Штиль

Обычные мрачные ночи в Нефритовом Дворце были прохладными и неуютными, иногда бессонными в их череде изредка, в ожидании повтора хранились жаркие и влажные, не одинокие. Нежные ночи, похожие на глазурные лилии. Когда перепугавшиеся фейерверков звёзды вновь вернулись, Ли Юэ затих, и улицы погасли. — Останься, — Не просьба, почти мольба. Подобно ребёнку, требующего внимания, но уже отчаянно, ненавязчиво, — Я хочу слышать тебя сегодня. —Ты хочешь этого? — Бэй Доу приблизилась к Нин Гуан, мягко ступая по глухому ковру, — Ты действительно хочешь этого? — Ложись.

***

Мягкость постели убаюкивала и без того сонную Нин Гуан. Капитан тихо, обнимая, шептала новую историю из последнего плавания. — Значит следующее затянется на неопределённый срок? — Завтра полный состав Южного Креста и Алькор покинет гавань. — Да, — Бэй Доу прижалась к тёплой груди. — Так скоро, мы даже не успели насладиться друг другом. — Мы тратим время впустую, — Женщина резко нависла над Волей Небес, внутри груди приятно покалывал жар. Цветок, распустивший бутоны и корни-вены. Бэй Доу приблизилась, впилась жаркими губами и требовательными руками раздевала горячее тело под ней. Поцелуй был грубым, жадным. Быстрыми движениями освободив грудь от одежды, принялась ласкать розовые соски. В движении рук, сладких губ и разгорячённых тел не было нежности. Не в эту ночь. Женщины иногда хотели забыться не в любви, а в сути удовольствия. Вместе. Нин Гуан чувствовала напряжение, нервозность и расторопность в движениях Бэй Доу. Расставание никогда не было бременем, пусть то на день, месяц или даже год. В конечном итоге работа или личные цели сводили их вновь в ночи. «— Расставание не бремя, бремя — ожидание новой встречи. И вам, Капитан, это известно лучше, чем мне.»

***

Алькор отбыл в назначенное время. Удалившись от берега на 300 ярдов, Бэй Доу, стоя у штурвала, оглянулась. Нефритовый Дворец высоко над горами безмятежно отбрасывал тень на Ли Юэ. Море облизывало днище корабля, паруса трепыхались. Когда расстояние не позволило разглядеть парящий дворец, море заволновалось. Белые волны толкались в судно, брызгая маленькими каплями нос Алькора. Ветер дул с севера. Паруса натянулись и корабль прибавил ходу. Кучевые облака затянули всё небо, тёмные, грозные. «Ложные облака» завесой скрыли последний луч солнца. Ветер усилился. Близилась буря. — Задраить люки! Протянуть штормовые леера! — Волны поднимались выше, разбиваясь о бока судна, палуба была залита. Мощный шквал ветра бросал пенящиеся волны на корабль, раскачивал, уклоняя от курса. Ветер стонал и гнал огромные волны, послышался рокот грома. Блеснула вдали молния. Начался ливень. — Спустить паруса! Обзор с мостика был скуден. Тьма заполонила всё вокруг. Но вот, совсем близко волны бились о скалы. — Скалы прямо по курсу! — Лево руля! Корабль резко накренился вбок, корма ударилась об острые камни, волны нахлёстывали и давили вниз. Корма пошла ко дну. Буря затихла к ночи. Морская гладь сияла, дрожа от недавнего бедствия. Звёзды усыпали ночное небо. Алькор покоился на дне, так и не достигнув своей последней цели. Где-то на дне тусклый свет Глаза Бога напоминал о ещё совсем недавней беде. Затем свет его погас совсем.

***

Нин Гуан вспоминала Бэй Доу, её имя, говорящее само за себя. Теперь ни расставание, ни его ожидание не были бременем для них. — Наше с тобой бремя — первая встреча.