Ненависть или дружба?

15 maggio

       Прекрасный ласковый май. Время, когда мозг уже переключается на летнее настроение, школьники ждут начала каникул, птицы поют, все вокруг светятся от счастья и предстоящего жаркого лета. Май, как всем известно, последний весенний месяц. Каждый его воспринимает по-разному, но для Виктории май — начало чего-то нового. Ожидание лета, новых приключений, общения, дружбы, а может и даже любви. Но в этом году всё было иначе. В девушке сидел лёгких мандраж от предстоящих экзаменов, поэтому ночами она часто сидела за своим столом, заучивая билеты. С дня рождения совсем ничего не изменилось: ребята репетировали, Вик любовалась свои подарком — новой бас-гитарой. Изменился только Дамиано: после проведённой совместной ночи в автомобиле, Давид решил сделать вид, что между ними ничего не было. Думал, что прокатит и Виктория ничего не вспомнит. Но она помнила всё в мельчайших подробностях, хоть и сама не решалась поднимать эту тему. Смутило Де Анжелис совсем другое — молодой человек совсем перестал проявлять какие-либо знаки внимания, на уроках сидел один, на репетициях был особо молчалив, а до дома вечерами девушку провожал Томас. Стоит сказать о том, что за эти две недели они очень сдружились, стали переписываться ночами, придумали даже какие-то локальные шутки, которые были непонятны ни Итану, ни Дамиано. Даже на переменах стали проводить больше времени друг с другом. Хоть Виктория старалась не подавать виду, что поведение Дамиано её оскорбило и обидело, домой она возвращалась абсолютно грустной, что не скрылось от глаз родной сестры. Ника пыталась хоть как-то выпытать информацию, но Вик до последнего молчала, знала ведь, что сестрёнка поделится этим с Якопо, а тот, конечно же, расскажет всё брату. Ей приходилось падает лицом в подушку и просто рыдать. Ей казалось, что Дамиано действительно любит её, а в итоге, это видимо правда был план, чтобы расстаться с Джо. В очередной день, после особенно молчаливой репетиции, Вик почувствовала что-то неладное: её мутило всю репетицию, голова кружилась, а запахи особо обострились. Что уж тут говорить про еду, на которую она вообще смотреть не могла. Де Анжелис не придала бы этому никакого значения, если бы не задержка, коих у неё раньше не было. А вот секс с Дамиано у неё был. Девушка села на свою кровать, складывая пазл в голове. — Вот чёрт. Какая же я дура… — датчанка завыла от безвыходности. Ей 18 лет, она школьница и, скорее всего, беременна. Здравый смысл, которого осталось совсем немного, подсказывал, что нужно сходить в аптеку за тестом для беременности. Хорошо, что дома никого не было: отец ещё на работе, а Ника, скорее всего, гуляет с Якопо. Блондинка спускается вниз, в прихожую, и встаёт напротив зеркала: её глаза были красными, кожа приобрела какой-то полупрозрачный оттенок, под глазами виднелись синяки. Супер. Вик переделывает свой пучок, быстро надевает кроссовки и покидает дом. Глоток свежего воздуха приводит её в удовлетворительное состояние, но тошнота никуда не уходила. Благо аптека находится буквально в тридцати метрах от дома, далеко идти не пришлось. Как только девушка подошла к пункту назначения, она услышала знакомый голос. — Виктория? — услышав своё имя, она оборачивается и видит с правой стороны от себя Дамиано. Вот чёрт, хоть бы он с ней в аптеку не пошёл. — Да, ещё раз привет. — сухо отвечает девушка и опускает взгляд на асфальт. — Неважно выглядишь, сорок минут назад было лучше. — Не очень этично с твоей стороны заявлять о таком. — Ви цокает языком, закатывая глаза. Продолжать разговор с Давидом было бессмысленно. — До сих пор тошнит? — Да. Мне идти нужно. Пока. — девушка в край злится и, чтобы не наделать ошибок, спешно оставляет парня одного, скрываясь за дверью аптеки. Покупка теста не заняла много времени, так как народу в аптеке совсем не было. Фармацевт быстро помогла сеньорите подобрать качественный тест для определения беременности, хоть он и обошёлся Виктории в копеечку. Девушка отдала чуть ли не последние деньги за него. Выйдя на улицу, оглядывается и понимает, что Дамиано тут нет. В груди что-то защемило, наверное, это была последняя надежда на то, что её одноклассник порядочный человек. Но увы. Как только датчанка оказалась дома, она сразу же убежала в ванную комнату. Сердце бешено колотилось от всего спектра эмоций. Она очень хотела увидеть одну полоску, ребёнок ей сейчас совсем ни к чему, тем более, с таким-то отцом. Весь процесс не занимает много времени, Виктория оставляет тест на краю раковины, ожидая результат. В голове было много мыслей, в первую очередь, что она будет делать, если результат окажется положительным. Мысли были об аборте, вопрос