Perfect picture

      Холод.       Ранбу чувствует, как тепло покидает его.       Ранбу чувствует, как его лиловая кровь покидает его тело вместе с жизненными силами.       Ранбу чувствует, как погружается во тьму.       …       — Хей! Ты же не решил здесь спать, да? — прозвучал такой знакомый голос над его головой.       Ранбу открыл глаза и встретился взглядом с нависшим над ним парнем. Огромный шрам на пол лица, широкая улыбка, скрещенные на груди руки.       Ранбу везде узнает эти силуэт и лицо.       — Таббо?.. — спросил эндермен. Он не верил. Это неправильно.       Ранбу мертв. Таббо жив.       — Что ты смотришь на меня так, как будто призрака увидел? — сказал с улыбкой гибрид. Под его ногами захрустел снег. Эндермен только сейчас заметил, что лежит в снегу в одной рубашке и брюках. — Поднимайся давай! А то простудишься! — продолжил Таббо, схватив Ранбу за руку. Теплая.       Он с силой потянул парня вверх, в итоге подняв того на ноги. Ранбу заметил кое-что странное.       — Таббо, где твои рога? — и все померкло.

…

      — Просыпайся, — проговорил кто-то над его ухом и слегка потряс его за плечи. Разноцветные глаза медленно открылись. — Уже утро. Завтрак готов.       Ранбу увидел перед собой мягко улыбавшегося Таббо. Тот стоял, немного наклонившись, в одной пижаме: белая футболка и зеленые штаны. На одном из рогов уже было кольцо.       — Да, я встаю, — эндермен слегка улыбнулся в ответ. Они всегда будили друг друга по утрам после того, как приготовили завтрак, а в доме всегда было тепло.       Осталось только разбудить Майкла.       — Пойдем к Майклу?..       Перед тем, как все вновь погрузилось во тьму, Ранбу увидел остекленевшие глаза своего супруга.

…

      Они были на улице, в теплых куртках и рубили дрова для камина. Готовые уже закончились, но лес был недалеко. Так что, оставив Майкла в его комнате, они оделись и вышли. Но что-то было не так.       Ранбу заметил это еще за завтраком. В воздухе стояли немой вопрос, некоторая недоговоренность, которые душили парня. Но он не мог озвучить свой интерес в голос, не дома, не рядом с Майклом. Но теперь, когда он и Таббо одни, он может задать этот странный вопрос и, возможно, получить ответ.       Они дошли до опушки леса, до невысокой ели, и Таббо достал свой топор. Ранбу начал нервничать сильнее.       Он попытался взять блок земли, как обычно он делал, но блок выпал совсем не тот, без зеленой травы.       Земля под его ногами пропала, и Ранбу начал падать.

…

      Что-то не так. Каждый раз, когда он смотрит на своего мужа, он видит какое-то несоответствие. Каждый раз, когда он смотрит на своего сына, он видит какое-то несоответствие. Каждый раз, когда он смотрит на себя в зеркало, он видит какое-то несоответствие.       Ему нужно с кем-то поговорить об этом. Ему нужно поделиться этим с кем-то.       Так что он решил посетить снежный биом.       Но мира за стеной не было.

…

      Когда он переодевался, он не нашел огромного шрама на своей спине.       Он не нашел контакт Техно в своем коммуникаторе. Как и все другие.       Он не слышал ничего о Томми в последнее время.       Когда он рассказал об этом Таббо, глаза того остекленели, как будто он кукла.

…

      Ранбу не находит рыб в океане у их дома, когда он гулял с Томми и Таббо. Что-то подсказало ему не упоминать об этом. В разговоре с друзьями.       Поэтому он решил записать свои мысли на бумаге, в своем новом дневнике. На том языке, который никто из его близких не поймет.       Он написал о различиях, которые он находил каждый день. О чувстве отчуждения каждый раз, когда он смотрел на свою семью, на пейзаж за окном, на себя. О пересекающем его грудь шраме, который он не помнит, как получил. О том, как не мог найти свой старый дневник, который никогда не выпускал из своих рук.       У него началась бессонница.       Он чувствовал, как теряет что-то. Как упускает что-то важное. Как его душа постепенно ломалась на мелкие кусочки, и каждый раз, когда он просыпался, кусочков становилось все меньше.       Он почти забыл эти записи в своей книге. Он почти забыл, где находится туннель. Он почти забыл, как зовут его сына. Он почти забыл, что он за гибрид.       Поэтому он не сразу отреагировал, когда пошел снег.       Это была очередная бессонная ночь, и он вышел пройтись по мосту, пока его семья мирно посапывала в своих кроватях.       Он не может больше смотреть на них с любовью.       Дойдя до края моста, он встал. Он смотрел далеко, где находится вода. Он смотрел, как в воздухе танцевали снежинки, приземляясь или на землю, или на его волосы и щеки.       Он не испытывал боли. Старых шрамов не было. Они пропали еще семь месяцев назад.       Он поднял голову вверх взглянуть на ночное небо. А затем опустил взгляд на воду.       У его отражения были шрамы на щеках. У его отражения была лиловая кровь на груди и подбородке. У его отражения была одежда, которую он никогда не видел. У его отражения был злой взгляд.       — Прыгай, — сказало отражение. — Прыгай, если хочешь вернуться назад.       Ранбу без колебаний прыгнул и почувствовал, как вода щиплет его кожу.

…

      Ранбу проснулся в их с Таббо спальне, один. В доме стояла тишина.       Первое, что бросилось в глаза, было зеркало. Парень подошел к нему и отшатнулся. В его коротких волосах, почти белых, была лишь одна черная прядь.       «Белые волосы — знак воскрешения», — вспомнил он. Он вышел на улицу, не беспокоясь о своем внешнем виде.       В Сноучестере никого не было. Он был один.       Ранбу почувствовал облегчение.