Freedom

Феликс не любил клубы. Совсем. Его напрягало большое количество людей, прижимающихся друг к другу и трущихся о все существующие в помещении поверхности, в добавок успевая за вечер вливать в себя столько алкоголя, что Феликс невольно думал, как бы все эти люди на утро не умерли от остановки сердца. Да и в принципе пьяные люди слегка пугали Ли. Громкая музыка, бьющая по ушам, духота, витающие в воздухе всевозможные запахи чужих духов, пота и сигарет — всё это только усугубляло ситуацию, поэтому Феликс совершенно не был рад новости о том, что отмечать день рождения его лучшего друга они собираются в каком-то престижном клубе, на который Минхо, добрая душа, отвалил приличную сумму. Вероятно, если бы это не была вечеринка в честь его парня, он бы так не разбрасывался деньгами, думалось Феликсу, пока он дома собирался в этот злосчастный клуб, параллельно на громкой связи слушая вопли Джисона о том, какой же его Минхо-хён прекрасный, чудесный, зайка, лапочка и вообще лучший парень на планете. Друзьям Феликс никогда не говорил напрямую о его неприязни к клубам, потому что не хотел их расстраивать, ибо те частенько любили отмечать там что-либо. Хотя, возможно, они и сами догадывались об этом, потому как старались слишком долго там не торчать, Феликса на танцпол не тащили, специально пить не заставляли, давая тому просто спокойно посидеть на диванчиках, послушать музыку, играющую в клубе, обязательно при этом приставляя к нему кого-нибудь из хёнов, чтобы не дай бог с этим ребёнком ничего не случилось. Чаще всего рядом с Феликсом находились либо Чан, либо Хёнджин, оба могли увлечь Ли интересной беседой, даже иногда удавалось уговорить его немного потанцевать с ними, а после совместного времяпрепровождения в клубе ребята всей компанией шли в какой-нибудь парк гулять, кафе или к кому-то из друзей домой. И в целом, как бы Феликс не не любил клубы, его такой расклад устраивал, но временами становилось совестно и неловко за то, что его друзья так напрягаются из-за него. В этот раз явно что-то пошло не по плану. Началось всё с того, что в клубе, который они выбрали для празднования дня рождения Джисона, было людей, казалось, больше, чем Ли когда-либо видел за всю свою жизнь. Диванчики оказались забиты под завязку, из-за чего парню пришлось как можно скорее ретироваться в угол, прихватив с собой какой-то слабоалкогольный напиток, который ему всучил Чанбин. Старший какое-то время находился в углу рядом с Феликсом, но стоило тому на секунду отвернуться, как друга рядом уже и не было. Парень вздохнул. Делать было нечего, пришлось пока коротать время в одиночестве. Где-то на танцполе Феликс кое как разглядел танцующих в обнимку Минхо и Джисона. Виновник торжества был уже довольно сильно пьян, потому как буквально лип к старшему всем телом и вешался ему на шею в приступе экстаза, смазанно целуя парня в шею. Минхо же крепко держал младшего обеими руками за талию, широко улыбаясь его смешному поведению и шепча что-то тому на ушко, от чего у Джисона на лице расползался милый румянец. Феликс усмехнулся, глядя на эту парочку. Иногда он правда не понимал как эти двое вообще сошлись. Когда он познакомился с ними двумя в одиннадцатом классе новой школы Джисон был взбалмошным и чересчур весёлым парнишкой, который в прямом смысле походил на бешенную белку, особенно с его щеками. Он часто просыпал уроки, вбегал в класс за секунду до начала с гнездом на голове и помятой толстовке, пропускал дополнительные занятия для того, чтобы пойти в соседнее со школой кафе, спустя какое-то время начав успешно утаскивать с собой и Ликса, ведь «хей, у них сегодня в меню появился