Un incontro cambierà tutto.

От лица Дамиано: Я затаил дыхание, а руки задрожали. Хоть и был вне себя от счастья, и все плохое было позади, но все же было странное волнение. Стефан (врач) не выглядил печальным, но все же что-то заставляло его нервничать. Он постоянно переходил с ноги на ногу, прицокивал губами и рассматривал бумаги. Я задумался. — Давайте по порядку, — выдохнув, сказал он, и я сосредоточился, — сейчас девушка находится в относительно тяжелом состоянии в связи с проведенной операцией на головной мозг. Была повреждена затылочная кость и вы во время успели привезти ее. Еще бы пару минут и мы бы мало что могли сделать. Ближе к делу… Как бы вам объяснить? М-м-м… Затылочная кость была сильно повреждена, то есть имела оскольчатый вид повреждения. Это когда кость повреждается в одном месте, и маленькие осколки могут повредить нервную ткань и образовать гематомы, — он задумался. Я вдумывался в каждое слово и осознание того, насколько все серьезно, не давало мне покоя, — У девушки достаточно хрупкие. Это не критично, так как связно больше с количеством кальция в организме. Это сыграло роль, и поэтому у нее был серьезный перелом. Он задел головной мозг, и это вызвало остановку. Мы удалили осколки, благо они были не слишком глубоко. — Ладно, ладно… Все же сейчас хорошо, верно? — в недоумении и с неким страхом поинтересовался я. — На данный момент да, но есть подозрение, что где-то четыре месяца назад образовалась опухоль, но это судя по анализам. Хотя я бы сказал, что это все же не подозрение, так как я уже точно уверен, но тем не менее нужно сделать УЗИ, и тогда я точно смогу вам сказать, — ответил Стефан и я замер. — Подозрение на что…? — переспросил я, не веря своим ушам. — Опухоль матки. Это пока что лечится, даже третья стадия, но из-за того, что при падении девушка получила гематому в области почек, это дает осложнения и операция стоит приличную сумму. Я готов ее провести, но я не специализируюсь на операциях подобного типа. Ассистировать я смогу без проблем, но все же советую найти хорошего специалиста. Работа почек нарушена из-за этого ушиба и поэтому это дает осложнение на опухоль, — сказал он и выдохнул. Я остался стоять в трансе. Только что я думал, что вот уже все прошло, но нет, все только началось. — Я попрошу вас не говорить ей сейчас об этом. Размер достаточно большой, поэтому симптомы девушка могла списать на обычные женские. Мы приведем ее в чувства дня через три, когда ее организм немного окрепнет. Чтобы наши старания не прошли даром, расскажите ей об этом после выписки. Но все же слишком долго молчать не советую, болезнь прогрессирует и нужно провести операцию максимум через полтора месяца. Берегите себя и удачи вам, она у вас молодец, — посоветовал Стефан и удалился, похлопав меня по плечу. Я окончательно пал духом. Мне нужно было переварить все его слова. Я уже где-то слышал о таком диагнозе, но точного определения дать не мог. Мне пришлось вернуться к ребятам, которые были вне себя от счастья, особенно Виктория. — Дам, ну что там? — с облегчением спросила она. — Отойдем? — поинтересовался я, чтобы пока что поделиться только с Викторией. Она кидала на меня мимолетные взгляды, которые выражали недоумение. Пока мы дошли до угла, казалось, что прошла вечность. Девушка иногда дотрагивалась до моей ладони своими горячими пальцами и, пытаясь взять за руку, останавливала меня. — Что случилось? С ней все хорошо? — спросила она. Глаза ее бегали бешено из стороны в сторону и что-то искали в моем сознании, но все же я опустил взгляд в пол и выдохнул от безысходности. — У нее обнаружили опухоль. Третья стадия с осложнениями, — еле выговорил я и плюхнулся на холодную плитку, закрывая лицо холодными руками. — Погоди, погоди, что? — нервно улыбаясь переспросила Виктория. Она медленно опустилась и села рядом, спиной облокотившись на монстеру. Ее блузка немного приподнялась на талии, а руки были как опора. Пряди белокурых волос упали