Близкая далекая звезда

Солнце согревало город Сумеру, обнимая каждую веточку огромного древа длинными руками и касаясь каждого листочка золотыми пальцами. Тепло и спокойствие разливалось по спиральным улочкам зеленой столицы. Нелюдимый странник в одежде сюгэндзя сидел на краю площади перед Академией и безучастно смотрел вдаль. Груз дважды прожитых лет все еще придавливал его плечи к земле, но юноша уже вполне привык. Привык к нему… но не к тоске. Парочка недель, проведенных буквально здесь же не подарили ему никакого умиротворения. Прошлое принято, жизнь снова наполнена смыслом, даже цель поставлена, но… Он вздохнул и слегка опустил голову, не фокусируя взгляд ни на чем конкретном. Наверное, ему просто нужно чуть больше времени, чтобы принять настоящее таким, какое оно есть теперь. Да, не более того. Позади послышались знакомые шаги, и странник приподнял край шляпы, только сейчас заметив птичку, сидящую на его головном уборе. Белые сапоги на каблучках приблизились. — Привет, Тэцуя! — взмахнула крошечной ручкой Паймон, — Мы как раз тебя искали. Коротко поздоровавшись, парень поднялся и отряхнул свою одежду от нескольких опавших листьев. — Нахида просила отправить тебя к ней, — мелодично произнесла Люмин, — Что-то срочное. Юноша молча кивнул и побрел по каменной дорожке в храм, оставив позади новых-старых знакомых. Легкий вздох перед тем, как открыть двери, и зеленый свет святилища поприветствовал холодное выражение лица гостя. Дендро Архонт была в одной из комнат храма Сурастаны и разбиралась с множеством данных на свитках, табличках и созданных ею экранах. — Здравствуй, ты звала меня, малая властительница Кусанали? — без интереса спросил молодой посетитель. — Тэцуя, — кивнула она, не поворачиваясь, — Проходи, мне понадобится твоя помощь в решении одной проблемы. Нахмурившись, странник уселся среди бумаг прямо на пол, сложив ноги по-сумерски, и уставился на маленькую богиню. — Начиная с того дня, как узнала, что ты изменил прошлое, пытаясь удалить информацию о себе в Ирминсуле, — с невероятно сосредоточенным лицом Нахида создала в своей ладошке уменьшенную проекцию дерева и взглянула на бывшего врага, — я ищу различные побочные эффекты, которые могли быть этим вызваны. — Побочные эффекты? — недоуменно поднял бровь парень, — Но ведь мы с Люмин уже выяснили, что действительность осталась такой же, лишь мое имя исчезло из истории. Все на своих местах, а… — Именно в этом заключается проблема, ради разрешения которой я тебя пригласила, — серьезно ответила Нахида, сложив руки на груди и столкнувшись зелеными глазами с двумя бездонными синими. Пауза, которую несколько секунд держала Нахида, начала казаться Тэцуе вечностью. Набрав побольше воздуха в легкие, он рвано выдохнул, и в этот момент она наконец продолжила: — Мона Мегистус. Всего лишь несчастное имя, не более того. Но оно свалилось на странника, как шип небесной стужи на Драконий Хребет — беспрецедентно, безотлагательно и беспощадно. Пригвоздило на месте, заполнив до краев льдом неопределенности, тревоги и присыпав сверху тонким слоем снега, что был… надеждой. Надеждой на что-то совершенно безумное. — …что она? — вопросительно прошептал Тэцуя, машинально нащупав рукой в кармане маленький потрепанный блокнот, — Она ведь не может меня помнить? — выдавил из себя он и стиснул зубы. — Нет, — твердо ответила Дендро Архонт, а юноша разорвал зрительный контакт, переведя свой взор на какую-то таблицу. Поля шляпы заслонили потускневшие глаза, но не скрыли от богини крошечную искру боли в них. — Однако… — продолжила она более мягко, — Ты знаешь, что Ирминсул создал новые уникальные условия для ситуаций, из которых ты исчез. Но, судя по всему, для ее случая в системе не нашлось правдоподобной замены. — Нахида присела перед новым союзником и приподняла маленькими пальчиками его шляпу, чтобы снять, — По какой причине она оказалась в Сумеру в альтернативном прошлом? — Мы… — Тэцуя сглотнул, — Мы были вместе какое-то время, — он попытался сосредоточиться на подсчете живописных прожилок на стенах храма, а не на взгляде Архонта, — Мона приехала в Сумеру и оставалась здесь, пока мне не пришлось отправиться в лабораторию Фатуи и продолжить свою миссию. Я дал понять ей, что больше не вернусь, но… я не знаю, почему она не уехала сразу же. А сейчас, выходит, она не представляет, зачем остается в другой стране? — Верно. — И что я должен сделать? — парень вновь вернулся к безэмоциональному тону, ощущая свою голову тяжелой, как никогда. — Я придумаю более или менее логичную причину, которая поможет восполнить пробел в ее ветви жизни, и помещу ее в Капсулу знаний. Твоя задача — передать ее Моне и подменить тем самым воспоминания… — Почему я? — тяжело произнес странник, незаметно для себя самого сжимая руки в кулаках, — Зачем ты выбираешь для этой работы меня? Мегистус не забыла Люмин и все так же доверяет ей, тогда причем здесь… незнакомец? Какой Бездны?! Нахида встала и закрыла глаза, игнорируя возмущения парня. Спустя пару минут над ее рукой материализовалась в воздухе сияющая зеленым капсула знаний. — Прости, но только ты сможешь предугадать, где она. Если тебе так будет спокойнее, можешь считать эту миссию расплатой за твое поведение неделю назад, — поучающим тоном проговорила Нахида, протягивая капсулу ему. Тэцуя недовольно фыркнул и, вздохнув, взял нечто, напоминающее семечку. Встав на ноги, он решил не терять более ни минуты. Не прощаясь, он взмахнул голубыми лентами на шляпе и отправился к выходу из храма. — Удачи, — напоследок сказала богиня, — Я верю, что лес Сумеру поможет тебе.

