, даже выспался. Из кухни доносились звон посуды и чья-то усердная возня за плитой. Колетт спала рядом, пуская слюни на подушку и отобрав себе как одеяло, так и большую часть кровати. Сквозь пёстрые розовые шторы проникал солнечный свет, окрашивая в тёплый оттенок всю комнату. Даже обычно белые волосы девушки были розоватого оттенка. Эдгар слабо улыбнулся этой картине и как можно тише попытался встать с кровати, но тут же был засечён – Колетт только притворялась, что спала, и сейчас играючи схватила его за рукав, потянув обратно. Пришлось сдаться под её напором, ибо растягивать одежду не хотелось. Она ни за что так просто не отпустит, парень уже это хорошо знал. Рукой девушка лениво потянулась к его лбу, продолжая лежать пластом. Естественно, она не доставала до него, и потому Эдгар послушно наклонился. Убедившись, что жар у него прилично упал, Колетт удовлетворённо вздохнула и засунула руку под подушку, располагаясь поудобнее. Это значило, что места для парня уже не было предусмотрено – коли встал, то и стой, будь добр, а я пока поваляюсь. Такой расклад дел совершенно не устраивал Эдгара, и он лёгким движением стянул с неё одеяло, которым она только укрылась. Колетт недовольно заворчала и попыталась отобрать тёплый кусок ткани, не слезая с кровати, но руки у парня были цепкие и он специально отошёл так, чтобы Колетт в конце концов свалилась на пол. Не сдержавшись, он со злорадством захохотал, пока девушка, надувшись, потирала ушибленный бок. Теперь-то они в равных условиях! Эдгара быстро заткнула подушка, прилетевшая ему прямо в лицо. В глазах Колетт заиграл яркий огонёк, и парень принял этот вызов. Когда мама Колетт, а звать её Молли, зашла проверить детей, то нечаянно стала свидетелем крайне странной картины: разгорячённые, красные, давящиеся смехом дети разворошили всю постель и теперь устало растянулись на полу. Момент быстро стал неловким, и друзья поспешили убрать за собой беспорядок под её чутким надзором. Далее вполне обыкновенная рутина, наполненная громким смехом, а после самая любимая часть утра – завтрак. Колетт первая бросилась занимать стул поближе к тарелке с оладушками, оставив Эдгара позади. Горько вздохнув из-за того, что упустил шанс занять лучшее место, он помог Молли расставить чай и столовые приборы каждому. Хотя, конечно, вилки здесь не были нужны даже самой женщине, пачкать руки в лишний раз не любил папа Колетт – Брэм. Вскоре и он подоспел к столу, вялый и заспанный. Взяв тысячу добавок и, вроде, наконец наевшись до помутнения в глазах, дети последними вышли из-за стола. Родителям хватило пару штучек, чтобы уже сытыми в гостиной отдыхать на диване. Эдгар снова замешкался и, пока допивал чай, Колетт уже успела улизнуть в комнату, оставив его одного. Это определённо значило: мой посуду сам, я пас! Он проиграл в этой борьбе и оттого с досадой цыкнул. Девушка ещё ответит сполна! Делать нечего. С сонливым мычанием потянувшись, вставая из-за стола, он добросовестно стал прибираться на кухне. Да, Молли говорила, что уберёт сама попозже, но Эдгар вообще-то упрямый и даже слушать такое не станет. И вот он закончил. Со звоном расписная посуда легла на полку. С ехидной улыбкой, с лицом, полным злобного предвкушения, он хорошо намочил руки под холодным напором воды и устремился карать подругу. Уже скоро парень плотно приложил ладони к её шее и получил нужную реакцию – Колетт громко взвизгнула и выпрямилась подобно пружинке. Они не стали драться подушками, новыми орудиями борьбы стали столовые тряпки, пропитанные ледяной водой. Почти сразу Молли оперативно катапультировала их на улицу, так сказать, подышать воздухом, выветрить