сухость книг и сладость сигареты

Девушки пробыли в клубе не много не мало часа три. Тихая отрывалась вместе с Дашей и Настей. Даже удивительно. Она всегда считала, что такие легкомысленные блондинки могут являться лишь неразумными дурочками, которые будут везде искать только выгоду и деньги. Но эта парочка была совсем не такой. Обе жизнерадостные, добрые, и вроде даже умные. Поэтому сейчас Аня скакала в такт музыки, обнимая их за плечи. Пока чья-то сильная рука не вырвала её из веселья. – Тань, что такое? – недовольно спросила она, перекрикивая музыку. – Ты Машу не видела? – крикнула Каширина ей в ухо. – Нет, а что? – Я уже часа полтора не могу её найти. – в голосе Тани слышалась тревога. – Может она всё-таки нам наврала и увезла Штрэфонд к себе домой? – Тихая засмеялась. – Не-а, пальма у бара торчит. – Давай у неё спросим. – Не хочу я ничего у неё спрашивать! – Уйми свою брезгливость, мне она тоже не нравится. Но в свете последних событий, дреда вполне может знать, где наша подруга. – Ладно-ладно, идём. Таня и Аня начали проталкиваться сквозь толпу к бару. Крис болтала и смеялась с Ларисой. Оля сидела позади и всеми силами пыталась привлечь её внимание. На удивление, девушка никак на неё не реагировала. – Крис! – заорала Таня ей в ухо. – Где Маша? – Меня спрашиваешь? Откуда я знаю? – она удивлённо приподняла бровь. – А что, что-то случилось? – Я её не видела уже часа полтора. – Таня почувствовала где-то в животе противный комок страха. – Я тоже. – отозвалась Крис. – Может домой ушла? – Не ушла бы она, не предупредив никого. Чуйка, что-то случилось. – Слушай, давай выйдем на улицу, а то я сейчас голос сорву! Троица девушек с трудом попала к выходу. На улице было темно, прохладно. Но свет от фонаря позволял детально всё видеть. Первое, что заметила Таня – следы красной помады на губах Крис и возле них. – Я не знаю, что должно было упасть Лебедевой на голову, чтобы она опустилась до этого! – разразилась гневной речью Каширина. – Ты о чём? – скучающим тоном произнесла Крис. Тихая выразительно обвела пальцем вокруг своих губ. – Какая жалость. – Штрэфонд с нахальной улыбкой вытерла помаду тыльной стороной ладони. – Клянусь, не будь у нас проблем, я бы тебе врезала. – Она первая на меня накинулась. – не соврала Крис. – Девочки, это неважно. Где мы её искать будем? – Просто позвонить в голову не приходит? – Точно. – Аня достала из кармана телефон и набрала подругу. Гудки. А потом где-то совсем рядом раздалась мелодия звонка. Едва слышно, за углом. Конечно, девушки и не подумали ничего сначала. Но мелодия не утихала, как и гудки. Тихая нахмурилась и сбросила вызов. И мелодия за углом оборвалась. Подруги испуганно посмотрели друг на друга. – Совпадение? – тихо предположила Таня. Крис покачала головой, после чего нерешительно направилась туда. Подруги пошли за ней. Шаг за шагом они продвигаются к тёмной подворотне. Заходят туда. Видят. Из груди Ани вырывается сдавленный вскрик. Маша полулежит, облокотившись о стену. Глаза закрыты, кожа белая как бумага. Она не подаёт признаков жизни. – Блять... – шепчет Каширина, подлетая к подруге. Неизвестно, что руководило ей, когда она отвесила Лебедевой звонкую пощёчину. Скорее всего, паника. Крис, застывшая на мгновение, тут же снялась с тормоза. – Рехнулась?! Нельзя бить человека при обмороке! – она оттащила Таню за руку, присаживаясь рядом с шатенкой. Крис приложила два пальца к её шее. – Пульс есть. – Шумный вздох облегчения. Дредастая аккуратно открывает её глаз. – Зрачки расширены. Она под наркотой. – Тихий вердикт. – Не может быть! Она не употребляет! – уверенно сказала Аня. – На той вечеринке она отказалась от дозы, хотя тогда ей было очень хуёво. – А сегодня ей было очень хорошо. – пробормотала Крис, получая два убийственных взгляда. – Может, её накурили? – Да она в жизни не возьмёт сигареты из руки незнакомца. Не мог же кто-то из наших... – Из девок нет. А вот Дима вполне мог. – выдаёт Таня. – Он тот ещё урод. – Маша не прикурила бы у кого-то из парней, она им не доверяет. – Блять, какая