Две вещи

      в этом мире кенни маккормик любит две вещи — самокрутки собственного производства и удивлять стэнли марша. обеими вещами гордится до задницы, хотя прямо никогда об этом не говорит. это из разряда очевидного, стэн думает. когда кенни в очередной раз осуждает его за покупку дешёвых магазинных сигарет или когда рассказывает о ночных похождениях в киоск для выкрадки пары порножурналов, наблюдая за меняющимся лицом марша с особенно довольной ухмылкой.       вообще-то удивить стэна не так легко, а со временем всё труднее. приходится идти на ухищрения, и каждый раз... — блядь, — вырывается после третьей попытки перерыть карманы. сомнений нет — он определённо где-то забыл свою зажигалку. или потерял, или пихнул в самое странное место на свете, или миллиард других вариантов. стрёмно будет конечно, если отец найдёт. — интересная точка зрения, я с тобой согласен, — сообщает кенни, идущий рядом. стэн смотрит на него — ебальник абсолютно постный, а глаза весёлые-весёлые, сука. — смешно ему, а у меня жига хуй знает куда делась. есть закурить?       вопрос риторический, конечно, потому что на глазах у стэна маккормик зажёг самокрутку и было это две минуты назад. в нечитаемых глазах кенни снова пробежали искорки, и, марш думает, это какой-то гипноз или телепатией переданный эффект выкуренной травы, потому что разум затуманивается за секунды.       и когда маккормик ловко подхватывает его за руку, уверенно тянет к себе и тычется тлеющим концом своей сигареты в чужую, стэну, в общем-то, возразить нечего. ощущение чужого дыхания на лице вызывает странные покалывания в горле. когда его табак на кончике наконец утруждает себя затлеять, ледяная ладонь кенни отпускает его, а сам укурыш смеётся, выпуская изо рта дым. — у тебя лицо такое, ты думал, я тебя засосу? — иди ты нахуй, маккормик, никогда в жизни у тебя ничего не попросить, — от души посылает стэн, чувствуя, каким предательским огнём вспыхивают щёки. твою мать, кенни, ты как обычно. ...и каждый раз что-то новое. и «что-то новое» с каждым разом всё ближе к границе дозволенного, стэну кажется. границу никто не ставил, но по какой-то причине она существует, о своём присутствии напоминая, кажется, лишь маршу, потому что его наглухо ебанутый друг либо реально не подозревал о наличии таковой, либо научился слишком хорошо игнорировать. думая об этом, стэн приходит к выводу, что не знает, какой из вариантов заставляет его нервно ёжиться сильнее, чем другой. — блядь, — выдаёт многозначительно после прощупывания карманов. стэну страшно захотелось прокомментировать, сообщить о том, что с маккормиком ну слишком интересно вести беседу, но кенни уже открыл рот чтобы сообщить о своём проёбе в виде сегодняшнего отсутствия самокруток и спросить: — у тебя твоего магазинного дерьма не найдётся? замечание насчёт "магазинного дерьма" игнорировалось, наверное, с самого начала. стэн молчит, активно размышляя. вопрос, конечно, риторический, — чтобы у него сигарет не было? — однако спроси кенни немного позже и действительно просчитался бы, ведь в кармане лежала пачка с одинокой дамой, занять сердце которой марш планировал перед тем, как пойти домой. для друга последней не жалко, для кенни — тем более, но ведь стэн тоже умеет удивлять. а удивить того, кто специализируется на том, чтобы удивлять тебя — это, считай, подарок судьбы.       пачка выуживается из кармана лёгким движением, но рука замирает, когда большой палец собирается открыть крышку. умеет ли стэнли марш удивлять — ясно, но готов ли ради этого пойти на риск? мнётся в нерешительности, с каждым мгновением теряя уверенность. кенни, конечно, поймёт многое, если не всё, но если вдруг их общение после этого приобретёт хоть какую-то натянутость — стэн себе глотку перережет. кенни творит хуйню, не подозревая о наличии личного пространства, а стэн охуевает и не понимает как реагировать — это словно негласное правило, аксиома, для которой не существует обратной. с другой стороны, кто проверял?       марш кидает быстрый взгляд в лицо кенни, а у того в глазах всё те же блядские искорки. уверенностью так кстати заряжают, а покалывания в горле почему-то возвращаются. — держи, — и «табачный» кончик сигареты аккуратным движением зажимается между сухими губами. стэн не думает, что делает, когда делает шаг вперёд и протягивает сторону сигареты с фильтром. кенни хлопает глазами, но теряется лишь на мгновение, а затем снисходительно улыбается, так, что все тревоги сразу растворяются где-то в бездне.       да, стэнли марш готов идти на риск. в данном случае он даже более, чем оправданный, потому что в этом мире кенни маккормик любит две вещи — дешёвые магазинные сигареты и попытки стэнли марша его удивить.