Мечты должны сбываться

      Злату привезли на окраину города и вывели из машины. Женщина огляделась. Серые обшарпанные дома взирали на нее десятками разбитых окон. Пара бродячих облезших собак пыталась вступить в интимную связь, но это были два нерешительных кобеля, так что процесс двигался медленно. Злата взглянула на небо, будто в последний раз. Тучи сбились в одну большую кучу и предвещали потоп. Воздух был пропитан мерзкими запахами: гнилью, мусором, спиртом и кошачьей мочой. — Пиздуйте-с, мамзель, — подтолкнул ее в спину один из конвоиров, коих было трое. Они вошли в подъезд, поднялись на третий этаж и вошли в квартиру за номером девять. Пленница ожидала увидеть клоповник, но на первый взгляд внутри было сносно. — Мне нужно в туалет, — сказала Злата. — Да не ссы, не убьем. Покамест, — заржал лысоватый коренастый мужчина и подтолкнул ее к двери ванной.       Женщина вошла, и хотела запереться внутри, но там не было ни замка, ни шпингалета. Она осмотрелась в поиске чего-нибудь тяжелого или острого, но ничего подходящего не обнаружила. Пока женщина справляла нужду, заметила на полу пару тараканов. — Да вы издеваетесь, и эти трахаются… Не район, а Содом какой-то. — Ты чего ворчишь? — заглянул лысоватый мужчина. — У вас тут тараканы и они размножаются без малейшего стыда. — Они у себя дома. Делают, что хотят. — Что и коммуналку оплачивают? — Ха-ха. Шутница. Нам с тобой будет весело. Ты все? — Нет, не все. — Ток ты это… не того… Тут со смывом проблемы. — Это место — одна сплошная проблема. — А ты думала тебя во дворец привезут, принцесса? Привезли бы во дворец, был бы сказочке конец. Но нет, наша сказочка только начинается. — Свалите, сударь, дама ссыт. А от вашего вида еще и тошнит… — Ха-ха, — рассмеялся конвоир и захлопнул дверь.       Злата хотела вымыть руки, но из крана полилась ржавая вода. Женщина от досады плюнула в раковину и вышла из туалета. Конвоир отвел ее в дальнюю комнату и запер на ключ. Пленница припала ухом к двери, надеясь услышать разговоры своих охранников, чтобы понять, что с ней собираются делать. Но те ушли на кухню, и ей ничего не было слышно. Злата осмотрелась. В комнате стояла мебель дореволюционного вида: кровать, шкаф и кресло, окно было зарешечено. Женщина распахнула шкаф, там лежал комплект постельного белья, пара полотенец и несколько потрепанных книг. Она взяла первую попавшуюся. Есенин. Раскрыла ее посередине. «Гори, звезда моя, не падай. Роняй холодные лучи. Ведь за кладбищенской оградой Живое сердце не стучит.»       Злата захлопнула книгу. «Спасибо, Сережа, но мне бы сейчас что-то более позитивное…».       Дверь открылась, и лысоватый конвоир вошел в комнату. — На, пожуй, — мужчина кинул ей пачку чипсов и шоколадку. — А можно нормальной еды? — Ага, щас креветок нажарю, жульен нашинкую и безе испеку. Что пить изволите? Шардоне, ма шери? Чего дали, то и жри. — Когда вы меня отпустите? — Считай, что ты уже в отпуске. — Ваш курорт не тянет на пять звезд. — Да и ты не звезда. Обычная пизда. — Как грубо. — Я голодный и злой. Поем — подобрею. Все. Я ушел. Сиди, как мышка. Соседей тут, как понимаешь, нет. Но если будешь орать — язык укорочу. Он у тебя явно длинный. — Уйди с глаз моих, подонок.       Конвоир закрыл дверь. Пленница съела шоколадку и улеглась на кровать. «Если оказался в безвыходной ситуации — ложись спать». Так рассудила Злата и закрыла глаза. Через пару часов дверь распахнулась. — Не, ну посмотрите на нее, она спит. Подъем, мадам.       Злату бесцеремонно схватили и вывели из комнаты. Ее привели на кухню. — Приготовь-ка нам пожрать, бабенка.       Злата посмотрела на кухонный стол, там лежала пачка пельменей и стояла бутылка водки. — Вы что, сука, даже пельмени сварить себе не можете? — взбесилась женщина.       