***

Радующие глаз пейзажи вечнозеленой части региона медленно проплывали мимо. Следом за домиками Сумеру показались огромные цветы ущелья Чинват, среди которых Тэцуя выглядел ходячим грибом. Парочка тигров ришболандов зарычала, заметив странника откуда-то сверху, и приготовилась к прыжку, но тут же притихла, встретившись с рассерженным взглядом из-под шляпы. Уже далеко не в первый раз он проходил здесь и уже мог не опасаться нападения хищных животных. Повернув к статуе Архонтов, он прошел мимо домиков лесных дозорных и отправился дальше. Запах цветов дурманил, но ни он, ни что-либо еще из чарующей картины горы Девантаки не могло подарить гармонию страннику. Он мимоходом заметил растущие у одного из деревьев грибы-звезды и скривил губы. В правом кармане лежал старый блокнот, в левом — капсула знаний.

***

После целого дня поисков все еще не было никаких результатов. Может, Мегистус стала настолько быстро перемещаться в водном потоке, что успевала проскользнуть перед ним, когда он моргал? Вечер надвигался на Сумеру, затапливая алым светом землю. Чтобы слегка передохнуть, Тэцуя присел на пенек где-то на севере склона Гандха. Итак, сегодня он был и у водопада, и у покрывшегося мхом пятисотлетнего робота, и в чаще с величественными деревьями… Там они с Моной любовались работой Варунастры, каждые 6 часов меняющей погоду и уровень воды в чаще. Стремительный поток закручивался в спираль, а юноша в этот момент накручивал на палец локон темно-фиолетовых волос. Две большие шляпы надежно укрывали от дождя, пока они… Пока он ее не бросил. Пока не разбил ей сердце. Вообще Тэцуя мог бы составить целый список той горечи, что привнес в мирную жизнь астролога, хоть теперь и помнил о ней только он. Только он… В задумчивости парень вынул из правого кармана блокнот в потертой обложке и провел по нему кончиками пальцев. Как это Паймон назвала? «Сбой системы»? Как и та разбитая ваза, крошечной кляксой на чистом листе нового настоящего был этот блокнот. Потому что новый Я Скарамуччи никогда не мог понять, откуда он взялся. Не то, чтобы в нем было написано что-то. Пожелтевшие страницы служили лишь удачным футляром для того, что внутри. Бледные пальцы раскрыли блокнот и среди листов оказался засушенный розовый цветок с шестью лепестками и одиноким зеленым листочком. «И зачем я храню эту ерунду? Нужно будет выбросить в реку при случае», — с этими мыслями Тэцуя быстро запихнул блокнот в карман и закрыл ладонями лицо. Ему нужно сосредоточиться и подумать, куда отправиться дальше. Он совсем проигнорировал запад джунглей, может, стоит податься туда? Кто знает, куда понесло эту колдунью… Легкий шорох листвы побудил странника отвлечься от размышлений и открыть глаза. Глупая улыбка и абсолютно ромбовидные глазки заставили на секунду напрячься. Однако уже в следующий миг его взгляд сумел выхватить и ярко-рыжую грибовидную шляпу, и розовые кончики ушей, и даже крошечный бантик на… что это, шея? — Нара заблудился? — пролепетал аранара, зависнув в воздухе, — Грустный нара что-то ищет, ходя по ване? — Ох, это ты, Аранакин… — Тэцуя вздохнул и осмотрелся — солнце уже почти село, вокруг не было ни души. Огни города вдалеке уже начали загораться. — Грустный нара знает мое имя! — всплеснуло ручками лесное существо, — Я очень рад это слышать, но не помню, чтобы мы знакомились раньше, — маленький пропеллер из листочков на его шляпе не переставал крутиться. — В этом нет ничего странного, мы… давно не виделись, — странник слегка пододвинулся, и аранара с легкостью запрыгнул на освободившееся местечко, — Аранары ведь хорошо знают, что происходит в лесу? — Верно, — он энергично кивнул, отчего грибная шляпка заколыхалась, — Деревья всегда с радостью разговаривают с аранарами. Жаль только, что нары не могут их услышать. — В таком случае помоги мне найти одну девушку в большой шляпе, почти как у меня. Я в долгу не останусь, — Тэцуя смотрел сверху вниз на чудного духа леса, прикидывая, чем мог бы помочь аранаре. — Конечно! Аранакин может узнать у кого-нибудь в Ванаране и тогда грустный нара найдет пропажу, — с этими словами аранара исчез из вида. А странник тем временем задумался, насколько разумно доверять поиск человека летающей капусте. Спустя несколько минут бесцельного переставления ногами Тэцуя вновь услышал шелест листьев. — Грустный нара теперь будет рад! Арагару сказал, что видел яркую нару в большой шляпе в лесу Мотийимы. Она сидела на верхушке самого главного гриба, словно лепесток випариаса, упавший на лист кувшинки. Темные брови юноши сошлись на переносице в смятении. «Почему Мона выбрала именно это место? Она не должна ничего помнить о нем…» — Спасибо, — пробубнил парень счастливо закивавшему аранаре.

