Мой Цветочек

      Ханна:       Достав из сумки складной ножик и став в соответствующую позу, накинулась на блондина. Тот ловко увернувшись в сторону, все еще держа за руку мою сестру, подставил Майю под нож. Все происходило так быстро, я не успела среагировать, я вложила всю силу, чтобы разбежаться и навсегда стереть источник проблем сестры. Но не ее!       Вот нож проходит в ее плоть, протыкая нежную кожу.       — Кхе.!       — Дура, что ты наделала?! Мой Цветочек умрет! — взявшись за голову, Армин накричал так, что стало очень страшно. Сердце бешено колотилось. Подсказывало, что это конец! Посмотрев на меня безумными глазами, Армин стал приближаться ко мне. При этом нагнулся к Майе, что упала на землю, корчась от боли.       — Не вынимай нож!.. Пожалуйста — пискнула и даже не узнала свой голос. Почему он прозвучал так жалко? Кажется, голубоглазый послушал, убрал руку с ножа и прошептал что-то Майе.       — Раз не хочешь закончить все быстро, будет долго и больно.       Приняв боевую позу, собиралась защищаться, но тут до меня дошло то, что Армин тоже был на практике по самообороне, а еще в силу возраста, значит он был опытней меня и победит в два счета!       — Беги же Ханна…! — ерзая, сестра, по-видимому, пыталась подобраться к Армину.        «Лучше бы ты лежала, сестренка. Что я наделала, сестра может умереть если ей сейчас не оказать помощь. Умереть… А может… это и будет ее спасение?»       Встрехнув головой, чтобы отогнать ненужные мысли, встретилась со старой плиткой. Удар пришелся по носу. Волосы больно стискивала его рука, а там сзади приглушенно кричала сестра, давясь кровью. На плитке красное пятно, из собиравшихся капель красной жидкости, становилось все больше. К глазам подошли и слезы, мешавшие четко видеть.       «О, Судьба, зачем ты так? Почему именно сегодня в городе так шумно? Никто не слышит нас, никто не заглянет в этот переулок и не поможет нам. Почему? Почему?.. Почему из-за Майи я должна страдать?!.. Нет! Я ее люблю… но почему же сейчас мне не хочется ее пожалеть, защитить? Потому что мне больно? Потому что в это время… на первом месте у человека находится он сам? Конечно же большинство хотят спасти сначала свою шкуру!»       Оторвавшись от размышлений, почувствовала что теряю сознание. Начав щитать, стала убираться из этого места, заметив, что алая плитка уже разбита. Сколько ударов об нее он сделал, пока я была в раздумьях?       «Пять, шесть…»       Он снова идет за мной, но тут слышно хриплый голос Майи.       — Помоги мне, Армин. Помоги!       Вздрогнув, будто вспомнил о своей ненаглядной, которая лежит с ранением, подлетел к ней:       — Прости, прости, Цветочек! Я сейчас, я уже! — он развал на себе рубашку, чтобы остановить кровотечение, но а я не теряла ни минуты и побежала прочь.        Нос очень болел, было невыносимо.       — П-помогите, там человека ранили! — прокричала, что есть мочи. Некоторые люди обернулись, а значит им было не наплевать на умирающего незнакомца — Там! — указывая в сторону где все происходило, я поспешила. Я уже знала где и как будет проходить мой последний день…

***

      Майя:       Все было, как в тумане. Опять эти неприятные ощущения. Голова болела, а где-то в области живота все горело, щипало, будто сняли кожу и задевали органы горячим металлом. Ладно, возможно преувеличиваю, боль была вполне терпимой. Осмотрев комнату в которой лежала, подумала, что это Армин привез меня в новое место, в наш новый дом. От этой мысли скривилась. Если он сейчас придет и увидит меня с открытыми глазами, начнет задавать вопросы, почему я сбежала, к какому исходу это привело. К слову о исходе, кто меня все же спас. Помню Армина, который перевязывал мне живот, а потом каких-то людей, они подняли его и увели.       А Ханна?.. Где Ханна?

***

      Ханна:       До сих пор помню вчерашний день. Как этими руками я держала нож. С моим носом все плохо, на нем столько бинтов. И как я еще успела добежать до ближайшей больницы? Сейчас я на стене, чищу пушки. Так как из-за моего состояния меня не допустили к занятиям. Впрочем я сейчас не готова, чтобы на меня глазели, а потом еще спрашивали, что со мной случилось.        Сегодня было как-то поршивинько, гнусно, уныло. Но вот солнце, что почти садилось, светило так ярко, привлекательно, как светились глаза сестры, когда наконец-то мы с мамой испекли ее любимый яблочный пирог. Как же солне манило…       Я этого не хотела… но твердо решила, обязательно исполню!       Отбросив тряпку в ведро с водой, поднялась, чуть разминая затекшие коленки. Подойдя к краю стены, не смотря вниз, еще раз взглянула на солне, сразу прищурившись от яркого света. Я заговорила с ним, представляя Майю:       — Прости меня, сетренка. Я не знаю жива ли ты, но прости. Я надеюсь, что тебя спасли и ты прочитаешь письмо, которое я отправила на имя бабушки Зуззаны. Я думаю, ты поняла, что я не хотела ранить тебя, но если все же тебя больше нет, то я не могу себе это простить… Я не знаю стоит ли нам видеться, не опасно ли это. По-моему, сама Судьба решила так, что нам вдвоем лучше не быть. О, Судьба, зачем ты подослала к нам этого мальчика? Прости Майя — вытерев слезы с щек, сделал шаг в пустоту.       Падая, заметила двух титанов. Но я не хотела умирать в их желудках, нет! НЕТ! НЕТ!              Титан, что был выше другого, первым поймал девочку, стиснув пальцы на ее теле. Приближая ручищу к слюнявому рту, Ханна задергалась, просила их остановиться, но они все равно не понимают. Где-то свеху уже собрались люди, которые тоже чистили пушки, у них не было с собой УПМ, они не могли помочь. Короткий титан схватил ее ногу, болтыхающуюся в воздухе и оторвал. Раздался душераздирающий крик, который быстро был прерван, ведь титан уже положил ее голову между рядами своих зубов.       Разве она заслужила такой мучительной смерти?       

***

      Идти мне было не к кому, оставалась только Зуззана. Кажется, она была рада меня видеть. Вечером она вспомнила про письмо и отдала его мне. Оно было написано для меня, но отправлено Зуззане. Распечатав, начала читать вслух. К концу мы просто рыдали. Как такое может быть? Сестра так пострадала из-за меня, а теперь она еще и оборвала жизнь. Нам, но особенно мне, было ее очень жаль. Сердце разрывалось, казалось, я не смогу этого выдержать. Но раз Ханна пожертвовала собой ради меня, то я справлюсь!              С тех пор я не забывала сестру, вспоминала только хорошие моменты с ней, но эти моменты скоро должны были закончиться… Армин не объявлялся, чему я очень рада. Но точно ли он больше не придет.       Пока можно жить спокойно.