новый десерт, которые мы обязаны попробовать первыми!». А Минхо… Минхо был одним из самых прилежных студентов в университете, который всегда приходил на пары первым, в идеально выглаженной рубашке и как следует уложенными волосами, не пропускал ни единой лекции и даже иногда наедине общался с некоторыми профессорами, чтобы узнать дополнительную информацию. Они узнали друг о друге через общего приятеля и быстро сошлись, с каждым днём общаясь всё теснее, что уже через полгода знакомства вся их компания благословляла парней на счастливую и долгую совместную жизнь. А Минхо с Джисоном решили прислушаться к друзьям и не противиться судьбе, поэтому сегодня вместе с днём рождения Хана они могут отметить и два года своих потрясающих отношений. Минхо и Джисон прекрасно ладили с первых дней знакомства, Феликсу даже показалось, что его друг стал брать пример с нового знакомого, так как Хан через месяц их общения перестал пропускать дополнительные в школе, начал приходить во время, а в универе так и вовсе зарекомендовал себя как вполне адекватного студента. Ли уж было подумал, что Джисон и в самом деле решил за голову взяться до тех пор, пока однажды младший не признался ему, что, кажется, влюбился в Минхо, но для того, чтобы стать для него идеальной парой нужно хотя бы чуточку быть как он (при том, что самому Минхо было абсолютно до лампочки какие там недостатки есть у Джисона). Феликс мог бы тогда с этого посмеяться, но он слишком хорошо понимал Хана, сам через это проходил. Феликс слишком надолго утонул в собственных воспоминаниях глядя на влюблённую парочку, покуда кто-то довольно грубо не оттолкнул его плечом, что Ли мгновенно вылетел из своего угла, едва не рухнув прямо на пол под ноги обезумевшим от музыки и танцев посетителям клуба. — Извините… простите… — лепетал парень каждый раз когда задевал кого-то. Он отчаянно пытался найти выход из этой пьяной вакханалии, но получалось плохо. Чьи-то тонкие и длинные пальцы с прохладным металлом сомкнулись на запястье Феликса и дёрнули на себя, а знакомый голос шепнул прямо в ухо: — Идём, вытащу тебя. Хёнджин. Феликс почувствовал мгновенный прилив счастья и облегченно выдохнул, улыбнувшись ему, перехватил поудобнее большую и тёплую ладонь, позволяя Хвану вести себя сквозь толпу. Они пронеслись сквозь всех прямо к выходу, где Ли наконец тормознул парня. — Мы уходим? А где Чан? А остальные? Хёнджин улыбнулся, разворачивая его за плечи и указывая куда-то в сторону диванчиков, на которых, как оказалось, удобно устроился Кристофер, держа на коленях слегка опьяневшего Чонина. У Феликса едва глаза на лоб не полезли. Вот уж чего он точно не ожидал от их макнэ. Мальчишка крепко обнимал старшего за шею, ластясь к нему, словно маленький котёнок, а Чан поглаживал его по тёмным кучеряшкам, слегка посмеиваясь и нежно улыбаясь Яну всякий раз, когда тот слишком громко что-то выкрикивал. — Минхо-хён и Джисон где-то танцуют. — усмехнувшись, произнёс Хван. — Если хочешь, то можем остаться. — Нет… нет, пожалуйста, уведи меня отсюда. — устало простонал Феликс, сильнее вцепившись в руку Хёнджина, когда его снова кто-то пихнул локтем в бок. Старший кивнул, послав взглядом пару злобных искр обидчику, и потянул Ли на выход из клуба. Уже находясь на улице и вдыхая свежий, на сколько он тут может быть, воздух, Феликс смог спокойно прислониться к стене здания и выдохнуть. Перед лицом вновь возникла рука Хёнджина с бутылкой воды. Младший благодарно улыбнулся, приняв её, начал пить жадными глотками. — Как себя чувствуешь? — Неплохо, просто голова слегка закружилась в этой суматохе. — Понимаю. — Хван снова улыбнулся, переводя