Иллюзия

Грядущий учебный год обещал быть сложным. Знойный, засушливый август выжелтил лужайки вокруг замка. Запретный лес уныло шелестел скрюченными бурыми листьями, хотя до осени было без малого две недели. Стоя у окна безлюдного ещё коридора молодой мужчина угрюмо провожал глазами заходящее солнце в ожидании не менее удушливой ночи. Ему было не больше 24, хотя никто не посмел бы усомниться в его преподавательском авторитете. На лице застыло неодобрительное выражение, брови стремились друг к другу, собирая складки на переносице, а длинные темные волосы придавали облику профессора зельеварения вид и вовсе зловещий. Огненный шар наконец скрылся за деревьями, окрасив небо во все оттенки патоки. Северус Снейп развернулся на каблуках и широкими шагами направился в подземелье, к освежающей прохладе каменных стен и стеллажам с декоктами и порошками. Надо было готовить материал к новому семестру. - Сев, идём! Бежим скорее, смотри как там красиво! Призрачный облик тянул за руку, манил за собой, заливисто смеялся – но впереди была лишь тьма и холод. Укутанный туманом берег реки не вызывал доверия. -Идём же, ну! – волна рыжих волос взметнулась в воздух, коснулась запястья. Ноги еле передвигались, губы не слушались, но надо её остановить, развернуться, там опасно, там… Пальцы безвольно разжались, рука так и осталась висеть протянутой в пустоту. Туман поглотил сумрачную фигуру, лишь легкое эхо доносило какое-то бормотание. -Лили, вернись! – из молочной пелены прорвался испуганный женский крик, - Лили!.. Влажный, тяжелый воздух подземелья. Смятая постель. Дрожащие руки. Мокрые насквозь волосы и простыни. Кошмары мучали Северуса без малого три года. То мрачные, то суетливые. То насмешливые, то чудовищно жестокие. Но каждую ночь, если не пить зелий, он просыпался в бреду. Каждую ночь он снова терял её. Снейп перепробовал всё. Он ложился спать под утро и не ложился вообще. Иногда он выматывал себя настолько, что засыпал, ещё не касаясь головой подушки. Несколько месяцев он спал по паре часов, урывками, задремывая то за письменным столом, то в кресле с книгой. Но рано или поздно глубокий, тревожный сон проглатывал его, и выход был лишь один – снова и снова являлись ему видения, губящие невесомый рыжеволосый призрак. Зелья… Снейп и сам был большим знатоком по этой части. Но он и думать не мог, что принимать Зелье сна без сновидений месяцами не выйдет. Видимо, раньше никто не пробовал пить его ежедневно. Но через неделю сон стал прерывистым, через месяц перестал давать отдых телу и разуму, а через два месяца кошмары вернулись, как будто и не уходили. Мадам Помфри очень удивилась такому эффекту и обещала навести справки среди своих знакомых в Больнице Святого Мунго. А пока предложила Северусу успокоительных настоек. Ха! Будто от них был какой-то толк… Вот и сегодня Снейп пытался обмануть себя. Бродил весь день по коридорам Хогвартса, как тень, рассматривал корешки книг в библиотеке, часами ковырялся в тарелке в Большом зале. И лишь на закате спустился к себе и занялся работой. Всю ночь он составлял планы занятий, разбирал застарелые запасы ингредиентов, отправлял заказы в аптекарские лавки и записывал в огромный каталог каждую бутылочку, флакон и коробочку, что находил на полках кабинета. И вот когда яростные солнечные лучи снова начали выжигать траву на берегу озера, он упал на постель и отключился. Но ненадолго. Северус сел, накинул на плечи рубашку, зажег свечи. Уснуть снова можно было даже не пытаться – чёрный шелк облепил его спину, пот градом стекал по телу, кровь пульсировала в висках. Молодой профессор оделся, застегнул мантию на каждую пуговку и вышел из комнаты. Гулкие шаги отмеряли секунды этого раннего утра. Он прошел один коридор, и второй, и третий. Пересек холл и спустился по лестнице. Никто в замке не видел, как печальная черная фигура брела вдоль берега озера, по границе леса, и обратно, туда и обратно, много часов. Просто чтобы ходить. Просто чтобы не думать – и не уснуть. Вечер первого сентября был ещё жарче, чем весь августовский зной. Вереница карет без лошадей медленно тащилась к замку по пыльной дороге. Форменные мантии болтались на плечах, на локтях, на бортиках повозок – только второкурсники стеснялись снять форму, все остальные даже не надевали длинные черные одеяния в поезде. Кто-то из старшекурсников шел пешком, наслаждаясь вечерней иллюзией прохлады. Когда первокурсники по очереди примерили Распределяющую шляпу и все ученики расселись по своим местам, Дамблдор взял слово. Он говорил, как всегда, о смелости и смехе, о важности верного выбора и лакричных конфетах. А в зале дети растекались по скамейкам и мечтали поскорее оказаться в своих постелях, желательно с ледяной грелкой в обнимку. - Да начнётся пир! – лукаво подмигнул директор, столы наполнились вкуснейшими кушаньями – но на этот раз между блюдами с жарким и ребрышками, между картофельным пюре и мясными пирогами на столах пошатывались высоченные башни из шариков разнообразного мороженого, а рядом с ними стояли запотевшие кувшины ледяного тыквенного сока и мятного лимонада. По рядам учеников прокатился дружный восхищенных вздох, преподаватели