Я ненавижу тебя

Эрен Йегер и Жан Кирштейн учились в одном классе и чертовски ненавидели друг друга. Их постоянные перепалки, которые иногда даже доходили до рукоприкладства, откровенно уже надоели всему классу, потому что, на самом деле, это весьма разобщало коллектив. Когда эти двое ссорились, весь класс буквально разделялся на два лагеря. Обычно после долгой дискуссии на тему, кто из них больший долбаеб, они расходились по разным углам и практически не общались друг с другом. Но в этот раз все вышло по-другому. Это было перед уроком физики. В кабинет вошел их учитель Леви Аккерман. У него конечно всегда было слегка недовольное лицо, но в этот раз он превзошел себя, в его глазах читалась ярость и разочарование: - Я проверил ваши контрольные работы. Такого кошмара еще не было за всю историю моей работы в этой школе. На весь класс только три нормальные оценки, все остальные ниже среднего! Раздавайте тетради! – приказал учитель и вышел из кабинета, хлопнув дверью. У него как раз оставалось время, чтобы остыть к началу занятия, так как была большая перемена, так что он пошел в учительскую, чтобы выпить успокаивающий зеленый чай. Микаса вызвалась раздавать тетради. И пока она это делала, Эрен сидел весь на иголках, ведь он очень надеялся на то, что одна из хороших оценок его. Его тетрадь была последней, и он с нетерпением открыл ее, на его лице застыло недоумевающее выражение и он выкрикнул: - Бля, какого хрена мне 3?! В ответ на это он услышал смех Кирштейна: - Может быть потому что ты тупой осел? – по классу моментально прошло некое напряжение, ведь все поняли: сейчас будет ссора. - А может быть тебе стоит завалить ебало? Тебе-то сколько вообще? – спросил Йегер в надежде на то, что у Жана меньше. - Мне 8, так что засунь свой язык себе в задницу. - Ну, я хотя бы не засовывал его в задницу Аккермана, чтобы получить какую-то ссаную восьмерку, - Эрен был в ярости: «Какого хуя у этого еблана такой высокий балл?» - Что ты сейчас сказал? – переспросил Жан и, поднявшись с места, начал двигаться в сторону Йегера. - Что слышал. Или тебе не только лицо отсидели, но и уши? – это было последней каплей, все понимали, что Эрену сейчас скорее всего прилетит. Эрен продолжал сидеть на своем стуле, смотря Жану, который стремительно к нему шел, прямо в глаза. И вот, парень уже совсем близко, склонился над Эреном. В его карих глазах читалась неугасаемая ярость, точно такая же как и в изумрудных глазах напротив. То, как они ненавидели друг друга, порой поражало весь класс. Казалось бы, им что, больше заняться нечем. Но, на самом деле, все понимали, что глубоко в душе этим двоим это просто нравилось. И с этим уже ничего нельзя было поделать. Жан схватил Эрена за воротник его толстовки и, потянув за него, заставил встать, а затем швырнул его прямо на парту, так что все учебники и тетради, что лежали на ней, упали на пол. Несмотря на то, что это действие вызвало у Эрена бурю ярости, он улыбался: то ли от предвкушения перепалки, то ли от чего-то еще. Йегер тут же дал отпор оттолкнул от себя Жана ногой. Толчок был такой силы, что Кирштейн не устоял на ногах и чуть не упал, его спасла стена, что стояла за его спиной. Однако это не особо ему помогло. Эрен тут же подскочил прямо к парню и, взяв его за горло, прижал к стене. За этим, собственно как и всегда, наблюдал весь класс: кто-то просто с удивлением наблюдал, кто-то снимал все это на телефон, а кто-то вообще не обращал внимания, ведь подобная картина уже откровенно задолбала. Жан пытался выбраться из мертвой хватки Эрена, однако особым успехом это не обвенчалось, парень держал действительно крепко и смотрел прямо в