взгляд с Феликса на ночное небо, покрытие редкими звёздами. Парень запрокинул голову, приложившись о бетонную стену затылком и прикрыл веки. Ли воспользовался этой минутой и принялся незаметно разглядывать парня уголком глаз. Хёнджин всегда любил красиво одеваться, вне зависимости от того, куда они шли. И он совершенно точно знал, что ему идёт абсолютно вся одежда, умудряясь каждый раз заставлять девчонок вопить от восхищения даже когда приходил в университет в простом свитшоте. И Феликс вопил вместе с ними, только про себя. А если речь заходила о походе в клуб, то тут вообще можно было вызывать пожарных, ибо от одного взгляда на узкие джинсы Хёнджина, подчёркивающие его идеальные бёдра и стройную талию, красивые ключицы, виднеющиеся из-под растегнутого ворота шёлковой черной рубашки и довольно изящно подведенные тенями глаза, Феликс буквально горел изнутри. — Сядем ко мне в машину? — вытянул его из раздумий голос Хёнджина, и Ли пришлось быстро отвернуться. — Там внутри совсем не было мест, ты устал наверно. — Хван почесал затылок, словно ему было неловко предлагать Ли такое. — Не сказать, что прям устал, но давай. — Феликс улыбнулся ему. Забота Хёнджина грела душу младшего и заставляла трепетать юношеское сердце. Парни перешли на противоположную от клуба сторону и, оказавшись в хвановском автомобиле, Феликс сумел полностью расслабиться на переднем сидении, чувствуя себя как нельзя комфортно. В салоне приятно пахло кожей и духами Хёнджина, которые не любили его друзья из-за того, что считали их слишком сладкими, и которые так нравились Феликсу, потому что их запах всегда напоминал ему большое зелёное поле, где растёт множество красивых цветов, создающих пьянящую смесь ароматов. — Подожди. — сказал Ли, когда заметил, что Хёнджин, устроившись на соседнем сидении, положил ладони на руль машины. — Прежде, чем мы куда-то поедем, скажи мне: ты что, не пил? Хван несколько секунд смотрел на парня, как на идиота, а потом рассмеялся. — Нет, совсем, я как только потерял тебя из виду решил, что лучше я останусь трезвым на этой тусовке и попытаюсь отыскать тебя, чем с тобой что-то случится. Вообще перед самым походом мы с Чаном обусловились, что присматривать за тобой сегодня будет он, а я по возможности. Но… — Хёнджин провел одной рукой по своим волосам. — Всё пошло немножко не так, как мы думали, когда Минхо-хён перепутал коктейли и Чонина слегка… подкосило. Феликс прыснул в кулак. Ну, Минхо, благослови тебя небо за то, что ты так тупо облажался. — В общем Чан ушёл к нему, чтобы дел не натворил, а я тебя пошёл искать. — Спасибо. Что не бросил меня. — дополнил Феликс на непонимающий взгляд Хвана. Тот улыбнулся, накрыв ладошку Феликса своей, и немного сжал, поглаживая костяшки большим пальцем. — Никогда. Хёнджин повернул ключ в замке зажигания, перед этим написав Кристоферу, чтобы не волновался за них, и машина тронулась с места, выезжая на трассу. Они ехали в полной тишине, только приятная музыка лилась из динамиков, расслабляя немного подуставшего Феликса ещё больше. Атмосфера умиротворения и блаженства охватила его с ног до головы. Других автомобилей на дороге почти не было, шоссе освещалось лишь фонарями и рождающейся на небе луной. Хёнджин иногда поглядывал на парня, проверяя, не уснул ли он ещё. Ну и любовался им. Совсем немного. Через зеркало Хван мог спокойно рассмотреть красивые черты лица Ли, сияющие глаза и потрясающие веснушки, которые не очень любил их обладатель, но которые так обожал Хёнджин. Внезапно всю тишину разрушила проезжающая мимо на полной скорости машина, заставившая Феликса подскочить на сидении от неожиданности и резкого звука