разница, что произошло?! – останавливает перепалку Крис. – Надо её в чувства привести. – Как? – Нашатырь есть? – Конечно, всегда ношу его в кармане! – Не ори. Надо скорую. Больше никто не поможет. Аня трясущимися руками вызывает. Благо, больница была недалеко и карета приехала буквально через пять минут. Девушки подняли Машу с земли и с трудом вытянули на улицу, держа под руки. Двое врачей затащили её в машину, тут же начиная операцию спасения. Вкололи какое-то лекарство в вену. Три девушки, задержав дыхание, смотрели на неё. В какой-то момент глаза шатенки медленно открываются. Она хрипло выдыхает, слабо приподнимая голову. Таня и Аня облегчённо бросаются к ней. Крис стоит возле машины молча. Внешне она вновь показала себя холодной, собранной. Но внутри у неё появился неконтролируемый страх за жизнь Маши. Никогда ни за кого ей не было так страшно. Откуда такая привязанность? Одна из медсестёр выскочила из машины, нервно закуривая. Короткая стрижка, мешки под глазами, голубые глаза. Красивая. Она косо глянула на дредастую. – Я Крис. – девушка протянула руку. – Алина. – медсестра пожала её ладонь, выдыхая горький дым. – Как она? – Штрэфонд пытается не показывать своего беспокойства. – Надо в больницу? – В этом нет необходимости. – отвечает Алина. – Передоза нет. Она употребила, но не перебрала. Просто наркотик оказался очень сильным. Полезнее будет, если завтра она посетит участок. – Зачем? – Затем, что полиция уже несколько месяцев не может накрыть этих животных, которые занимаются подобной хернёй. Дилеры поставляют наркоту в чудовищных количествах. У нас в больничке каждый день подростки с передозами. Этой девчонке крупно повезло, что доза была маленькая, и что товар был не испорчен. В ином случае она бы кони двинула прям там. – А её не осудят за то, что она употребила? – Зависит от ситуации. Вот расскажет, что к чему, а дальше полиция будет решать. Ведь она могла употребить не по своей воле. Такие случаи бывают довольно часто. Короче, пусть лысые идут в клуб и предупреждают всех, чтобы не смели брать порошок у незнакомцев. А то мы заебёмся вас всю ночь откачивать. А ты поезжай с девчонкой и останься на ночь. На всякий случай. Мы вкололи ей лекарство, чтобы не было остановки сердца. Но готовься к тому, что она будет засыпать. Побочный эффект. Завтра должна в себя прийти. – Хорошо. – Крис отходит от медсестры и передаёт информацию спустившимся девочкам. – Ты же не воспользуешься её положением в своих корыстных целях? – грозно спросила Таня. – Каширина, я может и тварь, но не настолько же. – закатила глаза Крис. – Идите лучше и предупредите всех. И если вдруг найдёте того, кто сунул ей эту херню – отпиздите за меня. Подруги, погрозив Крис кулаками, ушли обратно. Маша к тому времени уже могла стоять на ногах. Почти. Крис приходилось крепко держать её за талию, чтобы не упала. Она впрочем была не против. Лебедева каким-то чудом вспоминает свой адрес, когда приезжает такси. В машине она завалилась на плечо Крис и уснула. Под конец дороги пришлось будить. Потом затаскивать в подъезд, в лифт. В тесной кабинке было светло. Крис томно смотрела на бледное лицо Маши. Помада размазана по щеке. Да, вероятно, в понедельник она получит пиздюлей от её подруг. Но сейчас это не важно. Лебедева снова прикрывает глаза, засыпая и рискуя рухнуть на пол. Крис приходится обнять её ещё крепче, придерживая за затылок. Приоткрытые губы так и напрашивались на поцелуй. Но совесть не позволяла пользоваться этим положением. Совесть? Да что с тобой, Штрэфонд? Возле квартиры девушке приходится обыскивать Машу на предмет ключей. В итоге она выуживает их из кармана кожанки и открывает дверь, едва разобравшись со сложным замком. Пока она, уже оказавшись в коридоре, закрывается, Маша сползает по стене и проваливается в сон. Ей что, мать вашу, снотворное вкололи? Пока добралась со своей ношей до спальни, совсем выдохлась. Крис укладывает девушку на кровать и пристраивается рядом. Проводит рукой по шелковистым волосам и улыбается. Завтра всё будет хорошо.

