Shape of my heart

«Больше никаких поездов», — подумал мужчина, едва его ботинки коснулись вокзального перрона. Его путешествие сложно было назвать приятным или даже терпимым, потому что спутники ему достались просто отвратительные. Это была женщина с маленьким ребёнком, на вид которому пять или шесть лет. Он постоянно кричал, дабы привлечь внимание матери и жаловался, что ему скучно. А потом, увидев, что той совершенно наплевать на его капризы, прибился собеседником к Арсению. — Чем вы занимаетесь? — хлопал глазами малец, увидев необычное ремесло мужчины. Арсений что-то пробубнил, поглощённый работой. Он боялся, что паренёк мог сбить его с мысли, за которую он отчаянно цеплялся всю ночь работы в этом адском купе. — Что вы печатаете? — мальчик бессовестно заглянул в ноутбук, не успевая за потоком слов на экране. Мужчина посчитал это невоспитанным, но ничего не сказал. Увидев, что тут ему не особо рады, ребёнок сел на своё место, напротив Арсения, хлопая глазками. Он задавал неуместные вопросы, на которые хотелось ответить: «Я что тебе, блять, Википедия?» Но грубить ребёнку не хотелось. Арсению стало даже немного жаль его, ведь матери было всё равно на него, однако подумав, что это не его забота, он отбросил лишние мысли и продолжил работать над своим новым приключенческим романом. Нужно было ещё написать пару статей для издательства журнала, но, подумав, что это он сможет сделать по приезде в Питер, знатно обрадовался. Вторым спутником был толстый и бородатый мужчина, который, как оказалось, любит выпить и громко храпит во сне. Нередко он вваливался в купе бухим и дышал перегаром просто в макушку Арсению. Что ж, хорошо, что сейчас он в Питере. Город, как всегда, встречает его унылой, сырой погодой. Небо затянули тучи, и казалось, оно вот-вот упадёт на голову всем прохожим. Заморосил небольшой дождь и мужчина, ёжась, прижал голову поближе к воротнику своего пальто. Его душу грела мысль, что где-то в чемодане лежит мамин яблочный пирог, который она, по её словам, передала «хвостатому Серёженьке». И Арсений знал, что «Серёженька» точно с ним поделится. На перроне его встречал этот же хвостатый Серёжа. Он лучезарно улыбался, держа в руках табличку с надписью «Арсений». Увидев своего друга, тот помахал ему, но Арсений, хохоча, закатил глаза и сделал вид, что не знает его. Боже, какой позор! Встречать человека с поезда «Омск — Санкт-Петербург» с ебучей табличкой. — Матвиенко, спрячь немедленно! — Арсений шипел от негодования, пока Серёжа откровенно ржал и потешался с собственного остроумия. — Я же говорил, что оригинально тебя встречу, — в оправдание говорит тот, но на Матвиенко долго злиться невозможно. Друзья крепко обнялись, похлопав друг друга по спине, и одновременно разразились хохотом. Погрузив чемодан в багажник Серёжиного автомобиля, Арсений плюхнулся на переднее сиденье, совершенно уставший и раздражённый после дороги. Он предпочитал бы проспать в этом уютном салоне весь путь, но Матвиенко не давал ему этого сделать, расспрашивая друга о поездке в родной город. — Проведал родителей, помог разобрать хлам на балконе, вот и всё, — хвостатый рассмеялся. Когда последний раз Матвиенко был в гостях у родителей Арса, Сергей Александрович решил показать ему свою коллекцию ножей. На первый взгляд могло показаться, что его собирались зарезать, но Арсений убедил друга, что это всего лишь «невинное» хобби его папы. — Приехали, — в полудреме услышал Арс, когда Серёжа заглушил мотор машины, — вставай. Мужчины доволочили свои ноги до подъезда, и поднявшись на нужный этаж, ввалились в квартиру. Первым делом, зайдя в квартиру Арсения, можно заметить, насколько всё лаконично. Она совершенно подходила своему хозяину: просторная, уютная, но не лишенная роскоши. Как и подобает лофту — кирпичная кладка, грубоватые стены, высокие потолки, а так же деревянная мебель с тёмной кожаной обивкой. Дополняли этот стиль высокие подсвечники и свисающие лампы с весьма приятным оранжевым светом. Квартира состояла из двух комнат, одну из которых можно назвать личным кабинетом Арсения. Там творится полный хаос, но креативные люди вроде Арса часто прибегают к слову «творческий беспорядок». Одной из слабостей Попова являются окна — панорамные, высокие, огромные, не ограничивающие фантазию, что очень важно для его профессии. Именно такие окна расположены в его кабинете и столовой. Серёжа разулся и направился на кухню, а Арсений, сняв