посмотрели на директора с большой благодарностью и одобрительно закивали. Когда пиршество закончилось, вереницы детей потянулись к своим спальням. Хелен Хайтс схватила под руки своих подружек, Бетт и Лив, и они, перешептываясь и похихикивая, зашагали к лестнице. Им предстоял долгий подъем в башню Когтеврана. - Вы заметили, как вырос Трей? -У Меган такая неудачная прическа! Лучше бы оставила косы… -Мне кажется, Мэри и Кит встречаются. -Может, в этом году у нас будет больше уроков с Гриффиндорцами? Генри и Джо так изменились за лето, и в лучшую сторону, хи-хи... Лестницы, коридоры, проходы и залы наполнились звуками и запахами. Сотни мальчишек и девчонок брели по лабиринтам замка к своим постелям, сплетничали и гадали, что ждёт их в этом году. Утром профессор Макгонагалл гордо прошла по Большому залу и раздала каждому старшекурснику табель дополнительных занятий. Надо было подтвердить свою специализацию и выстроить расписание с учётом всех уроков для подготовки к ЖАБА. -Ой, девчонки! Мне нужна нумерология, и астрономия, и я хотела ещё походить к мадам Стебль… Как всё успеть? -Успеешь, Бетт! В этом году у нас нет прорицания, да и от магических существ можно отказаться. Хел, ты как? -Я пойду к Стебль и на зельеварение. -КУДА?! – хором выдохнули Бетт и Лив. Всего за один год новый преподаватель по зельям, Северус Снейп, выработал у девчонок настолько стойкую антипатию, что они не сунулись бы к нему под угрозой отчисления. -На зельеварение. Вы же знаете… -Неужели нет других вариантов? -Ну девочки! Я всё лето проходила у бабушки практику в Мунго. Мне нужен высший бал на ЖАБА по зельям и лекарственным травам, тогда я смогу сразу устроиться туда помощницей и одновременно учиться на зелья, набираясь опыта. Вы же знаете, сколько после войны осталось пострадавших. Наверное, возьму ещё углубленную трансфигурацию, тоже может быть полезно. Ни Бетт, ни Лив не готовы были даже ради жертв войны чаще обычного спускаться в затхлое подземелье и дрожать от страха под грозным взглядом сумрачной летучей мыши. Завтрак закончился, и они, похватав свои сумки, поспешили на первое в году занятие по Заклинаниям. - Северус, где ты? Мне страшно! Северус… - юная девушка в ужасе крутилась на месте, не видя ничего перед собой от страха. Сключенные, мертвые деревья обступили её со всех сторон. Тусклый месяц едва пробивался сквозь густую паутину уродливых ветвей. Лес вокруг шуршал, шелестел, шипел и завывал. Каждый куст таил в себе угрозу. - Лили, не бойся! Всё пройдёт, Лили. Я рядом, только не бойся. Бледное личико вдруг обернулось. -Сев, помоги… Мне страшно… Она протянула руки и медленно, словно на ощупь, пошла к нему. Их разделяло лишь несколько метров, но пройти их было невозможно: прямо под ногами Снейпа земля расходилась прожорливой пропастью, дна которой не было видно. - Стой, Лил. Умоляю, стой! Скоро всё закончится. Я с тобой. Только остановись! Но девушка не слышала ни слова. Губы её изогнулись, из груди раненной птицей вырвался вскрик и она рванулась вперед, в мгновение ока исчезнув в бездонном провале. Северус упал на колени, еловый опад иглами впился в ладони, а зловещий лес вокруг возликовал, застучал сучьями, забарабанил… Бам-бам-бам - в дверь стучали, деликатно, но весьма настойчиво. Снейп встал, надавил пальцами на глаза и быстро пригладил волосы. Сон настиг его прямо за рабочим столом. Бам-бам-бам! - Войдите! - Добрый день, профессор, - учтиво кивнул Дамблдор. – У вас всё в порядке? - Да, всё хорошо, благодарю. Я зачитался. - О, я вас отлично понимаю! Однажды я так увлёкся книгой, что просидел в кресле перед остывшим камином четыре дня. Хорошо, что я умел уже наколдовать себе чашку горячего какао – а вот о еде я тогда совершенно забыл… - директор окинул лукавым взглядом абсолютно пустой рабочий стол, - В общем, хорошая книга это отличный товарищ, не правда ли? Альбус лукаво подмигнул, а потом в миг сменил насмешливый тон на обеспокоенный. - Вы неважно выглядите. Мадам Помфри сказала, что у вас проблемы со сном, но вы не желаете рассказать какие. Вы уверены, что ничего не хотите поведать мне, Северус? - Нет, сэр. У меня была небольшая бессонница, не более. Но прямо сейчас я уснул за письменным столом, так что проблема решена. Спасибо. - Как знаете… - Альбус снова обезоруживающе улыбнулся, - Я перехватил у Минервы ваше расписание, решил, что могу и сам занести его. В этом году у вас несколько студентов на ЖАБА. Вы уж не обижайте их, ладно? Вашим требованиям сложно соответствовать! Вы бы и мне влепили «Удовлетворительно», ведь так? - Что вы, сэр. Я уверен, у вас отличные знания зелий. - Ну ладно уж, не так я и силен. Всего доброго, Северус. Приходите, если что. Дверь аккуратно закрылась за гостем. Снейп тяжело опустился в кресло и уронил голову на руки. Занятия по зельям оказались ох какими сложными! Что только они не готовили. Костерост, Волчье противоядие, Зелье против икоты, микстура, останавливающая рост проклятий… Экстракт бадьяна был самым простым из этих рецептов! Вот и сегодня Хелен спускалась в подземелье в томительном ожидании. Что будет на этот раз? Справится ли она? Заслужит ли похвалу? Они занимались впятером. Трое, конечно, были