Это страшно?

Оглядываясь по сторонам, девушка убеждала себя в том, что в округе никого нет. Открыв окно, героиня посмотрела вниз. Кроме тьмы ничего не было видно, поэтому девушка понятия не имела, как долго придется падать, пока не почувствуешь под ногами пол. Залезая в окно, молодая девчушка чувствовала страх. Страх того, что кто-то из взрослых поймает и расскажет родителям. Страх неизвестности перед возможными обитателями заброшенного здания: крысы, тараканы и другая противная живность. И, конечно же, страх перед темнотой. Сделав глубокий вдох-выдох, девушка взяла всю волю в кулак и резко спрыгнула вниз. Однако, несмотря на логичное предположение о большом расстоянии до пола, она удивилась, когда больно ударилась пятой точкой о твердую поверхность. На обратном пути незваной гостье придется подтягиваться к окну своими силами или искать стремянку - в ином случае отсюда не выбраться. Героине было страшно, что теперь она застрянет здесь навсегда, и никто ее не найдет. Может, не стоило приходить сюда? Все это не выглядело безопасным и интересным — скорее, страшным и непонятным. Девушка качнула головой. За тем она сюда и пришла: бороться со страхами и пересиливать себя. Возможно, это слишком экстремальный способ, но героиня считает, что это необходимо. Экзамены совсем скоро, а у девушки до сих пор скручивает живот, стоит ей подумать о возможных трудностях. Да и семейные ссоры лишь ухудшают ситуацию, добавляя подростку больше проблем. Почему юной особе вообще пришло в голову бороться со своей чрезмерной мнительностью в страшном заброшенном здании? Кажется, Вилсон - хороший друг героини - говорил, что подобная ситуация помогла ему прийти к душевному равновесию и здоровому пофигизму. Парня когда-то очень сильно напугали друзья, когда они большой группой бродили по заброшенной больнице. После этого случая друга сложно впечатлить или испугать. Внутри него как будто что-то открылось. Или оборвалось. Девушка предпочла считать это за дар. Ведь, что может быть лучше душевного спокойствия, когда ты не переживаешь ни за экзамены, ни за проблемы в семье, ни за что-либо вовсе. — «Но что, если мне будет это стоить жизни?» — про себя усмехнулась героиня. Девушка старается думать о хорошем, воспринимая происходящее скорее как страшный квест, похожий на тот, который проводили две недели назад в другой части города. Девочка тогда пыталась бороться со страхами именно таким способом — окружать себя ненастоящей опасностью. Но, несмотря на действительно страшную обстановку, девушка покидала квест с чувством какой-то недостаточности. Это было страшно, но все же не по-настоящему. Да и гостья была не одна: еще человек 5 незнакомцев, любителей экстрима, которые боялись любого шороха и своими криками пугали больше, чем сам квест. Молодая девушка осторожно спускалась по лестнице вниз, окружая себя темнотой. От мысли, что она бродит по заброшенному зданию одна, кровь стыла в жилах, и грудь вздымалась из-за частых вздохов. Хулиганке хотелось покинуть жуткое место, но мысли в голове твердили: «Все нормально. Ты ведь уже решила. Не отказывайся от своего выбора». Фонарик, который девушка одолжила у своего отца, освещал путь в темном здании. Повсюду мерещились странные звуки, но героиня была уверена в том, что в округе никого не должно быть — это место совсем недавно проверялось полицией, когда дело о пропавших детях пополнилось новыми уликами. Отец — шериф полиции — за ужином произнес, что заброшенное здание на удивление выглядело чистым — настолько, насколько это возможно для помещения, за которым никто не следит. И аниматроники словно отполированные стояли на сцене. Отец предположил, что держат помещение в чистоте волонтеры, за организацией которых стоят люди, собирающиеся выкупить здание и использовать строение в будущем. Так что ни бомжей, ни бандитов в здании быть не должно. По-крайней мере, девушка пыталась себе это внушить. С другой стороны, может, незнакомцы подскажут, где находится выход из этого здания. Искать