Непогода над Гуюэе

Над орденом Гуюэе хмурились свинцовой тяжестью грозовые тучи, накрыв тенью главную резиденцию Главы. Самые зоркие глаза могли бы различить под защитным куполом росчерки косого ливня и даже вспышки ослепительно-яростных молний. — Вот это гроза! — удивлялись гости ордена. — Такой непогоды уж лет тридцать как не бывало, — качали головами старожилы. — Разве что в те времена, когда Глава наш был юн да себя в руках не держал. Помнится, однажды разозлился он на что и весь урожай градом побило. Но то дело давнее. А теперь вон и купол заново выставили! Под защитным куполом грохотало, раскатисто и зловеще, будто сталкивались две скалы, решившие помериться силой. Отчасти это сравнение было истиной — в резиденции Главы Гуюэе на пустынной площадке для тренировок бурно спорили между собой два человека. При них не было мечей или иного оружия, но позы зеркально отражали взаимный воинственный настрой. Со стороны оба этих человека поразили бы стороннего наблюдателя своей схожестью — и в то же время они казались разными, словно небо и земля. — Сюэ Мэн, — холодно произнес один, облаченный в зеленые одежды. Порывы режущего ветра яростно трепали дорогую ткань, но их хозяину, казалось, будто не было до этого дела. Статный и надменный, он скрестил руки на груди. — Ты сейчас же успокоишься, или мы не сдвинемся с места. — Пф! — громко фыркнул второй. Он тоже задрал подбородок и даже выпятил грудь колесом, сложив на ней руки в подражание старшему. — Я абсолютно спокоен, это просто ты намеренно меня раздражаешь, чертов Цзян Ечэнь! Цзян Ечэнь — а это был именно Глава Гуюэе, Цзян Си — ядовито усмехнулся. — Быть может, юный любимец небес страдает от проблем со слухом и зрением, но гроза над нашими головами — твоя заслуга. Купол из моей духовной энергии защитит жителей ордена от твоей неуравновешенности, но тебе лучше немедленно прекратить... Ураганный вихрь едва не сбил их обоих с ног. Сюэ Мэн побагровел, но тут же высокомерно рассмеялся: — С чего ты взял, что это мои эмоции? Может, это ты злишься на мой приезд, из-за которого твой хваленый самоконтроль пошел трещинами? Бровь Цзян Си дернулась. Небеса гулко пророкотали и швырнули Сюэ Мэну горсть града в лицо, которое он, чертыхнувшись, принялся осторожно утирать рукавом, чтобы не навредить своей красоте ни единой царапиной. Закончив, любимец небес увидел лишь удаляющуюся спину и крикнул в нее: — Эй, ты куда?! Сила негодования его была так велика, что мощный поток воздуха сменил направление ветра и толкнул Цзян Си в грудь, заставив сделать несколько шагов обратно к Сюэ Мэну. Глава Гуюэе оглянулся через плечо и вздернул бровь: — Что? — Ты... — Сюэ Мэн пытался подражать его ледяному тону, но сквозь него сквозила детская обида. — Ты обещал моей матери, что поможешь мне, а теперь сбегаешь? Вот чего стоит твое слово? Разворот Цзян Си был стремительнее, чем ударившая под ноги Сюэ Мэна изумрудная молния. Ее опасные отблески сверкнули в глазах Главы Гуюэе, и эти искры несомненно способны были прожечь дыру в чужой плоти. Под зловещий свист ветра клановые одежды метались живой зеленью, облегая вдруг ставшую еще выше фигуру Главы. — Не твоему скудному уму, — прошипел Цзян Си, и раскаты грома, звучавшие до сего момента, показались Сюэ Мэну кошачьим мурчанием по сравнению с рыком, что сотряс почерневшие небеса. — решать, чего стоит мое слово. Уяснил? Сюэ Мэн нервно сглотнул, чувствуя, как парализующий страх расползается по мышцам. Взгляд его был прикован к пространству прямо над головой Цзян Си, полыхавшее шаровой молнией. Его собственная грозовая туча над макушкой съежилась и осыпалась мелким снегом. Вера Сюэ Мэна в справедливость осыпалась следом. Какого черта?! Он много раз видел этого высокомерного ублюдка и ссорился с ним, отряхиваясь от его холодного обливания дождем. Мечтая о том дне, когда пробудится его собственный погодный дар и он сумеет утереть нос Цзян Ечэню... Так почему сейчас оказалось, что тот сдерживал себя все это время? Какого черта Цзян Ечэнь контролирует себя так хорошо, как не