***

Вручив Аранакину три вида грибов-звезд за помощь, Тэцуя был удивлен тем, что летающий помощник решил последовать за ним. Даже с использованием Глаза Бога странник добрался до светящегося леса лишь к наступлению темноты. Хотя именно в это время суток лес Мотийимы выглядел особенно завораживающе. Гигантские грибы с плоской шляпкой, кажется уже давно окаменели и превратились в подобие округлых ступенек. Фосфорицирующие травы и цветы у их корней и петли тропинок между ними звали поиграть в прятки. А почти всегда безоблачное небо манило любоваться его красотой, лежа на траве в компании молчаливого спутника… или спутницы. Сжав пальцами переносицу, юноша вздохнул и стал осматриваться, стоя на склоне. С такой высоты было отлично видно практически весь лес. В самом центре. Единственный гриб, который светился больше остальных. Тэцуя замер, глядя, как яркая нара Мона сидит на самом краю и смотрит на звезды. Тут они и правда выглядели так, словно чье-то прекрасное ожерелье порвалось и рассыпалось сотнями искрящихся бусин. — Нашел… — парень прочистил горло, — Я нашел ее, спасибо. Осталось только… — заметив, как девушка опускает взгляд, он быстро скрылся из вида за ближайшим кустом. Надежный маленький слушатель так же стремительно последовал за ним, — Осталось только попрощаться с ней. — Зачем прощаться? Грустный нара ведь только нашел яркую нару. — Понимаешь, другой Я умер, и только у меня и… золотой нары остались воспоминания о том, чего уже никогда не существовало, — при упоминании Люмин Аранакин ожидаемо приободрился. — Грустный нара пытался вырвать один из побегов в Сарве? Но зачем? — Потому что я… как бы вы сказали, воплощение Мараны, — сняв шляпу, Тэцуя выглянул из-за куста и стал тихонько наблюдать за тем, как Мона собирает свои астрологические штучки в сумку. — Это не так. Нары почему-то слишком несправедливы к себе. Тот, кто пострадал от влияния Мараны, необязательно становится ей. — Это уже не важно.