стремянку и лезть обратно в окно хулиганка не собиралась — слишком уж это долго и сложно. — «А если другого выхода не будет, то останешься здесь лишь потому, что это долго и сложно?» — риторически спросил голос в голове. Если бы девушка услышала эти слова в реальности, то знала, что голос принадлежит маме. Уж слишком много укора в одной фразе. Открыв главную дверь, девушка осветила фонарем огромную комнату. В лучах света гостья заметила знакомые столы и стены, очертания которых приятным эхом отзывались в глубинах памяти. Последнее воспоминание об этом месте отсылает на десять лет назад. Девочка посещала эту пиццерию с родителями чуть ли не каждую неделю в субботу. Это было некой традицией. В то время родители переживали трудные времена — рождение нового ребенка, задержка зарплаты на работе. Но пиццерия «Фредди Фазбера» славилась не только уникальными аниматрониками и праздничной атмосферой, но и низкими ценами. Даже игровые автоматы требовали всего 5 центов вместо 10, как это было в других заведениях. А пицца чуть ли не в полтора раза была дешевле, чем точно такая же в соседнем квартале. Благодаря этому популярность пиццерии «У Фазбера» была высокой среди семей любого социального статуса. Главный зал всегда был заполнен детьми, особенно по воскресениям. Но, несмотря на огромное количество посетителей, никто не был обделен вниманием — по пиццерии ходили работники в костюмах золотых медведя и зайца, которые часто подходили к одиноким детям, чтобы развеселить и сделать подарок в виде небольшой плюшевой игрушки. Маленькая белокурая девочка приходила в заведение чуть ли не каждый день поиграть в игровые автоматы. Ей были не так интересны аниматроники, сколько вкусная еда и автоматы с играми. Хотя и были дети, с которыми маленькая зеленоглазка могла веселиться и играть в догонялки, долго дружить почему-то не удавалось. Наверное, это была одна из тех детских вещей, которая не понятна взрослым, но которая всегда устраивала детей. — Привет, меня зовут Сьюзи, а тебя? — Меня Джулия, — произнесла девочка, не отрывая взгляда от игры. — Здорово! Давай дружить? Зеленоглазая девочка перевела взгляд на новую знакомую. — Давай! Иногда, когда Джулия играла в автоматы, к ней подходил аниматроник. Точнее, тогда девочке казалось, что это был настоящий робот с человеческим голосом. Лишь спустя несколько лет девочка узнала, что внутри желтого зайца все это время был работник пиццерии. Наверное, ему казалось, что Джулии одиноко, раз она играет одна. Но маленькая зеленоглазка не любила, когда кто-то нарушал ее личное пространство, поэтому всегда отказывалась от предложения присоединиться к ребятам своего возраста. А уж тем более отправиться пробовать вкусный торт. Джулия терпеть не может торты. Если бы предложили плитку молочного шоколада, девочка с радостью отправилась в мини-приключение. — У тебя красивые белые волосы. Кто-то из родителей тоже блондин? Мама или папа? — сотрудник в костюме кролика положил свою руку на плечо увлеченной игрой девочке. — И мама, и папа, — отвечала Джулия новому другу — золотому зайцу. Маленькие пальчики активно нажимали на кнопки игрового автомата. — А у Вас какой цвет волос? — спросила девочка. Джулию совсем не удивляла абсурдность темы, о которой с ней заговорил незнакомец: настолько малышка увлеклась игрой. — Каштановый, — СпрингБонни наклонился так, что его голова была на уровне головы юной гостьи. Сотрудник наблюдал за игрой. На экране игрового автомата маленькая пиксельная машина ехала по дороге, обгоняя остальные автомобили. — Побеждаешь? — Да, — кивнула девочка. — Правда, пока тяжело. Но как вырасту, так стану лучше упавл… лавялт… упр-рав-ля-ться с кнопками, — сказала по слогам Джулия. — Так папа говорит. — Конечно. А я с удовольствием понаблюдаю. Джулия часто приходила в пиццерию одна. Дом находился недалеко, да и заведение всегда было полным детей — переживать не о чем. Родители не боялись отпускать дочь одну: городок Харрикейн славился дружелюбием и спокойствием. Что уж