из Слизерина: Маргарет Фан, Дэвид Боулс и Тимоти О’Коннел. Один гриффиндорец с четвертого курса, Ричард Корнелл. И она. - Мы приступаем, сядьте. Достаньте конспекты. Кто знает, что это за зелье? Снейп поднял в руке пузатую бутыль. В ней колыхался невесомый, мерцающий сгусток перламутра. Казалось, ёмкость была заполнена газом, но нет: жидкость покачивалась и волновалась, как вода, но всё же выглядела воздушной – и чарующей. В аудитории повисла предвосхищяющая тишина. - Никто? Ни один из вас никогда не видел и не слышал ни о чем подобном? Хелен робко подняла руку. -Да? - Я видела такие сосуды в больнице Святого Мунго, сэр. Я не знаю, что это за зелье, сэр, но оно всегда было под рукой у целителей, хоть и использовали его редко. - Ну, хоть что-то. Записывайте. Umbra Aeterrius, Воздушная иллюзия, или просто Иллюзия. Это одно из самых сложных по своему воздействию лекарственных зелий. Находится в группе Приворотных, хотя намного тоньше и изящнее. Что будет, если выпить банальное приворотное зелье, Амортенцию, например? Состояние опьянения, тяжелое влечение, мучительное, если его игнорировать, затем отрезвление, потеря памяти, интоксикация, похожая на похмелье. Грубо и бессмысленно. Иллюзия – зелье приятия, оно никогда не действует против воли пациента, но всегда – ему во благо. Няньки, устраивающиеся к маленьким детям, могут с согласия родителей иногда давать ребенку пару ложек Иллюзии. Он быстрее привыкнет к новому человеку, охотнее пойдет на контакт, но это не будет гарантом послушания или покорности. В лекарском деле зелье применяется ещё шире. При тяжелых травмах человек скорее и легче примирится с утратой ноги или красоты. При серьезных душевных недугах не будет подозрителен к знахарям, доверится им. Принимать необходимо в течение всего периода лечения. Так же зелье было некогда популярным среди жуликов, но изготовление его слишком сложно, а эффект при однократном приеме слишком слаб. Надеюсь, в этой аудитории пошлых мошенников нет… Снейп облокотился ладонями о стол и обвел студентов тяжелым взглядом. - За работу. Рецепт на доске. Когда дойдёте до пункта 28, всем отойти от котлов. Дальше будете делать всё под моим строгим надзором, мне не нужны переведенные впустую ингредиенты. Начали. На доске появился огромный список составляющих и подробная инструкция по изготовлению Иллюзии. Ромашковый цвет, календула, зверочай, полынь – это просто травы, но перетертый волос единорога, крылья болотной жужелицы, сушеные лепестки крестоцвета... Да, эти составляющие зелья стоило беречь. Крестоцвет зацветал лишь раз в году, на опушке леса, ночью, и только если лунный луч осветит бутоны! Мунго закупали его для зелий по 7 галлеонов за наперсток, сколько же стоили хрупкие лепестки Хогвартсу? Хел заколола волосы на затылке и принялась за работу. Через 15 минут под потолком подземелья медленно плыл ароматный дымок, а жидкость в котлах, казалось, готовилась взлететь. Но не всё оказалось так просто. Первой сорвалась Маргарет: всыпав в зелье ромашку, она забыла утопить соцветия ложечкой, а добавленная следом полынь окрасила содержимое котелка в ядовито-зеленый цвет. Парок над её столом рассеялся, а вот аромат наоборот сгустился, но этому никто не обрадовался. - Вы на сегодня закончили. К следующему занятию я жду от вас собственноручно составленное описание приготовления зелья – с пометкой о вашей ошибке, и соображения на тему, что вы получили в итоге. Этот вариант тоже используется, и весьма активно… Но не в лечебных целях, нет. Скорее наоборот. Снейп взмахнул палочкой, котел Марго очистился - и запахи тоже исчезли. Остальные вздохнули с облегчением. Вторым оступился Корнелл. И на этот раз Снейп был зол. Ричард держал над котлом крохотную пиалу и аккуратно сбрасывал с неё лепестки крестоцвета хрустальной палочкой. Раз, два, три… восемь… Боулс оглушительно чихнул, многие вздрогнули – а Ричард уронил пиалу в котёл. Лепестков в ней было раза в три больше, чем нужно. Профессор обернулся на дружный чих, плеск и ругань, и понял что произошло. Корнелл покинул кабинет красным как рак, с огромным домашним заданием – и лютым желанием никогда больше не приближаться к зельеварению, даже в виде настоек! К концу второго часа верное зелье осталось только у Хелен. Все ученики выстроились напротив, вдоль стола, и наблюдали, затаив дыхание. Снейп стоял рядом и аккуратно направлял каждый её шаг. - Хорошо, Хайтс. Три плавных помешивания по часовой. Медленнее, нежнее! Верно. Теперь левой рукой осторожно насыпайте волос единорога. Понемногу, и постоянно помешивайте. Следите за консистенцией. Вы увидите. Руки у Хел тряслись от волнения, с восторженной улыбкой она занесла руку над котлом, в него посыпались белые крупинки. Один оборот, второй, ничего не меняется. Третий. Что не так? Но Снейп молчит, так же заворожено глядит в мягкий водоворот зелья. А порошок всё сыпется. Шестой оборот, седьмой… Вдруг молочно-белое зелье стало наливаться перламутром, по мелкой ряби побежали нежные радужные искорки. - Стоп! Левую руку убрали, правой продолжаем помешивать. Как только увидишь дно котла – убирай ложку. Одиннадцать, двенадцать… - А количество важно? - Не сбивай! Пятнадцать, шестнадцать, семнадцать… всё! Стоп. Гасите горелку. Ровно семнадцать. - А это?.. - Да, важно. Этого нет ни в одном учебнике. Но сколько я ни готовил это зелье, самый лучший эффект будет, если блики появятся на седьмом кругу, а всего их будет семнадцать. Возможно, просто моё суеверие… - пробормотал Снейп и поднял глаза на Хелен, - Отличная работа, Хайтс. Превосходная. 