дурь. Эдгар ведь вполне поправился, и на улице стояла чудная погода. Друзья решили пока не думать о том, как парню придётся снова прощаться с этой жизнерадостной семьёй этим вечером. Если они начнут об этом говорить вслух уже сейчас, то весь день их так и будет это мучить. Они решили прогуляться в любимом парке: уточек покормить, чужих собак погладить, полазать по деревьям.. с этими приятными мыслями во все лопатки подростки уже бежали туда, чуть ли не сбивая прохожих. Начать решили с простого – лёгкая прогулка вокруг утиного озера до ближайшей скамьи. Колетт с ужасно довольным видом громко жужжала в уши другу о том, как же прекрасно работала со Спайком в команде недавно. Также вспомнив вчерашний день, Эдгар вспомнил и о Байроне. Может, в сознании первым появился именно он, ибо похожий на него старик увлечённо читал тяжёлый том на скамейке недалеко от них. Каково было их удивление, когда этим стариком действительно оказался Байрон. Что же он здесь делает? Читает, это ясно. Его дом разве не далеко отсюда? Почему пришёл именно сюда? Судьба и впрямь шутница со злыми розыгрышами. Эдгар ведь только перестал чувствовать себя совестно перед ним. С неловкостью школьницы он хотел было тихонько пройти мимо, но Колетт эти намерения тут же с размахом перечеркнула – хотела она поздороваться с мужчиной, как заместо этого ошарашенно ахнула, и тем самым заставила его испуганно вздрогнуть. Кажется, он был так поглощён чтением, что не услышал даже такую болтунью, как она. Девушка мигом смущённо прикрыла рот, парень же постарался отыскать в Байроне то, что вызвало у неё такую бурную реакцию. Его лицо тут же приняло удивлённое и даже озабоченное выражение, когда его глаза зацепились за правую руку Байрона, всю перебинтованную и крепко прижатую к груди. Эдгар заметно помрачнел. К тому времени Байрон тоже быстро узнал своих знакомых и потому успокоился. Ему было сложно читать, держа книгу одной рукой и едва удерживая её порхающие от ветра страницы. В основном он просто висел где-то среди своих навязчивых мыслей, пусто вглядываясь в шершавую бумагу, в чётко высеченные, чёрные и небольшие буквы. (Это был единственный роман в его библиотеке.) Если бы друзья внимательно смотрели на него в этот минувший момент, то смогли бы заметить, как его губы слегка шевелились, медленно складывая звуки в какие-то слова. Мужчина со стороны выглядел весьма удручённо и отстранённо. Сейчас же он быстро поднялся со скамьи и, улыбнувшись, негромко проговорил: – И вам привет. Молодое поколение, оказывается, так быстро восстанавливается, – взглядом он ехидно намекнул на парня, – отличное место для прогулки, да? – А то! – Колетт широко заулыбалась и тут же насупилась, – а что с рукой? Я и Спайк тебя хорошенько потрепали? Эдгара тоже беспокоило это. Он бы ещё сильнее начал себя винить в том, что Байрон с такими травмами нянчился с ним, но поспешный ответ того развеял его стенания: – И не надейся. Неудачный опыт да и всего-то. Ты и твой кактус мне ни разу не ровня! И он гордо приподнял подбородок, еле сдерживая смех от надутого вида девушки. Улыбка скользнула и по лицу Эдгара. Но почти сразу он стал хмур, задумавшись. – Значит, некоторое время не сможешь выходить на арену? Твоя рука.. – парень снова встревоженно посмотрел на неё, как бы пытаясь понять, насколько всё плохо. Байрон лишь легко пожал плечами. – Получается, что так, – он захлопнул книгу и опустил её в глубокий внутренний карман пиджака. Его лицо слегка поморщилось при мысли о чём-то. – А ведь даже опыты продолжить не получится, одна скука смертная... – его тон голоса принял по-детски обидчивые нотки, и Эдгар невольно