; the conspiracy of my alcoholic friends
29 марта 2025 г., 19:11
— Слушай, Ацуши-кун. — нарушает Дазай тишину, образовавшуюся после скроллинга сайтов со строй.материалами на новёхоньком лэптопе Доппо, ни разу доселе не видавшем такого количества вкладок. Накаджима, уже одной ногой в прихожей, напрягается. Ну разумеется, его позвали не затем, чтобы посоветоваться, какие обои в холле будут лучше смотреться: в клеточку или цветочек. Он не рукастый, это раз, и он точно не интерьер дизайнер, это два. — Один мой хороший приятель хочет с тобой познакомиться. Но предпочитает остаться анонимным до поры до времени. Попросил меня передать тебе свой номеро-ок. — игриво заканчивает он, стреляя глазами.
Ацуши удивлённо приподнимает бровь. Вот и выяснилась причина, по которой он его обманом завлекли в это логово.
— Что-то мне слабо верится, если честно. Звучит подозрительно.
— Из уст Дазая всё звучит подозрительно. — вклинивается в диалог Куникида, не отрывая взгляда от монитора. — Даже если он скажет, что Земля круглая, я начну сомневаться.
Ацуши мысленно даёт ему пять.
— Земля — это вам не плоская летающая тарелка. — категорично произносит Осаму, приподнимаясь с письменного стола, на котором восседал всё то время, что Накаджима провёл в чужой съёмной квартирке. — Те, кто верят в эту конспирологическую теорию — необразованные мракобесы. И так всем давно ясно, что не только наши острова, а вообще весь мир держится на соме. — взглянув на абсолютно ничего не выражающие лица собеседников, сомоземелец приходит в шок. — Вы не чтите божество Качима?
Куникида поднимает глаза к потолку и издаёт тяжёлый вздох. Ацуши копирует его жест. Выслушивать очередную бездоказательную древнейшую теорию у него времени нет. Будь желание, он бы, возможно, и развил эту тему позднее, и даже вник в её суть, но… Подобного желания у него не наблюдается, потому что все эти бесконечные пространные разговоры его подзаебали месяца так четыре назад. Просить этого черта быть ближе к сути — это гиблое дело, но Накаджима хотя бы попытается:
— Мы съехали с первоначальной темы…
— Разве? — удивлённо вскидывает брови Осаму и проходится по полу, заваленному художественными материалами, принадлежащими, очевидно, не хозяину квартиры. Что конкретно происходило здесь до его прихода, Ацуши не знает.
— Ты говорил что-то про своего знакомого, который хочет со мной законнектиться. — напоминает парень. Спустя пару секунд он уже думает, что лучше бы вообще не открывал рот.
— Всё верно. Я бы даже сказал, что не просто хочет, а жаждет каждой фиброй своей душонки. — туманно изрекает собеседник, плавно перетекая в угол слабо освещённой комнаты. Куникида молча следит за его передвижениями и, кажется, посылает Ацуши какие-то мысленные сигналы, которые тот распознать не может.
— Кто тут ещё чего жаждет… — наконец еле слышно бросает Доппо, устало прикладывая ладонь ко лбу. Нехороший знак. Сигнал распознан.
— И кто этот человек? — осторожно уточняет Накаджима, неосознанно делая шаг вперёд.
— Не могу сказать. — отвечает Дазай с хитрой улыбкой на губах. Может, всё дело в тени от лампы, а может, Ацуши пора делать ноги.
— Почему он хочет со мной познакомиться? — продолжает допытываться Накаджима.
— Тоже не могу сказать. Увы, Ацуши-кун. — с картинным сожалением отвечает Осаму и переводит взгляд на незашторенное окно. — Я блюду чужую конфиденциальность. Он просил остаться анонимным.
— Это звучит как какой-то очень стрёмный пранк, до сути которого я пока не могу докопаться… — скорее самому себе, чем говорящему, отвечает Ацуши.
Происходящее становится всё более подозрительным.
— Но-но! Никаких пранков. — моментально реагирует Дазай и смотрит теперь на Доппо, которого, по всей видимости, разговор уже перестал интересовать. — Куникида может подтвердить. Это наш с ним общий…
— Друг. Враг. Тут как посмотреть. — спустя короткую паузу отвечает тот, оторвавшись уже от своего блокнота.
И что он в нём вечно пишет?
— Что значит «враг»?..
— Человеческие отношения — это такая сложная штука. — вдохновенно начинает Дазай, обводя пространство вокруг себя руками. — Вчера друг, сегодня враг. Потом снова друг… И так, пока кому-нибудь не надоест. Мне лично нравится непостоянность.
— Не знал, что ты мыслишь такими категориями, Дазай. — фыркает Куникида, захлопывая записную книжку.