***

Совсем уже ночью Тэцуя снова поднялся и направился в лес. Аранакин уже исчез по своим грибным делам, оставив его одного. Парень проследил за Моной и был слегка растерян от того, что она отправилась ночевать в один из крошечных домиков на западе Мотийимы. В тот самый, в котором всегда оставались они. Мысленно повторив про себя план действий, он отправился к нему, когда в окне потух свет. Максимально тихо переставляя ногами, странник подкрался к входу в небольшое убежище. Мона беспокойно спала, свернувшись калачиком. Хоть плетеная кровать и не была выдающихся размеров, все равно казалась пустоватой без… него. Моргнув несколько раз, Тэцуя прогнал видение из прошлого и запустил руку в левый карман. Если он сможет передать ей нужную информацию, пока она не проснется, то девушка даже не узнает о его существовании и им не придется пересекаться снова. Нужно всего пару минут. — О нет! — послышалось сзади, и юноша вздрогнул. Мегистус вскочила и в тревожном напряжении уставилась на него в темноту. Внезапно появившийся в жилище аранара спрятался за спиной спутника. — …что происходит? — спросила астролог, сминая морщиной беспокойства красивый лоб. — Простите, перепутал домик, — пробормотал Тэцуя и выбежал наружу, прихлопывая легкую дверь. Его дыхание отчего-то стало чаще, и волнение бродило сквозняком по грудной клетке. Отойдя на приличное расстояние он с силой топнул ногой и обернулся на невинного аранару, испортившего весь план. — Какого черта ты делаешь?! — прокричал шепотом Тэцуя, — Еще немного и я бы снова отправился наслаждаться свободной жизнью. — Прости, грустный нара, — Аранакин застрясся, как осиновый лист, и странник поубавил свой гнев, — Но я понял, что ты хочешь сделать и решил предупредить, что это неправильно. Из ложной семечки не вырастет дерево. Вздохнув вместо ответа, Тэцуя побрел по одной из тропинок.

***

Солнце уже встало, когда странник занял наблюдательный пост. Мона Мегистус собрала себе ингредиентов для салата и стала завтракать под открытым небом. Тэцуя уже почти смирился с тем, что Аранакин не планирует оставлять его надолго, и сейчас краем глаза наблюдал за тем, как спутник разговаривает с Арагару. «И какой Бездны мне все еще приходится здесь находиться?» Парень прошел чуть дальше вглубь леса и спрятался за одним из грибных корней. Колдунья, стоя на полянке у тропы, с чем-то постоянно сверялась в своей записной книжке. Она перекинула один из хвостиков за спину, слегка мазнув взглядом по зарослям грибов и продолжила читать. «Ну и как ее отвлечь?» Тэцуя закатил глаза, а вернув взгляд на место, никого там не увидел. Он напрягся, услышав тоненькое журчание воды, и в тот же миг как из ниоткуда появилась Мона в своей боевой стойке. — Кто ты и почему следишь за мной? — серьезно спросила девушка, не отрывая правую руку от гримуара, тем самым угрожая оппоненту. А Тэцуя почти забыл о том, как она опасна. — Ты поспешила с выводами, — спокойно произнес он, не рискуя двигаться, — Я обычный исследователь из Академии, наблюдаю за местными флорой и фауной. Мона подозрительно прищуралась, осматривая юношу с ног до головы. Ее темные хвостики переливались в солнечном свете. — Ты не похож на ученого, — вынесла вердикт она, гордо вскинув бровь. — О, кому как не тебе известно, как неприятно, когда оценивают по внешности… — он осекся и сделал серьезное лицо, ожидая реакцию. Мегистус недоверчиво разглядывала лицо парня, отчего ему стало не по себе. В светло-зеленых глазах мелькала непонятная эмоция. Его поверхностное дыхание каждые 5 секунд грозилось дать сбой от такого напора. — Что ж, — наконец мягко проговорила колдунья, поправляя свою шляпу, больше похожую на шляпку летающего анемо плесенника. Не добавив ничего более, она развернулась в траве на каблуках и ушла. Вздохнув, Тэцуя прислонился спиной к дереву-грибу и выругался.