***

Маша с трудом открывает глаза. И первая мысль, посетившая её, гласит: сука, сейчас сдохну. Голова раскалывается, во рту пересохло, всё тело ломит. Девушка с трудом поворачивается на другой бок и замирает с открытым ртом. Глюки? Или она попросту сошла с ума? В нескольких сантиметрах от себя она видит Крис. Одногруппница мерно сопит, а её рука нагло располагается на Машиной талии. Лебедева дёргается от неожиданности, отчего Крис моментально просыпается. Голубые глаза напротив заставляют её покрыться мурашками. – Крис?.. Какого хрена? – выдавливает Маша хриплым шёпотом. – Доброе утро. – Блять... Что произошло?.. – Маша закашливается. Говорить не было сил. Штрэфонд торопливо поднимается и идёт на кухню. Спустя полминуты возвращается со стаканом воды. Шатенка выпивает её залпом. Становится немного лучше. Она хватается за голову. – Сука... Прошу, скажи, что между нами ничего не было... – Если бы между нами что-то было, ты бы точно сейчас не лежала одетая. – замечает Крис, забирая стакан. Маша оглядывает себя. На ней домашняя пижама. Воспоминания урывками возвращаются в голову. – А кто меня переодел? Я кажется этого не делала... – Эту ношу мне пришлось взвалить на себя. Маша с мучительным стоном падает лицом в подушку. – Какая же ты тварь, Штрэфонд. – доносится оттуда. – Успокойся, я тебя не лапала. Почти. – Не верю. – Да, неплохо тебе память отшибло. Сама меня вчера чуть не трахнула, а сегодня уже беспокоишься о том, что я тебя в нижнем белье видела? – Когда?.. – Маша поднимает на неё лицо, полное безнадёжности, вызывая у Крис смех. – Дай мне прийти в себя. Потом расскажешь, что я вчера творила. Лебедева с трудом поднимается и бредёт в ванную. – Ты там в обморок не откинешься? Может с тобой пойти? – Нахуй лучше пойди. – И это благодарность? – ответом на её возмущённый возглас становится хлопок двери. Крис фыркает и бредёт на кухню. Еды в холодильнике не обнаруживает и просто садится за стол. Маша выходит через двадцать минут уже менее похожая на мертвеца. Она опускается на стул напротив. Воспоминания вчерашнего дня медленно восстанавливались. – Итак, что тебе рассказать? – Крис сложила руки на столе и улыбнулась. – Какого хрена ты спала со мной в одной кровати? – жалобно спрашивает Маша. – Ты что-то скурила, потеряла сознание, мы нашли тебя на земле в подворотне, вызвали скорую, врачиха приказала ехать с тобой на всякий случай. А теперь у меня встречный вопрос: почему ты не говорила, что употребляешь? – Я не употребляю! – взвизгнула Маша. – Клянусь, я завязала, когда... Неважно когда. Подожди... – она схватилась за голову. – Это сделала Оля. – Оля?.. – Она попросила меня поговорить. Мы вышли на улицу, и она дала мне покурить. А после стало хуёво... Чёрт, вот сука! Зачем она это сделала? – О чём вы говорили? – Ну... О тебе. Похоже, она ревнует. И решила таким образом меня подвинуть. – Маша сощурила глаза в хитрой ухмылке. – Только вот не понимаю, чего она ревнует. – Думаешь, у неё нет причин? А то, что было вчера? – Секунду... – вся хитрость и надменность разом исчезли с её лица. – Что было вчера?.. – Уверена, что хочешь это