— Приходится объяснять нашему брату меньшему в упрощённой форме. Боюсь, он не поймёт всю глубину моих взаимоотношений с этим человеком.
— Боюсь, что даже я её не понимаю.
— Вот-вот. А Ацуши-кун и подавно.
Накаджима ошалело переводит взгляд с одного собеседника на другого. Что за прилюдные оскорбления?
— Я вообще-то до сих пор здесь, ребят.
— Прекрасно! — будто опомнившись, восклицает Осаму. — Ну так что, возьмёшь номер?
Чёртова земная юдоль. Он бросает взгляд за окно и пытается подсчитать, сколько времени он уже здесь провёл и не начало ли оно поджимать.
— Куникуда-кун, это, типа, настоящий человек? — наконец спрашивает Накаджима под пристальным взором двух пар глаз.
— Дазай? Не уверен, если честно. — скептично окинув взглядом фигуру Осаму, отвечает он.
— Интересно, чьё же подсознание было способно сгенерировать личность вроде меня…
— Да не Дазай. — чуть более раздражённо, чем планировал, отвечает Ацуши. Еsse est percipi надо отложить до следующего раза. Всем этим хождениям вокруг да около пора положить конец. — Тот, что хочет со мной познакомиться.
— Настоящий. — утвердительно произносит Доппо.
— Абсолютно настоящий. — добавляет Осаму и, картинно приложив руку к лицу, вздыхает со всевозможной горечью в голосе. — Тебе показать раны, которые он мне оставил, чтобы удостовериться в том, что я тебе не вру? А я никогда не вру, на минуточку.
Ацуши поднимает глаза к потолку. Единственное чужое изречение за последнее время, оказавшееся правдой, это то, что их соотечественники придумали электросамокат, который собирается в блядский рюкзак. Иногда Осаму работает для них кем-то типа новостника. Или бота с фейк-ньюс — в зависимости от настроения.
— Какие раны…
— Душевные! — только и ждавший этого вопроса, Дазай чуть ли не пропевает в ответ. — Душевные раны, мой дорогой друг!
— Я пас. — хмурится Ацуши и отступает к двери.
— Постой-постой! — выкрикивает Осаму из облюбованного угла.
— Вы меня, ребята, иногда просто пугаете. — вздыхает Накаджима и останавливается у порога.
— Немудрено. Тебе есть, чего опасаться. — от слов веет холодком. Ацуши невольно оборачивается.
— Да? И чего же? Что этот непонятный незнакомец меня прибьёт при первой встрече?
— А ты уже собираешься с ним видеться, м-м?
— Это просто к слову пришлось. — закатывает глаза Накаджима. На чём его тут пытаются подловить? — И у меня вообще-то мастер-класс на носу… Мне не до обсуждений каких-то твоих друзей-врагов, оставивших тебе кучу психотравм, сори, Дазай-кун. В другой раз.
— Да постой же ты!
— Что ещё?
— На самом деле его заинтересовал не ты, а твои картины, признаюсь. — словно раскрываю какую-то вселенскую тайну, заговорщицки понижает голос Осаму. — Особенно та, на которой изображён мужчина, объятый тёмной материей, напоминающей зверя.
Ацуши вперивает в него недоумлённый взгляд. Это эскиз, который он набросал в прошлый четверг и который никто, кроме пары людей, видеть не должен был, да и не мог.
— И что с того? И кто вообще… Блин, зачем ты показывал кому-то мои картины?
— Это получилось абсолютно случайно! Он просто заходил в мастерскую, а ты забыл убрать свой холст. Выбежал куда-то. Это было, хм, на прошлой неделе.
Накаджима пытается восстановить хронологическую цепочку. Да, он пытался накалякать что-то в мастерской до начала первого утреннего треннинга, просто чтобы удостовериться, что не растерял все свои навыки в рисовании углём. А потом ему стало совсем невмоготу, и он шатающейся походочкой отправился за альфасорбом в ближайшую аптеку, а после предусмотрительно оставил её в подсобке. Сказанное Дазаем… Прозвучало достаточно логично и складно.
— Ла-адно. — сдаётся Ацуши. Ему становится чуточку интересно. — И что он сказал? Ему понравилось?
— Думаю, будет лучше, если ты узнаешь это непосредственно в процессе общения с ним самим. — подмигивает ему Осаму. Да, его всё-таки поймали на крючок, но он так просто не сдастся. — Не думаешь?
— Он тоже… художник?
— Я бы так не сказал. — поразмыслив пару мгновений, отвечает Дазай. — Творческий человек.
— Растяжимое понятие, знаешь ли. — фыркает Накаджима. Снова никакой информации.
— Ну так что?
— Не знаю, конечно, зачем мне это. — Ацуши поводит плечом. — Можешь скинуть номер, я ещё подумаю. Как его зовут?
