Как сделать День всех влюблённых ещё волшебнее?

Кастиэль ощущал, как тёплый ветер Вудсборо пролетал под перьями, помогал удержаться в полёте. Это хороший знак. Раз крылья больше не касались вневеременного пространства, значит, он успешно переместился в конец девяностых годов. И сосуд не пострадал, все системы функционируют, как и должны. Был бы Дин здесь, выкрикнул бы что-то радостное: «Ура! Получилось! Ай да ты!». Но Кастиэль, увы, обладал меньшим эмоциональным спектром, как и полагалось ангелам Господним. Немного посетовав на свою малую реакцию, сделал крен вправо и мягко приземлился на асфальтовую дорожку, совсем как на учениях. Теперь следует найти Рэндольфа Микса. Знал бы он, какая честь его ожидает: ему суждено помочь ангелу в нелёгком деле! А вот и он сам. Кастиэль прибавил шаг, стараясь не приминать растущую траву, и остановился рядом с сидящим на газоне подростком. Тот не обратил никакого внимания, продолжив с видимым аппетитом поедать сэндвич, даже облизывая пальцы. Надо начать. — Здравствуй, Рэндольф. Тот оторвался от еды и осмотрел Кастиэля с головы до ног. Кажется, Дин говорил, что этот взгляд называется «Ты кто вообще такой?». — Ващет я Рэнди. И тебе здорова. Ищешь кого-то? — Верно. Тебя. Мне нужна твоя помощь, Рэнди. — Ну валяй. — Говорят, что ты большой специалист по кинофильмам, — ещё какой специалист! В большей части его молитв только и слышалось: «Лишь бы они продолжили съёмки! Пожалуйста, пусть студии не урежут бюджет». Рэнди тут же встрепенулся, сунул недоеденный сэндвич в бумажный пакет и вскочил с газона. — Ещё какой! Я о киношках знаю куда больше, чем Билли! — Отлично. Ты не мог бы меня просветить, какие ленты считаются классическими? Какие цитаты должен знать «настоящий фанат»? Слушая тараторящую речь улыбающегося до ушей подростка, Кастиэль радовался, что додумался обратиться за помощью именно к этому школьнику. Он и сам в силах изучить эти фильмы, но только человек мог разглядеть удивительные искры, жемчужины в потоке кадров. И теперь, когда Кастиэль узнает о них, сможет порадовать любимого Дина, сияющего ярче всех искр на Земле, устроить ему настоящий киномарафон в День всех влюблённых, понимать его шутки. И Кастиэль слушал, и слушал, и слушал, ощущая, как благодать растекается внутри сосуда от счастья.