***

«Может, попытаться продать ей капсулу знаний? Это вроде как ходовой товар», — размышлял странник, поглаживая светящиеся лепестки какого-то цветка, — «Хотя нет, плохая идея. Мона слишком любопытна, чтобы получать информацию таким варварским способом. Она ни за что не станет покупать ее, тем более у подозрительного типа». В метрах десяти Аранакин, Арагару и Аранага что-то тихо обсуждали. Двое из них энергично закивали третьему. «Что они задумали? Или у аранар в порядке вещей шептаться перед людьми?» — Тэцуя подпер подбородок рукой. Спустя целый день размышлений он уже начинал думать, что банально подкараулить и вырубить девушку — не такая уж и плохая идея. А что, разве гуманность — черта его характера? Словно услышав его мысли, трое аранар подлетели к сидящему на пне страннику. — Мы услышали о том, что с тобой случилось, грустный нара, — начал Аранага с причудливыми очками на грибной шляпе, — и должны сказать, что семя воспоминаний не может быть выращено без желания. Тебе, как прошедшему через Сарву, это должно быть известно. Тэцуя закатил глаза. — И что прикажете делать, защитники правды? — все это уже начинало раздражать. Аранары переглянулись, и Арагару с двумя зелеными листами на голове вышел вперед, продолжив речь: — Мы знаем, что у тебя есть кое-что из Ванараны и готовы помочь, если ты нам это отдашь, грустный нара. Яркая нара будет счастлива, не сомневайся, — он всплеснул светло-зелеными ручками. Парень опустил руку в правый карман и, поколебавшись, протянул единственный предмет в его коллекции, который мог бы им понадобиться. Потрепанный блокнот полетел в траву. — Этот цветок нам подарил Аранакин, когда… никогда, — на эти слова аранары кивнули, и Аранага принял цветок. — Отлично! Не переживай, грустный нара, — пролепетал Аранакин, и все трое скрылись из вида. Тэцуя вздохнул, как никогда остро ощущая пустоту в своем кармане. Почему-то к валяющемуся под ногами блокноту даже не хотелось прикасаться. Что же получается, теперь он преспокойно доверит свое задание зеленым человечкам? — Это были аранары, верно? — послышалось над самым ухом, и парень машинально вскочил. Черт, в этом месте он начинает терять бдительность. Обернувшись, он увидел любопытные глаза астролога и ее горделивую осанку. — Да, так и есть, — тихо ответил он, хмуря брови. Пытаться предугадать, что именно она могла услышать, не было сил. — Я так и знала, что в этом чарующем месте есть невероятные существа! — она радостно усмехнулась, переведя взгляд туда, где до этого стояли духи леса. Ее увлеченность большими и маленькими тайнами этого мира, ее смеющиеся глаза, ее самодовольное выражение лица, ее дурацкий наряд, похожий на купальник… Тэцуя сглотнул и отвернулся, пытаясь сфокусироваться на банде пустынников, расположившейся на противоположном склоне. Ее запах… Он закусил губу, пытаясь думать лишь об аромате трав и пыльцы. — Слушай, — вырвалось у парня прежде, чем он успел остановить свой непослушный рот. Мона отвлеклась от своей радости и перевела внимание на него, отчего ему пришлось вновь заставить себя дышать ровно, — Ты уже видела, что здесь происходит в полнолуние? — Нет, пока не доводилось, — искорки воодушевления в ее глазах становились все больше, — Я застряла в своем исследовании на… неважно. Он пересекался с ней за эти сутки уже несколько раз и даже пытался заговорить. Ходил вокруг да около, делая вид, что не занимается ничем предосудительным. Странник, всего лишь странник либо сотрудник Академии. Однако ни один из его планов не приблизил его к тому, чтобы всучить ей эту чертову капсулу. И вот сейчас он собирается вытащить козырь из рукава, который скорее всего морально убьет его?! Да, Бездна его дери. — Сегодня ночью как раз будет подходящий момент, чтобы наблюдать за одним удивительным явлением, — его голос стал безликим, — Ровно в полночь на шляпке самого центрального гриба вырастет особенный цветок, аранары зовут его… трава яджна, если не ошибаюсь. Он очень интересен с точки зрения наблюдения, поэтому ты можешь… присоединиться ко мне. — Ты… — Мона явно достигла максимума своей концентрации, обдумывая это предложение, сложив руки на груди, — Я даже имени твоего не знаю! — Меня зовут Тэцуя, — с легкой улыбкой ответил парень, мысленно заправляя прядь челки за ухо девушки, — Я обычный сюгэндзя, на данный момент исполняющий поручения Академии, — «И ведь не соврал». — Что ж… Я великий астролог Мона Мегистус, которая изучает феномены этого места… на данный момент, — поправив свою идиотскую шляпу, она снисходительно улыбнулась, — Хорошо, я с радостью приму твое приглашение.

