Sometimes Healers Need Healing Too/Иногда целителям тоже нужно исцеление

      Ужин в зале Эдораса был оживленным и веселым, тарелки были полны изысканных блюд, а вина было в избытке. Однако Эомер не мог сосредоточиться на еде, и постоянно поглядывал на гостя.       — Не то чтобы я возражал против твоего визита, Арагорн, — наконец сказал он, — но ты еще не поведал мне истинную причину своего прибытия.       Король Элессар оторвался от еды и встретился с ним взглядом.       — Разве нужна причина, чтобы навестить хорошего друга, Эомер?       Король Рохана засмеялся.       — На собственной шкуре я понял, что король не часто может это делать. Как бы я ни хотел путешествовать, когда захочу и навещать своих родных за границей, мне трудно оставить свои обязанности. И я всегда придумываю хороший повод, чтобы успокоить свою совесть. Так какую причину ты придумал на этот раз, мой друг?       — Честно говоря, я надеялся увидеть здесь Гимли.       — Я знал, что ты не решил просто навестить хорошего друга! — воскликнул Эомер, заметив, что Арагорн виновато опустил взгляд, ухмыльнулся. — Не волнуйся, — продолжил король Рохана. — Лорд Гимли был проинформирован о твоем прибытии, и он будет в Эдорасе к завтрашнему утру.       Арагорн с облегчением вздохнул. Он вспомнил письмо гнома, и его снова охватило беспокойство. Сообщение было коротким и по существу.       «Нам нужно поговорить.

Гимли»

      Хотя Арагорн не был очень удивлен. Гимли не любил болтать попусту, и часто говорил только то, что нужно было сказать, пропуская все ненужные формальности. Это письмо, однако, сильно его обеспокоило. Он чувствовал, что дело было очень срочным. Он не беспокоился бы так сильно, если бы знал, что Гимли хотел ему сказать. А так ему оставалось только предполагать худшее.

***

      На следующий день вскоре после завтрака было объявлено о прибытии Повелителя Сверкающих пещер. Арагорн подавил желание выбежать из комнаты и поскорее встретиться с Гимли. Но он взял себя в руки, чтобы соответствовать своему статусу. Вскоре дверь открылась, и гном вошел в зал.       — Добро пожаловать, лорд Гимли, — с улыбкой поприветствовал его Эомер. — Как ваши дела? В Сверкающих пещерах все хорошо?       — Хорошо, хорошо, — нетерпеливо ответил Гимли. — Все хорошо, и многие из моих родственников уже перебрались в пещеры, хотя некоторые все еще живут в Эреборе. Но я здесь не для того чтобы рассказывать последние новости. Я пришел сюда, чтобы поговорить с парнем, — сказал он и махнул рукой в сторону Арагорна.       Некоторые из воинов Гондора, что сопровождали своего короля в Рохан, подняли брови и потрясенно переглянулись. Потом посмотрели на своего сюзерена, явно ожидая, что гном будет наказан за такую наглость. Вместо этого Арагорн рассмеялся.       — Я тоже рад видеть тебя, мой друг, но ты же не хочешь проявить невежливость по отношению к нашему хозяину, — сказал он и кивнул на Эомера.       Король Рохана только улыбнулся.       — О, не стоит, Арагорн, я нисколько не обижен. На самом деле, я считаю, что вам и Гимли стоит поговорить. — Он посмотрел в глаза гнома, и на мгновение Арагорну показалось, что между ними произошел молчаливый разговор. Он в замешательстве нахмурился, но решил подумать об этом позже.       — Пойдем, — Гимли схватил Арагорна за руку и вытащил из зала. Они вошли в соседнюю комнату, и король Гондора повернулся к другу.       — Что случилось, Гимли? — спросил он, не в силах сдержать беспокойство.       — Это эльф, — тихо пробормотал Гимли.       Арагорн кивнул и позволил гному продолжить. Ему самому было что сказать об эльфе, но он решил сначала дать выговориться другу.       — Помнишь, два месяца назад Эомер посетил тебя в Минас Тирите? — Арагорн снова кивнул, и Гимли продолжил. — Я ехал с ним, пока он не достиг границ Гондора. Однако я не пошел в Минас Тирит, а вместо этого продолжил путь в Итилиэн. Вот почему мы тогда не встретились.       Арагорн не удивился, он знал, что Гимли сначала хотел бы увидеть Леголаса.       — Я помню, — сказал он. — Но что случилось? Почему ты хотел поговорить со мной?       — Что случилось? — воскликнул Гимли. — Что случилось?! Я скажу тебе, что случилось! — гном посмотрел на человека, который, казалось, слегка удивился его внезапной вспышкой гнева, и продолжил более мягким голосом. — Его смех уже не тот, Арагорн! Его глаза не светятся так, как раньше! Он говорит с тобой, а затем его взгляд становится пустым, и он смотрит на запад, как будто видит то, что может увидеть только он. И так происходит после того, как он услышал этих проклятых чаек! Он страдает, умирает внутри! Мы должны ему помочь!       Арагорн сел на диван и склонил голову. Ему не нужно было спрашивать о каком эльфе говорит Гимли.       — Я знаю, о чем ты говоришь, Гимли, потому что я видел это много раз. Я хочу помочь ему, ты даже не представляешь насколько! Я даже сказал ему, что он должен уступить зову моря и уплыть. Мне было бы больно смотреть, как он уходит, но если это сделает его счастливым, я отпущу его. И все же он отказывается. Он полон решимости оставаться здесь, пока я жив. Но боюсь, что он больше никогда не испытает истинной радости. Я не знаю, что делать, Гимли! — он закрыл лицо руками и тяжело вздохнул. Арагорн столько времени беспокоился о Леголасе, и теперь ему наконец-то было с кем поговорить. Но он сомневался, что пустые разговоры помогут эльфу.       — Возможно, есть способ помочь ему почувствовать себя лучше, — с надеждой сказал Гимли.       Арагорн медленно покачал головой.       — Нет, Гимли. Я не знаю как объяснить тебе тоску по морю, сомневаюсь, что и я сам это понимаю. Но я знаю, что это нельзя исцелить. Это похоже на старую рану, как бы много сезонов не проходило, она всегда будет болеть.       — Но и старую рану можно вылечить, — сказал гном. — Конечно она никогда не излечится, но если часто наносить на нее лечебную мазь, травы и успокаивающие бальзамы, то она не будет болеть так сильно. Возможно, боль даже может полностью исчезнуть на несколько часов.       — О какой мази ты говоришь? — спросил Арагорн, внезапно заинтересовавшись. — Что мы можем сделать, чтобы уменьшить его боль?       — Нам нужно напомнить ему о былых временах, — сказал Гимли. — Нам нужно вытащить его из дома на время и отвлечь от обязанностей. Отведем его в любимые леса, заставим снова слушать птиц и деревья! Пусть он вспомнит песню леса и забудет песню моря! Давай снова станем тремя охотниками!       — Ты прав, Гимли! — сказал Арагорн с энтузиазмом. — Это может ему помочь! По крайней мере, мы должны попробовать.       — Мы попробуем! — закричал гном. — Давай отправимся в Итилиэн как можно скорее. Ты сможешь покинуть Минас Тирит на несколько дней?       — Да. Я немедленно отправлю сообщение Фарамиру. Но скажи мне, Гимли, ты сказал, что последний раз видел Леголаса два месяца назад. Почему ты посылаешь за мной только сейчас?       — Я просто пытался придумать лучший способ помочь Леголасу. Эта идея пришла ко мне всего несколько дней назад.       Арагорн вдруг подозрительно нахмурился. Гном немного поколебался, прежде чем ответить, и в его голосе было что-то такое, от чего король людей заподозрил, что Гимли что-то скрывает. Но сейчас у него не было времени думать об этом.

