Еще одна ошибка.

      Выходной день в Гу Су был наполнен множеством веселья, многие адепты могли спуститься с горы в город, чтобы закупиться на предстоящую неделю. Торговцы были рады наплыву посетителей. У одного торговца очередей было не так много, но товары были изысканные, редкие, не каждый себе мог это позволить. К его лавке подбежал маленький ребенок в клановой одежде Облачных Глубин, на глазах того наворачивались слезы. — Господин, вы не видели моего папу? Я ушел от него, чтобы купить мамочке подарок и потерялся! — Так, ну не плачь, — решил помочь купец ребенку, — ты ведь из Облачных Глубин? — Да, — кивнул мальчик, вытирая слезы маленьким кулачком. — Тогда твой отец наверное ждет тебя там. Пойдём, я тебя проведу.       Мальчик радостно улыбнулся и взял предложенную руку, после чего оба зашагали к Облачным глубинам. Самым тяжелым для ребенка оказался подъем по лестнице, слишком много ступенек. Подходя к входу, мальчик повеселел и поскакал к адептам на входе. Двое старших, когда заметили маленького ребенка бегущего к ним удивились. Сегодня все дети должны были гулять с наставниками в кроличьем лесу с позволения Ханьгуан-цзюня. Не успели адепты перемолвиться и парочкой слов, как на старшего - Лань Сычжуя - запрыгнул ребенок, второй адепт - Лань Цзинъи - уже хотел возмутиться, но первый лишь поставил руку в протесте. — Гэгэ, я скучал, — весело заговорил мальчик оплетая шею Ланя своими детскими коротенькими ручками. — Прошу простить, достопочтенные заклинатели, — к ним подбежал купец, кланяясь в уважении, — этот мальчик сказал, что его родители находятся в Облачных Глубинах. — Мы разберемся с этим. Благодарим вас за помощь нашему младшему адепту, — поблагодарили старшие, а торговец поклонился и удалился в сторону города, — Цзинъи, побудешь один? Я верну его на прогулку. — Но, гэгэ, я хочу к мамочке, я соскучился! — запротестовал ребенок, дергая того за волосы. Лань Сычжуй любил детей, поэтому спокойно воспринял капризы ребенка. — Хорошо-хорошо, тогда назови мне свое имя, чтобы мы нашли дом твоих родителей. — Лань Ю. Братик, неужели ты не помнишь мое имя? — но Лань Юань не успел ответить, как малыш выскочил из его рук и побежал к тому человеку, что шел к ним на встречу, а это был никто иной, как Ханьгуан-цзюнь, мальчик буквально вцепился в ногу Второго Нефрита, — мамочка!       Лань Чжань застыл в оцепенении. Последний раз его за ногу хватал маленький А-Юань, и то он называл его папой, этот же кличет «мамой». Внимательно осмотрев детёныша, Ванцзи заметил, что он был в клановых одеждах Облачных Глубин, да еще и с лентой на маленьком лбу. Рассмотрев младшего адепта, в голове возник один вопрос: почему я его не помню. С недавнего времени Лань Ванцзи стал заменять одного из старейшин, который преподавал у младших адептов, и буквально за пару занятий он смог запомнить каждого ребенка, но этого точно на них не было. Может болел? — На ручки! — Прошу простить, Ханьгуан-цзюнь, я вел этого адепта на прогулку к кроликам. Его привел купец к воротам Облачных Глубин, младший адепт как-то оказался в городе. — Все в порядке, — Ханьгуан-цзюнь сам не понял почему, но поднял ребенка на руки, прижимая того к груди. Может на это повлияла неделя, проведенная с младшими учениками, за которыми нужен глаз да глаз, а может передалось от Вэй Ина, когда тот миловался с ними. — Мамочка, от тебя пахнет совсем по другому, что-то не так? — Чем я обычно пахну? — Ты пахнешь моим любимым фруктом, персиком, папа тоже любит нюхать тебя. А вот у папы резкий запах, ты запрещаешь мне слишком много нюхать его. — Где твой папа? — Мы пошли вместе с ним в город, чтобы я мог купить тебе подарок, а папа к друзьям, ой, я не должен был этого тебе говорить. Я отошел буквально на секунду, а потом потерялся. — Лань Ю, назови имя своего папы, мы пошлем ему весточку, что ты уже в Облачных Глубинах. — Вэй Ин! Его зовут Вэй Ин! — пока Лань Юань пребывал в легком шоке, Лань Ванцзи уже понял, что ребенок явно либо подосланная нечисть, либо не из их мира. Пока никто не видел, старший исследовал духовную энергию ребенка и убедился, что с его энергией все хорошо. — Мы пойдем в цзинши. Сычжуй, возвращайся к Цзинъи. После смены патруля придешь.       