***

Весь остаток вечера Тэцуя размышлял. Аранары не появлялись и потому, не зная чем себя занять, он все время просидел в зарослях светящихся цветов под одним из огромных грибов. Пальцы нерационально часто нащупывали в кармане капсулу, то ли проверяя ее наличие, то ли надеясь не обнаружить ее. По невероятному совпадению этот цветок здесь появится вновь, и он должен использовать этот шанс. Расслабившись, предавшись атмосфере чуда, Мона наверняка станет более сговорчивой, и вот тогда он как бы между делом вручит ей небольшой подарочек от Дендро Архонта. И все будет правильно. Над лесом Мотийимы поднялась полная луна, как всегда ничем не закрываемая. Звезды соревновались друг с другом в яркости, их каскад переливался и наполнял светом ночной пейзаж. Одинокая кристальная бабочка зеленым пятном пронеслась мимо странника. Тэцуя поправил шляпу и, не обнаружив ни одного аранары поблизости, отправился наверх. Легкий ветерок развевал голубые ленточки, губы его были плотно сжаты, когда пальцы ног ощутили легкое покалывание от множества травинок на шляпе гигантского гриба. Он нарочно не поднялся сюда еще ни разу за эти сутки, потому что здесь ничего не изменилось. Неважно. Он выбрал новую жизнь, и у него в любом случае нет пути назад, но… Нет, он даже не стал прощаться с ней тогда лично, а просто написал письмо, чтобы не видеть ее лица. Сейчас же будет намного проще, ведь Мона не наорет и не заплачет. Она вовсе не поймет, в чем дело, а потом мило помашет ему рукой, скажет «до свидания», и они больше никогда не встретятся. Нахида просто дала ему шанс увидеть ее в последний раз и запомнить… словно он мог бы забыть. Отдавшись темным мыслям, он даже не заметил, что девушка уже на месте. Она тихо достала свои инструменты и разложила их на траве. Лишь слегка коснувшись его плеча, она смогла привлечь внимание парня. — Добрый вечер, странник по имени Тэцуя, — хихикнула Мона, наблюдая за тем, как парень выходит из оцепенения. Все тот же взгляд, что она бросила бы на любого незнакомца. — Добрый… — улыбка неуверенно коснулась его губ, — Великий астролог Мона Мегистус. Они расположились на маленьком островке посреди пруда на грибной шляпке. Поджав под себя ноги, они молча смотрели на звезды, ожидая нужного часа. Приятная прохлада ночи окутывала вместе с покачивающимися в воздухе огоньками. Кажется, с каждой минутой странник становился все напряженнее. Почувствовав легкий цветочный аромат, парень и девушка повернулись и увидели фиолетовый бутон. Они расположились по разным сторонам от цветка, наблюдая за тем, как его лепестки медленно-медленно распускаются. Чтобы не перекрывать луну, шляпы отложили в сторону. В лунном свете прожилки на цветке блестели желтым и розовым, очаровывая. — Это действительно волшебно, — произнесла Мона негромко, не отрывая глаз от происходящего, — Еще 5 минут назад его здесь не было вовсе. — Согласен, это и правда особенное место… — бархатистый голос пересек расстояние между ними, и Тэцуя поднял взгляд на Мону с ноткой грусти в глазах. Ее щеки слегка покраснели от воодушевления и желания запомнить все в мельчайших деталях, волосы слегка спутались от ветра, а синяя тень дразняще очертила грудь. — …но не из-за этого дурацкого цветка, — продолжил он чуть более хрипло, — А потому что здесь мы впервые поцеловались. Глаза Моны округлились в недоумении. Тэцуя тут же выдохнул и, прочистив горло, добавил: — Не с тобой, конечно. С другой. Астролог понимающе кивнула, и спустя пару минут молчаливого глядения на раскрывшийся цветок, сказала: — Я тоже чувствую странную энергетику этого места, — на что парень недоверчиво вскинул бровь, — Возможно, это прозвучит странно, но я плохо помню, зачем именно сюда приехала. Но погадав всего раз на этом месте, я сразу заметила странную аномалию. Великое полотно переплетающихся судеб… я никогда не замечала этого ранее, но оно выглядит слегка неправильно, — Тэцуя затаил дыхание, слушая как тщательно колдунья подбирает слова, — Оно соткано из тысячей нитей человеческих жизней, но в одном месте… словно одна из них была выдернута, и из-за этого вся работа слегка сбилась. Полотнище попытались расправить, но крошечный след чужого вмешательства все равно остался, и я… пытаюсь выяснить что-нибудь об этом, но любая зацепка тут же ускользает у меня из рук, — она сложила руки на груди