Она схватила пачку пельменей и кинула ее в лицо лысоватому конвоиру, затем схватила бутылку водки и треснула ему же по голове. Двое других охранников вытаращили глаза. Через пару мгновений они пришли в себя. Их лысоватый друг упал на пол. Из его головы обильно сочилась кровь. — Бля, если ты его убила, сука, тебе кобздец, твое тело никогда не найдут, — пригрозил упитанный мужчина. — Михан, братишка, ты живой? — худой долговязый мужчина склонился над Миханом и начал щупать его пульс. — Я отвезу его в больницу, а ты смотри за этой шмарой.       Злату затолкали обратно в комнату. «Надо валить, или завалят меня». Женщина лихорадочно соображала. «Пока он там один, есть шанс…».       Мужчина, находившийся на кухне, услышал оглушающий крик из комнаты, куда несколько минут назад отвел пленницу. Он побежал на крик, открыл дверь, но не увидел женщину. Злата выскочила из-за двери и начала душить мужчину пружиной, выдранной из кровати, затем со всей силы толкнула его, выбежала, заперла дверь комнаты и рванула в коридор. Женщина открыла дверь и выбежала в подъезд. Выбежав на улицу, она сломя голову понеслась по улице, за ней ринулись собаки. — Отвалите, кобели, иначе всем расскажу, чем вы тут занимались.       Собаки для приличия пробежали еще пару десятков метров и вернулись к себе во двор.       Злата остановилась отдышаться и попыталась сообразить, где она находится. Местность была незнакомой, но она интуитивно пошла на север.       Мимо проехала машина и через десяток метров затормозила. Из нее вышел молодой мужчина. — Девушка, вам помочь? Не самый лучший район для прогулок. — Да пошел ты! Пиздуй отсюда. Не приближайся! — Ладно-ладно. Я помочь хотел. Психичка.       Мужчина сел обратно в машину и уехал. Злата продолжила путь. Через полчаса навстречу ей выехала машина, которая затормозила в паре метров и мигнула фарами. Злата с опаской подошла к автомобилю. Там сидела брюнетка из больницы. — Садись в машину, Злата, — приказала женщина. — Ага. Щас. Разбегусь и сяду. На лицо тебе не сесть? — Злата уже приготовилась бежать и представила, как ей вдогонку свистят пули. — Злата, садись в машину, — раздался знакомый голос.       Из машины вылез Костя. — Тебя тоже похитили? — бросилась к нему Злата. — Нет… Это Настя. Моя тетя. — Твоя тетя? Что? И зачем она меня похитила? Нет, ваша семья точно с прибабахом… — Она все объяснит, поедем. — Я ей не доверяю. — А мне доверяешь? — Что-то я уже никому не доверяю. — Хорошо пойдем пешком. — Не дурите, в машину оба, — приказала Настя.       Злата и Костя уселись в машину. — Ты чуть моего парня не угробила. — Это тот лысый амбал? Фу, у тебя отвратительный вкус на мужиков. — Он коллега, из моей команды. Зачем ты ударила его бутылкой? — Твои козлы меня похитили, что я должна была делать? Я думала, меня хотят убить. — Вышло небольшое недопонимание. Я хотела, чтоб они тебя придержали, Анфиса не хотела тебя видеть, а они подумали, что ты подозреваемая. — Вот, значит, как вы там свои темные делишки проворачиваете? Костя, ты уверен, что твоя тетя из органов, а не из банды? И есть ли между ними разница? — Уймись, девочка, — пригрозила Настя. — Да вы обе уймитесь! Мы, может, еще родственниками станем, зачем отношения портить? — взвыл Костя. — Костик, она твоя девушка что ли? — спросила брюнетка. — Нет. А что Анфиса тебе не рассказала? — ответил мужчина. — Что не рассказала? — Ну, у них со Златой роман. — Какой Роман? Это тот их одноклассник? Из-за него они что ли поссорились? Из-за мужика? — Да нет, роман, в смысле, интрижка. Любовь там. Все дела. — Анфиса лесбиянка? — Ну, скорее, бисексуалка. И я тоже кстати. — Да уж… Давно я с вами не общалась, ребята. Вот это новости. — А у тебя как там, Настя, на личном? — Все хорошо, Костик. Скоро женюсь. — Оу. Ого. Настена, я думал, с твоим послужным списком не женятся. — Сама не ожидала. Но большая любовь ко мне нагрянула. — Надеюсь, с обыском в шесть утра, и пожизненно будет клевать твое сердце, — буркнула Злата. — Сейчас кто-то договорит… Будет ночевать в камере за нападение на сотрудника госбезопасности. — Да этот ваш Михан сам виноват! Не умеет обращаться с женщинами, хотел заставить меня варить пельмени. Ненавижу пельмени. — Михан-то ладно, он добрый малый. А вот Мирон, которого ты чуть не задушила пружиной. Он в обиде. Ну надо ж до такого додуматься!       