— А вот это секрет. — довольно ухмыляется Дазай.
— Это хотя бы девушка или парень?..
— Не знал, что тебя так интересует пол. — очередная ухмылка.
Ацуши недобро щурится.
— Дазай-кун.
— Парень.
— Ладно. Если это какой-то пранк, то я… Ещё не придумал, но...
— Боюсь-боюсь! — смеётся Дазай. — На заметочку: он достаточно… Специфический человек. Ну, знаешь… — погрузившись в раздумья, он замолкает. — Один на миллион. Даже на десять миллионов. Хотя тут я, пожалуй, несколько загнул. — поджимает губу.
— Ворчливый. Социофоб. — вновь подаёт голос Куникида.
— Так что с ним лучше начинать разговор издалека… И ни в коем случае не упоминай меня и моё имя! Забудь, что я вообще существую.
— Да я бы с радостью… — шепчет Ацуши. На удивление или возмущение у него уже не остаётся никаких ресурсов.
— Ацуши-кун, если ты не хочешь писать абсолютно незнакомому человеку по сомнительной просьбе Дазая, то ты не обязан это делать. — со знанием дела произносит Доппо, поправляя очки на переносице. Открыл Америку.
— Да, я, типа, в курсе.
— Не ты ли мне на прошлой неделе, Ацуши-кун, обпившись сётю, плакался, что тебе, цитирую «так не хватает… человека…» — подленько вставляет Дазай, наблюдая за тем, как щёки Накаджимы приобретают пунцовый оттенок.
— Первое правило клуба неанонимных алкоголиков: не вспоминать то, что происходило на попойках, Дазай. — на помощь Ацуши неожиданно приходит Куникида.
— Во-первых, когда мы успели стать клубом неанонимных алкоголиков?.. — непонимающе начинает Накаджима. — Во-вторых…
— Алкоголиками мы были заведомо. Так предначертано судьбой. — Дазай разводит руками. Накаджиму не впачатлило: он уже давно не фаталист. — Творчество и алкоголизм идут рука об руку. Когда я впервые взял в руки кисть, ко мне тут же пришло озарение: я обязательно сопьюсь к двадцати.
— Иногда мне кажется, что ты малюешь просто для галочки. — не скрывая презрения, произносит Куникида. — Чтобы оправдать тот самый свой алкоголизм. И пропить талант заодно.
— А вот тут ты принципиально не прав! — возбуждённо сверкнув глазами, отвечает Дазай. — Талант — это вообще-то социальный конструкт. И, как говорил мой любимый Буковски, алкоголизм — это особенная форма самоубийства, позволяющая оживать на следующий день. Я, кажется, уже прожил десять или пятнадцать тысяч жизней…
Ацуши уже очень сильно жалеет, что вообще сюда припёрся. К несчастью, сам он медленно, но верно становится фактотумом Дазая.
— Но я-то не алкоголик, подождите, блин. — пытается он остановить чужой нескончаемый поток мыслей.
— Все алкоголики так говорят. — безапелляционно говорит Куникида, вновь поправляя очки на переносице.
Что ж, это абсолютная правда.
— Я не понимаю, что с вами не так… — бросает Ацуши, чувствуя, как у него начинается мигрень.
— Некоторым просто не дано, Ацуши-кун. Так мне продолжить цитировать твои слова?
— Это очередная манипуляция, Ацуши-кун, не ведись.
— «Иногда так хочется… понимания»…
— О господи. Хватит. — окончательно заебавшись участвовать в этом цирке с конями, Накаджима хлопает в ладони. — На кой чёрт я сюда припёрся?
— Поболтать с нами, вероятно? — поиграв бровями, отвечает Дазай. — Обрести понимание…
— Я с вами ничего не обретаю. — хмуро отрезает Ацуши. — Только теряю. Нервные клетки, уверенность в собственной и чужой адекватности и далее по списку. Я отчаливаю, ребят. — закрывая тему, он резко поворачивается на выход из комнаты и семенит по коридору. В догонку ему прилетает:
— Не забудь написать тому парню, Ацуши-кун! Он ждёт твоей весточки! И помни: я тут вообще не при делах!
Накаджима решает игнорировать чужие слова и захлопывает входную дверь квартиры. Что он имеет по результатам этого разговора? Мигрень. Желание прибить Дазая. Чего он не имеет? Информации о парне, которых хочет с ним познакомиться. Душевных сил на проведение арт-тренинга. Понимания концепции ремонта, в соответствие с которой Фукудзава-сенсей хочет переделать студию. И, всё как он сказал, парочки нервных клеток заодно. Ацуши берёт в руки мобильник и чертыхается: он уже почти опаздывает, и если Йосано подготовит ещё и его зал, будет просто прекрасно. Ему абсолютно нет дела до какого-то типа, которого заинтересовало его недотворение. Абсолютно.