20 очков. И ушел к своему столу. Уставшие ребята стали собирать вещи, все торопились на ужин. Хелен выходила последней – но Снейп что-то старательно записывал в свитке и даже не поднимал головы, когда с ним прощались. - Спасибо за урок, сэр! Доброго вам вечера. Ответа не последовало, и, вежливо прикрыв за собой дверь, Хел побежала по лестницам в Большой зал. - Почему ты не поможешь мне?.. Северус! Помоги же! Дай мне руку… Дай руку, умоляю… Высокая волна гранитной плитой накрыла обоих, нежная рука опустилась под стальную толщу воды, а Снейп захлебнулся - и открыл глаза. Полная луна освещала кровать, придавая комнате сумрачно-мертвенные оттенки. Грудь его высоко вздымалась, под глазами залегли глубокие тени. Он не спал толком уже неделю. Нужно выждать месяц, а потом будет небольшая передышка. Сны без сновидений, дней на 10 должно хватить, быть может, даже на 20. Но сейчас придется потерпеть. Снейп сел за стол, открыл первую попавшуюся книгу. До рассвета оставалось ещё 2 часа. Начинался ноябрь. По утрам трава за окном была покрыта инеем. Пробираясь на уроки в теплицы, ребята кутались в мантии, а кто-то из девочек уже надевал шапки или пушистые наушники. Отыгрались первые матчи по квиддичу, отгремели первые контрольные работы. Бетти успешно забросила нумерологию, и так же успешно начала заниматься Генри Пьюи, старшекурсником Гриффиндора. Вряд ли их совместные занятия приближали их к сдаче выпускного экзамена, но оба ходили по школе весьма счастливые. Лив не стала брать себе сложных предметов, поэтому у неё оставалось время на тренировки, в этом году она снова играла охотником в сборной факультета. А Хелен продолжала зарабатывать факультету очки на Лекарственных зельях. Сегодня они варили простое снотворное, и Хелен больше витала в облаках, чем следила за котлом. Когда зелье было почти готово, она даже опрокинула не закрытый флакон с лавандовой эссенцией, пришлось побегать по кабинету до раковины и обратно, вытирая терпко пахнущую лужицу. Ребята по очереди добавляли в зелье крапиву, опускали на нитке бугристые осколки лунного камня и уменьшали пламя горелок. Снейп устало подошел к столу, плеснул воды в стакан, поднес его ко рту и удивленно замер. На поверхности колебалась чуть заметная радужная пленка. Он поставил стакан на место, опустил голову и закрыл глаза, досчитал до десяти. Открыл. Легчайшая перламутровая дымка всё ещё лежала на поверхности воды. Нет, ему не показалось. Студенты возвращали ненужные уже ингредиенты на полки, убирали учебники. Снотворное у всех вышло довольно сносным, разве что к зелью Хелен было не придраться. Ученики по очереди выставляли на стол профессора склянки с результатом работы, очищали заклинанием котлы и вскидывали тяжелые сумки на плечи. - Хайтс! Задержитесь. Хелен подняла на профессора смущенный взгляд и кивнула. Волшебная палочка, которой она небрежно закручивала волосы в узел, выпала, на плечи осыпался водопад медных прядей. Ребята по очереди покидали кабинет, она же медленно подошла к профессорскому столу и остановилась, уставившись куда-то на кончики своих туфель. - Объяснитесь. - Профессор, я случайно! Я открыла учебник, чтобы прочитать про другие виды снотворных зелий, а лаванда… - Я не об этом. – припечатал Снейп, - Я жду. - Сэр, я не знаю, может быть, я что-то… - Хорошо, значит, будем говорить открыто. Вы пытались меня отравить? - ЧТО? НЕТ! – Хелен вскинула голову, глаза её испуганно округлились, - Отравить?! Ни за что! - Но ведь это вы подлили мне зелье. – и Снейп пододвинул к ней стакан, содержимое которого продолжало мягко переливаться. - Но не отравить же! Это не яд! – голос её задрожал. - То есть вы признаетесь. Отлично. Как только это могло прийти вам в голову? С какой стати? Вы и так получаете превосходные оценки на каждом уроке, неужели ваше тщеславие… - Но я люблю вас… Во влажном подземелье едва слышный шепот всё равно отозвался гулким эхом. - Мисс Хайтс! Вы в своём уме?! - ДА. Нежданное эхо придало ей смелости. Хел подняла голову и открыто посмотрела профессору в глаза. - Да, я в своём уме. Но я действительно думаю, что люблю… Не говорите ничего, просто послушайте. Чем для вас пахнет Амортенция? Цветами, шоколадом, морской галькой? Чем? Лилиями – подумал Снейп. От этого запаха у него каждый раз болела голова. - А я ненавижу её запах. Точнее и люблю, и в то же время терпеть не могу! Она пахнет этим кабинетом. Сыростью, плесенью. Печенью жаб и сушеной рыбьей икрой, зверобоем и мятой, и ещё черт знает чем. Она пахнет… зельями. Всеми – и сразу. А вы знаете, какой чувствительный нюх должен быть у мастера! Вот такой невыносимый коктейль. - Хелен, поймите же. Вы студентка… - Я совершеннолетняя. – припечатала девушка. - Вы ученица! А я учитель! О какой любви может идти речь?! - Вот