и разочарованно поджала губы. Тэцуя собирался уже что-нибудь сказать на этот счет, как Мона вдруг потянулась к своей сумке и начала в ней что-то искать. — А еще ведь это… — она вытащила небольшой конверт, и у странника в тот же миг ударило в голове. Слова застряли в горле, пока он таращился на письмо в пальчиках астролога. На его письмо, — Сколько не пыталась, не могу вспомнить, откуда оно взялось. Да и имя отправителя на нем отсутствует, несмотря на такое яркое содержание. «Имя стерлось, а письмо осталось?» — промелькнуло молнией в голове Тэцуи, когда он выхватил письмо из ее рук. — Прости… могу я посмотреть на него? — спросил он нервно, и не дожидаясь ответа от смятенной девушки, начал быстро просматривать уже ненавистные ему строчки. «Сбой системы». Горький смех юноши быстро сменился решительностью во взгляде, и он отложил письмо в сторону, запуская руку в левый карман. — Я кое-что знаю об этом феномене. Наиболее сильное расхождение нитей происходит как раз в полнолуние, поэтому тебе удалось заметить его так легко, — он говорил мягко, но сталь в его глазах рисковала пролиться в этот мир и затопить его, — Совсем недавно на собрании в Академии обсуждали все, что нам известно об этом, и для упрощения дальнейшей структуризации информации поместили все данные в капсулу знаний… — зеленое свечение залило лица парня и девушки, — Я соврал тебе о том, что просто осматриваю здесь грибочки, ведь это исследование должно оставаться в тайне. Однако… твой интерес вызывает уважение и поэтому… — Тэцуя видел, как мечутся мысли в голове астролога, — …я могу поделиться с тобой, если обещаешь сохранить конфиденциальность. — Ох… — в свете Дендро энергии ясные глаза Моны казались совсем уж зелеными, и морщинка напряжения разгладилась на лбу странника, — Думаю, я приму твое предложение, а взамен погадаю тебе, если ты не против, — она воодушевленно взяла капсулу знаний и улыбнулась, — А еще я прощу тебя за то, что нервировал меня весь день своим странным поведением. Легкая печальная улыбка растянула его губы. На прощание. — Спасибо. Я и правда так и не извинился перед тобой. Прости, — он замолчал, чувствуя, как внутри что-то снова начинает гореть. Как странно, разве там не остался лишь пепел? Тэцуя задержал дыхание, считая до ста, пока Мона пытается открыть капсулу. — Нет-нет-нет! — что-то разноцветное пронеслось между ними, порывом ветра чуть не сорвав парочку лепестков с лунного цветка. Парень и девушка замерли, наблюдая за тем как Аранакин без капли сомнений выбрасывает отобранную капсулу в воду. В следующую секунду Тэцуя уж было рванул, чтобы вытащить ее, но в последний момент передумал — зеленый свет погас и на дне осталась лежать уже бесполезная оболочка. — …что это? — донеслось до ушей юноши бормотание Моны. Повернувшись, он увидел, как Арагару и Аранага бросают несколько семян вокруг фиолетового цветка. Несмотря на миллион вопросов в глазах, Мегистус не спешила сдвинуться с места, как и Тэцуя, что пытался понять… хоть что-нибудь. У него даже не было сил возмутиться всем этим аранарным безобразием. А затем, возможно, под влиянием травы яджны, также быстро проросли новые цветы — 6 штук. С замиранием сердца девушка разглядывала их, пока Тэцуя вдруг не понял: — Они розовые… как и цветок Аранакина, — произнес он тихо и почувствовал на себе вопросительный взгляд Моны. — Верно! — всплеснул ручками Аранакин, пока два других аранары молча радовались чему-то рядом, — Сухой цветок Аранакина вернулся к жизни и согласился дать много новых ростков, чтобы помочь яркой наре вспомнить! — все трое закивали. — Что… происходит? — Но ведь это все равно невозможно! Она не вспомнит! — тяжело прорычал Тэцуя, комкая в руке письмо, — Его нет и не было!.. — Но я вспомнил грустного нару! — воскликнул Аранакин, резко присев рядом с парнем так, что его шляпка слегка подпрыгнула, — Я помню, как ты ругал суп Арачаторы за то, что он безвкусный. А яркая нара помогла Арапасу отыскать самую вкуснейшую водицу, — он активно жестикулировал, пока два других человечка соглашались с ним, — Мы показали вам это прекрасное место, и вы стали жить дружно. — …это правда? — тонкий голосок Моны выскользнул из дрожащих губ. Она смотрела в глаза Тэцуе, и он вдруг понял, что не может ничего ответить. — Вы только посмотрите, как прекрасны цветы! — пролепетал кто-то из