В квартире, покинутой Накаджимой, диалог продолжается.
— Тц. — Куникида ерошит волосы на голове и пытается испепелить собеседника взглядом. — Мне кажется, что это чертовски хреновая затея, Дазай.
— Почему? — с удивительной простотой в голосе отвечает ему тот. Доппо опешивает.
— Наверное, потому что ты наврал? Акутагава-кун и Ацуши-кун уже знакомы. И я что-то не припоминаю, чтобы, по твоим рассказам, эти двое прониклись друг к другу симпатией с первого взгляда.
— И что с того? И я бы не был так уверен. — непонимающе вздёргивает бровь Дазай. — Ты-то тогда отсиживался дома за бумагами, а я непосредственно присутствовал при их встрече.
— Это хреновая затея ещё потому, что Акутагава-кун в глаза не видел картин Ацуши. — начинает загибать пальцы Куникида. — Не просил ему передать его номер. — выделяет он последнее слово той самой интонацией, с которой Дазай его пропел ранее. — А ещё потому, что Акутагава-кун чертовски, мать твою, специфический человек, общение с которым Ацуши просто не вывезет. И ни разу — ни разу! — не творческий. — негодующе завершает Доппо. — Этот список можно продолжать бесконечно. Что делать будешь, когда Рюноске придёт по твою душу, а?
— Программирование — это тоже своего рода искусство, знаешь ли. — безразлично бросает Осаму в ответ.
— Остальное ты комментировать никак не собираешься?
— Оставь свои доводы и возмущения при себе. Есть ещё парочка исходных данных. — опасно-миролюбивым тоном отвечает Осаму. — Я провожу важнейший социальный эксперимент.
Доппо фыркает, отворачиваясь от своего собеседника. По ту сторона окна фигурка Ацуши, чуть ли не бегущего по прегрязным лужам, скрывается за какой-то иномаркой, а после и вовсе пропадает из виду. Куникиде его жаль. Совсем немного.
— Они не прообщаются ни часу. — вынырнув из своих мыслей, озвучивает он вслух.
— Рампо-кун сказал, что Ацуши-кун напишет Рю с вероятностью в семьдесят процентов, если я выгодно преподнесу ситуацию. — уклончиво отвечает Дазай.
— И?
— И добавил, что вероятность того, что у них завяжется продолжительное общение, равна примерно, хм, одному проценту. — оптимистично завершает Дазай, улыбаясь чему-то своему. Куникида мотает головой.
— С каких пор ноль целых и одна тысячная вдруг стали примерно одним процентом?..
— С этих самых, мой дорогой Куникида. С этих самых.
***
На протяжении двух последующих за разговором с Дазаем дней Ацуши от безделья то и дело заходит в мессенджер и каждый раз натыкается на смс-ку с номером того самого незнакомца: она висит на первом месте в верху сообщений, потеснив оную о пополнении баланса, красноречиво напоминая о том, что он, в очередной раз словив артблок — за которым неминуемо последовал запой, который он гордо пережил почти в соло — и забив на все социальные взаимодействия, растерял оставшихся знакомых-собутыльников, заебавшихся терпеть его постоянные пропажи с радаров: ни одного пропущенного. Да и самопровозглашённый клуб анонимных алкоголиков — на деле просто ребят, подрабатывающих в одной любительской арт-студии — как на зло притих. А чего он ожидал? Все бухают, выходные ведь. Один он слился. Ему же теперь не нужны бесконечные компании, он и в одиночестве может славно накидаться, верно? Ацуши испытывает некую дилемму по поводу того, стоит ли ему писать тому незнакомцу. Дазай определённо что-то задумал, а вестись у него на поводу Накаджима перестал с тех самых пор, как «Забеги на пять минуточек, тут одно дельце есть» стало классическим «Сегодня у меня группа престарелых, торжественно всучаю их тебе; сделай из них второго Утагаву Хиросигэ и научи их рисовать в стиле укиё-э за два часа». Наврал ли Осаму о том, что этот-один-на-миллион реально хочет познакомиться с Ацуши, потому что увидел его картину? Кто знает. Был ли какой-то скрытый подтекст в том, что тому парню дали характеристику «очень специфический человек»? Вероятно, да. Хотя кто знает. Стоит ли Ацуши вообще знакомиться с типом, напрямую знакомым и неясно чем связанным с самой неординарной личностью, которую Накаджима только встречал? Определённо, не стоит. С другой стороны, а почему бы и нет? Это всего лишь общение в интернете. Он проворачивал такое сто раз. И в любой момент, пойди что-то не