Сычжуй поклонился и вернулся к другу, Ванцзи же с ребенком ушел в цзинши. Там Второй Нефрит усадил ребенка за стол, дал ему листочек бумаги с чернилами. После уроков с детьми он знал, что те любили отвлекаться и рисовать всякую чепуху, а затем задаривали ими Ханьгуан-цзюня. Вэй Ин даже создал маленький альбом с рисунками малышей. Пока Лань Чжань отвлекся на приготовление чая, Лань Ю стал что-то выводить на листочке. Отвлекшись буквально на пару минут, сзади появилась ослепляющая вспышка света, но погасла почти так же мгновенно. Лань Ванцзи мельком осмотрел ребенка, а после бросил свой взгляд на листок бумаги, где было выведено красивым и аккуратным почерком заклинание света. — А-Ю, ты в порядке? — Все хорошо, мамочка. Ты же сам меня учил этому заклинанию. — Мгх, ты молодец. — Лань Чжань, ты представляешь твой старик сделал мне выговор за то, что я надел кроликам на ушки ленточки! — ворвавшись в цзинши, стал жаловаться Вэй Ин, но замер в центре комнаты, когда увидел рядом с мужем ребенка. — Папочка, — сорвавшись с места радостно пролепетал малыш. — Ха, это А-Юань? Нет, не он, я видел его буквально пару минут назад. Лань Чжань, откуда этот ребенок и почему он кличет меня отцом? — Наш сын. — Ха? Ханьгуан-цзюнь, еще скажи, что ты его родил. Вот это будет местью спустя столькие годы. — Мгх, родил. — Лань Чжань, шутить у тебя получается еще хуже, чем разговаривать. — Я думаю, он не из нашего мира, — высказал свое предположение Ванцзи, усаживая ребенка к себе на коленки, — надо будет после обеда сходить в библиотеку и поискать информацию. — Тогда я схожу за обедом, побудьте пока тут, — видя, как ребенок вцепился в мужа, произнес Вэй Ин и удалился после кивка Ванцзи. — А-Ю, нужно помыть руки, — Ванцзи отошел на пару минут, а после вернулся с мокрой тряпочкой, с теплотой и лаской стал обтирать маленькие ладошки, — ты ведь уже понял, что мы не твои родители. — Ага, еще когда ты не узнал меня, — мило улыбнулся мальчик, — но можно, я продолжу называть тебя мамой, ведь в моем мире именно ты меня родил и заботишься. — Расскажешь нам с Вэй Ином какие мы другие? — Конечно!       Через пару минут в цзинши ввалился Вэй Ин с подносом в руках, который чуть ли ни валился с его рук, благо Ванцзи подоспел вовремя и выхватил. Эх, сколько Усяня не учи, все равно не получится нормально. Усадив взрослого малыша с младшим Ланем, Лань Чжань приступил к сервировке, пока малыш хвалился как сделал заклинание света. Начало обеда протекло тихо, Ванцзи же быстро съел свою порцию и стал кормить Лань Ю с ложечки, иногда вытирая уголки губ от маленьких рисинок. Наблюдая за этим, Вэй Ин глупо улыбнулся, а в груди зародилось теплое чувство, неужели он также заботился и о Лань Юане? Жалко, что он этого не видел. — Лань Чжань, ты реально в мамочки заделался, так мило. — Вэй Ин, не говори за едой. — Странно это слышать от тебя, когда ты это делаешь по десять раз на дню, — начал рассказывать Лань Ю, — в моем мире мамочка занимается экспериментами, там ты добрый, веселый и часто улыбаешься. Дедушка рассказал мне, почему ты так сильно отличаешься от остальных адептов в ордене. Он воспитал тебя по-другому, потому что не хотел повторить своих ошибок молодости. А мой папа наоборот, когда вы стали супругами стал приверженцем всех правил, он почти всегда упрекает тебя за их несоблюдение, а в его глазах холод. Мамочка, чтобы заменить тепло папы стал часто экспериментировать и придумывать новые заклинания, а еще часто учит меня заклинаниям. Нет, вы не подумайте, папа любит меня, просто… — маленькие кулачки стали комкать подол своего ханьфу, а на глазах стали наворачиваться маленькие капельки слез. — Эй, малыш, — ласково начал Вэй Ин, кладя свою теплую ладошку на ручки ребенка, — пусть я не знаю твоего отца, но уверен, что твоя семья тебя любит. Взрослым очень сложно выражать любовь, уверен сейчас твои родители сходят с ума, потому что не могут найти свою булочку. — Точно, надо искать как вернуться. Мамочка, поспешим, — Ванцзи улыбнулся и убрал грязную посуду на поднос, который позже отдаст слугам, — можно я поеду на твоих плечах.       