Я буду рядом.

POV Екатерина Прошло уже полтора суток, как мы сидим в этом банке без возможности выйти на улицу. Люди в масках с автоматами, разговаривающие на непонятном языке. Полтора суток мы без еды и воды. Полтора суток нас угрожают убить. За что? Непонятно. На наших глазах убили пожилую женщину из-за того, что ей стало плохо с сердцем. Один из террористов сказал самую ужасную вещь, которую я когда-либо слышала: «Всё равно помирать, мы ускорим» Мне кажется, это будет звучать в моей голове всю жизнь. Как там мой Павлуша? Знает ли о нас Андрей? Знает ли Павел и Маргарита, что здесь происходит? Я виню себя за то, что поехала вместе с Женей. Я подвергла её опасности. Я. Подвергла. Опасности. Ребёнка. Женя не отворачивается от меня ни на минуту. Ей тоже страшно. Но она проявляет безумную стойкость. Я согласна на то, что до конца жизни мы будем с ней также не принимать друг друга и раздражать, скандалить и ненавидеть. Я согласна. Пусть лучше будет так. Но она будет живой и здоровой. С нами в банке оказалась беременная женщина. Страшно. Страшно, что она может начать рожать и эти твари убьют их также, как убили пожилую женщину. Они не оставляют тела с нами, они куда-то их утаскивают. Даже не хочу представлять где они и как лежат. Боже. А Коля? Кто же ему будет передавать пирожки от мамы, когда он в очередной квартальный отчёт закроется у себя в кабинете и никого не будет пускать. Как же… Как же мои мама и папа? Их же удар хватит, если узнают в каком мы положении сейчас. Я пытаюсь настроить себя на то, что всё будет хорошо, но не получается. Я не понимаю, почему никто не пытается нам помочь. А пытаются ли? — Катя, — шепчет Женя, не отпуская моей руки, — Катя, пожалуйста, не отпускай мою руку! Мне страшно. Катя, не отпускай, — девушка начинает беззвучно плакать. — Женя, — как можно тише начинаю я, — успокойся. Ты выберешься отсюда целой и невредимой, договорились? Павлик тебя сильно любит, ты обязана просто вернуться и покатать его на своей спине перед сном, как он любит, не плачь, иначе кто-то из нас останется в этих стенах на всегда. А если я стану злым духом, то буду являться к тебе во снах и там продолжать тебя злить. Поняла? — после этих слов я сжала её руку ещё сильнее. Ну вот, как я и думала. Эта женщина начала рожать. Я подалась вперед, чтобы помочь ей, однако Женя меня одёрнула. — Катя, ты куда? Они уже убьют вас двоих, останься. — Троих, ребёнок вот-вот родится. Ему нужна помощь. — Но ты ведь обещала не отпускать меня, — её глаза снова наполнились слезами, но тут придётся быть жёсткой, к сожалению, истерика до добра ещё никого не доводила. — Я тебе ничего не обещала, понятно? Я сказала, что ты отсюда выберешься. Значит так и будет. Сиди ровно и не двигайся с места. И чтобы ни то что звука, чтобы слеза не упала, понятно? — параллельно с этим ужасным поступком мне пришла идея. Я решила снять с себя кулон, который подарил мне когда-то отец, когда я ещё была школьницей. Это очень дорогая вещь для меня. Но если она способна успокоить ребёнка в пубертате, то придётся пожертвовать… — держи, это очень ценная и важная для меня вещь, считай, что так я буду рядом. А теперь бери и молчи, слышишь, сюда возвращаются. В зал вернулся один из террористов, но на этот раз он был уже без маски. Его акцент был ужасен, он спросил, кто посмел здесь шуметь и в этот момент беременная женщина закричала ещё сильнее. Он нацелил автомат на неё, как я тут же окликнула его. — Стой. Позволь помочь мне ей. — Кто разрешал тебе подать голос? — мужчина пошёл в мою сторону, присел на корточки и пристально стал смотреть в мои глаза. — Я. Этого не достаточно? Твои ребята убили старушку, потому что ей было плохо. А здесь