так, можно дать на попятную и слить того «ворчливого социофоба». Тем более, что сам Куникида при этом их с Дазаем разговоре присутствовал и ничего конкретно против не высказал. А он всегда предупреждал, если Осаму задумывал что-то уж совсем из ряда вон, как было с недавним собственнолично им принятым решением запрячь Накаджиму — не имеющего на то ни единого желания! — разведать обстановку в студии, что пару месяцев назад открылась на улице по соседству, и посетить с три тамошних мастер-класса. За собственные деньги, разумеется. Об этом нюансе Дазай умолчал, и, если бы Куникида не вмешался, Ацуши реально бы взял и пошёл в этот «Чердак искусства», или как там он называется. В этой ситуации, в конце концов, он ничего не теряет. Не задастся общение? Ну и Бог с ним. Задастся? Будет, кому извне ныться о том, как его заебало начальствование Осаму и как он в очередной раз где-то в метро посеял свой новый скетчбук. Какой-то подводный камень в просьбе Дазая не упоминать его имя и вообще зайти в разговор откуда-то издалека точно был, но прямо сейчас Ацуши немного одиноко и не немного похуй на это. Может, даже секс перепадёт, если диалог протянет хотя бы… Пару часов? Дней? Недель? Раньше ему было до пизды, но он же становится лучшей версией себя, теперь ему не может быть до пизды. Так или иначе, ворчливые социофобы как раз в его вкусе и, по собственным не самым скромным наблюдениям, в постели раскрепощаются и вообще неплохо трахаются. Он опять думает о сексе. Всё, блять, время. — Какой отврат. — морщится Накаджима, потирая вспотевшие ладони. Грязно. А какая разница? Почему он вообще запаривается? Он не обещал себе, что не будет знакомиться с людьми — всё с точностью наоборот. Это не какой-то левый тип с правой тусовки, а друг-враг-кто он там Осаму. В туманной связи этого парня с Дазаем и есть вся фишка, но Накаджима в очередной раз попляшет под его дудку, потому что… Да ни почему. Это просто переписка. Ему просто скучно. Он берёт в руки телефон. Экран блокировки являет дату и время: 19 февраля, 19:19. Символично. Пальцы уже на автомате тянутся к иконке мессенджера — по неясным причинам Осаму выбрал встроенный, а не, как обычно, LINE — и через секунду номер телефона с кучей семёрок оказывается скопирован. Ацуши начинает печатать сообщение, попеременно то стирая, то снова набирая единственное «привет». Была не была. ацуши: привет? (19:19) Ответа долго ждать не приходится, и телефон, отложенный в сторону, пиликает уведомлением. Накаджима приободряется: если сразу не кинули в игнор, значит, шанс есть. Собеседник, правда, доброжелательностью не пышет. +045хххххххх: ? (19:23) ацуши: не хочешь пообщаться?.. (19:24) +045хххххххх: как меня это заебало. (19:24) Прекрасное начало диалога. Ацуши вперивается взглядом в экран. Окей, этот парень не просто не пышет доброжелательностью, а в принципе даже её отголоска не излучает. ацуши: ок.. (19:25) ацуши: что тебя заебало-то.. я только написал (19:25) +045хххххххх: откуда у тебя этот номер. (19:26) ацуши: это долгая история (19:27) ацуши: мне не давали выбора писать на этот или какой-то другой (19:27) +045хххххххх: ахахаха. (19:27) +045хххххххх: как будто тебя кто-то заставляет, лол. (19:27) +045хххххххх: где ты его нарыл. (19:28) — Чё? — вырывается изо рта. Ацуши перечитывает присланные сообщения, но никакой ясности в происходящее это не вносит. С каких пор с незнакомыми людьми говорят в такой хамской манере? Его не было на связи, да и в принципе в интернете, всего лишь пару недель, и он, походу, что-то пропустил. Либо человек по ту сторону экрана — это какой-то отмороженный тип, либо ему надо меньше бухать. Возможно, всё вместе. ацуши: да нет… никто не заставляет… я сам написал (19:30) ацуши: а ты типа хранишь конфиденциальность, все дела? (19:30) Ну, он хотя бы пытается понять этого агро-незнакомца. «Это насколько я истосковался по общению с людьми, помимо коллег по работе, раз продолжаю диалог с кем-то вроде этого парня?..» — проносится у Ацуши в голове. Серьёзно, ему нужно перестать запивать творческие кризисы и наладить взаимоотношения с людьми. +045хххххххх: храню. (19:30) +045хххххххх: и хороню тех, кто её нарушает. (19:30) Сколько пафоса. Чужая