Не могу на тебя злиться

      Остановившись около дома семьи МакКолл, Эллисон еще некоторое время сидела в машине неподвижно, ей нужно было собраться с мыслями, и затем, решительно, направилась к дому. Но только она поднялась на крыльцо, как входная дверь тут же распахнулась и на пороге появился Айзек Лейхи. Полностью закрывая собой проход, он не дал девушке даже возможности заглянуть внутрь.       — Зачем ты пришла? — внезапный вопрос Лейхи, заставил Эллисон вздрогнуть от неожиданности и от того насколько пренебрежительно он прозвучал. И только Эллисон попыталась озвучить причину своего прихода, как Айзек ее тут же перебил. — Лучше уйди прямо сейчас, тебе здесь нечего делать.       — Айзек, мне нужно поговорить со Скоттом, — как ни в чем не бывало, спокойно произнесла Эллисон. Хотя появление Айзека несколько спутало ее планы и теперь уже вряд ли получится обвинить его во всем, но надежда все прояснить, еще оставалась. «И надо же было мне забыть, что Лейхи сейчас со Скоттом живет. Точнее в его доме», — мысленно поправила себя девушка.       — Не думаю, что он захочет…       — А ты что, его секретарь?! — Эллисон уже начала раздражаться. Вся эта ситуация была нелепой до смеха, а ее чертовски идеальный план, вдруг резко покатился коту под хвост. На самом же деле, ее планы рухнули в тот момент, как только на пороге дома появился Айзек не пропускающий ее к Скотту. — Почему он не хочет со мной говорить?       — Не знаю, но могу предположить. Может потому, что не о чем больше разговаривать или он еще просто не готов. Но скорее всего потому, что ты эгоистичная сука… — совершенно невозмутимо и холодно ответил Айзек, но в его глазах горели искорки ярости и нескрываемого презрения.       — Что?! Да как ты смеешь?! — охнув от такого открытого оскорбления, Эллисон подошла к парню, намереваясь, либо что-то еще сказать, либо просто ударить за обидные слова, но увидев жесткий взгляд и готовность дать отпор, попятилась назад.       — Смею, Эллисон, еще как смею. Ты именно эгоистичная сука. Не ты ли использовала меня в своих целях? Зачем? Чтобы сделать Скотту больно, отомстить ему, заставить ревновать или почувствовать себя униженным и оскорбленным? Что из этого? Все сразу, судя по твоей реакции, — заметив, как девушка невольно встрепенулась при последнем вопросе, Айзек сразу понял нужный ответ. — Ты предала его, и не в первый раз, кстати. К счастью Скотт, наконец, понял, что ты за человек и больше этого не допустит.       Айзек отметил, что после его слов Эллисон как-то разом сникла, ее решительный настрой уже давно утих, а гневный и едкий взгляд начал тускнеть. Лейхи решил немного смягчиться, все же перед ним девушка, мало того, его бывшая девушка, и постараться отправить ее домой не до конца сломленной и униженной. Однако, весь ее разбитый вид, вновь оказался лишь хорошо поставленной актерской игрой. И только Эллисон почувствовала слабину, как тут же набросилась в ответ:       — Это я-то сука?! А ты, Айзек, чем ты лучше меня? Ты виноват не меньше, а в чем-то может даже больше. Именно ты начал за мной ухаживать. И именно ты несколько раз бросал Скотта в щекотливых ситуациях, предпочитая быть со мной…       — Я и не отрицаю своей вины. Я тоже предал Скотта. Но он смог меня простить. Меня, Эллисон, не тебя. А что до твоего утверждения, то да, это я начал ухаживания, но думаю, что ты к этому меня сама подстрекала. Видимо, я отлично вписывался в твою непонятную игру. И я жалею об этом, жалею о днях, часах и минутах проведенных наедине с тобой, а не с тем человеком, который так искренне обо мне заботится и которому я действительно дорог, — устало вздохнув, ответил на нападки Айзек. Он чувствовал себя препогано, стоя здесь и объясняясь с этой девушкой, главной ошибкой его недавнего прошлого. Но нужно было закончить этот бессмысленный разговор. Ради Скотта.       — Эллисон, уходи. В этом доме тебе больше не рады.       — Скотт! Скотт! Давай просто поговорим, одни, без свидетелей, — не обращая внимания на слова Лейхи, Эллисон старательно звала Скотта, зная, что тот ее прекрасно слышит. — Пожалуйста…       — Я же сказал, он не хочет с тобой разговаривать. Просто езжай домой. Уже и так было сказано все что нужно и даже больше, — и, не дав девушке ничего ответить, Айзек просто закрыл перед ней дверь.       Постояв еще недолго под дверью, Эллисон спокойно развернулась и пошла к машине. «Может все это даже к лучшему. Все равно у нас троих нет будущего». Но так девушка старалась себя утешить, на самом же деле, ее сильно покоробило то, что оба парня ее отвергли. Это нанесло внушительный вред ее самолюбию. Ведь действительно, что бы она ни делала, все было ради нее самой, ради собственного комфорта. И Скотт, и Айзек были всего-навсего не вполне послушными игрушками. Разве что Скотт, который так внезапно поменял свой статус, мог бы ей еще пригодиться. Но что же, как говорится, еще не вечер.       ***       — Она уехала…       — Да, я слышал, — наконец раздался голос Скотта, он встал с дивана и подойдя к Айзеку слегка его приобнял. — Ты все сделал правильно.       — Но, Скотт, я не понимаю. Она же права, я ведь тоже тебя предал. После всего, что ты для меня сделал.… Почему же ты не злишься на меня? — все внешнее спокойствие мигом слетело с Айзека, стоило только закрыть входную дверь, а еще эти мягкие объятия Скотта, они окончательно раздавили неустойчивое состояние Лейхи.       — Не могу, и должен бы злиться, но не могу, — Скотт выпустил Айзека из объятий, вернулся к дивану и, опустившись на пол, облокотился об его спинку. Но свой взгляд от Лейхи так и не перевел, наблюдая за тем, как ноги парня подкашиваются, и он обессилено опускается на ковер. Подтянув колени к груди, Айзек спрятал в них свое лицо, он не хотел показывать Скотту свою слабость, свои возможные слезы. А Скотт, между тем, продолжил:       — Ужасно больно было видеть вас вместе, девушку, которую я казалось, любил, и тебя — моего друга. Наблюдать из далека, как вы мило улыбаетесь друг другу, о чем-то шепчитесь, или просто гуляете за ручку. Ох, как же я ненавидел все эти моменты, уже и не помню, как я мог себя сдерживать, чтобы не разорвать вам глотки, — можно лишь предположить, что именно чувствовал Скотт, вспоминая об этом, но на мгновение его глаза вспыхнули алым. — Я даже не понимал, на кого в большей степени направлена моя бешенная, почти не контролируемая ревность… Но однажды, я начал замечать, что смотрю только на тебя. Эллисон, как будто, вообще перестала для меня существовать. Мне внезапно захотелось, чтобы ты улыбался только мне, чтобы лишь меня держал за руку. А еще мне нестерпимо захотелось тебя поцеловать. Все эти мысли я надежно хранил в себе, пока не обратил внимания на то, как именно Эллисон к тебе относится. Она могла быть милой с тобой, а за глаза кривиться от неприязни. Прикасаться к тебе, даже целовать, а потом бежать в туалет и скорее мыть руки. И меня, как накрыло волной воспоминаний и понимания того, что со мной она вела себя точно так же. Ненависть и жесточайшее презрение, вот все, что я мог к ней чувствовать. Но, к сожалению, ты все еще ее не понимал. Кстати, как ты узнал о ней правду?       Айзек нерешительно поднял лицо и взглянул на Скотта, его непролитые слезы уже давно ушли, и он, замерев, просто слушал Скотта, боясь спугнуть его откровение. Хотя ответить на вопрос все-таки пришлось: — Случайно увидел, как она откровенно флиртует с другими парнями. И внезапно, как и ты, увидел всю картину происходящего. И стало так неприятно, я сам себе стал противен, от того что повелся на эту, эту…       — Не нужно Айзек. Давай вообще о ней забудем. Я действительно счастлив, что ты вновь пришел ко мне. Ты нужен мне… — Айзек удивленно вскинул голову, с неким сомнением глядя на Скотта. — Не веришь? Хорошо, тогда я сейчас тебе кое-что расскажу. Это то, что я крепко-накрепко держал в себе, не позволяя ни одной частичке выбраться наружу.       