***

      Как ни странно, Эомер не выглядел разочарованным тем, что Арагорн собирался уезжать так скоро. Король Гондора даже заподозрил, что Эомер хотел, чтобы он поскорее ушел.       Когда они уезжали, король Рохана и Гимли обменялись долгими взглядами и таинственными ухмылками. Арагорн внимательно наблюдал за ними. Он был уверен, что эти двое что-то задумали, и скрывали это от него.       Путешествие проходило быстро, так как Гимли неожиданно согласился ехать на лошади вместе с Арагорном. И что еще более удивительно, воины быстро согласились отпустить короля одного. И в Рохане и в Гондоре было безопасно путешествовать, поэтому они не особо беспокоились.       После долгой и утомительной поездки, особенно для Гимли, они наконец достигли прекрасных лесов Итилиэна. Несколько эльфов заметили их и отправили сообщение Леголасу, пока человек и гном остановились для отдыха.       В лесу царила безмятежность, и тишину нарушали только веселые голоса множества маленьких птичек и радостный шелест близлежащего ручья. Однако вскоре безмятежность была нарушена криком чистого восторга, и златовласый эльф спрыгнул со своего коня и побежал к друзьям.       — Что привело вас сюда, друзья мои? — спросил эльф, сердечно обняв каждого в знак приветствия. — Я не ожидал вас увидеть.       Путешествие до Рохана было долгим, особенно для того, кто не любил верховую езду так же сильно, как Гимли. Поэтому гном навещал его нечасто. Арагорн тоже был редким гостем. Король серьезно относился к своим обязанностям и редко покидал Минас Тирит. К сожалению, после того, как он был коронован, Арагорн ни разу не покидал Белый город больше чем на сутки, за исключением случаев, когда ему приходилось уезжать с дипломатической миссией за границу. Это был новый опыт для бывшего рейнджера, и Леголас был удивлен, насколько его друг хорошо справлялся с новой жизнью.       И с тех пор как Война Кольца закончилась, Леголас не видел Арагорна и Гимли вместе. Это был первый раз, когда они оба одновременно приехали к нему в гости, и он был этому безмерно рад. Он только надеялся, что они пришли, потому что оба решили отдохнуть от своих обязанностей, а не потому, что что-то случилось. Однако встревоженный вздох Арагорна на его вопрос быстро развеял все его надежды.       Человек и гном переглянулись. Они оба видели, что в голосе их друга была радость, в его глазах были искра жизни, и все же чего-то не хватало. Особенная нотка в его голосе, которая раньше была, теперь исчезла, мерцание в его глазах, которое появлялось каждый раз, когда эльф был счастлив, не вернулась после Пеларгира. Да, чего-то не хватало, но они были полны решимости вернуть это.       — Боюсь, мы приехали по серьезной причине, — сказал Арагорн, и Леголас сразу же стал серьезным.       — Что случилось?       Король людей вздохнул и опустил взгляд.       — Я кое-что потерял, — сказал он. — Кое-что очень важное для меня. То, за что я отдал бы свою жизнь. — Он заметил, что Леголас открыл рот, чтобы задать вопрос, и поднял руку, чтобы остановить его. — Мне очень жаль, друг мой, но я пока не могу сказать тебе, что это такое, иначе никогда не получу это обратно. Я только могу сказать тебе, что мы с Гимли решили это найти, но мне нужна твоя помощь. Я никогда не верну это, если ты не поедешь с нами.       Эльф в замешательстве моргнул. Все это было загадочно. Что мог потерять Арагорн такого важного, чего не мог вернуть без его помощи? И почему не может рассказать что именно он потерял? Знал ли Гимли, что они искали, или гному было все равно? Беспокойство разъедало его сердце. Что потерял его друг?       — Это… — начал он спрашивать, но дыхание перехватило от страха. — Валар! Арвен похитили?       — Нет, Леголас, это не Арвен. Но это не менее важно, — сказал Арагорн. — Но, как я уже сказал, пока не могу сказать тебе, что это такое, иначе я никогда не получу это обратно. Скоро ты все узнаешь, но до тех пор я попрошу тебя набраться терпения.       Леголас кивнул, хотя его страх и замешательство только росли. Что это за драгоценная вещь, за которую Арагорн отдал бы свою жизнь? И как они собирались это найти?       — Что я должен сделать?       — Если хочешь помочь, пойдем с нами, — сказал Арагорн. — Мы должны ехать в направлении Умбара, но мы не должны брать лошадей. Пойдем пешком.       — Конечно, я хочу вам помочь! — воскликнул Леголас, и непонимающе нахмурился. Зачем им нужно было путешествовать пешком? — Я могу уехать завтра рано утром, но сначала мне нужно кое-что уладить до отъезда.       — Хорошо, уедем завтра, — сказал Арагорн. — Я поговорю с Фарамиром, пока мы здесь. Ему придется отправиться в Минас Тирит и остаться там, пока меня не будет.       Гимли подошел к эльфу и похлопал его по руке.       — Не волнуйся, дружище, все не так плохо, как кажется. Мы вернем то, что потеряно.       Леголас нахмурился. Гимли знал, что они искали? Был ли он единственным, кого держали в неведении? И почему они ехали в Умбар? Пираты что-то украли? Однако он знал, что не сможет разгадать тайну без дополнительной информации, и решил отложить свои размышления на потом. Чем раньше они отправятся в это путешествие, тем скорее вернут этот потерянный объект.