был в другом, где ей взять деньги? Пока девушка буквально тонула в своих мыслях, в ванную зашла Ника. — Ой, Ви, извини. — она собирается уже выйти и закрыть дверь обратно, но на её глаза попадается тот самый тест. Она, нахмурившись, подходит к раковине и берет его в руки. Одна яркая полоска, а рядом совсем еле заметная вторая. — Вик, ты беременна? — шокированная Ника хлопает глазами, не веря в то, что сейчас происходит. Старшая, как в бреду, поворачивает голову и смотрит на тест. Результат положительный. Она облизывает свои губы, стараясь не заплакать. — Видимо да. — голос блондинки звучал так, как будто она на грани нервного срыва, поэтому Ника притягивает сестру и крепко обнимает, пытаясь хоть немного успокоить. — А отец кто? Дамиано? Что ты будешь делать? — слишком много вопросов, а услышав до боли родное имя, в районе груди что-то кольнуло. — Да. Я не знаю, Ник, мне страшно. Прошу, не говори пока что папе. И Якопо. Дамиано не разговаривает со мной, я не понимаю, что случилось, всё было хорошо. — Виктория не сдерживается и начинает очень громко плакать, слёзы безостановочно текут из её глаз. Дверь в ванную открывается. — У вас всё… — Якопо оглядывает обеих девушек, видит тест, плачущую Викторию и в голове пазл складывается. Он смотрит на свою возлюбленную, на которой тоже не было лица, — Вик, что случилось? Дамиано тебя обидел? — Она беременна от него, а он с ней не разговаривает даже. — младшая получает хлопок по спине за лишнее сказанное, — только ему не говори! Старший задумчиво кивает, пытаясь понять причину такого поведения собственного брата. — Я не хочу, чтобы он знал, сделаю втихую аборт. — Виктория, не хочу в это лезть, но он отец и имеет право тоже знать, вы оба это натворили, будет неправильно не сказать ему о беременности. — Давид качает головой и шумно вздыхает. — Да он даже общаться со мной не хочет! Как я ему скажу об этом? «Слушай, помнишь я на свой день рождения абсолютно пьяная вдребезги полезла к тебе, а ты, как полный идиот, думал головкой, а не головой?» Вы так себе это представляете? — теперь девушку точно накрыла истерика. Она пыталась остановиться, но от наплывающих мыслей становилось только хуже. Якопо с Никой переглянулись. — Ви, любимая моя, мы обязательно что-нибудь придумаем. Не плачь. Мы с Якопо сейчас всё разузнаем, а тебе стоит отдохнуть. Пойдём в постель. — брюнетка крепко обнимает старшую и выводит из ванной комнаты, забирая из её рук тест, — ложись и не думай ни о чём, а я сейчас пойду сделаю тебе чай, хорошо? — Ника заботливо проводит ладонью по волосам сестры и целует в висок, укладывая её аккуратно в постель и накрывая лёгким пледом. Покинув комнату, пара спускается вниз, на кухню. Нажав на электрическом чайнике кнопку, Ника разворачивается лицом к уже сидящему за столом Якопо. Она опирается руками о столешницу и задумчиво смотрит на него. — Дамиано что-нибудь говорил тебе про Ви? — брюнетка склоняет голову в бок. — Не-а, совсем ничего. Да и ведёт он себя как обычно. Я совсем не понимаю, что на него нашло. — парень отрицательно качает головой, вспоминая события последних двух недель. В голову приходит одна мысль. Он достаёт телефон из кармана своих брюк и набирает номер брата. Долгие гудки, непредвещающие ответа на звонок, но в самый последний момент Дамиано всё-таки отвечает. Парень ставит звонок на громкую связь. — У аппарата. — Дами, яркий луч ты мой, а ты где? — Якопо старательно делает вид, что ничего не случилось, его голос звучит очень ровно. На фоне слышится чей-то женский голос, на что старший хмурится, но находит выход из ситуации, — это Вик? Передавай ей привет от меня и от Ники. — Нет, это Джо. — Джо? А чё ты с ней там делаешь? Я думал, ты расстался с ней. — Ей нужна была моя помощь, ну я и помог. — голос Дамиано звучал слишком радостно. Якопо лишь разочарованно вздохнул. — Почему ты с Вик не общаешься? — А что? Она уже нажаловаться успела? Всё нормально у нас, брат, будь другом, не суй свой нос. — на том конце слышится какое-то шуршание и звонкий, бьющий по ушам, женский смех. — Дома поговорим. — Давид старший сбрасывает и слышит за спиной тихий всхлип. Виктория стояла за их спинами, видимо, слыша весь разговор. — Он с Джо, да? — сквозь слёзы спрашивает. Вопрос был риторическим. Это был просто план. Он не любит тебя. Девушка чувствует, как в глазах начинает темнеть. Якопо ловит этот момент и подбегает к ней, пытаясь удержать. — Вик, я поговорю с ним, я тебе обещаю. Слышишь меня? Он правда любит тебя, я тебе это как брат его говорю. Уверен, что это какая-то уловка этой Джо. Поверь мне, ты дорога ему. — блондинка судорожно кивает, но истерика накатывала с новой силой, сдерживать слезы было невозможно.