говорить, если многие родители разрешали детям гулять до позднего вечера, не беспокоясь за их безопасность. Никому и в голову не приходило, что спокойная жизнь Харрикейна, жители которого знают всех в городе чуть ли не в лицо, однажды станет лишь приятным воспоминанием. Один день изменил жизнь города раз и навсегда. Теплый солнечный июнь обещал веселье и радость гостям «У Фредди». Но простая вечеринка обернулась ужасной трагедией. Джулия в это время находилась в гостях у бабушки, поэтому не знала о том, что происходит в Харрикейне. Но родители помнили этот ужасный день: на уши подняли всех жителей города. Пятеро детей бесследно исчезли в пиццерии. И хоть трупы не были найдены, многие уверены в том, что дети погибли. Отец Джулии, будучи тогда лейтенантом, вызывался на ночное дежурство несколько дней подряд. Мать оставалась с младшим братом дома одна чуть ли не круглыми сутками. Вероятнее всего, это оставило свой отпечаток. Ужасный инцидент повлиял практически на всех жителей маленького городка. Подозреваемого задержали, но многие уверены в том, что у похитителя были соучастники, которые до сих пор на свободе. Никто из жителей Харрикейна отныне не чувствует себя в безопасности. Подойдя ближе к сцене, девушка разглядела огромные силуэты. Направив луч фонаря на них, Джулия узнала аниматроников, которые каждые выходные устраивали выступления. Днем Фредди, Чика и Бонни пели, а вечером разыгрывали сценку, в которой участвовал еще и Фокси. Девушка не могла сказать, что аниматроники были причиной, из-за которой в детстве ее тянуло в это заведение, но роботы определенно придавали пиццерии свой шарм. Теперь гостья смотрела на аниматроников с толикой ностальгии, хоть сейчас они выглядят куда страшнее, чем в детстве. Наверное, инцидент, произошедший 10 лет назад, составил мрачный образ об этом заведении, и теперь все, что связано с пиццерией «Фредди Фазбер» выглядит зловеще. — «Интересно, те дети выжили? Ведь тела не были найдены», — подумала про себя Джулия. Подойдя к игровому автомату, героиня достала из кармана джинс 5 центов. Бросив монетку в специальное отверстие, девушка ожидала включения игры. Подумав, что игровой автомат заглючил, гостья кинул еще 10 центов. Но факт отсутствия электричества дошел до светлой головы не сразу. — Черт, отдай мои 15 центов! — обхватила девушка руками автомат. — Надо было на жвачку оставить… Чем дольше Джулия бродила по зданию, тем страшнее становилось. Времяпрепровождение в заброшенном темном здании давило на хрупкую психику подростка. Зеленые глаза периодически поглядывали на сцену с аниматрониками. Девушка иногда слышала скрежет, поэтому она хотела убедиться в том, что издавали звуки не роботы. Конечно, механические штуки не могут быть живыми, но для собственного спокойствия гостья продолжала краем глаза следить за происходящим. — Чего ты боишься? Ты же все решила, — помотала головой из стороны в сторону Джулия, бубня эти слова себе под нос. — Тебе нужно подготовиться. Девушка завернула рукава и посветила на свои запястья фонарем. Раны от порезов были яркими и все еще болели. Прошла всего неделя после нервного срыва, но это оставило неприятные последствия. Если это максимум, на что способна Джулия, то о чем-то более серьезном она может забыть. — Так, так, так, — послышался голос с другого конца зала. Хулиганка вздрогнула, боясь обернуться на звук. Она не одна? Не может быть. Кто это? Бомж? Бандит? Заплутавший алкаш? Или… аниматроник? От последнего предположения у девушки вовсе душа ушла в пятки, и тело обдало холодным потом, хоть, размышляя логически, Джулия понимала, что этого не может быть. К счастью, раздумывать о происходящем долго не пришлось, незнакомый голос продолжил: — Очередная группа подростков, ищущая неприятности на свои головы, — силуэт стоял в тени, не приближаясь. Голос принадлежал мужчине… с британским акцентом? Какая жуть, Джулия с детства боится британцев. Почему-то в ее голове стоял образ сумасшедших людей, чьи произношения были похожи на роботизированные. Но