Не успев ответить, как на плечи Лань Чжаня Вэй Ин уже усадил ребенка. Чтобы тот не упал, Ванцзи пришлось придержать ребенка за ножки. Вообще Второй Нефрит давно никого не носил на плечах, первым и последним был Лань Юань, когда тот только-только появился в Облачных Глубинах. На первом году обучения тот даже завел истерику, что не хочет жить в ученических покоях и хочет остаться с Ханьгуан-цзюнем, но когда тот подружился с Цзинъи, то истерики будто и не было. Лань Ю был поспокойней и сидел тихо, еле придерживаясь за лоб «мамочки». В основной библиотеке они ничего не нашли, ни одного упоминания про другую вселенную, а тем более про альф и омег. Тяжело вздохнув, Ванцзи и Лань Ю, сидящем на его плечах, пришлось идти к Лань Циженю, Вэй Усянь отказался от похода к свекру, ибо слышать его крики заново уши не хотели. Но на удивление Вэй Ина Лань Цижень пришел в приподнятом настроении, а рядом с ним весело выхаживал Лань Ю, лепеча что-то про приготовление чая. Конечно же, Вэй Ин не обошелся и безпрезренного взгляда от Лань Циженя. — Ну что я опять сделал, — но Старейшина не ответил, уходя с ребенком в запретную секцию, а Лань Чжань подошел к Вэй Ину, — ну что я сделал то, мм, Лань Чжань? — Все в порядке. Пошли.       Получив легкий поцелуй в щечку, супруги спустились вслед за учителем Ланем. Вэй Ин не раз тут бывал, но каждый раз место казалось достаточно захватывающим и в этот же момент и скучным. Нет, ну серьёзно, кто захочет находиться тут среди книжек? Иногда Вэй Ину приходилось силком вытаскивать мужа из этой обители скуки, тот иногда любил засиживаться допоздна за переписыванием интересных мелодий, а потом играть их Вэй Усяню. — Ну что, разделимся, я с Лань Чжанем, а Вы вдвоем. — Ну уж нет, Вэй Усянь, ты пойдешь со мной, знаю я, как вы работаете вдвоем. За мной! — Лань Цижень отдал ребенка в руки Ванцзи, уводя растерянного Усяня в глубь библиотеки. — А почему папа так не хочет быть с дедушкой? — Они не очень сильно ладят, не переживай.       За поиском нужной информации они провели не меньше двух часов. Вэй Ин даже не был уверен, что они не пропустили ужин, а живот между прочим урчал громче, чем что-либо в этой тихой библиотеке. Листая очередную бредовую и не особо понятную книгу, он клевал носом. Благо есть Лань Цижень, который за любой пятиминутный сон кидал в него непонятные и тяжелые свитки, причем он ни разу не промахнулся. После очередного свитка Вэй Усяню это надоело, и он хотел возмутиться, но глаза мельком пробежали по названию, а уже после развернули его, читая первые строки. — Старейшина Лань, кажется, это то, что нужно. — Хоть какая-то от тебя польза. Пошли, найдем Ванцзи и А-Ю. — Почему вы меня так ненавидите? — Я тебя не ненавижу. — Точно, у всех Ланей проблемы с выражением эмоций. — Я рад, что ты сделал Ванцзи счастливым, — это все, что услышал Вэй Ин от Лань Циженя, пока тот уходил в сторону племянника.       Ванцзи и Лань Ю они нашлись в удаленной секции, рядом с ними было аккуратно сложено много книжек, Лань Чжань сидел над столом оперевшись на руку, а Лань Ю тихо посапывал на плечах устроив свою маленькую головку на голове Ванцзи. Сам Второй Нефрит выглядел замучено и сонно, а его лобная лента съехала почти на глаза. Лань Чжань даже не сразу заметил, что к ним кто-то подошел, видимо нянчится с ребенком очень утомляет. — Ванцзи, думаю тебе сначала нужно отдохнуть, а после разбираться с ситуацией. — Дядя? — Лань только сейчас заметил присутствие этих двоих, аккуратно приподнимая глаза, чтобы не потревожить сон ребенка. — Мы нашли свиток, который нам нужен, но прежде чем разбираться с ним, мы пойдем отдохнем, — повторил Усянь, снимая с плеч мужа ребенка.       