***

      На следующее утро они отправились из Итилиэна, Фарамир и Эовин пришли попрощаться с ними. Наместник и его жена отправятся в Минас Тирит вскоре после их отъезда. На короткую секунду наместник и король встретились взглядами, и Леголас готов был поклясться, что Фарамир таинственно ухмыльнулся. Что происходит? Если Арагорн потерял что-то столь важное, почему никто не выглядел обеспокоенным?       Вздохнув, эльф отказался от попыток разгадать тайну и последовал за своими друзьями в лес. Первые несколько часов он был напряженным и задумчивым, пытаясь понять, что происходит. Однако вскоре веселые шутки друзей убедили его в том, что бы ни случилось, ситуация не так ужасна, как он думал вначале, и он присоединился к беззаботным разговорам.       Как же хорошо было вместе с его друзьями! И было так хорошо снова быть тремя путешественниками, а не королем Гондора и Арнора, повелителем Сверкающих пещер и лордом Итилиэна, а просто человеком, гномом и эльфом. Все как было раньше, до того как он услышал крик чаек.       Море все изменило, лишило его всякой радости, которую он мог испытывать в Средиземье. И он знал, что проблема не в том, что Арагорн теперь король, или что Гимли проживал в Рохане, или что у него самого были обязанности в Итилиэне. Настоящая проблема заключалась в том, что он стал другим. Птички в прекрасном лесу продолжали петь, деревья продолжали шелестеть листьями, нашептывая ему мягкие слова утешения, но он больше не слышал их песен. Он слышал только оглушительный рев далеких волн и роковой крик чаек.       Леголас заметил взволнованные взгляды, которыми Гимли и Арагорн обменивались каждый раз, когда он замолкал, и его взгляд перемещался за горизонт. Он не хотел их пугать! Он хотел успокоить своих друзей, сказать им, что с ним все в порядке. Но не хотел им лгать.

***

      Шла третья ночь после того, как они покинули Итилиэн, и троица готовилась ко сну. Они все еще были в Южном Гондоре, и леса были безопасными, поэтому они не сочли нужным ставить часового. Однако примерно через час после того, как они легли спать, Арагорн внезапно поднялся со своей подстилки и пополз к Гимли, разбудив гнома.       — Веди себя тихо, Гимли, мы не хотим его будить! — настойчиво прошептал он и быстро взглянул на эльфа, чтобы убедиться, что тот все еще спит. — Нам нужно кое-что обсудить!       — Что? — гном устало зевнул и потер глаза. — И мы не можем поговорить об этом на следующее утро?       — Нет, если не хотим, чтобы Леголас услышал, — прошептал человек в ответ.       Это наконец привлекло внимание гнома, и он несколько раз моргнул, пытаясь проснуться.       — Что случилось?       — Это не работает, — грустно сказал Арагорн. — Хотя Леголас выглядит более расслабленным, чем в Итилиэне. Вчера я даже слышал, как он поет дереву, и думаю, что эта поездка с нами пошла ему на пользу. Но я не вижу того значительного улучшения, на которое мы надеялись. Пришло время для более решительных мер.       — Что ты посоветуешь? — тихо спросил Гимли, бросив быстрый взгляд на спящего эльфа.       — Нам нужно сделать что-то, что напомнит ему о былых временах. Помнишь, когда вы двое соревновались, кто убьет больше орков? Нужно сделать что-то в этом роде. Небольшое соревнование в боевых навыках улучшит его настроение.       — Вот только здесь нет орков, — указал Гимли на небольшую проблему в их плане.       — Это правда, — согласился Арагорн. — После войны я упорно трудился, чтобы прогнать этих мерзких существ, и к сожалению, мне это удалось. Шансы, что мы встретимся с орками довольно невелики.       — Ага, к сожалению, — пробормотал Гимли. — Интересный выбор слов. Но если нет орков, какое мы устроим соревнование?       — Я думаю, что любое соревнование с тобой пойдет ему на пользу, — сказал Арагорн. — Просто попробуй придумать, как ты сможешь бросить ему вызов.       — Что например? — растерянно спросил гном.       — Соревнования по бегу, — предложил Арагорн, но Гимли снисходительно фыркнул. Им нужно было что-то, что дало бы эльфу и гному равные шансы на победу. — Я полагаю, что о лазании по деревьям тоже не может быть и речи. Может быть, заплыв? Мы доберемся к озеру завтра, возможно, ты сможешь бросить ему вызов кто быстрее плавает.       — Я не собираюсь вызывать эльфа на соревнования по плаванию! Ни на соревнование по стрельбе или что-нибудь в этом роде. И почему это должен быть я? Разве ты не можешь вызвать его на бой на мечах? Твой меч против его ножей?       Арагорн покачал головой.       — Это должен быть ты. Он соревновался с тобой в прошлом, когда считал, сколько орков ты убил.       — Ну, мы сейчас ни с кем не воюем, так что я не могу этого сделать! — сердито пробормотал Гимли. — Если ты не заметил, все, что мы делали, это гуляли, охотились, готовили и ели!       Арагорн вздохнул. Гимли был прав, только этим они и занимались в течение последних трех дней. И хотя они наслаждались прогулкой вместе, эти занятия не давали особых возможностей для конкуренции. Об охоте не могло быть и речи, для эльфа каждая жизнь была драгоценна, а убийство животного без нужды было немыслимо. Они убивали только то, что им нужно было есть, и ничего больше. Хотя возможно, Гимли мог бы вызвать Леголаса на соревнование по поеданию, но Арагорн сомневался, что это будет хорошей идеей. Это оставляло только одну возможность.       — Готовка! — торжествующе объявил он.       — Что? — спросил Гимли, не успевая за мыслями друга.       — Ты вызовешь Леголаса на кулинарное соревнование, — объяснил король людей довольным тоном. — У него будет огромное желание победить и доказать тебе, что эльфы лучше готовят. И поэтому он вложит всю свою энергию в это состязание и забудет о своих нынешних проблемах, по крайней мере, на время!       — Готовка? — с сомнением спросил гном. — Думаешь, я мог бы победить его?       — Дело не в этом, Гимли, — терпеливо сказал Арагорн, подавив улыбку. — Ты будешь делать это не для победы или поражения, а для того, чтобы помочь Леголасу исцелиться.       Гном упрямо скрестил руки на груди.       — Я сделаю все, чтобы помочь этому безмозглому эльфу исцелиться, но я не собираюсь проигрывать!       Арагорн вздохнул и решил изменить стратегию.       — Но, Гимли, ты не проиграешь. Мы все знаем, что ты лучше готовишь.       Гном подозрительно взглянул на него.       — Ты действительно так думаешь, или говоришь это, чтобы заставить меня соревноваться?       — Конечно, я так думаю! — сказал Арагорн. — Я долгие годы путешествовал по Средиземью и никогда не встречал поваров лучше, чем гномы, за исключением, пожалуй, хоббитов.       Гимли обрадовался услышав это, но все еще не был убежден.       — Но если ты прав и я лучше готовлю, то Леголас никогда не согласится соревноваться со мной. Он не захочет проиграть.       — Он согласится, — убежденно заявил Арагорн. — Если он этого не сделает, то признает твою победу, даже не сопротивляясь. Это не в его природе. — Гимли все еще колебался, и Арагорн опустился перед ним на колени, положив руки на плечи. — Скажи мне, друг мой, ты хочешь помочь Леголасу?       — Конечно! — воскликнул гном. — Как ты можешь в этом сомневаться?       — Я не сомневаюсь в этом, — сказал Арагорн. — Так чего ты ждешь? Помоги ему! Ты ему нужен.       Гимли торжественно кивнул.       — Хорошо, — сказал он, и его глаза загорелись решимостью. — Но если я проиграю, это будет твоя вина.