уносящегося авто. — Каков наглец. — фыркнул Хёнджин. — Он почти в три раза превысил скорость! — Каких только придурков не бывает. — вздохнул Феликс. Руки у него слегка потряхивало. Но Хван не готов был мириться с этим так просто. Он буквально пару минут подумал о чём-то, а потом на его лице начала расползаться хитрая ухмылка, не предвещающая ничего хорошего. — Хёнджин? — Держись крепче. — Чт… В одну секунду Феликс оказался максимально вжат в кресло, а ветер из открытого окна ударил в лицо мощным порывом. — Хёнджин, ты чего творишь?! Феликс только сейчас понял, что они несутся на бешеной скорости, стремительно догоняя проехавшую недавно мимо них машину, если это вообще была цель Хвана. На лице у того играло какое-то ненормальное выражение лица, граничащее с сумасшедшим. — Не переживай, прорвёмся! А Феликс просто порадовался, что у него не больное сердце, иначе его хватил бы инфаркт с первых же секунд этой гонки. Хёнджин практически до упора вдавил педаль машины, прибавляя скорости, чтобы уже наверняка обогнать нахала впереди. Младший думал предпринять какие-то попытки остановить его, потому что это обалдеть как небезопасно, но в какой-то Ли перестало волновать, что сейчас они являются не меньшими наглецами и нарушителями: эта по-детски счастливая улыбка Хёнджина, когда они наконец опередили автомобиль заставляет забыть его о многом. Хван был сам по себе самую малость безумен, но это безумие никогда не отталкивало Феликса, наоборот, заставляло поддаться и мчаться по этой тропе вместе с ним. Кажется, сзади даже раздался оскорблённый гудок того, кто проиграл им сегодняшний заезд, так как водитель недовольно ударил по рулю. А парни ехали на этой же скорости и дальше, обгоняя новые попадавшиеся на пути машины, получая вдогонку возмущенные гудки, на что оба заливисто хохотали и громко подпевали под знакомую им песню. И Феликсу казалось, что они оба были в этот момент сильно пьяны, но не от алкоголя, а от зашкаливающего чувства свободы. Парни свернули на какую-то смотровую площадку, чтобы не нарваться на ментов, хотя Феликсу казалось, что они «пролетели» половину Сеула и их давно должны были тормознуть. Но эта мысль посетила его в самую последнюю очередь. Ему было слишком хорошо и ощущение опьянения всё не проходило, когда он со счастливой улыбкой вывалился из машины, слегка шатаясь. — Джинни, ты псих! — сквозь смех сказал Ли, опираясь на плечо подошедшего Хвана. — Жизнь скучна без риска, Ликси! — так же хохоча, ответил тот, придерживая младшего за предплечья. — Посмотри, какая красота! Они подошли к ограде и оглянули раскинувшийся внизу город, сияющий разноцветными огнями, словно звезды упали с неба и решили украсить собой крыши дома. Но улыбка довольного Хёнджина не могла сравниться даже с самой яркой звездой, потому что его улыбка освещала собой не только мир вокруг, но и жизнь Феликса. Когда Ли влюбился в него? Год назад? Два? В тот самый момент, когда Джисон познакомил их ещё тогда, в одиннадцатом классе? Феликсу кажется, что он любил Хёнджина всю жизнь, просто до встречи с ним не знал, по кому так сердце тоскует. Но, встретив однажды этого безумца, его пылающие глаза и ослепительную улыбку, понял, что застрял в нём навсегда. С ним было хорошо, с ним было весело, с ним было не страшно пойти в ненавистный клуб, с ним было не страшно гнать на полной скорости по ночной трассе, рискуя попасть в аварию. С Хёнджином было не страшно целоваться в темноте на смотровой площадке над сверкающим Сеулом. Целоваться долго и сладко, самозабвенно, нежно прикусывая друг другу губы, перебирая чужие волосы, утопать в любви, цветочном запахе и вкусе свободы.