беременная женщина. Она дарит жизнь новому человеку. Ты способен загубить жизнь того, кто ещё ни в чем не виноват? — Способен. И тебя заодно. Слишком смелая? — Даже если и так, то это никак не спасёт меня от твоего решения. Если мне суждено умереть от пули, сидя в заложниках, так может мне стоит хоть немного почистить свою карму перед смертью? — мне было очень страшно и я понимала, что сильно нарываюсь, но во мне зашкаливал адреналин и желание помочь. — Ты хоть понимаешь, кто я такой? — А мне обязательно нужно это знать? Вы пришли сюда за своими целями, а я, по всей видимости, уже всё сделала в этой жизни. Так какая разница, что я сделаю или кто-то другой здесь, если нас всех ждёт одна участь? В этот момент, женщина закричала ещё громче… Слышать крик было невыносимо. — Либо пристрели меня прямо сейчас, либо отдойди нахрен отсюда! — ну всё, я подписала себе смертный приговор. — Ты напоминаешь мою дочь. Когда-то она была такой же смелой, храброй и строптивой… Пока эта тварь её не убила, — сеанс психотерапии, однако… — Давай мы с тобой заключим сделку: ты сейчас пропускаешь меня помочь женщине, а потом ты расскажешь о своей дочери? — И ты такая же наивная, думаешь, что всё в твоих руках. Но какая разница? Смысла нет ни в чём. Ни в человеческой жизни, ни в событийности. — Так если ни в чём нет смысла, какая разница, помогу я этой женщине или нет? Пусть в этом нет смысла, но я хочу помочь. Мы слишком долго ведём диалог. Пока только схватки, потом ведь самое тяжёлое. — Хорошо. Ползи к ней. Но если ты решишь сделать какой-то выпад, мои ребята сразу положат твою девчонку здесь. Усекла? — Снаружи полиция? — Я только что тебе сказал, будет дурь с твоей стороны, окажется новый труп. — Мне нужна тряпка и вода, — да что ж ты такой тупой, ирод пустоголовый. — А потом яхту и миллион долларов? Воду тебе принесут, справишься без тряпки. Нужны подручные средства… Окинула взглядом Женю, дала понять, чтобы она мне отдала свой джинсовый жакет. На это я положу ребёнка. Тряпку сделаю из своей водолазки. Спасибо Господи, что под водолазки я надеваю майки, пожалуй, не буду отказываться от этой привычки, слишком уж она оказалась полезная. Осталось дождаться, когда мне принесут воду. Боже, а что делать-то дальше? Ладно. Всё по ситуации. Всё по ситуации делаем. — Я врач, я могу помочь, — воскликнул мужчина в зале. — Сиди там, где сидишь, — прошипел террорист. — Мне действительно нужен врач, — ну что он за идиот такой, — если с ребёнком или с женщиной что-то будет не так, понадобится квалифицированная помощь. По хорошему сюда бы вообще вызвать неотложку и их после этого всего сразу в больницу. — По хорошему тебе рот нужно закрыть, — ответил этот урод, — вода есть, бери своего врача и начинайте. Потом этот мужчина куда-то ушёл, но вместо себя оставил другого вооружённого человека. Мы с мужчиной начали принимать роды. Не думала, что со стороны это выглядит так необычно… Женщина оказалась молодцом, она слушала все советы, как правильно дышать, что делать дальше и пыталась сохранять спокойствие, ведь её мысли были заняты о другом. Прошло прилично времени, прежде чем ребёнок появился на свет, здание банка озарил чистый и детский плач ребёнка. Родилась девочка. Когда-то мой Павлик тоже был такими же… — Нам предоставили неотложку, — оповестил мужчина, — мы передадим им только ребёнка. Мать останется здесь. Раз ты самая смелая, то идёшь с нами в качестве гаранта, что никто из полицейских не пристрелит моих ребят. — Выведи ещё одно ребёнка, — очень хочется вытащить отсюда Женю. — Ты начинаешь меня уже раздражать. Я сказал, что мы отдаём только новорождённого, — он начал медленно направлять автомат на меня, — а может, мне прямо сейчас