After Party

В просторном банкетном зале утихает музыка, затихают разговоры и повисает торжественная тишина. Президент компании встаёт и уже в десятый раз за вечер подтверждает, что прошедший год был благосклонен и прибылен, благодарит за работу, желает всех благ и призывает хорошо отдохнуть на неофициальной части мероприятия. А значит… Сяо Чжань незаметно кидает полный надежды взгляд на менеджера, но тот знаками показывает, что уйти сейчас нельзя. Оно, впрочем, и понятно: год заканчивается, контракт подходит к концу, поэтому надо показать себя как можно лучше, чтобы продлить его и на следующий год. Условия тут преотличные, выплаты по контракту идут каждый месяц, даже если активности нет. Да и когда есть, работа совсем не пыльная — улыбаться на камеру, держа коробочку с кремом компании, не самое тяжелое, что приходится делать за время актёрской карьеры. Но… Сяо Чжань оглядывает активно гудящее сборище престарелых акционеров и глав отделов и подавляет тяжелый вздох. Что ему тут делать ещё два часа? Президент компании усадил его за главный стол у всех на виду, так что приходится держать лицо все время, а оно уже и так порядком подустало. Пожилые соседи по столу уже утрачивают силы даже на ведение светской беседы с Сяо Чжанем, и он не может понять, рад этому или нет. С одной стороны, он рассказал уже про всю известную ему родословную, начиная с далёких прабабушек, а с другой, молчать было ещё скучнее. Посидеть бы в телефоне, да место неподходящее. Наконец президент покидает стол, направляясь к кому-то в зале, чтобы пообщаться, и соседи Сяо Чжаня тоже следуют его примеру. Потом уходят ещё несколько человек, и сидеть за почти пустым столом становится совсем странно. Но в этой компании у него не так много знакомых, в основном он работает с фотографами и дизайнерами и то особо не общаясь. — Как так все оставили почётного гостя одного? — подходит к нему мужчина в дорогом костюме. — Ибо! Единственный молодой человек за столом президента, который тоже собирался спуститься к остальным, присоединяется к ним, вежливо приветствуя позвавшего его мужчину и Сяо Чжаня. — Проводи, пожалуйста, нашего гостя к руководящему составу. Воспользуйся шансом похвастаться, что тебе удалось добыть нам такую звезду! Несмотря на шутливый тон мужчины, лицо его молодого коллеги остаётся таким же серьёзным. Поэтому улыбаться приходится Сяо Чжаню, заверяя, что никакая он не звезда, попутно размышляя, видел ли он этого Ибо раньше. — Вот это скромность! Как вы можете так говорить? — искренне возмущается мужчина. — Даже мои жена и дочь ваши большие фанаты! Они начали уважать меня и мою работу только когда узнали, что вы стали представлять нашу компанию. Мне очень неловко просить, но не могли бы вы черкнуть для них пару автографов, если вам не сложно. Деваться некуда, и Сяо Чжань с очередной улыбкой выполняет просьбу. Когда довольный мужчина покидает их, Сяо Чжань готовится снова рисовать подпись, но его хладнокровный спутник к его радости и небольшой обиде едва смотрит в его сторону, прежде чем двинуться к шумной компании во главе с президентом. Влиться в беседу оказывается не так сложно, так как большинство уже прилично выпило. Сяо Чжаню даже удаётся вставить пару уместных шуток и слегка расслабиться. Беседа складывается неплохо. Однако алкоголь всё подливают в бокалы, юмор становится всё менее приличным. Сяо Чжань понимает, что пора искать предлог, чтобы откланяться. Даже менеджер не прикопается, здесь он выполнил всю полагающуюся программу. Уже представляя, как окажется дома, Сяо Чжань открывает рот, чтобы поблагодарить за прекрасный вечер и сослаться на дела, когда президент опережает его, по очереди отправляя менее выпивших коллег сопроводить до такси тех, кому точно хватит. Сяо Чжань вежливо ждёт, когда властный взгляд перейдёт наконец на него, но буквально за мгновение до этого к президенту подлетает молодая девушка и мило поджимая губы что-то шепчет на ухо. Судя по взглядам, кидаемым на Сяо Чжаня, речь идёт о нём. Началось… Девушка уходит, а президент даёт указание своему единственному не успевшему уйти сотруднику: — Директор Ван, давай пройдёмся до соседнего столика. Молодежь требует внимание нашего почётного гостя. Сам понимаешь, Мянь-Мянь всех завтра живьём съест, если узнает, что мы ей не дали возможности пообщаться с Сяо Чжанем. Зато сам отдохнёшь вечерок от её внимания. Сяо Чжань совсем не против был отдать всё внимание директору Вану, но президент снова опережает его очень вежливой просьбой составить компанию его внучке и крепкой направляющей рукой на плече. Просьба об услуге директору компании не может трактоваться двояко. И поэтому как бы Сяо Чжаню ни хотелось