последняя реплика заставляет прыснуть от смеха. Социофобы в интернете такие… Враждебные. Стоит ли говорить этому парню, что его запугивание возымело только комический успех, или всё же не стоит? Накаджиму этот диалог по непонятным причинам забавляет. ацуши: ладно)) (19:31) +045хххххххх: серьёзно. (19:31) +045хххххххх: зачем я тебе вообще подыгрываю. (19:31) +045хххххххх: у меня всё _ахуенно_. можешь, плиз, уже отвалить от меня. (19:31) +045хххххххх: навсегда. У них определённо происходит какое-то недопонимание, но Ацуши понятия не имеет, чем оно вообще вызвано. Это какая-то ролевая игра вместо приветствия, в правила которой Дазай забыл его посвятить?.. ацуши: мы разве разыгрываем какую-то сценку?.. (19:32) ацуши: я рад что у тебя всё в порядке.. (19:32) +045хххххххх: рад?))) (19:34) ацуши: ну… я люблю когда у людей всё хорошо.. (19:34) Чистая правда. А у этого парня, видимо, не всё так ахуенно, как он утверждает. +045хххххххх: по тебе нихуя не заметно. (19:35) После этого сообщения весёлый настрой куда-то пропадает. С хуя ли этот тип знает, что по нему заметно, а что — нет? Перписка начинает раздражать. ацуши: чё… (19:35) +045хххххххх: серьёзно, прекращай. (19:36) ацуши: я не понимаю, что происходит (19:36) ацуши: мне просто передали твой номер и сказали что ты хотел со мной познакомиться (19:36) +045хххххххх: я? (19:37) — Ахуеть, ну не я же. — вслух раздражённо произносит Накаджима. Видимо, Дазай ему напиздел, потому что этот чел ни на какое общение не настроен в принципе. ацуши: но, видимо, это была просто насмешка, ахахахахах (19:38) ацуши: не самый приятный экспириенс в моей жизни, конечно (19:38) ацуши: прости что побеспокоил (19:38) +045хххххххх: да мне по барабану. (19:39) +045хххххххх: кто передал. (19:39) Серьёзно? Что этот тип себе позволяет? Распрощался бы с ним, раз ему не сдалось это знакомство — и дело с концом. Извинился бы за наглость ещё, но от него этого, видимо, ожидать бессмысленно. ацуши: да похуй (19:41) ацуши: забей (19:41) +045хххххххх: ещё раз спрашиваю. (19:42) +045хххххххх: кто дал тебе мой номер телефона. (19:42) ацуши: наш общий друг, прикинь))) (19:43) ацуши: ну мне видимо больше не друг (19:43) ацуши: насчёт тебя понятия не имею (19:44) ацуши: он сказал что у вас странные отношения (19:45) +045хххххххх: да мне по барабану, что он тебе сказал. (19:45) +045хххххххх: тебе ахуеть сложно на вопрос ответить. (19:46) +045хххххххх: или что. (19:46) Эта манера общения Ацуши просто вымораживает. К нему относятся, как к говну, так ещё и требуют чего-то. Хер теперь незнакомец этой информации дождётся. ацуши: или что (19:47) ацуши: я не понимаю почему ты агришься на меня (19:47) ацуши: я тебе ничего не сделал (19:47) ацуши: попроси нормально мб? (19:48) +045хххххххх: а с чего я должен нормально просить о чём-то левого человека, который мне зачем-то написывает. (19:50) +045хххххххх: сгинь в канаве. (19:55) +045хххххххх: достаточно нормальная и веЖлиВая просьба? (19:55) Это просто конечная. Ацуши раздражённо бросает телефон на кровать. На кой чёрт он вообще решил написать этому парню? На кой чёрт послушался Дазая? Лучше бы той же Люси смс-нул, что жив, и они бы пересеклись в кои-то веки. Идиотская затея была с самого начала. Настроение стремительно падает к отметке «тотальный пиздец». ацуши: ахуеть??? (19:58) ацуши: ты ? (19:58) +045хххххххх: пожалуйста, сгинь в канаве. (20:00) +045хххххххх: так лучше? (20:01) Блять? С чего этот идиот решил, что имеет право желать незнакомым людям такие отвратительные вещи? Это какое-то издевательство. Ацуши хочется задушить его собственными руками. ацуши: ебать теперь я понимаю (20:02) ацуши: почему мне сказали что ты очень (20:02) ацуши: СПЕЦИФИЧЕСКИЙ ЧЕЛОВЕК (20:03) ацуши: забыли добавить что ты просто (20:03) ацуши: конченый невежа и ублюдок последний (20:03) ацуши: у меня даже слов нет (20:04) +045хххххххх: мне тебе сколько раз повторить, что мне. (20:04) +045хххххххх7: абсолютно, блять, по барабану, что тебе кто-то про меня наплёл. (20:05) ацуши: ну раз ты так лаешь то точно не по барабану))) (20:06) ацуши: задело или че (20:07) +045хххххххх: меня не задевают слова обиженок, которые ведутся на поводу у своих