не только акцент заставил девушку насторожиться. Отец недавно рассказывал о случае в соседнем штате: группа подростков пришла в заброшенное здание для проведения вечеринки в честь Хэллоуина. Их тела так и не были найдены. Лишь кожа. Подозреваемый в убийстве и избавлении от тел был мужчина средних лет. Может ли быть такое, что его освободили? Он запросто мог сменить место проживания и бродить по другим заброшенным зданиям, поджидая своих жертв. — И где твои дружки? — О-они рядом… ходят, — дрожащим голосом произнесла девушка. Джулия ни в коем случае не скажет о том, что пришла сюда одна. — Я… Мы уйдем и больше не вернемся, обещаем. Силуэт, наконец, двинулся с места, направляясь к незваной гостье. Девушка стояла спиной, поэтому не видела этого, но могла слышать. По мере приближения шагов, Джулия тряслась все сильнее. Решив, что попасться в руки предполагаемого садиста будет весьма неприятно, гостья быстро рванула к выходу, крепко держа в руке фонарик. Сердце бешено стучало в груди, а ноги бежали быстрее, чем когда-либо. И хоть дистанция была небольшой, да и не казалось, что незнакомец гнался за ней следом, девушка добралась до двери и со всей силы дернула ручку так, что кисть сильно заныла. Проход закрыт. Когда это произошло? Посветив фонариком, девушка с ужасом для себя отметила: это не та дверь. Выход был со стороны незнакомца. Переведя луч фонаря в то место, откуда доносились шаги, девушка смогла частично увидеть обладателя голоса. Мужчина, словно боялся света, тут же остановился и выставил руки вперед, пытаясь скрыться от луча. Рассмотрев незнакомца внимательнее, девушка увидела форму и бейджик на груди. — Вы охранник? — удивилась Джулия. Опустив луч фонаря так, чтобы он не светил мужчине в глаза, девушка стала дожидаться ответа. — Да, — произнес охранник, выпрямляясь. — И вы, детишки, совершили незаконное проникновение. Вы же в курсе, что эта территория отныне является частной собственностью, закрытой для посещений? На сердце у девушки отлегло. Это обычный охранник, и ни с кого он не собирался сдирать кожу. Обычный человек, выполняющий свою работу. — Знала, — виновато опустила голову хулиганка. — Зови своих дружков, будем разбираться. — Мистер… — Просто Дейв. — Дейв, — тихо произнесла Джулия, — Могу я уйти… Точнее, мы уйти? — быстро поправила себя девушка. — Мы больше сюда не придем, клянусь! — А это уже я решу на месте, — недолго думая, произнес охранник. — Для начала позови своих приятелей, чтобы я запомнил ваши лица. Девушка быстро посветила фонариком по сторонам, оценивая обстановку. Слева стояли игровые автоматы. Выход находился в конце комнаты. Если Джулия побежит слева, то, вероятнее всего, будет схвачена из-за того, что расстояние между охранником и игровыми автоматами небольшое: если мужчина быстро среагирует, то пробежать мимо не выйдет. Справа тоже не получится — охранник просто преградит путь. Отчего-то блондинке вовсе не хотелось попадать в еще большие неприятности за сопротивление, поэтому девушка тяжело вздохнула и направила луч фонаря на свое лицо. — Честно говоря, я пришла одна. Меня зовут Джулия, — произнесла она. — Джулия Бейли. Вы, наверное, знаете моего отца шерифа полиции — Мэтью Бейли. Не нужно звать копов. Можете просто связаться с ним. Джулия стояла, стыдливо опустив взгляд зеленых глаз, в ожидании вердикта охранника. Больше всего девушка боялась за то, что произойдет, когда отец узнает о прогулках по заброшенным зданиям. Сначала будет скандал: «Почему гуляешь вместо того, чтобы заниматься учебой?», перетечет это плавно в нравоучение: «Ты хоть представляешь, как опасны заброшенные здания?», и закончиться разговор на наказании: «Месяц без просмотра сериала!» или «Месяц без прогулок! В школу и домой!», а может, и все вместе. — Ты одна? — удивился мужчина. Девушка подняла взгляд в предполагаемое место, где стоял охранник и недоуменно изогнула бровь. Неужели для него это звучит странно? Возможно, юная Бейли первая, кто сунулся в это здание в одиночку. — Кто-нибудь