***
Во всю силу семья Мадригаль старалась над идеальным проведением получения дара Антонио. Кто-то украшал все цветами, носит грузы, готовит, помогает готовить. Это кажется...обыденным? Все вроде занимаются теми же делами, что и вчера...и позавчера и даже неделю назад. Но напряжение чувствуется, просто от того, что сегодня важный и особенный день. В свою же очередь, постепенно встречая разных близких гостей, я менялся в их собственный облик. Зачем? Так можно показать свою эмпатию и максимальное расположение к тому, кого приветствуешь. С другой стороны...они хотели бы видеть меня, а не себя в объятьях...ведь так? Да ну, бред. После встречи всех близких гостей, на меня возложили обязанность повесить платок с надписью, накрыть стол где будут стоять закуски и напитки, как крепкие, так и обычные соки для людей помладше и немного протереть перила, смахнуть песок со ступенек и пола, дабы он блистал во всю свою красу. Дел невпроворот, но нужно стараться во благо. Я закончил все свои сложные дела на том, что помог повесить мужчине тканевый плакат с надписью "Антонио" над его дверью, к ручке которой сегодня должен прикоснуться. Пришло время встречать ещё большее количество гостей со всей деревни, потому что время все ближе и ближе к знаменательному торжеству, оставалось буквально часа 2. Периодически меняя свой облик, я приветствовал очень большое количество людей с добродушной улыбкой. Выпустив всё накопившееся за ночь, сегодня действительно можно было улыбаться искренне, все же, не часто можно встретить такое количество людей. Все остальное время я просто общался с гостями, в то время как Касито развешивал шляпы на стене, Луиза катала детей и носила большой салат до стола, Изабелла очаровывала всех своей красотой, дети баловались и веселились с бенгальскими огнями и все это сопровождалось приятной музыкой. Я иногда раздумывал о даре своего брата. Прям как в день, когда я должен был получить свой. Может, у него будет ультра зрение? Или может, гипноз? Интересно, что он мог бы думать по этому поводу.***
И вот, буквально мгновение остается на то, чтобы брат получил свой дар, поэтому чтобы поддержать своего волнующегося брата, мы всей семьей пошли к нему за занавес, где позади него стояла моя кузина. - Хо-хо, кто появился! — с улыбкой сказал отец. - Ох какой, совсем взрослый — искренне улыбаясь сказала Пеппа. - Аэ, Пеппа ,mi amor, ты намочишь его — сказал Феликс, говоря о Антонио, прионяв свою жену и прогнав тучу. - Папа тобой очень гордится! — подойдя к своему брату я превратился в маленькую копию отца. - Я вообще-то не так говорю — возмущенно сказал Феликс - Я вообще-то не так говорю — передразнил его я с более писклявым голосом. - Бабушка говорит...пора — прислушавшись, произнесла Долорес - Мы будем ждать тебя рядом с дверью - произнесла мама - Ну все, за мной, за мной, за мной - Ну все, за мной, за мной, за мной! — снова передразнил я отца - Ну все - Ай, не надо! — с испугом произнеся, меня утащили из комнаты. Я стоял там же, где большая часть семьи и народа со всего города, с нетерпением ждал момента, когда Антонио дотронется своей маленькой ладошкой до заветной ручки. Но перед этим, бабушка Альма произнесла речь о том, что около 50 лет из поколения в поколение дар передается членам семьи. После речи, занавес открылся, а там стоял неуверенный Антонио, который чего-то боялся. Минута длилась очень долго, даже Касито пытался его заставить шагать, но все на смарку. Мальчик начал просить о чем-то кого-то из угла. Из-за стены вышла Мирабель. Все были удивлены такому, бабушка Альма тем более. Возможно, все могли подумать, что Мирабель пытается все испортить, передать ему свою ауру, но она лишь хотела поддержать своего кузена, дать понять, что все хорошо и нужно идти вперед несмотря ни на что. Антонио взяв за руку сестру, пошел к своей бабушке. И вот он, момент, когда пожилая женщина произносит до боли знакомые слова. - Готов ли ты укреплять наш дом? Антонио лишь робко кивнул на этот монолог и убрал руки от свечи, дабы прикоснуться к ручке. Мальчик начал тянуться к ней. Момент, когда сердце замирает в ожидании чуда, когда кровь стынет в жилах. Наконец-то он докоснулся к ней. К нему тут же прилетел разноцветный тукан и начал о чём-то говорить. Антонио его понял и все начали ликовать, в том числе и я. Так необычно наверное, понимать не только людей, но и животных. Только дверь начала открываться, сразу начало вырисовываться огромное зелёное дерево с различными лежаками и гамаками. Повсюду лианы, тарзанки и прочие развлекательные штуки. Ему так повезло с даром. Всей семьей мы начали проходить глубже и восхищаться всей неописуемой атмосферой. Это действительно джунгли в доме. Тут же на нас начинает нестись леопард, который забирает брата с собой закинув его на свою спину, уносясь все выше и выше, пока не добирается до самого верха, где находятся все удобства. Все пошли за ними. Пока все шли, очень большое количество животных залетало и проходило через дверь в новую местность, которая станет и их домом. После всех восхищений и захватывающего сердца видов, мы решаем сделать по традиции общее семейное фото. Пир на весь мир и правда начал проходить на славу. Как хорошо, что можно поесть всего вкусного и побольше. Ну просто блаженство. Но вечеринку прерывает Мирабель, которая со всех ног мчалась к бабушке Альме с новостью, что со свечей и волшебством что-то не так. Сказать, что все перепугались, ничего не сказать. Я чувствовал в этот момент как сердце билось быстрее, глаза приоткрывались и расфокусировали взгляд, дышать становилось сложнее, а дар речи пропадал, заплетаясь в собственных связках. Это тот самый переломный момент, который я чувствовал сегодня? Я чувствовал некую неопределенность. Не могу сказать, что я был рад, опечален или же в непонимании. Эта новость дала мне повод...надежду думать о том, что дары - просто сон и вот-вот я могу проснуться без него, совершенно обычным, в обычной семье. Семья последовала за пожилой женщиной и юной леди, которая твердила о трещинах на стенах, о черепице, которая словно сейчас рухнет и о свече, которую чуть ли не задуло. Ситуация ужасна, но в некой степени, признаю, я чувствовал радость. Когда же мы пришли, все было хорошо. Свеча горела с тем же сильным настроем, стены внушают доверие в их прочности, а черепица вся как на подбор. Бабушка снова начала твердить, что все хорошо, что их семья и магия крепка. Прямо как алкоголь... После всех убеждений, все пошли обратно в комнату Антонио, а я пошел к себе. В своей комнате я сел на кровать, фокусируя взгляд в одну точку, наклонившись и поставив руки на колени, прислонив ладони одну в другой. В голову начали лезть мысли о том, а что если бы свечу все таки задуло? Чтобы я чувствовал? Дары все исчезли? Какого быть обычным человеком? Снова так много вопросов, и так мало ответов. Когда все тело начало затекать, сняв шлепки я лег на кровать и укрылся одеялом. Музыку было до сих про слышно, но она не мешала. Слова Мирабель въелись в память, от чего пришлось заснуть, в раздумьях о них.