пальто, бросил ключи от квартиры на тумбу и пошёл следом за другом. Матвиенко с головой нырнул в холодильник, и насвистывая что-то, выпятил задницу. Поняв, что у Арсения в холодильнике повесилась мышь, он принялся открывать кухонные шкафчики в поисках чего-то съестного. Всё, что он нашёл, это банка молотого кофе, пакетик с корицей, оливковое масло и бутылочка излюбленного бренди. Последнее обрадовало. — Интересно, почему это ты такой весёлый? — ехидно спросил Попов, поиграв бровями. — Да это всё прошлая ночь, — хвостатый находился в весьма приподнятом настроении. — Так жрать охота. — Мама пирога тебе передала, — как кстати сказал Арсений. — Яблочного? — А то, — утвердительно кивнул друг. — Золотая женщина, — замурчал Матвиенко, пока Арс пошёл распаковывать чемодан с посылкой. Спустя пятнадцать минут пирога как и не бывало, и парни знатно загрустили. — Закажем пиццу, — предложил хвостатый, устроившись на диване в гостиной, — будет побольше времени, чтобы поговорить. Арсений плюхнулся рядом, предварительно захватив бутылочку крепкого бренди с кухни. Алкоголь был разлит по стаканам и мгновенно выпит, пока Серёжа задавал темп беседы. — Ты говорил со Стасом? — поинтересовался Серж. Речь шла о Стасе Шеминове, директоре издательства, на которое работал Арсений. Они хорошо дружили, пока не повздорили насчёт новой книги Попова. Стас посчитал её слишком скучной и отказался печатать, хотя в другом издательстве её оценили весьма высоко. Шеминов сказал, что разорвёт контракт с Арсением, раз уж тот не ценит его мнение, а Арсений, в свою очередь, лишь подлил масла в огонь, сказав, что вряд ли расстроится из-за этого. — Нет, — отрезал Арсений, — и не собираюсь. — Он хочет увидеться. — Зато я не хочу. Цени, Матвиеныч, ты единственный, кого я ещё могу терпеть, — коньяк понемногу развязывал язык и туманил голову. — Конечно, я ведь незаменимый! Какая честь быть у Арсения в холопах, — посмеялся хвостатый. — Если хочешь, могу рассказать о вчерашнем вечере! — О нет, что угодно, но только не это! — Серёжа, несмотря на свою неординарную внешность, тот ещё экспериментатор. Своей харизмой и юмором он просто цепляет девушек, а когда нужно, затаскивает их в постель. В этом весь Матвиенко — грубый, но обаятельный. Парень сделал вид, что его обидели слова Арса, и демонстративно глубоко вздохнул. — Ла-адно уже, говори. Серёжа не вдавался в мельчайшие детали. Его жизнь была сплошным праздником, где разгульная сексуальность сочеталась с умением употреблять интересные вещества, которые парень очень любил. Рассказывая о своих приключениях, Матвиенко даже не нуждался в чьём-то участии в разговоре, он просто говорил, как заведённый. Он не остановился, даже когда в квартиру позвонили. Курьер, принёсший пиццу, тоже услышал, как хвостатый затащил в постель молодую двадцатилетнюю студенточку. — Видел бы лицо этой девочки сегодня утром! Она едва ли умоляла меня о ещё одной встрече. Слишком много суеты с ней! — добавил Серж, драматично утирая слезу. — Ты настоящий негодяй! — подметил Арсений. Он не приветствовал его образ жизни, но никогда не отчитывал и попрекал в этом. В молодости Арс сам нередко грешил алкоголем, пользовался вниманием женщин, разбивал сердца и злоупотреблял травкой. Правда, у Серёжи этот период затянулся надолго, лет уже на десять. — Она так же сказала! — рассмеялся Серёжа. Попов тем временем широко зевнул и подметил, что бутылка бренди закончилась минут тридцать назад, как раз на том моменте, когда Матвиенко и его подружка добрались к нему домой. «Как скучно я живу», — подумал Арсений, прежде чем Серёжа заговорил о веселье. — Не хочешь сегодня вечером оторваться? — предложил тот, достав телефон из заднего кармана джинсов, чтобы позвонить то ли Маше, то ли Даше. Телефонная книжка Матвиеныча была необычайно длинной, и Арсений был готов поспорить, что номеров женщин там больше 60 процентов. Но мужчина был тем ещё кутилой — перспектива бурного вечера с симпатичной дамой страшно взбудоражила его пьяный мозг. — Не, Серёж, я спать. Может, завтра вечером выберемся куда-то, а сейчас я с ног валюсь, — опять зевнул Арс, выпроводив хвостатого из гостиной. Матвиенко порывисто обнял друга и хихикнув, сказал, что сегодня вечер обещает быть нелегким. «Похоже, сегодня согласилась и Маша, и Даша», — Попов посмеялся про себя, закрыв за товарищем дверь. Решив, что чемодан Арсений разберёт завтра, он завалился сразу в горячий душ, а затем и постель.