знает о том, что ты здесь? — Нет, — тихо вздохнула Джулия, и лишь затем подумала о сказанном. А что, если это не охранник, а маньяк? Почему он ходил без фонарика? Может, это не человек, а монстр в теле человека? И если никто не знает, что девушка здесь, то незнакомцу ничего не помешает убить гостью. Улик нет. Свидетелей нет. Тут же пожалев о сказанном, девушка непроизвольно округлила глаза. — Точнеe… Знают. Мои друзья. — Вот как? Девушка кивнула, точно зная, что Дейв видел ее лицо. Джулия про себя молилась о том, чтобы незнакомец был обычным охранником, не имеющим никаких плохих мыслей в голове. Хоть мужчина и выглядел очень худым, он может быть хорош в беге. Если он успеет взять нож или дубинку… — «Это все лишь воображение, которое разыгралось после рассказов отца», — думала про себя девушка. Ведь такие страшные вещи не могут произойти с ней. Героиня услышала тихий смешок. Сердце девушки пробило удар, и тело обдало холодным потом. Поразительно, как такой противный смех может быть у обладателя приятного голоса. Смешок напоминал девушке кое-что. На одной из передач, название которой Бейли уже и не помнит, журналистка Райли Нест посещала психиатрическую лечебницу, и некоторые психи выдавали точно такие же смешки. У психически-здорового такого смеха не бывает. Джулия была в этом уверена. — Я пришла сюда, потому что очень люблю аниматроников. Они такие… механические, — пыталась Бейли перевести тему с себя на что-то другое. Отец рассказывал, что, если заговорить с психопатом на интересующую его тему, то он может отвлечься. — Хотя… Если бы они были живыми, то, наверное, я бы сошла с ума, ха-ха. — О, они живые, — возразил мужчина. Девушка, услышав эти слова, нервно улыбнулась и громко сглотнула слюну. Ее пытаются запугать? — Я могу сделать так, чтобы они были как живые, — протянул Дейв последние слова с воодушевлением. — Я умею ими управлять. — Вот как… — Да, именно так. Джулию совсем не интересовало умение охранника в заброшенной пиццерии, но девушка пыталась держать на лице улыбку и кивать на все сказанное незнакомцем. Если его задобрить, то он обязательно отпустит. Тогда можно было бы избежать скандалов с отцом, и разочарованного взгляда матери. Но девушка должна признать: она пыталась избавиться от страха посредством испуга и, кажется, этот случай был самым страшным в ее жизни. Может, Бейли и не угрожала опасность, но благодаря своей мнительности, девушка смогла вообразить множество сценариев с наихудшим исходом. Хотя, если бы хулиганка знала о том, что в здании работает охранник, то не пришла сюда. Возможно, сегодня девушку от похода в пиццерию пыталась отговорить интуиция, а не мнительность и страх. — Наверное, уже поздно, мне пора домой, — после минутного молчания произнесла Джулия. — Я думал, тебе нравятся аниматроники, — в голосе охранника было слышно разочарование. — Не хочешь посмотреть на то, как я делаю их живыми? — Но меня дома ждут… — Малышка, я бы на твоем месте не отказывался, — тон Дейва был максимально спокойным, но в нем Джулия слышала угрозу. Бейли съежилась. Судя по разговору, незнакомец точно не хотел отпускать недавно пришедшую гостью. Словно она была тем самым единственным покупателем в придорожном ларьке за последние несколько дней, и ей хотят вручить как можно больше продуктов. Аккуратно переведя луч со своего лица на охранника, Джулия смогла разглядеть мужчину. У незнакомца было худощавое тело, одежда на нем висела, хотя это был наверняка самый маленький размер формы из возможных; длинные пальцы иногда подергивались, будто их обладатель старался держать себя в руках. На лицо направить луч девушка не осмелилась, но предположила, что черты лица будут как у типичного психа: мешки под глазами, безумная улыбка, торчащие в разные стороны волосы, широко раскрытые глаза. Охранник, не дожидаясь ответа незнакомки, направился в сторону выхода из зала пиццерии. В голову Бейли всплыло две мысли — хорошая и плохая. Мужчина решил оставить девушку в покое и направился в свой