отбитых друзей. (20:08) Продолжать этот бессмысленный диалог — просто ебучая трата времени и нервов. Ацуши со злости кидает телефон на пол. Чтоб он ещё раз сделал то, чего от него хочет этот ебучий манипулятор Дазай. ацуши: да пошёл ты нахуй просто (20:10) ацуши: долбаный социофоб (20:10) ацуши: пока (20:10) Молчавший с четверть часа телефон, к которому Ацуши не собирался больше сегодня прикасаться, снова сигналит. Он, блять, будет не удивлён, если это Осаму высрал ему какую-то дичь. Руки от злобы начинают подрагивать. Но сообщение, на удивление, прислал тот самый тип. +045хххххххх: стоять. (20:27) +045хххххххх: то есть тебе мой номер дал не достоевский? (20:27) Ахуеть. Бинго. Кто такой Достоевский, Ацуши не знает и знать не желает. Видимо, у этого парня всё-таки есть хоть сколько-то извилин, чтобы понять, что он в этой жизни думает что-то не то и делает что-то не так. Абсолютно всё, например. ацуши: НЕТ (20:28) ацуши: не достоевский (20:28) ацуши: я в душе не ебу кто это вообще (20:39) +045хххххххх: парень который ходит в белой ушанке по кд. (20:41) +045хххххххх: ходил. ацуши: кто вообще ходит в ушанках круглый год блять (20:42) +045хххххххх: догадайся.)) (20:44) ацуши: с чего ты вообще взял что это он мне дал номер??? (20:44) +045хххххххх: долгая история. (20:45) Накаджима фыркает. Очень удовлетворительный ответ. ацуши: ну попробуй блять (20:46) ацуши: потрудись рассказать (20:47) ацуши: потому что ты испортил мне настроение к херам (20:47) ацуши: и я этого ни разу не заслужил)))) (20:47) +045хххххххх: мне твоё сообщение, знаешь ли, тоже нихерово так подпортило состояние. (20:48) ацуши: ну это уже не мои проблемы. (20:48) +045хххххххх: так кто тебя дал мой номер? (20:49) ацуши: так чё это была за хуйня?)))) (20:49) +045хххххххх: я первый попросил. (20:50) ацуши: я не собираюсь ничё говорить человеку который отнёсся ко мне как у хуйне из-за каких-то своих заёбов (20:50) +045хххххххх: ок. (20:55) Хуёк. Не хочет рассказывать — ну и не надо. Пусть катится на все четыре стороны со своими шизоидными подозрениями и наплевательским отношением к чувствам других людей. Ацуши абсолютно всё равно. Ему просто хочется закончить это поганое знакомство как можно скорее и забыть незадавшуюся переписку, как страшный сон. Что он сделает с Осаму послезавтра, он ещё не придумал, но это будет точно что-то отменно-жестокое. Его хотелкам, правда, сбыться оказывается не суждено, потому что спустя двадцать минут телефон снова заходится уведомлениями. Накаджима, включивший для успокоения души какой-то часовой ролик про удивительный мир животных, закатывает глаза и заходит в мессенджер. +045хххххххх: это мой бывший.)))) (21:15) +045хххххххх: который по кд написывал мне с левых номеров и притворялся незнакомыми людьми, даже съебав из японии. (21:16) +045хххххххх: и пару раз просил каких-то своих шавок со мной общаться.))) (21:16) +045хххххххх: и теперь на ебейшей паранойи. (21:16) Ацуши сверлит взглядом телефон, а потом выключает его на пару минут. И понятия не имеет, как ему на эту информацию реагировать. Злость постепенно уходит, потому что вещи, типа, встают на свои места, но на душе от этого менее гадко не становится. Этот парень мог бы сразу заблочить его, увидев сообщение с незнакомого номера, а не трепать им двоим нервы все эти два часа. И ради чего всё это было? ацуши: нахуя? (21:19) +045хххххххх: я ебу, что у него в голове. (21:20) ацуши: ну не я же с таким долбоёбом встречался (21:20) +045хххххххх: очень за тебя рад. (21:21) Теперь он чувствует укол вины, которая ну вот вообще в этой ситуации неуместна. Ацуши не обязан входить в чужое положение, особенно после такого хренового отношения к себе. Но ничего с собой поделать не может. Извиняться за свою агрессию он точно не собирается, потому что и его собеседник даже не заикнулся о том, что ему хоть сколько-то жаль, что Накаджима попал под раздачу, но… Общение, наверное, можно завершить на более-менее положительной ноте, чтобы потом забить на этот стрёмный эпизод. Тем более, раз с ним поделились чем-то настолько личным. ацуши: ладно… (21:25) ацуши: это многое объясняет (21:25) ацуши: я был не в курсах, что у тебя есть ебанутый бывший, который