именно. Ни о какой. – с горечью ответила она, - Ведь я и не просила вас о ней. Я лишь хотела, чтобы вы взглянули на меня не как на ребенка. Чтобы вы увидели во мне человека, коллегу, если не женщину. Поймите же – стоит мне покинуть замок, я потеряю вас навсегда… В Хогвартсе не может быть двух мастеров зельеварения одновременно. Она опустила голову и прерывисто выдохнула. Самообладание её было на исходе. - Вы слишком молоды. И наивны. Я думал, вы настроены серьезно, действительно хотите учиться, но вы, как маленькая девочка, пытаетесь… - Хватит! – перебила Хел, - Вот уж этого я никому не позволю. Я с 10 лет мечтаю варить зелья, с 12 - работать в Мунго. Это разные вещи! Я вам не пустоголовая курица, которая бегает на нумерологию только потому, что там мальчишки симпатичнее! Янтарные глаза её горели, в них как будто отражалось пламя волос. Гордость её была уязвлена, и уже ничего на свете не было так важно, как сохранить лицо. Наплевав на страх наказания, она развернулась на каблучках и вылетела из аудитории, звонко хлопнув дверью. Уже по пути наверх она поняла, что на волоске от исключения, и разрыдалась. Но что было больше, страх или обида, она бы сказать не смогла. Северус облокотился об стол, с нажимом потер пальцами уставшие веки. Он поднял задумчивый взгляд на дверь и долго стоял, разглядывая до боли знакомый рисунок досок. А потом залпом осушил стакан и отправился в постель. У него не было сил сопротивляться сну сегодня. Но в эту ночь кошмары обошли его стороной. И на следующую. И через неделю. Снейп не понимал, в чём дело, но с того дня он спал как младенец. Иногда ему снилось что-то прозрачное, воздушное и бессмысленное, но запомнить эти грезы было невозможно. Дни сменяли друг друга неспешно и вальяжно, выпавший снег, пушистый и мягкий, не вызывал раздражения, и даже ученики, казалось, стали не так бестолково тратить его время и материалы. Приближалось Рождество. Коридоры замка постепенно наполнялись еловыми венками и горшками с «Рождественской звездой», с лестничных перил свисали серебристые сосульки. На многих уроках студенты витали в облаках, только у Макгонагалл и Снейпа поблажек ждать не приходилось! На уроках Хайтс стала тише воды. Она входила в дверь, опустив голову, устраивалась за дальним столом, безукоризненно выполняла все указания, молча сдавала идеально составленное зелье одной из первых и так же опустив голову покидала подземелье. Нет, она не боялась его. Но на этот раз сама выстроила между ними стену. Хотя пару раз Снейпу казалось, что Хелен пристально смотрит на него. Обернувшись, он видел, как колышутся выбившиеся из прически пряди, ловил дрожь на ресницах. Но перед сегодняшним уроком Снейп даже волновался. Он пристраивал пробирки на стойку – а они звенели и качались. Отмерял из большого короба порошок болотного мха и просыпал горсть. С чего бы это? Хайтс открыла дверь, протиснулась в щель и пыталась снова сесть в дальний угол. - Сюда, пожалуйста, на первый ряд. Сегодня мы занимаемся вдвоём. Хелен подошла ближе и начала раскладывать инструменты на столе, по-прежнему пряча лицо. - Булс и О’Коннел на отработках у Макгонагалл, весьма неосмотрительно с их стороны променять домашнее задание по трансфигурации на попытку протащить в замок бутылку Огненного виски. Корнелл в больничном крыле, а Маргарет отказалась от занятий. Ну что ж. Я планировал на этот урок Желудочное зелье, оно входит в ЖАБА, по этому готовить его вдвоём нет никакого смысла. Так что у вас есть уникальный шанс. - Какой? – наконец подняла голову Хел. - Что бы ВЫ хотели научиться делать? Снейп видел, как загорелись её глаза и задрожали руки! Одна мысль, что сегодня она сможет изготовить что пожелает, привела её в восторг. - Всё что угодно? - Кроме быстродействующих ядов, очевидно. – ухмыльнулся Северус, и она улыбнулась в ответ. - Элексир Вирджинии… - выдохнула Хелен и замерла. - Серьезный выбор. Вы с ним знакомы? - Я однажды видела, как его применяют в Больнице Святого Мунго. Тогда в рецептуру закралась ошибка, и действие зелья заканчивалось быстрее, чем успевал наступить стойкий эффект, пациентам становилось хуже. Собирали целый консилиум, но так и не смогли найти просчет. Но это величайшее волшебство! - Зелье возвращало осознанное состояние, так? - Да. Там была одна семейная пара, очень молодая и милая. Они страдали, так сильно страдали, что их разум не выдержал, и их пытались исцелить Элексиром. После пары глотков взгляд их прояснялся, допив стакан, они узнали друг друга и обнялись. Но уже через пару минут всё вернулось вновь… - Возможно, дело было не в зелье, - тихо ответил Снейп, - Элексир Вирджинии возвращает разум тем, кого постиг недуг. Когда душа повреждена болезнью или горем. Но если сознание сбегает, если жизнь в теле настолько невыносима, что мозг сам принимает решение отключиться, сбежать от этой жизни – он не поможет. Пока разум сам не захочет вернуться, в теории. На практике такого ещё не случалось. - Мы не сможем его приготовить, да? - Почему, сможем. Не всё возможно успеть сегодня, да и для поздних стадий мне не хватает составных частей, но сможем. Начнём? Северус и Хелен склонились над котелком. Девушка поспешно