кабинет. Или же, охранник ушел за оружием, с помощью которого захочет измучить девушку всеми возможными способами, пока та не умрет от болевого шока. Или от потери крови. — «Хватит об этом думать, не все люди плохие. Просто некоторые из них… странно себя ведут. Это не значит, что у них плохие намерения», — успокаивала себя Бейли, хоть и понимала, что ее мрачные мысли так просто не исчезнут. Может, это и хорошо: всегда нужно быть настороже с незнакомцами, как бы безобидно они ни выглядели. Внезапно все стало ярким. От внезапной вспышки девушка вздрогнула и, ударившись об стенку, зашипела от боли. Джулия зажмурилась и прикрыла глаза одной ладонью. Фонарик Бейли продолжала держать в правой руке крепко на случай, если ей придется отбиваться. Медленно разлепив глаза, девушка взглянула на силуэт в другом конце обеденного зала. Он включил свет. Джулия и не думала, что в темноте будет намного лучше. При ярком свете мужчина больше походил на ходячий труп. — Я… Не знала, что можно было включить свет, — рассеянно произнесла девушка. — Игровой автомат не работал… — Устройства, подпитываемые электричеством, отключены от розеток, — произнес охранник так, словно это была элементарная вещь, о которой знают даже маленькие дети. И это правда, о таких вещах знает даже ребенок. Джулия просто сглупила. — 15 центов не большая потеря. Пойдем, — мужчина махнул рукой в сторону роботов, подходя к сцене. — Покажу работу аниматроников. Интуиция подсказывала Бейли, что нужно уходить из этого места как можно скорее. Да и внешним видом охранник вызывал отторжение. Большие серые глаза не излучали жизнь и были словно механическими. Сальные темные волосы небрежно уложены, из-за чего на лоб падали некоторые пряди — казалось, мужчина никогда расческу в руки не брал, а о мытье головы Джулия старалась даже не думать. Походка у охранника была неестественной, словно он пародировал робота, плавности в движениях не ощущалось. — А как вы узнали, что я потратила 15 центов? — осторожно спросила девушка, глядя на приближающегося мужчину. Охранник остановился, держа выражение лица невозмутимым, но судя по подрагивающим уголкам губ, незнакомец пытался сдерживать улыбку. — Догадался. — «Он не догадался, он подсматривал!» — внутри девушки начала закипать злость. Отчего-то мысль о том, что за ней следили, не напугала, но разозлила. Наверное, дело во внешности охранника: неухоженный, усталый мужчина средних лет. Наверняка у него нет семьи, в жизни он ничего не добился, а люди ни во что его не ставят. Такие типы вызывали отвращение. И их невозможно было бояться. Джулия понимала, что это неправильно, но ей хотелось оскорбить мужчину или ударить. Нахмурившись, Бейли посмотрела в серые механические глаза Дейва с вызовом. Но от жуткого взгляда охранника становилось не по себе, и девушка не выдержала долгого зрительного контакта. Это все из-за странной внешности. Сам по себе мужчина не вызывает страха, но его лицо выглядит отвратительно. Подойдя к сцене, Дейв открыл какую-то дверцу под аниматрониками и поманил гостью за собой. Джулия прошла первой. Чтобы зайти внутрь, пришлось немного согнуться. Перед зелеными глазами предстал огромный экран с множеством кнопок. Дейв зашел следом и, положив руку на спину гостье, второй указал на одно из кресел перед монитором. Бейли сморщилась, почувствовав руку охранника на себе, но прошла вперед и уселась с левой стороны от экрана. Мужчина сел справа. — Заставь аниматроников двигаться, — произнес Дейв, с упоением глядя на экран. — Сейчас они стоят, но пульт управления это изменит. — Я не знаю, куда нажимать. Может, сначала Вы покажете? — Джулия надеялась на то, что мужчина настолько увлечется своим хобби, что вовсе забудется, и девушке не нужно будет делать то, что ей не интересно. Выглядит, конечно, необычно, но Бейли не хочет забивать голову такими вещами. Охранник кивнул. Так действительно будет целесообразнее. На мужском лице растянулась улыбка, стоило Дейву начать нажимать на кнопки. Длинные пальцы работали