***

      Леголас возвращался в лагерь, неся двух только что пойманных кроликов. Любопытно, что и Гимли, и Арагорн проснулись довольно поздно и выглядели так, как будто не выспались прошлой ночью. Это было странно, потому что ночь была тихой и стояла хорошая погода. Он сам спал как младенец и хорошо выспался, поэтому предложил поохотиться, пока двое друзей отдыхают.       Вернувшись, он увидел, что Арагорн уже развел небольшой костер.       — Молодец, Леголас, — сказал он, увидев кроликов. — Давай их сюда, и скоро будет готов обед.       — Спасибо Валар! — внезапно воскликнул Гимли, бросив на Арагорна взгляд. - На мгновение я испугался, что он будет готовить! — добавил гном, указывая на эльфа.       Леголас застыл на месте и нахмурился, глядя на Гимли.       — Что это должно значить?       — Ах, ничего, — весело сказал Гимли и сунул трубку в рот, чтобы покурить.— Просто мне не очень нравится еда, приготовленная эльфами.       Леголас подавил желание бросить кроликов на землю и приподнял брови.       — Думаешь, ты сможешь приготовить лучше, гном? — спросил он сладким, как мед, голосом.       — Гимли, в этом нет необходимости… — Арагорн встал и протянул руку, пытаясь предотвратить спор.       — Оставь меня в покое, Арагорн! — сердито сказал гном, стряхивая его руку. — Эльф только что оскорбил мои кулинарные способности!       — Как будто у тебя есть какие-то способности, которые можно оскорбить! — сказал Леголас с усмешкой.       — О, они есть, и они намного превосходят твои! — воскликнул Гимли и впился взглядом в друга.       — Отлично! — сказал Леголас и бросил одного из кроликов в сторону гнома. Арагорн заметил искорку в глазах эльфа, которую не видел долгое время и считал потерянной навсегда, и ему было очень приятно увидеть ее снова. — Ты приготовишь этого, а я приготовлю второго. Посмотрим, какой из них лучше.       — Замечательно! — согласился Гимли и схватил кролика. Их план пока что неплохо продвигался. — Но как мы определим победителя?       Леголас задумчиво нахмурился, только сейчас осознав, что не думал об этом. Как они могли выяснить, кто лучше готовит? И тут ему в голову пришла внезапная мысль.       — Арагорн будет судьей, — предложил он. — Он попробует оба наших блюда и скажет какое из них лучше.       Король людей побледнел и отступил на шаг. Это было не по плану! Он точно не хотел вмешиваться в это дело, ведь какое бы блюдо он ни предпочел, проигравший сочтет это предательством и месть его будет страшна. Быть судьей между ними это все равно что подписать себе смертный приговор!       — Нет, я не думаю, что это хорошая идея, — несчастно пробормотал он.       — Почему нет? — спросил Гимли. — Я думаю, это замечательная идея! Начнем!       Арагорн нервно сглотнул и с ужасом наблюдал, как его друзья снимают шкуру с кроликов и начинают рыться в своих сумках, чтобы найти котелок и сковороду, овощи и специи, которые могут им понадобиться. Леголас решил приготовить рагу из кролика с морковью и грибами, а Гимли решил запечь кролика с картофелем.       Наконец оба блюда были готовы и друзья с самодовольными улыбками представили тарелки несчастному судье. Дрожащей рукой Арагорн взял предложенные ложку и вилку и по очереди попробовал оба блюда.       Оба кролика были вполне хороши, по крайней мере, для еды, приготовленной в дикой природе. В блюдах не было ничего особенного, как в еде, приготовленной хоббитами или королевскими поварами в Минас Тирите, но он с удовольствием съел оба блюда. Возможно, ему немного больше понравился запеченный кролик Гимли, но оба блюда были вкусными. И теперь ему предстояло решить, какой выбор приведет к менее болезненному для него исходу.       Гимли никогда не простит ему, если он выберет блюдо Леголаса.       — Если я проиграю, это будет твоя вина, — сказал вчера гном.       Более того, именно Арагорн заставил Гимли соревноваться. Однако и Леголас никогда не простит ему, если он скажет, что гном в чем-то лучше него. И его месть наверняка будет ужасной. Теперь вопрос заключался в том, кто из друзей убьет его менее болезненным способом.       Арагорн посмотрел на тарелки, избегая выжидательных взглядов друзей. Что-то подсказывало ему, что Леголас будет более изобретательным в своей мести. Значит эльф станет победителем.       «Но дело не о тебе, идиот», — кричал на него противный голосок в голове. — «Дело в Леголасе! Не выбирай то, что будет лучше для тебя, а выбери то, что поможет ему лучше исцелиться!»       А потом Арагорн понял, что победителем должен стать Гимли. Если Леголас проиграет сейчас, он захочет доказать, что не проиграет в будущем. Правда, эльф его никогда не простит, но ведь речь шла не о нем…       — Гимли, — пробормотал Арагорн еле слышно, и все еще не решаясь поднять глаза. — Еда Гимли лучше.       Гном издал торжествующий крик, а Леголас застыл в шоке.       — Что ты сказал? — наконец спросил он ледяным голосом.       — Я сказал, что Гимли — победитель, — повторил Арагорн, на этот раз чуть более решительно, хотя его сердце бешено колотилось в груди. — Он лучший повар.       — Ты уверен? — спросил Леголас.— Может, тебе стоит попробовать еще раз?       — Я уверен, — сказал Арагорн и, наконец, нашел в себе смелость поднять взгляд. И сразу же пожалел об этом, так как заметил, что эльф гневно прищурился.       Леголас на мгновение замер и сделал несколько глубоких вдохов. Наконец он повернулся и встретился со своим противником.       — Это был хорошее соревнование, Гимли. Поздравляю тебя с победой.— Затем он повернулся и впился взглядом в Арагорна. — А теперь я хочу устроить с тобой соревнование!       Глаза друга расширились от удивления.       — Конкурс кулинаров? — спросил он, и эльф кивнул. — Но… но мы уже использовали кроликов…       — Мы можем использовать то, что принесли с собой, — сказал Леголас и потянулся за своим рюкзаком. — Картофель, капуста, лук, сельдерей, бобы, грибы… Нет никакого мяса, но мы все еще можем проверить свои способности повара. Давай, Арагорн, не окажешь ли ты мне эту честь? — голос эльфа был все еще холодным, как лед, и король людей вздрогнул.       — Мне это кажется хорошей идеей, — сказал Гимли, и Арагорн впился в него взглядом. — Слушай, — добавил он, когда Леголас ушел, чтобы наполнить свою кастрюлю водой из ближайшего ручья, — он, кажется, чувствует себя намного лучше. Я считаю, что это помогло ему, и состязание с тобой еще лучше поможет ему исцелиться.       — Ты же понимаешь, что теперь ты будешь судьей? — пробормотал Арагорн, и Гимли кивнул. — Для него будет лучше, если ты объявишь меня победителем. Это подстегнет его соревновательный дух.       — Конечно, конечно, — поспешно сказал Гимли и кивнул налево, говоря что Леголас возвращается.       Человек и эльф готовили в полном молчании, время от времени обмениваясь настороженными взглядами. Гимли наблюдал за ними, и выглядел довольным собой и удовлетворенно попыхивал трубкой. Наконец участники закончили готовку и с гордостью представили свои блюда. Гимли не торопился и съел довольно много из обеих тарелок, явно упиваясь хорошей едой. Наконец, он сел и потянулся.       — Это трудный выбор, — сказал он. — Но я должен сказать, что Леголас — победитель. Его еда вкуснее.       Эльф самодовольно ухмыльнулся, а Арагорн потрясенно разинул рот.       — Что? Почему? — пробормотал он, когда Леголас ушел. — Мы решили, что я должен победить.       — Мне очень жаль, дружище. — Гимли виновато улыбнулся. — Но в первую очередь мне нужно было подумать о собственной безопасности. Этот эльф выглядел довольно смертоносным. Я боюсь даже представить, что он сделал бы со мной, если бы я предпочел твое блюдо. — Он увидел, что Арагорн собирается возразить, и поднял руку, чтобы заставить его замолчать. — Тихо! Прежде чем что-то сказать, просто посмотри на него!       Арагорн обернулся и ахнул. Леголас прислонился к дереву, глядя на птичку, которая летела за крошечной бабочкой. И на губах эльфа играла самая яркая улыбка, которую они не видели на лице своего друга с того рокового дня в Пеларгире. Арагорн знал, что причина этой улыбки была не просто в недавней победе. Леголас вспомнил, что значит хорошо провести время со своими друзьями.       И эта улыбка стоила всего, через что они прошли в этот день.