В последних словах Злата явственно услышала нотки восхищения, а не осуждения. — А ты бы на моем месте что сделала? Вариантов у меня было с гулькин нос. — Да то же самое сделала бы, а может и похуже чего… Я одному только радуюсь, что ты их не убила.       Костик слушал их разинув рот. — Вы страшные женщины, — наконец вымолвил он. — Да нет, мы красотки, — усмехнулась Настя и переглянулась со Златой. — Я одного не понимаю, почему Анфиса не хочет тебя видеть, Злата, она ведь даже не помнит последние дни? — вслух недоумевал Костик. — Видимо, все она помнит, — мрачно ответила Злата. — А я вот не понимаю, Настя, каким образом ты вдруг появилась в больнице? — Мою племянницу подстрелили. Для меня дело чести — найти того, кто это сделал. К тому же дело резонансное, много жертв. Вот наша служба и подключилась. — Когда не справляются обычные менты, приходят их ФСБ-шники-кенты? — прокомментировала Злата. — Ха-ха. Именно так. Отвезу вас домой. И умоляю вас, больше никуда не лезьте. Сидите дома. Ждите. — Чего ждать-то? — спросил Костик. — Ждите пока Анфиса поправится, пока мы найдем компашку, которая устроила бойню. И Костик, отцепись от Сэма. — А при чем тут Сэм? — просила Злата. — Ну, в общем, дело было так, — начал Костик.

***       Анфиса лежала и с тоской смотрела телевизор. — Привет, Кудряшка! — Привет, Глебушка.       Мужчина вошел в палату с огромным букетом цветов. — Ты ограбил цветочный магазин? — Нет, я вырастил их пока ты спала.        Глеб поцеловал Анфису в щеку и уселся рядом. — Царапунька передавала тебе привет и мяу-мяу. — Ох, как там моя девочка без меня. — Ну, у нее есть я. Дешевая замена. Но лучше чем никого. Кстати, твои родители звонили, они приедут через пару дней. — Я в порядке, не стоило им прерывать экспедицию, Глеб. — А что я мог сделать, когда тебя чуть не убили? Держать твоих родителей в неведении? А Настя меня чуть не прибила. Она всегда меня недолюбливала, не могу понять почему. Я вроде не самый худший муж. — Я не знаю, почему. Да и какая разница, если мы скоро разведемся. — Кстати об этом… Знаешь… Я долго думал. После того как ты чуть не… Я осознал, что все еще люблю тебя. — Глеб… — Нет, послушай. Мне нужен еще один шанс. Дай мне его. Не отвечай сейчас. Просто подумай… — Хорошо, я подумаю.       Глеб несказанно обрадовался. — Я еще посижу? А то тебе совсем кисло здесь. Со мной веселее. — Да с тобой всегда весело…       В дверь палаты постучали. — Входите. — Привет, Анфиска. — Сэм! — воскликнула Анфиса. — Мой герой! — Разве не я твой герой? — притворно возмутился Глеб. — Нет, я героистее, — парировал Сэм. — Ну как ты, красавица, выздоравливаешь? — Да, потихонечку. — Этот джентльмен тебе не мешает? — Этот джентльмен — законный муж, — воскликнул Глеб. — Ладно, муж, не кричи. Никто твой статус не оспаривает, — ответил Сэм. — Парни, вы кого угодно утомите своей болтовней.       В дверь постучали и в палату вошла медсестра. — Здравствуйте, пациентке пора на процедуры. — Да-да, мы уже уходим, — сказал Сэм. Он подскочил к Анфисе, чмокнул ее в щеку, схватил Глеба и вытащил его из палаты. — Глеб, пойдем пообедаем. — Пойдем.       Мужчины вышли из больницы. — Какой красивый букет, — сказала медсестра, проводя процедуру. — Муж меня балует. — У вас очень милый муж. — Да, он само очарование.       Медсестра закончила процедуры и вышла из палаты. Наконец Анфиса осталась одна. Она внимательно посмотрела на букет, будто он мог подсказать ей ответ. А вопросов у Анфисы было много…