летающих капусток, и Мона нежно коснулась лепестков пальцами. Вдруг глаза девушки зажмурились, а руки начали бесконтрольно перемещаться от одного цветка к другому. Она касалась их то совсем легонько, то настойчиво и жадно, и Тэцуя мог лишь гадать, что она чувствует. Все не отрываясь следили за непонятным действием: аранары — как всегда улыбаясь, странник же — напряженно. Когда синие ногти вспорхнули с последнего лепестка шестого цветка, прекрасное розовое сияние резко прекратилось. Цветы мгновенно завяли и засохли. Тэцуя тяжело сглотнул и понял, что дышит ртом, не обращая внимание на сухость в горле. По щекам Моны текли слезы, и он со страхом и крошечной надеждой заглянул в глубину ее глаз, когда она наконец их открыла. И увидел в них узнавание. Удар. Парень почти не шелохнулся, приняв пощечину, и даже не возмутился, как сделал бы это раньше. — Ты абсолютно несносен, Скарамучча! — горестно воскликнула астролог, убрав руку, чем вызвала приступ смеха у парня. Вряд ли смеяться в этой ситуации — адекватно, — Я… даже не знаю, как выразить свое недовольство! Как ты мог уйти так просто и даже не поговорить?! — Почему ты осталась после моего письма? — Потому что я… надеялась, что ты вернешься, идиот, — она покраснела то ли от раздражения, то ли от смущения, и трясущиеся пальцы юноши попытались стереть соленые дорожки слез с щек девушки. Аранары подпрыгнули в воздухе и стали хлопать в ладоши: — Ура! Все получилось! Цветы рассказали наре правду. Аранары были рады помочь. — Но как?! — произнес Тэцуя с глупой улыбкой, — Как вы это сделали, если я вырезал свое имя из истории? — Лес помнит все, — произнес Аранага, подняв ручку вверх в поучительном жесте, — Лес помнит все и даже то, что забыла Сарва. После этих слов все аранары растворились в воздухе. Парень и девушка переглянулись и неуверенно улыбнулись друг другу. — Прости меня, Мона, — прошептал Тэцуя, покусывая губу, — Я боялся, что не смогу бросить тебя… лично. Сейчас я понимаю, что это было совсем не то, чего я хотел. — Позже нам нужно будет обязательно найти Аранакина, Аранагу и… Арагару, чтобы поблагодарить их, — она мягко улыбнулась, положив руку парню на плечо, — И мы разберемся в том, почему вообще понадобилась их помощь. Тэцуя усмехнулся, чувствуя, словно тяжесть, свалившаяся на него со словами Нахиды, исчезла. Он вздохнул с небывалой легкостью и улыбнулся по-настоящему, получив улыбку Моны в ответ. — Знаешь, — начал он нежно, — Я хочу, чтобы в этой жизни наш первый поцелуй был таким же. — Он уже не будет таким, — она усмехнулась, — В тот раз мы чуть не подрались, прежде чем поцеловаться. — Ха-ха. Ты неплохо мне врезала, так что это почти то же самое, — с ухмылкой он указал на красное пятно на щеке, а потом взял Мону за руку. Подсев к колдунье рядом, странник с наслаждением коснулся девичьей щеки. Легкая дрожь в кончиках пальцев еще не прошла, и потому он сразу прижал всю ладонь, оглаживая влажную кожу. Почувствовав, как чужие руки обнимают его за плечи, парень прикрыл глаза и мягко поцеловал миниатюрный носик астролога. Затем он проложил несколько небольших поцелуев по щекам, перейдя за ухо, на шею. Дойдя до воротника идиотской накидки Моны, Тэцуя остановился. Еще раз встретившись с ее уже слегка затуманенным взглядом, он решительно накинулся на губы девушки. Пока одна рука оглаживала ключицу, а другая — пропускала сквозь пальцы темные пряди хвостиков, он погружался в поцелуй с той, кого не надеялся встретить снова. Его Мона. Та самая. Влажные губы разомкнулись, позволив парню и девушке обжечь друг друга горячим дыханием. Вцепившись в край белого рукава, Мона перевела взгляд на блестящий бирюзовый шарик, изучая. — К слову, Скар, когда ты успел стать «сюгэндзя» и получить Глаз Бога? — томно спросила Мегистус. Он усмехнулся и покачал головой: — Теперь меня зовут Тэцуя, — довольно прохрипел он, на что она хмыкнула, — И думаю, мне нужно будет многое тебе рассказать. — Определенно. Можешь заняться этим, когда мы вернемся в наш домик. Юноша кивнул, и они продолжили целоваться в любопытном свете луны, оставляя все подробности на потом. Фиолетовый цветок закрылся, но оставил в сердцах гораздо больше впечатлений, чем мог бы предположить. Задание было успешно провалено, а лес довольно шелестел листьями. «Похоже Дендро Архонт — действительно воплощение мудрости».