***

      К вечеру трое друзей дошли до озера, о котором Арагорн упомянул прошлой ночью. После того, как они съели то, что осталось от их вкусной еды, они приготовились ко сну. Однако примерно через час Гимли почувствовал, как кто-то его толкает, пытаясь разбудить.       — Что на этот раз? — сонно пробормотал он.       — Это сработало! — взволнованно сказал Арагорн. — Ты видел его глаза? Это сработало!       — Да, я видел, и я разделяю твою радость, но вряд ли это повод меня будить, — несчастно пробормотал гном.       — Мы должны сделать это снова!       Гимли сел и уставился на своего друга, как будто тот сошел с ума.       — Опять? Снова вызвать эльфа на кулинарное соревнование?       — Нет, не готовка, — сказал Арагорн, — но мы можем придумать кое-что еще. Ты уверен, что не хочешь соревнований по плаванию в озере?       — Я сказал что не буду плавать!       — Как хочешь, — Арагорн вынул трубку и закурил, чтобы обдумать ситуацию. — У меня есть идея, — наконец сказал он. — Ты залезешь на дерево!       — Что? — Гимли уставился на него, явно сомневаясь в его здравом уме.       — Ты заберешься на дерево, — объяснил Арагорн. — Это его развлечет.       — Развлечет его? — возмущенно закричал гном. — Кто я по-твоему? Королевский клоун?       — Успокойся, Гимли! — смеясь, сказал Арагорн. — Я не это имел в виду. Но ты залезешь на дерево, а когда он проснется утром, то увидит тебя там. Тогда ты скажешь ему, можешь сделать все, что мог бы сделать эльф, включая лазание по деревьям. Он снова почувствует вызов и захочет доказать тебе, что он может сделать все, что может сделать гном, и…       — Звучит разумно, — прервал его Гимли, — но есть небольшая проблема. Я не могу лазить по деревьям.       — Это не проблема, — сказал Арагорн. — Я помогу тебе. Когда Леголас проснется, ты уже будешь там, и он подумает, что ты залез туда сам. Кроме того, он никогда не заподозрит, что я тебе помог.       Гимли задумчиво кивнул. Идея ему не очень понравилась, но все же он хотел увидеть лицо Леголаса, когда друг победно будет улыбаться ему с вершины дерева.       — Тогда давай сделаем это! — сказал он. — И нам лучше начать сейчас. Боюсь, это может занять некоторое время. — Он бросил на спящего эльфа настороженный взгляд. — Но мы должны вести себя тихо.       — Не волнуйся, — сказал Арагорн. — Я добавил немного снотворных трав в его рагу из кролика. Я подумал, что нам, возможно, нужно будет составить еще один план на эту ночь. Теперь нам не нужно беспокоиться о том, что мы можем его разбудить. Пойдем! — он присел и жестом пригласил Гимли залезть ему на спину.       — Нет, этого не произойдет! — сказал гном. — Ты не будешь нести меня, как ребенка!       — У тебя есть иде получше? — спросил Арагорн. — Ты хочешь помочь Леголасу или нет?       — Конечно, хочу! — сказал Гимли. И это было правдой. Что ж, ему пришлось признать, что он не сможет самостоятельно залезть на дерево, но, по крайней мере, утром он увидит ошеломленное лицо Леголаса. Со вздохом, он обнял Арагорна за шею, а ногами обхватил за талию. Король людей осторожно выпрямился и пошел к высокому дубу. Гимли сглотнул. Он надеялся, что Леголас не проснется сейчас и не увидит, что его несут вот так! С другой стороны, это может помочь исцелению эльфа.       Арагорн схватился за самую нижнюю ветку и начал подниматься. Но это было труднее, чем он ожидал! Гимли выглядел маленьким, но весил не меньше взрослого человека, а может, даже больше. Медленно, но верно он продвигался вверх, пока ему не пришлось встать на ветку, чтобы добраться до следующей. А потом случилась катастрофа.       Арагорн потерял равновесие. Они с Гимли удивленно закричали и оба полетели вниз, с глухим стуком упав на землю       — Гимли? — позвал Арагорн и скатился с гнома. — С тобой все в порядке? Что-нибудь сломано?       — Да… — простонал Гимли, его голос был полон агонии.       — Что? — Арагорн склонился над другом, обеспокоенно нахмурившись. — Не двигайся, Гимли! Что ты сломал?       — Моя… трубка, — жалобно пробормотал гном и поднял обломок деревянной трубки.       — О, это серьезно, — сочувственно сказал Арагорн. — Мне очень жаль. Что ж, я невредим.       — Я знаю, что ты невредим! — сердито пробормотал Гимли. — Ты приземлился на меня!       — Мне очень жаль, Гимли, — поморщился Арагорн.       — Еще бы. Но не волнуйся, я запомню это и отплачу за услугу!       — Как хочешь. Но позволь сначала затащить тебя на вершину этого дерева. Скоро рассвет и у нас мало времени. — Они мельком взглянули на Леголаса, который все еще мирно спал, не обращая внимания на шум, который они подняли.       — Ты хочешь попробовать еще раз? — недоверчиво спросил Гимли. Когда друг кивнул, он в ужасе покачал головой. Иногда он задавался вопросом, кто был более безумным — люди или эльфы.

