Настоящая фотография

-О, какие люди! Я думал, ты уже давно сдох где-то за гаражом, - насмешливо сказал Даня, идя на встречу. «И откуда ты здесь только взялся?» - подумал про себя Сергей. Что этот мажор забыл в таком районе, да ещё и между гаражами? Но в слух он сказал: -А я думал ты отравился каким-нибудь дорогим вином из Грузии. -Хаха, хорошая попытка, Татищев! - издевательски протянул Московский, -Впрочем, тебе о таком и мечтать не приходилось. -Я не пью. -Конечно не пьёшь. На алкоголь у вас же денег нету. Только на какую-то дрянь, что в ларьках продают. И как ты ещё жив? -Хочешь, чтоб я сдох? - с насмешкой спросил Серый, - Не дождёшься. Он развернулся и пошёл прочь. Но Московский не собирался его просто так оставлять. -Эй, куда пошёл? -Отъебись! -Что, стыдно стоять с таким как я? Это мне должно быть стыдно стоять с таким как ты. -Да что ты. И чем же я тебе так насолил? -Противно смотреть, как тебе подобные портят нашу страну своим видом, - злостно проговорила Даня. Сергей остановился. Не оборачиваясь он сказал: -А кто же в этом виноват, позволь спросить? -Никто. Просто кому-то повезло жить в чистых и красивых городах, а кому-то нет… Для них вообще большая удача, что они живут. -Замолчи ты… Тут Серёжа сильно закашлялся. Опёрся рукой о стену дома, сплёвывая мокроту на землю. Крови не было, но смотрелось жалко. Даня самодовольно наблюдал за этой картиной. -Чё, скоро последние органы выхаркаешь? -Заткнись! -Хотя, чё я удивляюсь? - Московский рассмеялся, - Да вид у всей вашей семейки так и кричит «Завтра мы сдохнем!» Тут Татищев не выдержал. Развернулся и схватил наглого мажора за шиворот. -Не смей так говорить про мою семью! - прохрипел он. -О, какие мы смелые, - Даня всё ещё ехидно улыбался, но его глаза выдавали испуг, - Смотри, пиджак мне не порви. Он стоит дороже, чем вся твоя хата. -Да мне похуй! Если ты ещё раз что-нибудь вякнешь про мою семью… -А что мне будет? Ты меня побьёшь? Да мой отец всю вашу Челябинскую область к херам разнесёт, только тронь! Ну что, уже не такой уверенный? Магнитогорск отвёл взгляд, отпустил ворот Московского и пошёл прочь, убрав руки в карманы. Химки издевательски расхохотался: -Как же легко вас напугать! Перед моим отцом все на цыпочках стоите, лишь бы профинансировал вам! -Никто перед твоим отцом не заискивает! - злостно ответил Серёжа. -А то я не знаю! Вам лишь бы деньги подавай! Слушай, Татищев, а я бы посмотрел как ты на цыпочках стоишь! Химки снова рассмеялся, а Магнитогорск ускорил шаг. Нужно побыстрее свалить от этого московского выродка, а то он никогда не отстанет. А он и не собирался, а все продолжал его преследовать, лучезарно и нахально улыбаясь. -Не надоело за мной идти? Отъебись, без тебя тошно! Причём в прямом смысле. Серёжа себя сегодня действительно чувствовал не важно. И выглядел не важно. В последнее время выбросы в их области участились, и теперь даже у Снежинска проглядываются еле заметные круги. Магнитогорск не хотел признавать, что у него тоже проблемы со здоровьем, как и у отца. Поэтому никогда ничего из лекарств не принимал, только сладкие витамины, что у Кати заимствовал. -Тошно ему! Смотри, не блевани прямо здесь, хаха! Гадости, что произносил Московский уже отдавались со звоном в голове. Серый стал по немного замедлять шаг. Уже жалел, что сорвался на него, ведь после резкого поворота назад начала кружится голова. Не то чтобы он не занимался спортом. Бегал, прыгал, играл в хоккей, иногда в футбол. И всё было нормально. Отец всё время предупреждал его, мол, завязывал бы ты шляться под вечер далеко от дома. Сознание потеряешь, не найдём. И Катя говорила. Сергей их не слушал, но теперь жалел об этом, ведь они оказались правы. Плохая экология не щадит никого из них. -Чё-то ты замедлился, страдалец. Небось, кости уже ломит? -Я младше тебя. -Ой, да я не про это. У вас там на Урале всё так изрыто этими шахтами, наверное