просто пойти домой, пришлось энергично кивнуть и заверить, что пообщаться с такой прекрасной и умной девушкой для него большая честь. По дороге, которая занимает буквально с десяток шагов, Сяо Чжань успокаивает себя тем, что внучка президента в любом случае не будет вести себя, как какая-нибудь перевозбуждённая фанатка. Если вести себя корректно, ей наскучит и Сяо Чжань спокойно сможет поехать домой. Как же он ошибается! Количество мужчин и женщин за ним примерно одинаково, но стоит Сяо Чжаню, придерживаему рукой президента, подойти к столу, как раздаётся радостный визг и девушки радостно оккупируют его со всех сторон. Начинается суматоха, он чудом избегает перспективы сидеть на коленках у двух борющихся друг с другом девушек, потому что абсолютно спокойный Ибо приносит стул от другого столика. — Всем хорошего вечера! — салютует бокалом президент и улыбается. — Ведите себя плохо! — Давайте вести себя плохо! — весело подхватывает стол. Раздаётся звон чокающихся бокалов, и Сяо Чжань понимает, что так просто ему будет не выбраться. Хохот, девичьи голые коленки, вырезы, горячие прикосновения, грохот музыки, отдающийся где-то внутри тела. В уме он держит только одно: скандалы с девушками ему сейчас точно ни к чему. Карьера может и не выдержать такого удара. Поэтому он делает всё, чтобы держаться как можно ближе к сохраняющему полное безразличие к происходящему Ван Ибо. Уж интрижку с парнем ему точно никто не припишет, хоть и со стороны выглядят все эти обжимания с едва знакомым Ибо наверняка весьма странно. Но уж лучше извиниться перед ним в конце вечера, чем получить кучу неоднозначных фотографий с разгорячёнными девицами. Поэтому в любой непонятной ситуации Сяо Чжань держится за него, отказывается участвовать в конкурсах без него, отклоняется, едва ли не садясь на него, избегая контактов со слишком активной внучкой президента. Как он ни упирается, компании удаётся влить в него порядочно алкоголя общими усилиями. Поэтому конец вечера кажется немного смазанным. Но когда сознание немного светлеет, ощущения непоправимых последствий нет. Похоже, несмотря ни на что вечер проходит без инцидентов. Он явно не на банкете, кругом тихо, тело находится в полном состоянии покоя. От макушки до пят разливается ощущение тепла. Вот только, если подумать, кровать какая-то слишком жёсткая и что-то влажно-горячее чувствуется в районе шеи. Неужели уже пора кормить Орешек? С трудом разлепив глаза, он сталкивается с горящим взглядом Ибо. Тот нависает прямо над Сяо Чжанем и его пунцовые, блестящие от слюны пухлые губы не оставляют никаких сомнений — это он только что целовал шею Сяо Чжаня. Творится что-то очень незапланированное. Сяо Чжань приподнимается на локтях, собираясь выбраться, но Ибо наклоняется к его лицу на расстояние поцелуя, слегка опаляя сладковато-пьяным дыханием. И он, чёрт возьми, невозможно сексуален! В вырезе его полурасстёгнутой рубашки маячит бледная вздымающаяся грудь с острыми сосками. Его бёдра совершенно точно нарочно вдавливаются в пах Сяо Чжаня, и не остаётся ничего, кроме как завалить этого дерзкого юнца на спину и впиться в его нахальный рот поцелуем. И тот отвечает, да ещё как! Снова подминает распалённого Сяо Чжаня под себя, беззастенчиво наводит полный беспорядок с его дорогущей рубашкой и чуть ли не вырывает пуговицу на штанах. С ним до одури хорошо. Бешеный взгляд его блестящих глаз доводит до безумия с первой же искры. Сяо Чжань давно не испытывал подобного. А может, и никогда вообще. Оттого контраст с абсолютно спокойным взглядом с утра ставит в тупик. Сяо Чжань зябко ёжится, прихлебывая поставленный рядом с ним кофе. На кухне царит полная тишина. Ещё недавно горящий страстью Ибо плавно перемещается рядом, занимаясь совершенно обыденными делами, будто полностью игнорируя присутствие ещё одного человека рядом. Сяо Чжань приходит к мысли, что это намёк на то, что пора собираться и уходить, но тут Ибо разворачивается к нему: — Есть ли место, куда ты можешь спокойно сходить? — Что? — удивлённо спрашивает Сяо Чжань. — Свидание. Ты слишком знаменит, чтобы вести тебя куда попало. — А ты не хочешь спросить, собираюсь ли я вообще на него идти? — слегка уязвлено, спрашивает Сяо Чжань, скрывая непонятно откуда взявшуюся радость. — Ты лип ко мне весь вчерашний вечер. Раз ты был так настойчив, я вежливо принял знаки внимания старшего, — вкрадчиво говорит Ибо, подходя вплотную. — И как старший, ты просто обязан принять последствия собственных инициатив. Возможно, скандал с внучкой президента был бы лучшим вариантом, чем дерзкий и самоуверенный юнец. Но пока Ибо целует его так страстно, Сяо Чжань готов мириться с некоторыми недостатками.