***

      Когда Леголас открыл глаза, Арагорн уже проснулся, и прислонившись дереву курил трубку.       — Доброе утро, Леголас, — весело сказал он, хотя выглядел странно усталым. — Завтрак готов. Хочешь…       — А где Гимли? — внезапно спросил эльф, оглядываясь по сторонам.       — Гимли? — Арагорн пожал плечами. — Там, наверху.       — Доброе утро, эльф! — сказал гном, и Леголас испуганно подпрыгнул. Он подняла глаза и увидел очень самодовольного гнома, который помахал ему рукой с дерева. — Ты должен присоединиться ко мне. Вид отсюда прекрасный.       Глаза Леголаса расширились, и он потрясенно посмотрел на Арагорна.       — Что здесь происходит?       — Ничего особенного, — снова пожал плечами друг. — Гимли проснулся рано и решил полюбоваться окрестностями.       Взгляд эльфа метался с человека на гнома, и он задавался вопросом, кто из его друзей потерял рассудок. Наконец он проворно забрался рядом с Гимли.       — Теперь скажешь мне, что ты на самом деле здесь делаешь? — спросил он. — И как ты вообще на дерево забрался?       — Я уже сказал тебе, Леголас, я просто наслаждаюсь видом, — спокойно ответил гном.       Эльф вздохнул и прижал ладонь ко лбу друга, чтобы проверить, нет ли признаков лихорадки.       — Я бы очень хотел увидеть, как ты залазил сюда.       — Неужели? — Гимли больше не казался таким уверенным. — Хорошо, я покажу тебе как-нибудь в другой раз, но сейчас я хочу просто насладиться видом.       — Значит, ты не желаешь устроить гонки по деревьям? — спросил Леголас с озорной ухмылкой. Обычно Гимли был очень рад видеть эту ухмылку, потому что это был верным признаком того, что друг выздоравливает, но теперь он был слишком обеспокоен предстоящим унижением, и просто покачал головой.— Ты боишься, что я выиграю? — сладко спросил эльф. — Да ладно тебе, Гимли. Ты, должно быть, очень хорошо лазаешь по деревьям, я уверен, тебе нечего бояться. — Сказав это, Леголас проворно прыгнул на нижнюю ветку и начал стремительный спуск, и Гимли ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.       Однако гном не добрался даже до нижней ветви, когда потерял равновесие и соскользнул с ветви.       — Гимли! — в ужасе закричал эльф и потянулся к падающему другу, но был недостаточно быстр и мог только беспомощно смотреть, как гном падает, ломая ветви на своем пути.       Арагорн бросился ловить Гимли. Но когда гном упал на него, он не удержал равновесие и свалился на землю, а Гимли плюхнулся на него сверху.       — Вы в порядке? — быстро спросил Леголас спрыгивая рядом с ними. Он с тревогой переводил взгляд с гнома на человека и обратно.       — Я не ранен, — радостно ответил Гимли и ухмыльнулся Арагорну, который морщась, лежал на земле. — Я же сказал, что верну тебе услугу, дружище! Никаких обид!       Удовлетворенный тем, что гном здоров, Леголас повернулся к другому другу.       — Арагорн?       — Я… я… — король людей попытался заговорить, но вес Гимли вытолкнул весь воздух из его легких.       — Что случилось? — спросил эльф и помог другу сесть, когда гном слез с него. — У тебя сломано ребро? Может, не стоит слишком много двигаться.       — Я… — Арагорн снова попытался заговорить, но внезапно закашлялся.       — Что? — беспокойство Леголаса превратилось в панику. — У тебя проколото легкое?       — Я… я думаю, что победил Гимли! — наконец сумел сказать Арагорн и не смог подавить ухмылку, заметив ошеломленный взгляд друга.       — Это правда! Я победил! — радостно воскликнул Гимли. Он не осознавал этого до сих пор. — Я выиграл! Я выиграл гонку по деревьям!       Леголас замер и гневно уставился на гнома, затем посмотрел на Арагорна, а затем снова на Гимли. Но через секунду на его лице появилась широкая улыбка, которая быстро превратилась в веселый смех. Он свалился на землю, схватившись за живот, и заливался смехом. Когда эльфу наконец удалось взять себя в руки, он поднялся, все еще посмеиваясь, и заметил, что друзья смотрят на него с широкими ухмылками.       — Это было хорошо, — сказал он, вытирая слезы с глаз. — Гимли выиграл. Он выиграл у меня соревнование по лазанию по деревьям! — он недоверчиво покачал головой, не заметив, что друзья переглянулись. — Что ж, я полагаю, нам пора идти. До Умбара еще далеко.       — Мы не поедем в Умбар, Леголас, — сказал Арагорн. — На самом деле, я считаю, что пора возвращаться домой.       Эльф застыл и в замешательстве уставился на него.       — Возвращаться домой? А как насчет той вещи, которую ты потерял? Мы должны ее найти! Ты не можешь сдаться!       — Я не сдамся, Леголас, — сказал Арагорн с улыбкой. — Мне удалось это найти. И мои поиски завершены.       — Ты нашел это? — недоуменно спросил эльф. — Когда? Где? Как? — его замешательство росло, но, наконец, ему удалось найти правильный вопрос. — Что? Что ты потерял?       