быстро, словно программист с многолетним стажем печатал что-то на клавиатуре. Аниматроники на экране начали двигаться. Из динамиков появились звуки, и роботы танцевали так же, как и 10 лет назад. Джулия старалась не выражать своего восхищения: не хотела, чтобы Дейв принял это за комплимент. Но отвести взгляда девушка не могла. Роботы вертели головами, открывали рты, изображая пение. Бонни же, играл на гитаре, шевеля своей лапой, изображая перебирание струн. Так искусно владеть пультом управления может только сотрудник, проработавший в пиццерии много лет. Но разве обычных охранников обучают таким вещам? — Твоя очередь. Бейли не заметила, как Дейв уже перестал нажимать на кнопки и выжидающе смотрел на гостью. На морщинистом лице сияла улыбка, но глаза не выражали радости — они скорее пристально смотрели на девушку, точно хищник, следящей за действиями своей жертвы. Джулия неуверенно протянула руки к пульту, не зная, куда ей стоит нажимать. — Э-эм, я думаю, Вы начинали с этой, — Бейли протянула указательный палец к кнопке, которая находилась ближе всего к Дейву. Но ничего не произошло. — Почти. Я начинал с этой, — мужчина обхватил кисть девичьей руки и протянул ее чуть правее, к большой красной кнопке. Нажав вместе со своей «ассистенткой», охранник удовлетворительно кивнул. Джулия чувствовала себя неуютно. Блондинке совсем не нравилось то, что незнакомец трогает ее без разрешения — так, словно они старые друзья. Да и, разглядев внешний вид охранника, Бейли чувствовала еще больше отвращения к сидящему рядом мужчине. Форма была грязной и в каких-то местах порванной. Щетина на лице, желтые кривые зубы лишь показывали, что мужчине плевать на свой внешний вид. Неудачник по жизни, у которого наверняка нет денег даже на шампунь. — «Конечно, кого еще могли взять на работу охранником?» — говорил голос в голове. Точнее, голоса. Один принадлежит отцу, другой матери. Эти слова Джулия слышала в детстве множество раз. Не только в сторону охранников, но и людей других низкооплачиваемых профессий. И девушка тоже уверена в правдивости данного высказывания. На низкооплачиваемые работы берут лишь неудачников. И один из них сейчас сидит рядом. К счастью, хотя бы не воняет — и то хорошо. — Затем вроде эта, — Бейли нажала на другую кнопку, и на экране задвигался Фредди. Его голова дернулась, но лишь на мгновение. — Потом эта. Вскоре аниматроники на сцене вновь задвигались. Не так быстро, как когда за пультом управления сидел Дейв, но Джулии казалось, что для новичка у нее получается неплохо. И, кажется, охранник был с этим согласен. Наверное, даже немного удивлен. Мужчина слегка приоткрыл рот и поднял брови, наблюдая за движением тонких пальцев. Героиня действовала скорее интуитивно. Она не запоминала, по каким кнопкам жал мужчина. Бейли сама удивилась тому, насколько управление оказалось для нее легким занятием. Видимо, это мало, чем отличается от игры на приставке или автомате. А в них девушка знала толк. — Разбираешься в компьютерах? — ухмыльнулся Дейв. — Немного, — пожала плечами Джулия, убирая руки с пульта управления. — Но у Вас это получается лучше. — Еще бы. Я ведь взрослый, — указал рукой на себя мужчина и немного наклонился вперед, к девушке. — Уверен, когда ты вырастешь, станешь лучше управляться с кнопками. А я понаблюдаю. Джулии казалось, что она уже где-то слышала эти слова. Чувство дежавю прошлось по всему телу, оставляя неприятные ощущения. Эта фраза звучала странно, словно не к месту, как будто Дейв хотел ее произнести, но никак не находил подходящего момента. Даже его лицо, которое находилось непозволительно близко, не смущало героиню: настолько странными были произнесенные слова, что захватили все мысли девушки. Немного поразмышляв, Джулия так и не смогла вспомнить, где слышала подобную фразу. Но юная Бейли была уверена в одном: это место больше не дарит той радости, как 10 лет назад. Все, что принадлежит этой пиццерии, теперь лишь гниющий труп без души. И отсюда нужно выбираться, как можно скорее.