Ванцзи сонно поклонился дяде, и Вэй Усянь увел его в цзинши. Уложить наполовину спящего Ланя было легко, темный заклинатель сначала уложил ребенка на кровать, а после снял с мужа верхние одеяния и ленту. После того как оба любимых человека были уложены спать, Вэй укрыл их одеялом. Сам Усянь спать не собирался, дневной сон не для него, пусть и встал раньше супруга, но сна ни в одном глазу. Он пару минут смотрел на мягкое спокойное лицо возлюбленного, а потом на нежно улыбающиеся детское. Похожие черты лиц бросались в глаза и любой, увидя их вместе сказал бы: «сын вылитая копия отца». Любовался он не долго, ведь решил, что когда те проснутся, то захотят покушать. Еда Облачных Глубин наверняка не понравится маленькому ребенку. Учитывая противоположный мир, то там другой Лань Ванцзи явно был приверженцем острой еды. Усянь потратил пару часов, чтобы сделать свой любимый острый суп. Чтобы все это донести, он попросил двух адептов помочь отнести еду. Когда Вэй Ин появился в цзинши, то Ванцзи уже не спал, он аккуратно расчесывал свои волосы, приводя прическу в надлежащий вид. — Я приготовил нам покушать. Надо разбудить А-Ю.       На этот раз сервировку Лань Чжань доверил супругу, а сам стал будить ребенка. Малыш был рад видеть милую улыбку Ванцзи. Оглядев комнату мальчик заметил, что тарелки были расставлены, а пустой желудок довольно заурчал. Лань Ю с радостью спустился с кровати и подбежал к столику, улыбаясь и Вэй Ину, даже и не скажешь, что тот только, что проснулся. Приступив к обеду, младший Лань буквально выплюнул острый суп обратно в тарелку. — Вэй Ин, ты подал ребенку острый суп? — Ну в том мире же все наоборот, вот я и подумал… — Но мама и я ненавидим острое, а папа как раз обожает. — Хоть что-то остается неизменным даже в другом мире. — Выпей. Я принесу обычную еду.       Лань Ванцзи заменил еду мальчика на обычную тарелку риса с варенными овощами. Прежде чем прочесть свиток они решили прогуляться к кроликам, чтобы малыш запомнил этот день. Маленькие пушистые комочки хорошо восприняли появление нового гостя, а вот от Усяня отскакали подальше. Тот надулся и сел поодаль от Ланей, но все же один белый кролик прискакал к темному заклинателю, тычась мокрым носиком в руки человека. Вэй Ин обрадовался, беря в свои ладошки этого смельчака, и садясь рядом со своей семьей, хвастаясь, что его тоже приняли кролики. Играть с этими животными Лань Ю понравилось и уходить он не хотел, а позже к ним присоединился Лань Сычжуй, чему младший был рад. Пока эти двое играли с кроликами, старшие раскрыли список и принялись внимательно читать. Как оказалось такие перемещения случались и раньше, было написано, как это сделать, но как вернуть все на свои места не сказано, лишь то, что на следующий день все становилось самим собой. Решив пока ничего не предпринимать и довериться свитку, они спокойно продолжили наблюдать за своими «детьми». Ужинали они позже чем обычно, Лань Юань и Лань Ю ужинали своими обычными порциями, а вот супружеская пара только половину порции, ведь не потратили слишком много энергии. Перед сном, когда Лань Чжань повел крошку А-Ю купаться, Вэй Ин решил кое-что написать. Как раз к концу письма в цзинши вернулись Лани, у младшего были слегка мокрые волосы, с которых капли стекали на деревянный пол, а глаза были слегка красноваты. — Лань Чжань, ты что, довел нашего сына до слез? — Хм. Ослушался, открыл глаза под водой, — пояснил Ванцзи, усаживая сонного ребенка на кровать и начиная обтирать мокрую голову насухо, — что пишешь? — Послание нам с тобой в том мире. Вот, положи его в карман нижних одеяний.       Пока Вэй Ин омывался один, за все время пребывания в Облачных Глубинах будучи супругом Второго Нефрита, так непривычно. Когда он вернулся в спальню, то увидел, что Ванцзи уже удобно устроился на кровати, укладывая рядом с собой Лань Ю. Темный заклинатель улыбнулся и улегся рядом на кровати. Прикрыв ребенку глаза своей ладошкой, Усянь нежно поцеловал мужа, нехотя отрываясь от него, а после Вэй Ин поцеловал мальчика в лобик. Лань Чжань поступил так же, а после потушил свет и все легли спать. — Хоть вы не мои настоящие родители, но я вас все равно люблю. — Мы тоже полюбили тебя как своего. Правда ведь, Лань Чжань? — Мгх. Спокойно ночи.