слышать? – Не пугай меня. – Ладно, я просто скажу это. Мы с тобой переспали. Надо было видеть лицо Маши после этого заявления. Казалось, она сейчас либо заплачет, либо убьёт Крис на месте. Штрэфонд не выдерживает и начинает смеяться, как сумасшедшая. Лебедева непонимающе смотрит на неё. – Поверила? – спрашивает Крис сквозь смех. – Поверь, в моих мечтах это произошло уже сто раз, но в реальности пока нет. Маша вскакивает, хватая со стола полотенце и начинает лупить подругу по голове. Та, не переставая смеяться, прикрывается руками. – Ну ты вообще шуток не понимаешь! – обиженно кричит она, слабо отбиваясь от шатенки. – Я тебя убью в следующий раз за такие шутки. Кончай пиздеть! – В этом предложении можно обойтись и без второго слова. Маша даже не знает, как реагировать на это. – Ты... – Я? – Дура. – Согласна. – Крис... – воспоминания окончательно восстанавливаются у неё в голове. Все. –Я не знаю, что мной руководило... Когда я... Блин, как сказать? – Когда ты засасывала меня посреди танцпола? – Крис расплылась в улыбке. – Не ожидала от такой скромняшки, но, нельзя не признать, у тебя неплохо получается. «Въеби ей». «Пошли её нахуй». «Продолжи свою игру». После внутренней борьбы Маша всё таки выбирает третий вариант. – Конечно. Чего ты ещё ожидала? – Маша легко улыбнулась, облокачиваясь о столешницу. Крис поднялась со стула, становясь напротив. – Ожидала, что я буду доминировать. А вообще вчерашний день – какая-то дичь. Так что предлагаю забыть всё. – убийственная манипуляция. На секунду Крис видет в глазах девушки растерянность. Именно такая реакция и нужна была. Забыть всё? Маша не ослышалась? Крис не может так сказать. Опять игра. Не смей проиграть, Лебедева. План приходит ей в голову моментально. Убийственный план. – Да что ты говоришь? – шатенка неторопливо подходит ближе. Крис выжидающе смотрит в глаза. Маша подталкивает её в к подоконнику. Ставит свои ладони по обе стороны от девушки, приближаясь почти вплотную. – Ты сама столько времени меня посылаешь. Вот я и предлагаю. Забыть. – А по глазам вижу, что ты мне пиздишь. – горячий шёпот у самого лица возбуждает похлеще порнухи. Одна рука Маши ложится на талию и медленно начинает подниматься вверх. Шатенка несильно сжимает чужую грудь сквозь футболку. В глазах Крис шок. Она прерывисто дышит. Рассудок словно помутняется. Ты что, позволяешь какой-то девчонке доминировать? Стареешь, Штрэфонд. Маша сама обалдевает от того, что творит. Низ живота приятно тянет. Душа просит большего. Но это не входит в её план. Пока. Рука ложится на плечо дредастой. Девушка наклоняется и медлительно целует её, сразу же проходясь языком по верхнему ряду зубов. С губ Крис срывается тихий стон. Цель взята. Ужасно не хотелось этого делать. Но Маша всё таки отрывается от губ тяжело дышащей девушки. – Ну будь по-твоему. – говорит она, глядя в глаза. – А мне надо в магаз сбегать. Шатенка, как ни в чём не бывало, уходит из кухни. Какое-то время Крис пытается прийти в себя. Что это блять было? Поняв, что с ней просто играются, девушка сердито закусывает губу почти до крови. Маша знает, на что давить. Сучка.