улыбнулся. – Не сахарный, не растаешь! Заодно подумаешь о своём поведении! – Колетт всё так же дула губы, – фильм посмотришь какой-нибудь или научишься вязать носки себе одной рукой, не пропадёшь! Мужчина раскатисто рассыпался в хохоте. – Спасибо за идеи! – он даже отвесил ей низкий поклон, отчего она сильнее покраснела из-за возмущения, чем до этого. Не выдержав, юноша тоже тихо рассмеялся. Его подруга всегда так смешно защищает своего кумира! Довольно коварно смеяться над ней из-за этого, но её лицо в этот момент не сможет оставить равнодушным даже самого хладнокровного человека! Ещё пару усмешек и они втроём, усевшись на одну скамью, решили сменить тему для разговора. Раз уж встретились, значит надо от всей души поговорить. Первым начинал Байрон, друзья же охотно подхватывали за ним, что-то рассказывали, задавали ему вопросы и получали развёрнутые ответы. Любая вещь, на которой останавливался их взгляд, мог запросто стать объектом жаркого обсуждения. Ощущали они себя не менее чем прекрасно. Ещё бы! Так приятно излагать мысли, пока деревья заботливо прикрывают тебя от не в шутку пекущего солнца, с утиного озера тянет лёгкой прохладой, а аромат свежей листвы окутывает с головы до ног. Пару раз Колетт вскакивала, чтобы подбежать к озеру и покрякать уткам с их детишками, или внезапно взобраться на ближайший дуб, или погладить чью-то игривую собаку без поводка... В это время Эдгар и Байрон отходили от главной темы диалога и болтали о своём. Вот они говорят об их успехе в недавней битве, вот они с огнём в глазах предлагают друг другу самые разные планы действия на совместные бои в будущем. Вот мужчина с энтузиазмом рассказывает о том, как скоро вернётся к улучшению своих могущественных микстур и как ему пришлось это прервать из-за вчерашнего взрыва в лаборатории... вот у парня прямо-таки замирает от этого сердце и, не долго думая, он искренне предлагает свою помощь в экспериментах, пока раненная рука не заживёт. Вот их посетило молчание, полное размышлений, и вот Байрон с тёплым чувством на душе соглашается. Впервые у него появляется ассистент, это сразу делает его таким важным в своих глазах. Обсуждая то, когда лучше приступить к работе, вот к чему они пришли: родителей Эдгар избегает и потому согласен ночевать у мужчины хоть сегодня, хоть до полного выздоровления того, в школу не ходит, так как сидит на дистанционном обучении, и готов помогать уже этим вечером. О том они и договорились, чтобы не скучать и не терять времени. А больше поговорить об этом они не смогли, ведь, страшно запыхаясь, Колетт вернулась с целым букетом одуванчиков и, выбрав, по её мнению, самый красивый, ловко вложила парню за ухо. Эдгар тут же залился краской, но цветок не снял, ведь очень ценил такие знаки внимания от подруги. Он просто понадеялся на то, что потом на одежде не останутся маленькие круглые пятна от белого сока цветка. Или как звать эту горькую жидкость, что навсегда въедается в ткань? Байрон лишь улыбнулся подобной картине. Немного времени прошло и ни о чём особом интеллигенты уже не разговаривали, просто качали ногами и смирно молчали. Потому по инициативе девушки было решено отправиться гулять, разминать кости с суставами так сказать. Колетт протащила несчастных спутников через весь парк, вынудила их обогнуть его раза два полностью, пока они, наконец, не остановились... перед небольшой булочной на колёсах. Ощутив настойчивые вопросительные взгляды в свою спину, пока покупала аж три батона, девушка тут же поспешила объясниться: её идеей было заманить хлебом голубей, словить хотя бы одного и погладить его. Байрон с Эдгаром крайне удивлённо переглянулись. Недолго