***

С окна послышались крики старших, которые разбудили малыша Ланя. — Усянь, его уже день нет нигде. Ты виноват в том, что потерял нашего сына! — Не кричи, Лань Чжань, кричать запрещено. — Ты говоришь так, будто тебе плевать на нашего сына. Я готов побить тебя, да не могу, потому что сильно переживаю за Лань Ю, — в цзинши распахнулись двери и туда вошла ссорящаяся пара. Взгляд омеги метнулся на кровать где он увидел полусонного сына, — А-Ю, где ты был? Я так скучал, Небожители, я так волновался. — Мамочка, я скучал, — ребенок бросился на шею Лань Чжаня, а после заплакал, — я столько всего хочу вам рассказать. А еще вот, вам передали. — Хорошо, солнышко, мы сейчас же прочтем это письмо, а тебе нужно сходить к А-Юаню и показать, что с тобой все хорошо. — Бегу, — мальчик напоследок уткнулся в шею матери, вдыхая такой родной запах, а после убежал из цзинши. — Что это за письмо? — спросил альфа, выхватывая его из рук своего мужа.

«Здравствуй черствый Усянь! И тебе привет лапушка А-Чжань! Это послание из другого мира сильно похожего на ваш, только наш мир не делится на альф и омег. Вам пишет веселый Вэй Усянь, а так же мысленно мой молчаливый муж Лань Ванцзи. Лань Ю оказался в нашем мире и провел время с нами. По его рассказам, я понял, что ты Усянь глупец. Как так можно упрекать своего супруга в чем-то, если ты его любишь. В моем мире я занимаюсь экспериментами, а Ханьгуан-цзюнь следует всем правилам, и он не разу не упрекнул меня в моем занятии и не накричал, а только поддерживал! Будь добр, удели своему мужу должное внимание. А тебе Лань Ванцзи советую быть строже со своим мужем, не позволяй ему собой командовать. Когда я увидел, что малыш Ю крепко вцепился в Лань Чжаня, а меня буквально сторонился, я понял, что ты Усянь строг ко всему, отбрось это, он же ребенок! Не требуй от него многого, ты должен уделять ему внимание и должен быть ласковым! Хотя бы ради своей семьи, не зря же ты добивался свою омегу, а я уверен, что ты добивался его, это должно оставаться неизменным хоть в одном мире, хоть в другом. Позаботься о своей семье ради наших с Лань Чжанем отношений и деток!

С любовью Вэй Ин, и все еще мысленно Лань Чжань! P.S. Лань Чжань считает, что в магии произошел сбой и поэтому ваш сын переместился, не знаю насколько это правда, но я полностью ему доверяю!»

— А-Чжань, я действительно веду себя так? — Очень часто, — буркнул Ванцзи, отворачиваясь и надувая щеки. — Ну прости меня, — потыкав пальцем в щеку, он развернул мужа в свою сторону и стал зацеловывать каждый участок кожи, — я обещаю, что исправлюсь и буду лучше, чем был. — Люблю.

***

— Эх, а я уже привык к малышу А-Ю. — У тебя все еще есть Сычжуй. — Он уже взрослый, — попивая вино, пожаловался Усянь, устраиваясь под боком у Ванцзи, что спокойно смотрел на полную луну. Тишину прервал тихий смешок, из-за чего Лань перевел свой взгляд на довольное лицо Усяня, — подумал, что хочу увидеть тебя с животиком, в котором ты бы носил нашего ребенка. — Б-бесстыдник! — мочки ушей покраснели, а взгляд был уведен в сторону. — Брось, ты любишь меня любым! — Мгх. Люблю.