Что ты сделал с собой,Нил?

— Господин Веснински, — я обернулся, смотря на вошедшего Джорджа. Стоило лишь кивка для того чтобы слуга понял, что его слушают. Мужчина продолжил свою речь, импульсивно взмахивая руками. — Там привезли ещё одного смертника* и он немного не в себе. Он зарезал охранника и покалечил его помощника, — запыхавшись пролепетал слуга, старательно привести себя в порядок. — Хм, интересный случай. Принеси мне мои инструменты, — было сложно скрыть свою заинтересованность в данном экземпляре, насколько же нужно отчаяться, чтобы устроить кровавую бойню в доме Веснински. Сделав завершающий глоток коньяка, Натаниэль поставил рюмку на стол, натягивая излюбленные повязки, связывающие его с прекрасным прошлым в Пальметто. Выпускной Дэн, Элисон и Рене. Взрывная волна прошлась по всем, включая Нила Джостена. С этого дня ночи стали длиннее от бессонницы, дни мрачнее от отсутствия недостающих членов его семьи, сердце больше не трепетало, спасал только Миньярд, который был всегда рядом. Выпускной Ники и Мэтта. Два человека, что спасали команду своим позитивом. Теперь неизвестно когда они встретятся вновь, ведь Хэммик уехал к Эрику уже навсегда, а Бойд отправился в другой штат вслед за возлюбленной. Выпускной близнецов Миньярдов и Кевина. Эндрю, его любовь и опора, теперь уезжает в неизвестном направлении напоследок сказав: Позвони как понадобиться помощь. Аарон, съехался с Кейтлин. Кевин переехал, вступая в международную лигу. Нил Джостен остался один. Их встречи с Эндрю становились всё реже, лишь пару часов в неделю, этого не хватало. Нил поддался земным искушениям. Пристрастия к алкоголю, легким наркотическим веществам, селфхарм, а в простонародье — самоистязания. Ножи полосовали кожу, оставляя огромное количество новых шрамов. Душ, терзал кожу кипятком. Его тренировки и нагрузки больше никто не контролировал, пробежки утром и вечером, две тренировки с промежутками в пару часов. Ноги не желали двигаться, сердце не желало биться. Новички перестали интересоваться, что происходит с капитаном, ведь тот лишь отмалчивался на вопросы. Нил умирал, как и морально, так и физически. На встречах с Эндрю они всё меньше отводили времени для ласок, с каждым разом количество поцелуев сокращалось вдвое. В глазах Миньярда медленно, но верно возводились неприступные крепости. Всё меньше они разговаривали, все больше курили, запивая боль в сердцах горючим. Один вечер сломал, все города любви, что они строили такое долгое время. — Тебе не кажется, что это конец? — Эндрю не стал медлить и в своей обычной манере сказал в лоб, прямо. Даже сейчас он курил, выдыхая едкий дым изо рта. Руки в карманах и наверняка сжаты в кулаки, на лице не дрогнул ни один мускул. В этот момент Нил Джостен сломался. Нил Джостен погиб. Нил Джостен похоронил себя и свои чувства. — Нашёл более долгосрочный вариант? — на лице как и всегда идиотская ухмылка, а хочется просто плакать. Плакать как слабак, реветь как девчонка. — Ты сам прекрасно знаешь ответ, — он ушёл. Отовсюду, из жизни, возможно на те пару минут из головы, ведь тогда в черепной коробке была пустота, но никак не из сердца. Из раздумий вывел лишь звук металла, его любимый нож. С него и началась его карьера Веснински. Очередной вечер в баре. Это уже не «Райские Сумерки», это забегаловка на отшибе города с дурной славой. Он один. Как и тогда в Милпорте. Можно даже сказать снова. Потягивая очередную рюмку коньяка, он по привычке наблюдает за посетителями. Бегло оглядывает их и снова сосредотачивается на алкоголе. «Какая интересно по счёту?» — мелькнуло у него в голове, что вызвало лишь смешок. Бармен — мужчина с отросшей бородой и недовольным взглядом. В очередной раз ставит перед ним порцию горючего, не удостоив его и взглядом, переключается на других посетителей. Перебравшись на