глаза, чтобы полностью доказать свое превосходство. Кто знает, чем это могло закончится, если бы не вернулся их учитель: - Что здесь происходит? – зло спросил снова возмущенный Аккерман. Эрен тут же отпустил Жана, который начал откашливаться, ведь Эрен действительно сильно давил на горло, и ответил: - Ничего, все в порядке, - Эрен улыбнулся, однако его пусть и очаровательная улыбка на учителя не подействовала. Леви подошел к парням и сказал: - Вы двое, остаетесь после уроков и будете драить парты в моем кабинете, ясно? – Леви являлся их классным руководителем, так что он имел полномочия наказывать их как захочет, в пределах разумного конечно. Жан и Эрен тут же потеряли весь запал, теперь в их глазах читалась только грусть, отвращение и злоба друг на друга и на себя самих. Но ничего не поделаешь, наказания от Аккермана было не избежать. Если не останешься после уроков, будет только хуже. *** Вот уроки закончились, и пришло время отбывать свое наказание. Однако главным наказанием для парней являлось не отмывание парт, а то, что они должны были на протяжении минимум часа находится в обществе друг друга. Когда Жан вошел в кабинет, Эрен уже сидел там, запрокинув ноги на парту. - Кретин, - прокомментировал всю ситуацию Кирштейн. - А не пошел бы ты нахуй, - язвительным тоном ответил ему Эрен. Обычно Жан бы ответил на это какой-нибудь колкостью, но сейчас у него на это тупо не было сил, так что он молча сел за парту в ожидании Аккермана. Долго ждать не пришлось: учитель вошел в кабинет с тряпками и моющим средством. - Так, ни я, ни вы не хотите оставаться здесь надолго, так что давайте, быстрее начнете - быстрее закончите, но мойте тщательно, я приду и проверю, - дал им указания Леви и вышел из кабинета. Парни действительно не хотели надолго задерживаться здесь, поэтому принялись за работу. Парты были на самом деле грязными, на них было приклеено куча жвачек, также они были полностью исписаны. Некоторые из надписей даже пробудили в Эрене чувство ностальгии. На одной из парт было написано: «Жан конская морда». Ее оставил сам Эрен, когда Кирштейн в очередной раз его выбесил. Такое было даже жалко стирать. - Хм, тут пишут, что Йегер лох, полагаю, это правда, - вдруг начал Жан, прочитав надпись на парте. - Небось сам же это и написал, а теперь радуешься. - Странно, но нет, но, судя по всему, у меня есть единомышленники. - Может закроешь уже свой рот и продолжишь драить парту? У меня вообще-то еще дела сегодня. - Интересно, какие у такого долбаеба как ты могут быть дела… - сказал Жан и усмехнулся. Йегер и так не был особо доволен всей этой ситуацией, так тут еще и это, поэтому он начал четко ощущать приливы агрессии: - А с каких пор ты интересуешься моей личной жизнью? Выебать меня хочешь или что? - Было бы что ебать, по тебе сразу видно, что только языком трепаться и умеешь. Сил сдерживать себя больше не было, так что Эрен быстро подошел к Жану, но как только он оказался очень близко к парню, он расстерялся, потому что сам не понял, что хотел сделать. Но то, что он выпалил после, шокировало их обоих. - Хочешь проверить, что еще я умею своим языком, сука? Одна фраза, секундное замешательство, Жан не представлял, что он должен на это ответить, но видимо, ему уже было насрать, он решил, что можно и усугубить ситуацию, хуже уже не будет. Он схватил Эрена за подбородок и резко притянул к себе. Жан посмотрел ему в глаза, чтобы понять, как его враг к этому относится, и, к его удивлению, он увидел там ничто иное, как дикую страсть. Это безумно заводило, поэтому Кирштейн больше не медлил и примкнул к этим, таким желанным в эту минуту, губам. Эрен не стал