мешкая, они посчитали идею занятной и согласились. На охоту выходят два подростка и, кажется, вполне взрослый мужчина. Выбрали они открытое место подальше от загорающих людей на траве, сняли обувь и, будучи босыми, стали крошить хлеб. Конечно, птицы прилетали, увлечённо клевали, но тут трудности и начались – все были очень прыткими, даже втроём зажать одного не удавалось. Поражение следовало за поражением. Ну же, ещё немного! Ну ничего себе, он задел меня крылом! Я почти его схватил, коснулся его хвоста! Не улетайте, не улетайте, мы так больше не будем! Прилетали воробьи, но голуби отгоняли их, поэтому Колетт с жалостью целилась в них крошками и довольно улыбалась, когда пушистые малыши отбегали с лакомым куском подальше. Прилетела даже одна одинокая ворона, Эдгар был от них без ума. Ей он уделил особое внимание хотя бы для того, чтобы умная птица не тырила у их жертв под носом. Ему хотелось быть ближе к ней, она была страшно красивой, как и многие вороны. Он огорчённо вздохнул, когда птица вспорхнула на высокую ветку над ними, а после и вовсе улетела. Её тёмные глаза с таким интересом смотрели на него, прямо как и его на неё. Они были довольно похожи. И вот парня выбил из колеи протяжный, восторженный визг Колетт, вещавший о победе. Эдгар тут же обернулся. Так всё и было! Их труды и три батона, наконец-то это окупилось! С сияющим, самодовольным лицом Байрон крепко держал потерпевшего, что от непонимания вжимал свою переливчатую шею к туловищу. Его ярко-оранжевые глаза изучающе обращались к дикарям, что его схватили. Прыгая от счастья, Колетт аккуратно взяла птицу в руки и принялась с ней ошалело бегать, пугая прохожих. – Душенька довольна, – мужчина с улыбкой усмехнулся, наблюдая за девушкой, – вы точно ровесники? Эдгар тоже улыбнулся и развёл руками. – Иногда я забываю, что и мне пятнадцать, не только ей. – О, если признаться, то и я не считаю, что мне действительно тридцать четыре, – он задумчиво поправил очки, – не больше пятнадцати уж точно.. И они в унисон рассмеялись. Без всяких вещей, что сковывали бы проявление чувств, без задних мыслей... Это было жутко приятно. А несчастного голубя было решено отпустить. Колетт уже хотела забрать его к себе домой, как парень с ухмылкой напомнил ей о том, что Молли и Брэм с этим пушистиком её не пустят. Чуть ли не расплакавшись, она некоторое время ещё махала птице, что уже спокойно клевала семечки у скамьи неподалёку. Время плавно подходило к вечеру. Друзья всё-таки вспомнили о том, что Эдгар сегодня пока расстаётся с Колетт и её чудными родителями, а ещё со шпицем Спайки... но они не грустили так много, как это могло быть, ведь теперь он был под «покровительством» Байрона, что означало солидную безопасность. Колетт посчитала, что на мужчину можно вполне положиться и с лёгкостью на душе простилась с товарищами. Эдгар с благодарностью и даже нежностью провожал её энергичную фигурку взглядом. Всегда она скрашивала его серые дни, и не важно, просил он об этом или нет. Может, потому он ещё держится и старается? Байрон осторожно предложил парню начать двигаться в сторону дома, хорошо видя, как тот растрогался. Эдгар тут же кивнул, последний раз взглянув на маленькую белокурую макушку, и они развернулись в обратном направлении, устремив уверенный шаг по длинной тропе. Все трое были не на шутку довольны прогулкой. Никто из них не ожидал, что проведут время в этом тихом парке с таким весёлым огоньком. И всё спасибо Колетт, а также простой случайности. Теперь парня ждало не менее интересное занятие. Справится ли он, сможет ли оказать помощь Байрону как надо, или лабораторию потрясёт новый взрыв?