делала пометки на пергаменте, сдувала чёлку с глаз и бережно отмеряла капли то из одной, то из другой пробирки. Мужчина наблюдал за каждым её движением, давал указания, а иногда касался её руки, направляя тонкую струйку порошка под движения серебряного венчика или помогая стряхнуть упрямую каплю тягучих вытяжек. По залу клубился пар, но они не замечали ни жара, ни сырости. Лишь тихонько переговаривались, почти сталкиваясь лбами над котелком. В углу комнаты прозвучали гулкие удары. Полночь?! Они и не заметили, как пролетело время. - Идём, я должен проводить тебя. Иначе могут быть неприятности. Хелен одним движением смела со стола пергамент и перья в сумку, убрала с лица прилипшие влажные пряди. Снейп притушил горелку и накрыл зелье стеклянным колпаком. Они отправились в путь по бесконечным лестницам и коридорам. Они шли и продолжали прерванный настырными часами разговор. Зелью предстояло медленно настаиваться на тихом пламени в течение недели, несколько раз его нужно было помешивать и разбавлять горной водой с добавлением кварца. А через неделю его нужно будет снова довести до кипения и добавить ещё дюжину разных составляющих. А как лучше добавлять кварц, в виде порошка или солей? Горную воду лучше пропускать через серебряный змеевик? Мы смешаем новые составляющие и введем единым раствором или будем всыпать поочередно, и в какой последовательности? Северус и Хелен не спешили, но всё равно дошли до крутой спирали лестницы. По ней они поднимались ещё медленнее, и оказались у тяжелой дубовой двери с молотком в форме орла. Хел легонько стукнула молотком, раздался мягкий женский голос: - Сладка, но не сахар. Смертельна, но не яд. Греет, но не пламя. Видна, но не коснуться. Что это? - Любовь. Дверь послушно отворилась. - Спокойной ночи, профессор! Спасибо вам… - она ласково улыбнулась и исчезла в полумраке гостиной. А Снейп медленно побрел обратно в подземелье. Яркий лунный свет расчертил коридоры черно-голубыми квадратами, отражался от рыцарских доспехов, путался в ледяных гирляндах. Впервые за долгое время ему просто не хотелось спать. Утро накануне Рождества выдалось ясным и морозным. Мальчишки и девчонки медленно завтракали, обменивались подарками и собирали чемоданы, большинство обитателей замка отправлялось домой на каникулы. Хел и Лив сидели вдвоём и переговаривались. Бетт в последнее время при малейшей возможности убегала за Гриффиндорский стол. Вещи Лив уже собрала и торопиться было некуда, а Хел оставалась на каникулах в школе – предстоял ответственный этап приготовления Элексира, и она не хотела это пропустить. Бабушка даже не думала обижаться, когда узнала, ради чего внучка хочет пропустить семейное торжество – и даже обещала переубедить маму. К вечеру в замке осталось не больше 40 человек, включая преподавателей. Спустившись на ужин, Хелен застыла в дверях от восхищения. Вместо длинных обеденных столов вдоль стены стояло пять небольших круглых столиков, роскошно накрытых и украшенных. У стены напротив столов высилась богато украшенная рождественская ёлка метров восьми в высоту! Играла спокойная, приятная музыка, а свечи под потолком приглушили сияние и собрались в небольшие группы над столами и елкой, оставляя остальные части зала в бархатном полумраке. Хел опустилась на тонконогий стул с высокой спинкой. Рядом с ней сидели смутно знакомые девочки и мальчики с младших курсов, всего за столиком Когтеврана собралось 7 человек. Когда с тарелок исчезло жаркое и горошек, а вместо больших блюд появились высокие креманки с пудингом и ягодами, Дамблдор объявил танцы. Музыка стала чуть громче и быстрее, тыквенный сок в кувшинах сменило сливочное пиво. Ребята помладше действительно пошли танцевать, старшекурсники разбились на компании и тихонько переговаривались. В постель никто не спешил. Северус Снейп взял бокал медовухи, отошел от столика преподавателей и прислонился к стене в стороне от свечных облаков, задумчиво наблюдал за залом. Вечер действительно вышел праздничный, даже почти семейный. Факультеты перемешались между собой, студенты беззаботно болтали. Вот Дамблдор поднялся из-за стола и пристроился сбоку от Снейпа, оперевшись спиной о шершавую колонну. Бокал в его руках украшала высокая шапка взбитых сливок, но ему удавалось делать глотки яичного коктейля, оставляя усы и бороду чистыми. Вот это высочайшее волшебство! - Я вижу, Северус, что ваш сон вернулся? Вы выглядите гораздо лучше. Я бы даже сказал, живее, чем обычно. Неужели нашли лекарство? - Нет, сэр. То есть я не искал, всё просто вернулось на круги своя. - Неужели? Удивительное дело, право. Видимо, преподавание хорошо на вас влияет! Как ваши занятия? Есть выдающиеся ученики? Северус перевел взгляд с директора на зал и увидел, что Хайтс уверенно направляется к ним. Сегодня она заплела длинные волосы в две изящные золотые косы, и они покачивались в такт её быстрым шагам. Озорной взгляд был устремлен прямо на него, пронизывал насквозь, на губах играла легкая улыбка. По спине Снейпа побежали мурашки, но девушка приближалась так стремительно, что уже остановилась напротив них. Улыбка стала ещё шире. - Профессор Дамблдор! – вдруг резко повернулась