тебя пристрелить? — Пристрели. Но отпусти ещё одного ребёнка. Я не знаю как, но он согласился. Я взяла малыша на руки, попросила встать рядом со мной Женю, и мы остались ждать наше сопровождение из трех человек с автоматами. — Катя, — шёпотом начала Женя, — я хочу остаться с тобой. — Не дури, Андрей с меня три шкуры спустит вообще за всё произошедшее, это лучшее, что я могла сделать. — То есть, если бы не папа, ты бы для меня ничего не сделала? — Не надо впадать из крайности в крайность. Твоя задача, как только окажешься у полицейских, узнать, в какую больницу доставили ребёнка. Ясно? — Но… — Ясно, Евгения? — Катя, прости меня за всё — Не время сейчас. Пошли тише. Мы и так их раздражаем. Выйдя на улицу, я увидела, что всё было оцеплено красными лентами, было очень много народу, включая полицейских и скорую помощь. Нас заметила нужная бригада врачей и дала знак, что нужно к ним. Я передала ребёнка на руки Жене и отправила. В этот момент один из бандитов решил выстрелить в неё. Не долго думая, я прыгнула вперёд, чтобы прикрыть их собой. Это было очень больно… Где-то из толпы я услышала животный крик, голос был очень знаком, но для меня это было уже не таким важным. Я начала медленно проваливаться в темноту… POV Александр Мною было принято решение отправиться туда же. Я подключил все свои связи в Лондоне, поэтому смог попасть к самим полицейским и контролировать их действия. Марго и Павел меня отговаривали, но я осталася непоколебим в своем решении. Когда мы услышали требования одного из бандитов о надобности неотложки, во-первых, я не мог поверить своим ушам, во-вторых, очень не хотелось чтобы оттуда кого-то выносили мёртвым. Хотя о жертвах я наслышан. — Арни, — позвал помощника Павла, — а какого черта за столько времени никто не предпринял ни одной попытки штурма? — Сань, давай не горячись. Мы не знаем, есть ли там дети или нет. Перехерят всех, кто будет рядом. А если там дети? Мы ждем, когда кто-то из бандитов выйдет. Снайперы расставлены по определённым точкам. Вернуться обратно в здание шанса не будет у них. — А, то есть, этих мы убьём, а оставшиеся бандиты в здании спокойно на это отреагируют, типа, ой да ладно, ну наших убили, ну и хер с ними. План обречён на провал. — Воропаев, не разбираешься, не лезь не в свое дело. Спецслужбы работают, понятно? Ты думаешь, что этих пристрелят и все спокойно будут стоять тут? Ждать, когда в кого-то ещё будут шмалять? — Это всё очень медленно. Люди без еды, воды. А если кому-то плохо? — меня впервые охватила паника… — А если кому-то плохо, тому уже очень хорошо на том свете, ясно? Никто там не сюсюкается. Сань, ты в таких кругах серьёзных крутишься, криминалу тоже достаточно. И? Сейчас ты мне затираешь этот детский лепет? Отойди, там какой-то движ у выхода. В дверях мы видим Катю, Женю и какого-то младенца на руках. Они шли впереди, сзади них было двое мужчин в масках, державшие автомат наготове. Женя пошла вперёд, но Катя осталась… Какого черта? Я попытался двинуться вперёд, но Арнольд остановил меня. — Придурок. Стой на месте. Сейчас идёт передача ребёнка бригаде врачей. Только попробуй всё испортить, — шикнул мужчина. Я отвлёкся. Отвлёкся буквально на секунду… В этот же миг улицу озарил пронзительный крик дочери Андрея… " — КАТЯ!» Полицейские немедленно двинулись в сторону банка, Женю с ребёнком перехватили врачи и повели к своей машине, попутно прикрывая их собой. А Катя тем временем упала и не двигалась. Я ринулся к ней, мне было абсолютно всё равно, но полицейские скрутили меня и не давали двинуться дальше. Кто-то из врачей подбежал к Пушкаревой, начали щупать пульс и осматривать рану, а потом один из врачей строго крикнул: «СРОЧНО, РАЗРЯД!» Нет…