диван неподалёку, Нил запускает руки в волосы, уже не те, что так нравились Эндрю. Отросшие, не уложенные, грязные, запутавшиеся не алыми вихрями, словно огонь, а одной большой копной соломы. Диван рядом прогибается, давая понять, что рядом сел ещё кто-то. Джостен не поднял голову, его вовсе не волнует это, он сосредоточен лишь на испепеляющей боли, пронзающей его душу. — Вижу ты славно сдал позиции, Веснински. Ты ослабел и стал уязвим, не обратному ли тебя учила мать? Мэри не была бы рада такому раскладу, — каждое слово незнакомец проговаривал с удовольствием, словно его забавляли поступки Нила. — Кто вы и с чего вы взяли, что я нуждаюсь в ваших советах? — колкостью на колкость, никак иначе. Подняв голову, не без усилий конечно, он посмотрел на незнакомца. — Я — так скажем посланник из ада. Я думаю ты нуждаешься в этом, — он протянул ярко-красную коробочку. — Как только решишь вернуть себе бывалую жизнь, набери, — он будто испарился, оставляя его наедине с кровавой коробкой. Не терпится узнать, кто перешёл дорогу самому Натаниэлю Веснински. Сыну Мясника, что держал в страхе всё население. Размеренно шагая по блестящему паркету, интересные мысли лезли в голову, сменяя друг друга. Куски плоти, алая жидкость на руках и лице, нож, вырезающий на телах надписи и нож, разрубающий тела на части. Потеря слуг не столько волновала меня, сколько изощрённые пытки, что он преподнесёт яростному нарушителю. Я сгорал от нетерпения, желая поскорее насладиться мольбами о пощаде. Заветная дверь, в его комнату, комнату его пыток, что успела стать любимой. Руки чешутся взять металл, а губу расползаются в голодном оскале. В нетерпении отворяет дверь ключом и заходит, устремляя взгляд на участок, освещаемый прожектором. — Всё как просил? — три фразы хватило, чтобы слуги испытали страх. Кивок одного из них послужил началу этой прекрасной ночи. — Свободны, — как можно быстрее люди поспешили убраться из обители зла. На подсвечиваемом месте в оковах сидела фигура, устремляя на меня свой взгляд.Я в темноте и не видно моего изначального замешательства. Я подхожу ближе и рассматриваю его. — Слушай, Миньярд, а ты не перестаешь меня удивлять, — задорный голос и истерический смех, всё что так нагоняет страх, но только не на этого парня. — Афигеть, уже Джостен мерещиться, — он усмехнулся, прошептав эти слова. — Не знаю о каком Джостене идёт речь, я — Натаниэль, — мои слова заставляют его лицо исказиться до неузнаваемости. Я подхожу очень близко. Слишком. Я чувствую его быстрое дыхание. Его глаза устремились прямо в глаза, заглядывая в душу. Вновь смех, мой смех разрезает тишину тесаком отчаяния. — Не ожидал? — мои зрачки расширяются, радужки практически нет. Я чувствую эйфорию. — Что ты сделал с собой, Нил? — его голос твёрд как и всегда. — Ты хотел спросить, что ты сделал со мной? Так полюбуйся же! — я покрутился на месте, показывая ему алый костюм. Его лицо застыло в гримасе ужаса. Он молчал. Прошло около десяти минут, пока он молча бегал глазами. — Ты думал я шутил, когда говорил, что я умру без тебя? — я вновь приблизился, всматриваясь в глаза. — Я умер на следующей же день, когда согласился возглавить клан моего умершего отца, — медленно я проговаривал слова, пробуя их на вкус. — Ты доволен результатом? Я вот вполне, — всё больше появляется чувство будто я веду монолог либо общаюсь со стеной. — Послушай меня, Джостен, — начал блондин, пока я отвлекся на заточку ножа. — Когда я сказал тебе это, тогда у общежития я считал это правильным. Я видел как ты перестаешь быть заинтересован во мне и в чём либо. Ты поменялся. Ты перестал пытаться увидеться. Когда бы я не звонил, ты не брал трубку. Я пожалел о том, что сказал миллионы раз. Я не смог позвонить из-за чёртовой гордости, — он пытался отдышаться. — Продолжай, — сердце забилось чаще