развлекается тем, что написывает тебе с разных номеров и тд (21:25) ацуши: но это всё равно не отменяет того факта что ты говнюк который не умеет нормально объяснять ситуацию и взаимодействовать с людьми (21:26) +045хххххххх: я не говнюк, окей. (21:27) +045хххххххх: мне просто не нравятся люди. (21:27) ацуши: ладно (21:28) Ему больше нечего сказать, окей? +045хххххххх: кто тебе дал мой номер. (21:30) Они опять вернулись к этой теме. Накаджима устало трёт пальцами переносицу. Диалог высосал из него все силы. Если этому парню так интересно, то пускай. Он скажет, с него не станется. ацуши: имя дазай тебе о чём-нибудь говорит? (21:32) ацуши: он слёзно молил не упоминать про него (21:33) ацуши: но всё, как видишь, пошло не по плану (21:33) +045хххххххх: бляяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяять. (21:39) Ацуши снова поднимает телефон с кровати. И на пару мгновений выпадает. Он определённо ожидал увидеть иную реакцию. И это «блять» — самое эмоциональное сообщение, которое его собеседник выдал за весь этот вечер. Только не говорите, что… ацуши: ……. (21:40) ацуши: только не говори что дазай тоже твой бывший (21:40) +045хххххххх: СЛАВА БОГАМ, ЧТО НЕТ. (21:41) +045хххххххх: я его убью.))) (21:42) ацуши: а мне что делать (21:43) +045хххххххх: вероятно, удалить этот диалог и не идти в полицию с показаниями после того, как я его всё-таки прикончу. (21:43) Накаджима прыскает. Ладно, может, этот тип не так плох, как он думал о нём в самом начале. И ему становится совсем немного — правда, совсем немного — интересно, что связывает этих двоих и почему его собеседник намеревается убить Дазая. А ещё он заебался называть этого парня в своих мыслях «этим типом». ацуши: ……. (21:45) ацуши: очень мило (21:45) ацуши: я ацуши кстати (21:45) +045хххххххх: рюноске. (21:47) +045хххххххх: рюноске акутагава. (21:47) ацуши: очень приятно, хули (21:47) +045хххххххх: очень, блять, приятно. (21:47) Накаджима кривится. Концовка, которую он переживал десятки раз. Имя парня кажется смутно знакомым, но мозг противится работать и выуживать воспоминания из недр памяти, так что Ацуши просто забивает и откладывает телефон подальше. Чувства смешанные: сначала его развеселили, затем обосрали ни с того ни с сего, потом доверили подробности личной жизни, а в конце приправили всё это подогреванием интереса к тому, какую роль во всей этой неразберихе играет Дазай. Он подумает обо всём этом завтра. Или вообще не подумает. Что, у него других дел нет, кроме как париться об агро-незнакомцах и допытывать пресловутых манипуляторов, в итоге получая от них ноль хоть какой-то нибудь информации, относящейся непосредственно к делу? У Ацуши много дел на завтра: выгулять собаку, которую он, благо, сегодня вывел на улицу аж три раза, дорисовать в кои-то веки арт с Тони Старком на планшете, подготовиться к очередному мастер-классу… Сил идти в душ он в себе не находит, равно как и проверять лоток. Вселенная не схлопнется, если он не почистит зубы и не ополоснётся. Ну, до туалета можно и доползти. А Сачико он уже кормил часом ранее. Так что да, здоровый долгий сон превыше всякой гигиены — так Ацуши решает и спустя пару минут возвращается на кровать, совсем скоро почувствовав тяжесть мягкого тельца где-то в ногах. Он всё пытался приучить йорка к лежанке, потому что мыть малышку после каждой прогулки реально очень утомительно. Но она хотя бы не боится воды и не стрессует: во всём надо искать плюсы. Накаджимв ворочается с пару раз и, устроившись поудобнее, прикрывает глаза. Телефон снова не на зарядке. Ему всё равно. Ацуши, кажется, начинает видеть какое-то нечёткое видение, когда подсознание решает подложить ему свинью: он наконец-то понимает, почему имя Акутагавы показалось ему знакомым. Сон снимает как рукой. Ну разумеется. ацуши: походу я тебя вспомнил…… (22:17) ацуши: блять я убью дазая. (22:17) +045хххххххх: и что же ты такого про меня вспомнил?) (22:18) +045хххххххх: в очередь. [пересланное сообщение: блять я убью дазая.] (22:18) ацуши: что ты САМЫЙ НАСТОЯЩИЙ ГОВНЮК (22:19) Контакту присвоено название «говнюк». говнюк: чё. (22:20) ацуши: хуй через плечо. (22:21) говнюк: с этого момента поподробнее. (22:23)