язвы пооткрывались у всех. Магнитогорск усмехнулся. Вроде сын столицы, а совсем не соображает, где что добывается. И тут же ухмылка сменилась гримасой, которая появляется перед новым приступом. Хорошо, что Химки этого не видел. -Московский, отъебись последний раз прошу, - прошептал он, прикрывая рот. -Уже просишь? Может ещё на колени упадёшь? - смеялся он, продолжая идти. -Ты не понял? От-ва… Тут он уже не выдержал. Залился в приступе кашля, упав на колени. «Сука!» Голова кружилась, хотелось орать матом, но не получалось. «Упасть в обморок перед Московским… Ещё чего не хватало, блять…» - подумал он, прежде чем совсем повалиться на землю. Даня сначала смотрел на это с гадкой ухмылкой, но, увидев, что Сергей упал, поменялся в лице. -Эй, ты чё? Он подошёл ближе, присел, повернув лицо того к себе. Вроде дышит, но чего он вдруг упал? -Татищев, ты охуел? Вставай давай! - проговорил Московский, тряся того за плечо. Даня никогда прежде не видел обмороков, только в фильмах. Потому что стоит одному из Московского выводка чуть-чуть засопливить, тот сразу же вызывал на дом лучшего врача, а сам ехал на работу, устраивать совещания. И с чем-то подобным никто из детей ни разу не сталкивался. Поэтому Химки, поняв, что не знает, что делать, запаниковал. Но быстро взял себя в руки, как учил отец. Он стал думать, что делать с ним. Вокруг никого не было, и попросить помощи он не сможет. В скорую ему звонить не хотелось, а бросить Сергея лежать тут не в самое тёплое время года даже для Московского слишком. Поэтому он поднял его, перекинув одну руку через плечо. «Еба…, какой ты тяжёлый! Я думал, ты ничего не весишь», - думал Химки, тащась по улице и таща с собой Магнитогорск. Он иногда останавливался передохнуть, придерживая парня второй рукой. Через какое-то они вышли к дороге. Совсем недалеко была остановка со скамьёй. Московский потянулся туда. Усадил на неё Татищева, аккуратно, чтоб тот не упал, прислонил к стенке, и сел сам, отдышаться после пути. Вот солнце садилось за высокие дома, небо синело, стал поддувать ветерок. Даня застегнул Сергею куртку, вынув из внутреннего кармана телефон. «И как он с этим ходит?» - брезгливо подумал Химки, рассматривая дешёвый мобильник. Но достал он его не поэтому. Даня не очень хорошо знал этот район, только недавно стал сюда приходить, поэтому решил найти адрес в его телефоне. Он, к счастью, оказался незаблокированым. Адреса Химки пока не нашёл да и не искал. Залип на фотографии, которых, на удивление, у Магнитогорска было много. Вот он с сестрой играет в приставку, вот с отцом тоже. Здесь он делает селфи на фоне танка, Т-34 вроде. А тут он с каким-то другом, с Енисейским Никитой вроде. Там кто-то ещё есть. Они где-то на крыше, фоткаются с чёрным ночным небом. Тут он гуляет с сестрой зимой, а тут сфоткал какой-то синяк на лице. «Кто это его так?» - невольно подумал Московский. Дальше было множество каких-то семейных фоток. Он, сестра, отец, и ещё друг отца, Екатеринбург, вроде. А также снимки каких-то простых, но интересных вещей. Или бумажек, отчётов. Даню все больше интересовала жизнь этого простого паренька. Почти на всех фотографиях он был живой. Даже если не улыбался, его взгляд выдавал хорошее настроение. Было тут и такое: Сергей, с синяками больше обычного, стоит на фоне серой стены с огромной надписью «Хочу сдохнуть, на радость всем олигархам. Поставьте на моей могиле все наши ёбанные танки!» «Ишь, че удумал, сдохнет он!» - снова подумал Химки, и сам же удивился этому. Но Сергей и тут улыбался. Выглядел немного жутко, но улыбался. Но даже такое Московскому понравилось. Ведь у Дани не было таких фоток. Да, они всегда фотографировались с каким-нибудь шикарным фоном, красивым фильтром. В ресторанах, театрах, с дорогими машинами. Но это все было не настоящим. Он выкладывал их в сеть просто чтобы похвастаться. Но, оказывается, нечем. Он не был