***

       Разъярённый Давид старший приходит домой довольно поздно, но точно был уверен в том, что Дамиано ещё не спит. Якопо чуть ли не с ноги открывает дверь в их общую комнату. Не ожидавший такой резкости Дамиано поворачивается, вопросительно смотря на старшего. — Ты чего? — Ты чё творишь? Ты мне тут полгода ныл о том, что ты любишь Викторию, а в итоге ты шляешься с Джорджией? Дамиано, ты идиот. — Якопо даёт младшему подзатыльник и строго смотрит на ничего не понимающего брата. — Я люблю её. Ничего не поменялось. Просто Джо попросила помочь ей. — Вы спали? — Что? Фу, нет. — Дамиано морщится от одной только мысли об этом. — Почему ты не общаешься с Ви? — Что за допрос? — Я тебе вопрос задал. — Я тебе тоже. — Дамиано, не беси меня. — Я сам не знаю. Мне кажется, что я ей не подхожу. Она заслуживает лучшего. — Я не сомневаюсь в том, что она заслуживает лучшего, только вот любит придурка тебя. Я был у них дома, весь разговор, в том числе деталь про Джо, она слышала. Оправдывайся как хочешь. — Якопо поднимает обе руки вверх и садится на свою кровать. Про беременность он, как и обещал, ничего не сказал. — Cazzo… Хорошо, я завтра поговорю с ней. — Дамиано впустили пятерню в свои волосы, прочёсывая их. — Смотри, не опоздай.

***

       Двенадцать часов ночи, все уже давно спали, а Виктория только перестала плакать. Она тихо заходит в ванную и с отвращением смотрит на своё отражение в зеркале. Опухшие красные глаза выглядели очень ужасно. Взгляд падает на лежащее в коробочке лезвие для бритвы. Вик осторожно достаёт его и на пробу проводит по руке, прямо возле запястья. Кожа рассекается под лёгким нажимом лезвия, а алая кровь тут же вытекает из новой раны. Больно, но в отличии от боли, которую сегодня испытала девушка от слов любимого человека, эта боль была приятной. — Раз. — Де Анжелис делает второй надрез, наслаждаясь тем, как красиво расходится кожа на руке, — два. Каждый следующий порез сопровождается счётом. Восемь ран. Вся рука, одежда и кафель были в крови. Несомненно, на нежной коже останутся шрамы, которые будут напоминать девушке о предательстве. Она ненавидела себя за то, что доверилась ему. Она ненавидела этот сгусток, что был внутри неё. Она ненавидела самого Давида за то, что он был её кислородом.