Арагорн мгновение смотрел на него, нежно улыбаясь.       — Твой смех, Леголас. Радостную улыбку на твоем лице, этот яркий огонек в твоих глазах. Я давно не слышал твоего смеха и не видел этого огонька в твоем взгляде, и я скучал по ним. Но теперь они вернулись.       Эльф удивленно моргнул, а потом вспомнил. Он вспомнил точные слова Арагорна, когда друг описывал этот загадочный объект, который он потерял.       «Я кое-что потерял. Кое-что очень важное для меня. То, за что я отдал бы свою жизнь. Нет, Леголас, это не Арвен. Но это не менее важно».       Эльф снова моргнул, но на этот раз, чтобы сдержать слезы.       — Теперь я понимаю, почему ты не сказал мне, что потерял, — произнес он, когда наконец обрел контроль над эмоциями. — И почему тебе нужно было, чтобы я поехал с тобой. И почему Фарамир выглядел таким счастливым, когда мы уезжали. Но кое-чего я не понимаю. Почему мы не могли взять лошадей? Почему обязательно нужно было идти пешком?       Арагорн рассмеялся.       — Я должен признать, что это не имеет значения в нашем плане и не имеет отношения к твоему исцелению. Единственная причина, по которой мы шли пешком, заключалась в том, что Гимли отказался проводить больше времени «на спине одного из этих ужасных зверей».       — Не смотри на меня так, Леголас, — проворчал гном, слегка покраснев. — Это правда! Я проехал весь путь из Рохана. — Он потер руки с удовлетворенным видом. — И теперь, наконец, я могу вернуться к Эомеру и сказать ему, что наш план удался.       — Наш план? — удивленно переспросил Леголас. — Эомер тоже участвовал в плане помочь мне?       — Эээ… не совсем, — Гимли выглядел неуверенным, словно задаваясь вопросом, говорить им или нет. — Хорошо, я скажу. — Его голос понизился, как будто он раскрывал большой секрет. — Около двух месяцев назад я отправился в Гондор с Эомером. Когда мы пересекли Белые горы, наши пути разошлись. Я продолжил путь в Итилиэн, чтобы встретиться с Леголасом, а Рохиррим отправились в Минас Тирит.       — Мы уже знаем это, — сказал Леголас. — Какое это имеет отношение к твоему плану?       — О, это имеет прямое отношение к моему плану, — весело сказал Гимли и посмотрел на Арагорна. — Я спросил Эомера, как ты поживаешь, и он сказал, что беспокоится о тебе. Ты слишком много работал и отказывался отдыхать. Он поговорил с леди Арвен, и она сказала, что тоже обеспокоена. Они оба не смогли уговорить тебя отдохнуть, и поэтому решили попросить у меня совета. — Гном радостно усмехнулся. — В течение почти двух месяцев мы с Эомером разрабатывали хитроумные планы, как заставить тебя покинуть Минас Тирит и оставить работу на несколько дней. Мы постоянно переписывались с Арвен, обмениваясь идеями. В конце концов мы решили, что единственный способ заставить тебя уделить себе немного времени и вспомнить о своей жизни в качестве рейнджера, это если ты подумаешь, что только твое присутствие поможет Леголасу.       Арагорн смотрел на него в полном шоке, и гном нежно улыбнулся.       — Да ладно тебе, друг мой, мы все знаем, что ты отличный целитель, но иногда даже целителям нужно исцеление.       — Ты имеешь в виду… — Арагорн с трудом мог поверить в то, что слышал. — Ты имеешь в виду, что эта поездка была ради меня, а не ради Леголаса?       — О, нет, совсем нет! — сказал Гимли. — Это было для вас обоих! Вам обоим нужно было вылечиться, но вы оба не должны были знать истинной причины, по которой вы поехали в это путешествие. Вот почему я позволил Леголасу выиграть кулинарный конкурс. Ты сказал мне, что я должен был объявить тебя победителем, потому что это бросит вызов его боевому духу. Что ж, я думал, что должен позаботиться и о твоем боевом духе.       — Ты позволил мне победить? — недоверчиво спросил Леголас. — Я думал, что выиграл, потому что приготовил лучшую еду! Арагорн, ты сказал ему, что я должен проиграть?! Я не могу в это поверить!       Его друзья невинно улыбнулись, и он раздраженно покачал головой.       — Ну ладно, это не имеет значения. Это замечательный план, Гимли, и мне он очень нравится. Ему определенно нужно было немного отдохнуть. Но почему ты не сказал мне об этом? Я мог бы помочь тебе.       — Разве ты не слушал? — воскликнул Гимли. — Эта поездка была для вас обоих. Значит, вам обоим не нужно было ничего знать о моем плане. Кроме того, лучший способ, которым ты мог помочь Арагорну — это исцелиться самому. Что ты и сделал.       — Ты прав, — признал эльф. — Как благородно с твоей стороны, Гимли. Арагорн, ты знаешь, о чем я думаю? — спросил он, подмигнув другу.       — Думаю, что знаю, — ответил тот.       — Что? — спросил Гимли с беспокойством.       — Я считаю все это довольно несправедливо, — продолжил Леголас обманчиво мягким голосом.       — Несправедливо? — недоуменно спросил гном. — Что несправедливо?       — Видишь ли, ты помог мне преодолеть боль от тоски по морю. Ты помог Арагорну сбежать от его королевских обязанностей. И все же никто не помог тебе исцелиться.       — Исцелиться? — Гимли был полностью сбит с толку. — Исцелиться от чего?       — О, но тебе определенно нужно исцеление, Гимли, — сказал Арагорн. — Исцеление от твоего желания строить хитрые планы и манипулировать своими бедными ничего не подозревающими друзьями.       — Нет, я только хотел помочь! — воскликнул Гимли и отступил на несколько шагов, когда человек и эльф медленно и неторопливо подошли к нему.       — Не стесняйся, Гимли, позволь нам помочь тебе, — ласково сказал Леголас. — Ты помог нам исцелиться. А теперь позволь нам исцелить тебя. Как ты хорошо выразился, иногда целителям тоже нужно исцеление.       — Нет! Нет! Неееет! — Гимли закричал от ужаса, когда две пары рук схватили его и бросили в озеро. — Вы дураки! — кричал гном, плескаясь в воде и пытаясь удержаться на поверхности. — Я не умею плавать!       Арагорн и Леголас обменялись обеспокоенными взглядами.       — Он не умеет плавать!       Мгновенно они оба прыгнули в воду, и поплыли к гному. Однако к тому времени, как они достигли Гимли, тот исчез под водой. Леголас в панике огляделся по сторонам и собирался нырнуть и поискать гнома, когда внезапно Арагорн испуганно вскрикнул и исчез под водой. Эльф в ужасе уставился на то место, где только что был друг. Здесь было какое-то подводное существо, которое утащило его друзей? Он оставил свои ножи на берегу, и у него не было времени возвращаться за ними!       Прежде чем эльф смог решить, что делать, что-то схватило его за ногу и потянуло вниз. Леголас обернулся под водой и впился взглядом в гнома, который счастливо улыбался ему. После короткой битвы они с Арагорном освободились от сильной хватки гнома, и трое друзей поплыли к берегу.       Они долго лежали на траве, мокрые насквозь, пытаясь отдышаться.       — Ты сказал, что не умеешь плавать! — обвиняюще пробормотал Леголас.       — Я солгал, — признался Гимли. — О, ты бы видел свое лицо под водой!       Эльф попытался гневно взглянуть на друга, но рассмеялся.       — Спасибо, Гимли, — наконец сказал он и нежно улыбнулся. — Большое тебе спасибо за все, что ты для меня сделал. Уже долгое время я не чувствовал себя так хорошо. — Затем он повернулся к Арагорну. — Спасибо вам обоим.       — Я тоже должен поблагодарить тебя, Гимли, — сказал Арагорн. — Ты мне очень помог. Эта поездка принесла мне большую пользу, и я был дураком, не осознавая, насколько мне нужно отдохнуть. — Он посмотрел на эльфа и заметил, что тот хмуро смотрит на него.— Что такое Леголас?       — А ты как думаешь? — ответил притворно оскорблено эльф. — Я поблагодарил вас обоих, а теперь ты благодаришь только его!       — И почему я должен тебя благодарить? — спросил Арагорн с озорной улыбкой. — Я проиграл тебе кулинарный конкурс и испытал великое унижение, а потом меня чуть не убил падающий гном, потому что ты решил бросить вызов Гимли в гонке по деревьям! Тебе лучше иметь вескую причину для обиды, эльф!       — О, но у меня она есть! — сказал Леголас. — Я помог тебе вернуть то, что ты потерял. Помнишь, эта вещь настолько ценна для тебя, что ты хотел вернуть даже ценой своей жизни?       Арагорн рассмеялся.       — Ты прав. Спасибо, что снова смеешься, Леголас.       — И я должен поблагодарить вас обоих за то, что бросили меня в озеро, — кашлянув сказал Гимли. — Это было очень интересно! — он невинно ухмыльнулся друзьям.       — Будь осторожен, гном, иначе мы можем снова тебя бросить, — предупредил Леголас. — И теперь мы знаем, что ты умеешь плавать.       Гимли решил, что лучше сменить тему.       — Я пока не хочу возвращаться, — сказал он. — Мы хорошо проводим время вместе, и я уверен, что мои родственники в Сверкающих пещерах какое-то время смогут побыть без меня.       — Я также думаю, что могу отложить свое возвращение в Итилиэн, — согласился Леголас. — Было бы хорошо провести еще немного времени вместе, только мы втроем.       — Арагорн? — они с надеждой уставились на короля людей.       — Вы знаете, я бы хотел остаться подольше, но теперь наша задача выполнена, и у меня есть обязанности в Минас Тирите, и… — начал Арагорн, опустив взгляд.       — Арагорн!       — Ладно, — вздохнул он. — Я остаюсь с вами. — Радостные крики его друзей были заразительны, и вскоре Арагорн засмеялся вместе с ними.       Они поднялись и направились к озеру, чтобы расслабиться в нежных объятиях воды.       — Я видел, что ты умеешь плавать, Гимли, — сказал Леголас. — Но ты умеешь плавать быстрее меня?       — Готов поспорить, я могу, эльф! — закричал гном.       Арагорн отпрыгнул назад, чтобы не попасть под брызги, когда друзья бросились в воду. Он не мог удержаться от улыбки. Приятно было видеть, что некоторые вещи никогда не менялись.