стрематься и решил все же показать, на что способен его язык. Их поцелуй был сколько страстным, столько же и грубым. Их языки сплелись в огненном танце, Эрен то и дело покусывал губы Жана и тот отвечал ему взаимностью. Это могло бы долго продолжаться, как вдруг Жан почувствовал, что ему в ногу упирается стояк. - А у тебя каждый раз так встает, когда я тебя унижаю? – произнес Жан, не скрывая нахальной улыбки на лице. В ответ на это Эрен положил руку ему на ширинку: - Кто бы говорил, - сказал Эрен, поглаживая бугорок в штанах Жана. Они продолжили целоваться, наращивая темп и страсть. Они оба понимали, как это неправильно, оба знали, как ненавидят друг друга и знали, что в любой момент мог зайти учитель, но им было плевать на все, абсолютно на все, сейчас между ними были лишь убийственное желание и ненависть, которую нужно было выплеснуть. Жан развернул Эрена спиной к парте и резко уложил его на нее. Эрен даже не заметил боли от удара об парту, он быстро притянул Жана к себе, чтобы не отрываться от его губ. Если бы Эрен знал, что его злейший враг так хорошо целуется, то возможно они бы решали свои конфликты другим образом. Однако, Жану все же пришлось разорвать их поцелуй, чтобы снять с Эрена толстовку и расстегнуть на своей рубашке пару пуговиц. Тело Эрена впечатляло, парень был действительно хорошо сложен, но Жану на это было все равно, он не собирался его особо разглядывать. Он примкнул к шее Эрена, целуя и покусывая ее. У Эрена была достаточно нежная кожа, так что на ней быстро оставались следы. Это безумно заводило Жана, он хотел оставить на нем как можно больше отметин, чтобы каждый раз, когда Эрен смотрел в зеркало, он вспоминал, что его трахнул его собственный враг. Закончив с шеей, Жан опускался все ниже и ниже. Тем временем Эрен пытался не издавать ни звука, чтобы их не услышали и чтобы Жан ни в коем случае не подумал, что ему это нравится, поэтому Эрен со всей силы кусал свою руку. Однако это не особо помогало, ведь его тело говорило за него, выгибаясь под ласками Жана и упираясь стояком ему в живот. - Что это ты притих? – спросил Жан, убирая руку Эрена ему за голову и прижимая ее к парте. – Обычно, тебя не заткнуть, а тут: тише воды, ниже травы. В Эрене вдруг ни с того, ни с сего проснулось смущение и он отвернул голову, чтобы не смотреть Жану в глаза. - Я тебя понял. Ты не оставляешь мне выбора. Сейчас я вытрахаю из тебя все дерьмо, и уж поверь мне, ты будешь стонать подо мной как последняя сучка, - прошептал Жан прямо на ухо Эрену и затем лизнул его. Казалось бы, сейчас самое время для Эрена, чтобы начать сопротивляться происходящему, но он почему-то этого не делал. «Твою ж мать», - единственная мысль, которая пронеслась у него в голове. Тем временем Жан уже расстегнул его ширинку и спустил с Эрена штаны. - Ну, надо признать, член у тебя неплохой, зря я называл тебя микропенисом в пятом классе. Только Эрен хотел что-то возразить, как Жан провел рукой по его члену. Сдерживаться Эрен больше не мог, ведь Жан все еще крепко держал его руки над головой, так что он издал сдавленный стон. Это вызвало улыбку у Жана на лице, он считал это своей победой. Он проделал эту манипуляцию еще пару раз, параллельно страстно целуя Эрена в губы, так что тот постанывал прямо Жану в рот. Вдруг Жан резко развернул Эрена так, что тот оказался на парте, лежа на животе, тем самым находясь в самой удобной для Жана в данный момент позе. «Блять, мой враг буквально нагнул меня раком, какой же пиздец», - проносилось в мыслях у Эрена. - Я ненавижу тебя, - прорычал он, смотря на Жана своими безумными зелеными глазами. - Я тебя тоже, - прошептал тот ему на ухо, а