обычного, но сохранить тембр голоса было не трудно. — С того момента прошло пять лет и все из них я пытался отыскать тебя. Я объехал весь Пальметто. Я объехал близлежащие города, обошёл все улицы, обзвонил больницы, звонить в морги мне не давала, надежда чтоли. Я продал Мазерати и уехал в тот штат, про который ты мне когда-то рассказывал. Я надеялся найти тебя там и постараться всё исправить, — я видел его слёзы впервые в своей жизни. Они стекали по щекам, падая на пол. — В Айдахо**? — солёная жидкость кажется скапливалась в глазницах со скоростью света. — Ага, автостоп — отвратительная херня, — я не успел совладать с эмоциями и засмеялся.Он усмехнулся в ответ. — И как же ты оказался здесь? В моей комнате для пыток, в моем доме, — я взял один из ножей и вновь подошёл к Миньярду. — Твоё нахождение здесь та ещё пытка, — это не вызвало агрессии, как случается обычно. Сердце трепетало. — Не забывай, что я в любой момент могу зарезать тебя и расчленить, как я делаю каждый день, — я медленно провел острием ножа по футболке парня, разрезая ее и оставляя слабый след. — Ответь на мой вопрос, — разрезанная ткань упала к моим ногам. — Чтобы вновь предпринять попытку найти тебя, я ограбил одного влиятельного человека, который по-видимому оказался кем-то из твоих подданных, я прав? — парень покрылся мурашками от моего прикосновения к его торсу. — Хм, очень даже возможно. Однако Стивенсон не влиятелен и не богат на столько, чтобы не заметить пропажи миллиона долларов. После пропажи, со следами он пришёл ко мне. На вещице из комнаты оказался отпечаток пальца, довольно нечёткий, но выделить можно, — я рисовал по его телу, выводя незамысловатые узоры. — Я сразу же передал своему человеку, который выделил днк. Я просил не портить мне сюрприз и сказал привезти грабителя сюда, — я замолчал, отбрасывая нож в сторону и не зная, что делать дальше, но тут меня осенила безумная идея. — Эй, Миньярд, — я оторвался от его гладкой кожи и посмотрел в глаза. — На что ты надеялся рассказывая мне эту умопомрачительную историю сейчас? — мне нужен ответ, мне нужен сигнал. — Я никогда не задумывался об этом, я не надеялся, что ты поймешь или что-то вроде того. Я просто хотел быть рядом снова. Хотел как в Пальметто, — он не успел закончить мысль, как я придвинулся к нему на критическое расстояние, беря за подбородок. — Что как в Пальметто? — я облизал губы, крепче стискивая кожу в руках. — Не отходить больше, чем на кухню за мороженным, — парень сам усмехнулся своим словам, отворачивая лицо. — Ну раз хотел, я сделаю поблажку для старого знакомого, — вместо манящих губ я потянулся к оковам, раскрывая механизм ключом, который только достал. Спустя пару минут копания со своеобразными наручниками, я высвободил его руки. Он практически рухнул на пол, когда я успел его поймать. Сейчас, Нил Джостен воскрес. Восстал из мёртвых. Его душа вновь вернулась в тело. Придерживая такого хрупкого, избитого Эндрю, хотелось защитить его от всего этого гнилого мира, частью которого он был. Белая рубашка, что выглядывала из-за пиджака, приобрела цвет крови, когда я прижимал блондина к себе. Я открыл дверь ногой, выводя Миньярда в коридор, увешанный дорогими люстрами с камнями. Ноги у блондина подкашивались, а глаза закрывались, резко накатила ярость на слуг, смеющих сделать ему больно. Подхватив на руки, словно стеклянного Эндрю, я понёс его к себе в комнату. Слуги разошлись по комнатам, оставляя особняк в гробовой тишине. Слышны лишь шаги по ступеням и то, как Нил успокаивает парня на руках. Они оба натворили делов. Оба потеряли друг друга. Но сейчас они снова вместе. Снова рядом. И теперь разлучить их сможет только смерть с косой на плече. ————————————— *- так в особняке Веснински называют людей, которых ссылают на пытки. **- штат на другом конце Америки.