она, - Позвольте потанцевать с вами! Это моя любимая мелодия. Позволите? - О, миссис Хайтс, как я могу отказать! В такой вечер, да ещё такой очаровательной леди! – его бокал так и остался висеть в воздухе по соседству со Снейпом, а сам Дамблдор лихо подхватил Хелен под руку и увлёк за столики к свободному пространству для танцев. Помимо них, медленно кружилась в обнимку неразлучная парочка слизеринцев. Чуть в стороне три девочки лет 12 обняли друг друга за плечи и шутливо покачивались в такт. Из невидимого проигрывателя разливалась мелодия старой шотландской песни. Быть может, старый друг забудет, Исчезнут в памяти черты, Быть может, старый друг забудет, И время заметет следы. За прошлый час звени бокалом, За прошлый час, за прошлый день. Добром наполнены стаканы За прошлый час, за прошлый день. За прошлый день. Дамблдор галантно придерживал Хайтс за талию и кружил её по залу, рассказывая что-то крайне забавное. Раскрасневшаяся красавица поднимала вверх личико и чуть не фыркала от смеха, косы взлетали и опускались, легонько пошлёпывая её по спине. Да, Дамблдор умел разговаривать с учениками так, что они забывали о своем положении, о ненужной никому субординации, чувствовали себя равными, значимыми, интересными собеседниками, открывались ему легко и охотно. Вот и Хелен вела себя с ним абсолютно непринужденно, хоть они разговаривали всего пару раз за все эти семь лет. Снейп поставил нетронутый бокал и тихонько вышел из зала. Ему захотелось просто побыть одному. Он прошелся по коридорам и остановился у привычного окна, на полпути к подземелью. Лунно-голубая гладь снежной пелены простиралась до темного частокола деревьев. Ветер спрятался где-то под крышей, иногда слышалось его отдаленное пение, но в лесу за всё время не шелохнулась ни одна макушка, не сбросила холодный груз ни одна ветка. Мир замер в ожидании какого-то чуда. С лестницы донеслись отголоски какой-то стремительной и шумной мелодии. Видимо, Дамблдор решил во что бы то ни стало увлечь всех плясками. За всю свою жизнь Снейп ни разу не танцевал. Он любил слушать музыку, сидя в глубоком кресле, под треск поленьев в очаге и стук дождевых капель в окно. Но танцы… Студенты попадали бы в обморок, устрой он такое шоу. Хотя сегодня вечером в зале не было ни визгливых сплетниц, ни маленьких, глупых ещё, мальчишек, готовых злословить по любому поводу. Неужели хотелось? Быть может, именно сегодня он желал бы оказаться там и кружить под старую печальную песню? Северус тяжело вздохнул и отвернулся от окна. Поднял глаза – почти над самой его головой болтался пучок омелы. Мелкие белые ягодки казались прозрачными бусинками в голубоватом лунном свечении. Ну уж нет! Где-то на лестнице раздались легкие шаги, Северус фыркнул, сунул руки в карманы и поспешил быстрее скрыться за поворотом в конце коридора. Вот ещё, омелу поразвесили! Спать пора… На верхней ступени лестницы появилась запыхавшаяся Хелен. Оглянула пустой коридор, подошла к окну и прижалась лбом к холодному стеклу. Странно, ей почудилось, что здесь кто-то был… Девушка постояла у окна несколько минут, переводя дух и отрешенно разглядывая снежные поля, и вернулась на лестницу. Ей предстоял долгий подъем в башню и желанный отдых. Два дня Хелен наслаждалась каникулами. Она выспалась, провалялась часов 8 в постели, обложившись книгами и имбирным печеньем, прогулялась по глубоким сугробам к озеру и долго потом отогревала заиндевевшие ноги у камина, перечитывая письма и открытки от родных. На третий день за завтраком к ней подошел профессор Снейп. - Здравствуйте, Хайтс. Элексир настоялся, пришло время второго этапа приготовления. Вы готовы? - Конечно, сэр. Когда? - Приходите ко мне после обеда. Не хотелось бы снова засидеться до ночи, вечером вы должны быть в гостиной факультета, а работы предстоит немало. - Хорошо, я приду. Спасибо вам… - но Снейп уже удалялся от неё, вышагивая меж факультетских столов. В два часа Хелен аккуратно постучала в дверь подземелья. - Войдите! Снейп уже расставил множество склянок на столе, зажег горелку под котлом и выверял точность своих старых латунных весов. Девушка подвернула рукава джемпера, достала из сумки записи и принялась выстраивать составляющие зелья в последовательности добавления. Следующие несколько часов пролетели на одном дыхании. Северус и Хелен действовали настолько слаженно, что ни разу не прозвучал звон неаккуратно поставленного сосуда, не упала ложка, не пролилось ни капли настоек и отваров. Он озвучивал – она записывала. Он подавал – она добавляла. Он комментировал – она помешивала, перетирала, нарезала и пересыпала. Наконец, оба они разогнули спины, размяли пальцы и удовлетворенно улыбнулись. Готово! Котел выплевывал в воздух последние пузырьки. Они медленно поднимались к потолку и лопались с забавным щелчком. Тягучие слои нежнейших оттенков, от молочно-лилового до темно-лавандового, тихонько закручивались воронкой, не смешивая своих цветов. Хелен даже не верилось, что она способна создать такую красоту. Она тяжело дышала, сердце её хотело выскочить из груди от восторга! Но другие органы тоже решили подать голос: поясница отозвалась жалобным плачем по уютному дивану, а