на плечи, а челка скрывала глаза, которые она опустила вниз будто провинилась. Внезапно я услышал всхлипывание. Еле уловимое, а после него на плитку упала слезла. Я медленно подкрался к ней и обнял. Не заметил, как сам начал слезливо говорить: — Вик, не плачь… Помнишь, как ты не сдала экзамен? Помнишь как мы вместе смеялись над тем, что вы с Томом встречались, а говорили только о друзьях? Помнишь? — тихо нашептывал я и был готов упасть и не вставать. Виктория для меня как сестра, и мы оба это понимаем, — Посмотри на меня! Она подняла свои расплаканные глазки, и я взглянул на нее с не меньшим количеством слез. — Мы все пройдем, верно? Я знаю, что Джо заменяет тебе Нику, и ты бы все отдала за нее, но так сложилась ситуация и мы должны бороться! — держа ее лицо у себя в ладонях, сказал я, а она лишь опять пыталась отыскать в моем разуме что-то личное и понять, что делать. — Да… М-мы справимся…— тихо повторила она, и я обнял ее так крепко, как только мог. Когда девушка более менее пришла в себя, я подал ей руку и мы отправились к остальным. Через пару часов к нам подошел врач и сказал ехать домой, но я отказался. — Я еще раз повторю, что мы приведем ее в чувства не раньше, чем через три дня. Вам нужно поехать домой и отдохнуть, — настойчиво говорил он. — Почему я не могу остаться?! Поймите, у меня никого нет кроме нее! Никого! — спорил я. — Хорошо, хорошо, успокойтесь! — сказал Стефан и осмотрелся, — Я разрешу Вам остаться, но при условии, что вы сейчас тихо, без лишних движений пройдете к ней в палату. Рядом свободная кровать и я скажу, чтобы ее не занимали. Вещи попросите привезти своих друзей, — смирившись с тем, что я слишком упертый, посоветовал врач. — Спасибо…— сказал я и достал из кошелька последние деньги. Он без вопросов взял их и пожал мне руку. Я в свою очередь коротко кивнул и тот удалился. Медленно, почти без сил, я зашагал в сторону смотрящей на меня Виктории. Она стояла в объятиях Томаса, который не отпускал ее ни на секунду. Объяснив всю ситуацию, ребята поняли меня и сказали держаться. — «М-да, легко сказать…» — ухмыльнувшись, подумал я. Как только все ушли, я буквально бегом отправился к Джо. Передо мной дверь. Белая дверь, за которой лежит моя девушка. Девушка, которая подарила мне надежду на лучшую жизнь. Каждая моя клетка была заполнена ею и желала как никого другого. Я потянул за ручку и открыл ее. Темно и еле слышное пиканье доносилось из угла комнаты. Внезапно я увидел кровать и Джо. Она лежала с закрытыми глазами, и какие-то аппараты были подключены к ней. Мое сердце разрывалось. Я аккуратно подошел к койке и сел рядом. Все такая же красивая, но спящая. Я понимал, что это все скоро закончится, но вспомнил о диагнозе. На глазах появились слезы. Я вспомнил каждый момент с ней и каждую минуту, в которую она так сладко улыбалась мне. Как она меня обнимала и крутила на пальце пряди моих волос, как говорила мне, что я «тот самый». Больно и очень больно. Я люблю ее больше жизни и никогда больше не отпущу. Я прилег на койку рядом и быстро уснул. Утром я проснулся от того, что в комнату заглянула санитарка и сказала, что скоро будет завтрак, и мне стоит подняться. Я сразу же посмотрел на Джо, и все же какая-то странная, но маленькая надежда на то, что она проснулась, была. Да и в принципе она не покидала меня. Я подошел к ней и решил пообщаться. — Привет, Джо… Глупо наверное, но я верю, что ты меня слышишь, — усмехнувшись сказал я. — Когда я тебя нашел очень испугался. Ума не приложу, как можно было так упасть… Все за тебя переживают, но я больше всего. Мне так плохо без тебя. Я живу тобой и сейчас моя жизнь как будто на время закончилась. Хоть бы ты скорее поправилась, милая…— чуть ли не плача проговаривал я. Держа ее за руку, мне было не страшно говорить все это, ведь я чувствовал, что она рядом. В этот день я почти не ел и разговаривал с ней. Рассказывал все самое смешное из жизни и иногда читал ей журналы. Вечером пришли ребята.