затем поцеловал. Не разрывая поцелуй, Жан не спеша начал расстягивать Эрена снизу пальцами, отчего тот постанывал ему в губы с новой силой. Жан решил, что подготовки с него хватит, Эрену будет полезно испытать немного боли, поэтому, вытащив из него пальцы он резко вошел во всю длину. Эрену действительно было больно и посколько руки теперь у него были свободны, он прикусил ее, чтобы не быть слишком уж громким. Однако Жан не собирался быть с ним нежным. Он сначала медленно, а затем постепенно ускоряя темп, начал двигаться внутри Эрена. Жан чувствовал свое превосходство над ним, ему это нравилось и заводило еще больше. В его жизни было достаточно секса, но таких эмоций он не испытывал никогда. Тем временем Эрен уже не чувствовал боли, в нем полыхало несчетное количество ощущений: стыд, оттого, что он занимается подобными вещами со своим врагом да еще и в таком положении, однако по этой же причине он чувствовал невероятное возбуждение и удовольствие. Это не прошло мимо взгляда Жана, он очень четко видел все эмоции Эрена, ведь у него всегда все на лице написано. - Нравится чувство ничтожности и безпомощности? – с улыбкой сказал ему Жан и со всей силы ударил его по заднице. Из Эрена вырвался резкий и громкий стон, даже несмотря на преграду в виде руки. - А тебе нравится трахать безпомощных? – все-таки смог выдавить из себя Эрен. В ответ на свою колкость Эрен получил новый шлепок по заднице. - Мне нравится, когда просят пощады,- все же ответил ему Жан и начал входить в него еще грубее. – Я не слышу, - он остановился: - Я не продолжу, пока не попросишь. Эрен, которому оставалось совсем немного и он бы кончил, был готов умереть от отчаяния, однако унижаться перед Жаном (еще больше) он не хотел, но видимо был вынужден. - Блять, да трахни меня уже, уебок. Или сил не хватает? - Оу, силы то у меня еще есть, но хочу ли я их тратить на такую шлюшку как ты, вот в чем вопрос. Эрен понял, что Жан не продолжит, если он не сделает, то, чего он хочет. - Ладно, что мне сделать? – спросил с максимально недовольным лицом Эрен. - Оо, шлюшка хочет сторговаться… Хм, надо подумать,- парень выдержал небольшую паузу и сказал: - Все просто. Сделай мне правдивый комплимент. К такому Эрен не был готов, он мог бы сделать любую мерзость, какую бы он не попросил, но только не это. Похвалить человека, которого ненавидишь сколько себя помнишь? Ни за что. - Ты самовлюбленный ублюдок! - Это не комплимент. Теперь ты должен мне еще несколько. - Ты ахуел? Сколько? - Пока я не скажу тебе остановиться. Казалось бы, Эрен, стоящий голый раком перед Жаном уже не должен ничего стыдиться, однако сказать этому человеку хорошие слова было стыднее в разы, однако выбора у него не было, поэтому очень тихо он начал: - У тебя красивые глаза, ты неплохо одеваешься… Жан начал гладить его по спине и приставил член обратно ко входу: - Продолжай. - Ты весьма смышленый, гораздо лучше, чем я, и морда у тебя совсем не конская, из конского у тебя только хуй! Видимо Жану этого было достаточно, потому что он взял Эрена за волосы и снова начал вдалбливаться в него со всей силы, что в нем была. Через минуту они оба кончили. *** Буквально через мгновение после того как они привели себя в порядок зашел учитель Аккерман. - Как-то херово вы убрались, - с презрением посмотрел он на парней, - но ладно, школа уже закрывается, так что пора закругляться, но поскольку вину вы не искупили, я оставлю вас после уроков еще и завтра. И не дай бог, вы уберетесь так же плохо, я за себя не ручаюсь. Эрен и Жан переглянулись и сразу же отвели глаза друг от друга, сильно покраснев. Кажется, сегодняшний инцидент не станет единичным.