счастлив на этих фотографиях. Он улыбался, но натянуто, как артист, получающий Оскар, но которого задолбали эти съемки и награды. Голливудская улыбка Московского ни шла ни в какое сравнение с настоящей улыбкой Татищева. Пусть он даже и мрачен, но настоящий. И эти фотографии самое прекрасное, что видел Данила. Вдоволь насмотревшись, он повернулся к Серёже. Тот спал, черты лица были более сглаженными, умиротворенными. Даня открыл камеру и сфоткал его пару раз. Пусть будет. Это тоже всё настоящее. И тот никогда не узнает, что это сделал он, Московский. Тут он вспомнил про адрес и принялся его искать. Но ничего не мог найти, так как никогда в жизни не пользовался таким телефоном. И тут он почти отчаялся, как в голову пришла гениальная мысль. Он зашёл в Контакты, отыскал телефон его отца и написал смс. Писал не от лица Сергея, а от лица его какого-то знакомого. Написал, чтобы забрали его и приписал место. Дома от сюда были далековато и разглядеть номер было нельзя, поэтому Даня посмотрел координаты на своём телефоне. Отправив сообщение, он положил телефон обратно в карман. Снова взглянул на него. Спит и ничего не слышит, такой спокойный. Интересно, он такой только во сне? Посидев ещё две минуты, Даня встал и ушёл туда, где они встретились. Только он не стал вызывать такси, а дошёл до метро и поехал на нём. Что-то кололо его в сердце. В тоннеле он перелистывал свою фотоплёнку. Ни капли живости, ни капли настоящего… Сергей проснулся уже у себя дома, на диване в гостиной. Огляделся. Время десять часов утра. А вчера было сколько? И что он вообще тут делает? -Ой, Серёжа проснулся! - послышалось со стороны. Это Катя зашла в комнату и увидела брата. Она подбежала к нему, обняв, повисла на нём. Магнитогорск улыбнулся. -Привет, Катюх. -Ну и напугал же ты нас, - в комнату зашёл Челябинск. Он смотрел на сына немного осуждающе, но с явной радостью и облегчением. -Я… А что вообще произошло? Как я здесь очутился? -Это какой-то твой знакомый с твоего телефона мне написал и координаты скинул. Я сразу же сорвался поехал за тобой, - рассказал Юра и добавил, -Я же тебе говорил не гулять поздно, Серёг. -Да, да, извини. А где ты меня нашёл? -На остановке где-то. Ну, в том районе, где ты обычно шастаешь. -На остановке? -Ну да. Слушай, а что да знакомый это? -В смысле? -Ну, тот что мне написал. Серёга стал вспоминать. В памяти всплыл Московский, его голос, ухмылка, насмешки. Но, неужели это он его дотащил до остановки и набрал отцу? Это вряд ли, ведь он гад, и обязательно бросил бы его. Но больше некому, у него не так много знакомых, что могли оказаться поблизости. Значит, это всё-таки он? Челябинск и Снежинск смотрели на него с ожиданием. -Ну так и кто это был? - спросила Катя. -Да так… Товарищ один. Вряд ли вы его знаете. -Поясни. -Да он нормальный, не подумай ничего,- Магнитогорск неловко почесал в затылке, -Норм всё. -Да? Ну, смотри мне, - строго произнёс Татищев старший и уже с улыбкой добавил, -Пошли, страдалец, завтракать. Голодный ведь? -Да, да, Серёж, пошли кушать! -Идите, я догоню, - сказал Серый, ища что-то в телефоне. -Хорошо. И да, он просил там передать, что ты не сдохнешь. -В смысле? -Ну, я не знаю, - пожал плечами Юрий, - Ладно, Катюш, пошли, он подойдёт. Отец с сестрой вышли, а парень нашёл в телефоне фотографию себя, где он спит на остановке. И сообщение, отправленное с его телефона. Вряд ли это был Химки. Но почему-то Магнитогорску хотелось в это верить. Странно, забавно, но хотелось. «Уважаемый Юрий Иванович. Я знакомый вашего сына, Сергея. Возможно вы меня и знаете, но сейчас это не важно. Сейчас с ним произошло что-то неладное, он потерял сознание. Но вы не волнуйтесь, с ним все нормально. Он сейчас находится вот по этим координатам *******. Приезжайте, заберите, а то замёрзнет. Только побыстрее. Меня вы скорее всего не встретите, да и не стоит. И передайте ему, что он не сдохнет.»