вселенной пожар

иногда так бывает — грудь сдавливает от переживаний. и вроде бы ничего особенного не произошло, но я чувствую себя так, будто моё тело сделано из свинца. внезапно накатывает тоска, и всё вокруг кажется неправильным. так происходит, когда все силы потрачены на что-то важное, но впереди ещё немало испытаний, которые требуют такого же количества сил, а может, даже больше. люди вокруг ведут себя по-прежнему, не замечая, как внутри меня разрастается необъяснимая пустота. я думаю о том, насколько жизнь всё же быстротечна, и вспоминаю, какой она была беззаботной, когда я была маленькой. тогда я ещё не знала, каково это — чувствовать себя скованной обстоятельствами, не имея достаточно смелости, чтобы вырваться на свободу. ㅤ я иду по не пройденным тропам — мимо разрушенных домов, мимо деревьев, пострадавших от пожара, мимо устрашающих ям, оставленных бомбами, и осознаю, что это всё — моя вина. этот мир когда-то был пристанищем юных бунтарей, сбежавших от мирской несправедливости — он искрился теплом, убаюкивал россыпью звёзд, он был сокровищницей безумных идей и удивительных откровений. но сейчас он пришёл в запустение — злой ветер срывает иссохшие листья с деревьев, а земля горюет, обиженно преграждая путь новой жизни. чувство вины угнетает меня, заставляя перейти на бег — нужно поскорее скрыться. ноздри обжигает пряный аромат тимьяна, смешанный с кисло-сладким запахом увядающей природы, но я бегу, не обращая внимания на то, как ветер мстительно бьёт по щекам, а камни царапают мои босые ноги. ㅤ и вот я уже вдыхаю ледяной воздух, стоя у разгневанного ожиданием океана. в его своенравном безумстве я нахожу своё успокоение, и моё сердце покрывается коркой льда. я делаю вдох, и по моим венам струится обжигающая пена, а лёгкие заполняет клокочущий прибой. из горла вырывается яростный крик — я, отдавшая своё сердце на растерзание страхам, становлюсь единым целым с океаном, жаждущим отмщения за проявленную мной слабость. он ждал меня слишком долго, и теперь я здесь, чтобы попросить прощения, а потом отдать его водам свою боль. ㅤ дикие волны злятся, бьют меня колючей водой, не хотят принимать в свои объятия, но я храбро бросаюсь в омут, и океан обречённо тянет меня вниз. и боли нет, и страха нет — всё это осталось на суше. ㅤ солёные воды заботливо отправляют меня туда, где ничего ещё не разрушено — где воздух пропитан сладким теплом, где круглый год цветут магнолии и небо нежно обнимает мир. я смотрю на догорающий закат, и разрушительная сила внутри меня утихает — на её место приходит чувство спокойствия. я медленно ступаю по мягкой траве, и по моим щекам вдруг бегут слёзы — я осознаю, насколько сильно устала. я думала, что сокрушительные ураганы, накрывающие меня с головой последние несколько лет, не оставили во мне милосердия, но мои плечи сотрясаются от рыданий — мне больно за тех, кто пострадал из-за разрушения, что я всё это время несла за собой. ㅤ преодолевая нахлынувшие эмоции, я иду дальше и вскоре оказываюсь в своём убежище — оно скрыто в дупле могучего дуба. деревянный пол по-прежнему скрипит, засушенные соцветия всё ещё украшают комнату, но корешки книг, к сожалению, покрылись пылью. я открываю окно и впускаю свет в своё пристанище. я вытираю щёки от слёз и полной грудью вдыхаю запах муската и ройбуша. после короткого отдыха я навожу порядок в своём маленьком царстве: обрезаю засохшие листья у растений, вытираю пыль с книжных полок, расставляю все вещи по местам. какой же беспорядок я оставила за собой, когда уходила — просто ужас! ㅤ с фотографий и рисунков, развешанных на одной из стен, мне улыбаются родные люди, и моё сердце оттаивает. я осознаю, сколько всего упустила, пока пыталась совладать с бурей в своём сердце, но щемящее чувство в груди сразу же сменяется благодарностью — они всегда были и будут рядом, чтобы поддержать меня. ㅤ я беру с полки одну из сказок, любимых мной в детстве, и сажусь у окна. меня так завлекает чтение, что я не замечаю, как наступает ночь и небо покрывается крапинками звёздных клякс. я засыпаю под пение лесных фей, утомлённая прожитой вечностью. прошу, не будите меня — моё сердце слишком устало.