удается Сюэ Мэну?! Возмущение уже готово было взорваться новым отзвуком грома, но на тренировочном поле появился новый участник. Сюэ Мэн заметил его первым и приветственно замахал широкоплечему мужчине с веером. Любое недовольство исчезло с лица юного феникса, а тучи над его головой развеялись без следа. Разумеется, Цзян Си не мог не отметить столь разительную перемену и обернулся в поисках причины. Причина бодрым пружинистым шагом успела приблизиться к ним обоим, с легкостью преодолев буйный вихрь вокруг Цзян Си. Опытным взглядом оценив обстановку, Сюэ Чжэнъюн примирительно улыбнулся: — Разгулявшаяся непогода вам помешала? Надо было все-таки выдать вам по зонту! Цзян Си и Сюэ Мэн синхронно фыркнули, а затем сердито уставились друг на друга. Однако из них никто не проронил ни слова, оставив при себе обвинения и упреки. Глава Сюэ, даже не обладая погодным даром, с легкостью усмирял чужой. Его большие ладони безбоязненно коснулись шаровой молнии над головой Цзян Си — и погладили, будто капюшон разъяренной кобры. Сюэ Мэн затаил дыхание, глядя, как искры одна за другой потухают в пальцах Чжэнъюна, а с ними исчезает и стальной блеск в глазах Цзян Си. — Что ты здесь делаешь? — лицо Главы Гуюэе не разгладилось полностью, но его недовольное ворчание не звучало убедительно. Сюэ Чжэнъюн улыбнулся — и будь у него погодный дар, солнце озарило бы целый мир, от Гуюэе до самого Пика Сышэн. — Хотел взглянуть на то особое место для медитаций, куда ты ведешь Мэн-эра. Жена сказала, что оно очень красиво — что это пещера за водопадом, куда ваш род веками приходит усмирять свой дар. У Сюэ Мэна перехватило дыхание от волнения. Так вот куда его потащил Цзян Си? — Все так, уважаемый Глава Сюэ разузнал верно, — тон Цзян Си смягчился. Сюэ Чжэнъюн удостоился благосклонного кивка и даже ироничной полуулыбки. Но Глава Гуюэе вновь скривил губы, бросив на Сюэ Мэна колкий взгляд. — Но он, похоже, еще не готов. Сюэ Мэн ощутил себя оскорбленным. — Я готов! — Мэн-эр очень способный мальчик, — мягко согласился Сюэ Чжэнъюн, неуклюже пытаясь скрыть за веером поглаживание чужого изящного запястья с родинкой. Сюэ Мэн едва не закатил глаза: отец до сих пор стесняется его? Конечно, он устроил буран на Пике Сышэн и едва не отказался ехать в Гуюэе, узнав обо всем... но все же! — Если так говорит сам Глава Сюэ... — задумчиво протянул Цзян Си, игривый прищур которого невозможно было игнорировать даже при большом старании. — Может быть, завтра? — Отличная идея! Что скажешь, Мэн-эр? — Сюэ Чжэнъюн взглянул на Сюэ Мэна, с заметным трудом отведя взгляд от глаз Цзян Си. Его смущенное, но искренне сияющее лицо выглядело столь воодушевленным, что Сюэ Мэну оставалось лишь кивнуть. Последние тучи над площадкой развеялись, сменившись парой легких облачков, которые чуть розовели, когда Сюэ Чжэнъюн вновь обращал свой взор к Цзян Си. Сюэ Мэн невольно вспомнил всегда безупречно ясное небо над Пиком Сышэн и спокойный нрав своей мамы. Но ведь он не похож на нее. Заглянув правде в глаза, Сюэ Мэн не мог не признать: последний в роду Фениксов, он за пару месяцев после открытия дара нисколько не сумел обуздать его. Ровный нрав госпожи Ван, не тревожимый никакими сильными чувствами, годами сохранял благоприятную погоду над Пиком, но он... Если он влюбится... неужели погода вокруг выдаст это так же, как она выдает чувства Цзян Си? Сюэ Мэн глубоко вздохнул, стараясь успокоить внезапное смущение. — Я пойду прогуляюсь. — Собрался бродить в одиночку? — Глава Цзян едко хмыкнул. Сюэ Мэн привычно ощетинился, однако Сюэ Чжэнъюн бросил ему предупреждающий взгляд и кашлянул, возвращая себе внимание Цзян Си. — Он ведь уже не ребенок, чтобы присматривать за ним каждую минуту. — Я бы поспорил, но не буду, — помедлив, Глава Цзян махнул рукой. Сюэ Чжэнъюн легко подул на маленькое облако над его головой, мгновенно рассеяв его, и ласково улыбнулся. Рука с веером вновь тронула чужие пальцы. Уходя с залитого ярким солнцем тренировочного поля, Сюэ Мэн мог поклясться, что видел яркий мост радуги прямо над головой Цзян Си.