Скотт ощутимо расслабился, позволяя ранее связанным мыслям, течь свободно и продолжил:       — Мне всегда хотелось защищать тебя, беспокоиться и заботиться о тебе. Но до недавнего времени, особо на этом я свое внимание не заострял, списывая все на свой природный альтруизм. Но после всей этой неприятной истории с Эллисон, мои глаза открылись и я, наконец, понял, что ты для меня не просто друг, и что желание заботиться о тебе перерастает в желание заняться с тобой сексом. Не делай такие удивленные глаза, как будто ты не догадывался о чем пойдет речь? И с каждым днем это желание становиться все больше, и мне все труднее себя контролировать. Даже сейчас, тем более сейчас, я смотрю на тебя и мне хочется наброситься и сделать тебя своим прямо здесь на полу гостиной. Но не волнуйся, я все еще себя контролирую.       Я думаю о том, как не спеша подхожу к тебе и крепко обнимаю, да так чтобы никто не смог нас разделить. Слегка отстраняюсь, но лишь затем, что так удобней покрывать легкими поцелуями все твое лицо. Наконец нахожу губами твои губы и целую тебя так нежно, мягко и глубоко, как только умею. Ты тихонько вдохнешь в ответ, но на поцелуй ответишь, углубляя его немного жестко и яростно. И если я действительно не хочу, чтобы наш первый раз был на ковре в гостиной, то я прерву наш поцелуй и, вставая, потяну тебя за собой в свою комнату. Она не так далеко, но мы, кажется, добирались до нее вечность. Прижимая друг друга к стене и остервенело целуя все, до чего можно дотянуться через одежду, а когда этого станет недостаточно, то на пол в беспорядке полетит уже никому не нужная одежда. Твоя кожа такая гладкая на ощупь, как китайский шелк и прикоснуться к ней, будучи полностью обнаженным, это за гранью моей фантазии. Добравшись до моей комнаты, я нетерпеливо повалю тебя на кровать и покрою поцелуями все твое тело. И я надеюсь, что смогу услышать твои сладкие и рваные от наслаждения стоны. Не буду описывать момент подготовки, это не так сексуально, но я войду в твое полностью расслабленное тело и тут же начну двигаться, не дав тебе ни малейшей секунды, чтобы привыкнуть к ощущениям. Это позволит всем твоим чувствам обостриться и наслаждаться нашей близостью еще больше. Найдя то положение, которое доставляет тебе наибольшее удовольствие, я продолжу двигаться в тебе быстрее, переходя с длинных и неторопливых толчков, на более резкие, но глубокие. Чтобы заглушить твои громкие, но такие страстные и все больше возбуждающие крики и стоны, я вновь заткну твой рот поцелуем, одновременно кладя руку тебе на член и двигая ею в ритм своих движений, так как почувствую, что разрядка близка. Еле успеваю вытащить свой член, и тут же кончаю тебе на живот. Ты смотришь, как растекается по твоему телу моя сперма и тут же кончаешь следом, добавляя к ней свою.       На этом Скотт остановился, так как увидел, что Айзека бьет мелкая, почти невидимая человеческому глазу, дрожь и его частота дыхания была увеличена. Не нужно быть гением, чтобы понять, что парень возбужден. Тогда Скотт поднялся и как в своем рассказе медленно подошел к Айзеку. Но не стал тратить время на никому не нужные объятия, а просто потянул парня на себя и резко поцеловал. Пусть это не было так нежно и сладко, как было сказано ранее, зато этот немного грубый и быстрый поцелуй давал больше страсти и опьянял еще сильней.       — Думаю, ты знаешь, что последует дальше, — едва оторвавшись от губ Лейхи, решил пояснить очевидное Скотт. — Но перед этим, я хочу, чтобы ты узнал еще одно. Я люблю тебя… — и вдруг до неприличия счастливый Айзек, резким движением подхватил Скотта на руки и понес того в сторону спальни.       Не нужно больше никаких слов. Эти двое безумно влюблены, а что еще нужно для счастья?