желудок напомнил о себе настойчивей и громче. Хел покраснела, а Снейп бросил взгляд на часы. Почти семь. - Пойдем скорее, не то останемся оба без ужина! – и он легонько подтолкнул оробевшую девушку к двери. Они поспешно поднялись по нескольким лестницам, преодолели длинный коридор и столкнулись нос к носу с Дамблдором. Директор направлялся в кабинет, беззаботно насвистывая какую-то чепуху, а в руках нес огромное блюдо, полное мандаринов, кексов с цукатами и карамельных тросточек. - Северус, вы припозднились! Бегите скорей, пока не закончился пирог с патокой. Мисс Хайтс, добрый вечер. Всё учитесь? - Уже спешим на ужин, сэр. Сегодня был второй этап приготовления Элексира Вирджинии, вы же знаете, что это может затянуться. - Элексир? Надо же. Его нет ни в нашей программе, ни в ЖАБА, особое задание? И вы справились, Хелен? - Да, - смущенно кивнула она. - О, поздравляю вас, милочка! Это высочайший уровень, у вас, несомненно, талант. Да что же это я? Вы так и без еды останетесь. Хотя… - Альбус вдруг улыбнулся до ушей и глаза его засверкали крайне хулиганским образом, - Хотя ещё на мгновение мне придется вас задержать. Вы видели? Длинный палец профессора вытянулся вверх и уткнулся в пучок омелы. - Негоже нарушать традиций! Юная леди, позвольте старику? – он раскинул руки, а блюдо так и осталось парить в воздухе, взял Хелен за плечи и звонко чмокнул её в лоб. От неожиданности она не успела ничего ответить, а директор уже подхватил своё угощение и ушел, насвистывая ещё громче и веселее. - И правда, омела… - хихикнула Хелен, глядя на зеленое украшение. А потом поднялась на цыпочки, коснулась губами щеки Северуса и ускакала по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. А Снейп пошел обратно в своё подземелье, ужинать ему расхотелось. С наступлением весны работы в теплицах прибавилось. Растения просыпались ото сна и требовали ухода или пересадки, первоцветы уже распустили бутоны, и их надо было собрать, пока лепестки не начали вянуть, и верным способом сохранить для последующего использования. А ещё подготовить горшки, удобрить почву, проследить за новыми всходами однолетних трав, не забыть про растения в оранжерее, у которых не было зимней спячки. Иногда Хел даже прибегала к профессору Стебль после занятий, чтобы помочь ей в подготовке к урокам. Сегодня они пересаживали взрослые кустики лекарственного мирта, по этому работали в паре мальчик-девочка. Пока парни держали на весу пышный куст с тяжелым земляным комом, девчонки обтрясали лишнее и подставляли заранее приготовленный горшок, присыпали свежей землей, а парни отставляли вазоны в сторону и подносили новое растение. В пару Хелен выдали высокого гриффиндорца Джо Фаерли, загонщика сборной и весьма успешного выпускника, углубленно изучающего лекарственные травы. Правда Хел его дико стеснялась, и на то были веские причины. На одном из первых осенних занятий студенты обрезали плоды Огневицы. С виду они немного напоминали обыкновенные каштаны, но были не так безобидны. Работать приходилось в толстых перчатках из драконьей кожи, овальные твердые скорлупки, покрытые острыми шипами, ещё и выделяли ядовитый сок при контакте. Мощные закаленные секаторы с трудом откусывали стебли, больше похожие на стальную проволоку, чем на растение. Одной рукой ты держал ядовитого ёжика, другой перекусывал черенок, потом аккуратно опускал каждый плод в свою ячейку в проложенных ватой ящичках. Уже через 10 минут руки Хел ныли, а пальцы немели. Давить на ручки секатора приходилось с такой силой, что она очень пожалела о тонком колечке на пальце. Она носила его, не снимая, лет с 10, но сегодня оно врезалось в палец, после урока под ним даже выступило пару капель крови. Очередная ветка никак не желала поддаваться, до конца урока оставалось ещё целых полчаса. Хел отпустила плод и со злобой стиснула ручки секатора двумя руками! Лезвия сомкнулись, тонкий прутик надломился и изогнулся, пройдя между ножами, а ядовитая колючка описала по теплице изящную дугу и приземлилась за шиворот высокому парню, который сражался со своим кустом с завидным терпением. Хайтс бросилась к нему, выдернула из шеи колючку и убрала в ящик, а потом обработала ему ранки экстрактом бадьяна из аптечной теплицы. Мадам Помфри отпустила юношу в больничное крыло, а на Хелен посмотрела с укоризной. Больше попыток нарушить технику безопасности за ней не наблюдалось. Не смотря на бадьян и своевременную помощь, у Джо на шее и левом плече остались несколько тоненьких шрамов, похожих на звезды или затейливые цветы, ожоги от ядовитого сока. Он, кажется, совсем не злился и всегда был с ней вежлив и приветлив, но всё равно Хелен терялась, стоило ей бросить взгляд на эти шрамы. Работали Джо и Хел продуктивно, но молчаливо. К концу урока за их спинами расположилась почти половина всех горшков, намеченных сегодня на расширение жилищных условий. Обтрясая предпоследнее корневище от старой земли, она подняла голову, чтобы сдуть прядь волос с лица, и встретилась взглядом с напарником. Он внимательно разглядывал её, спокойно и непринуждённо. От неожиданности девушка пошатнулась и уцепилась руками за куст, руки Джо дернулись вниз, оба они плюхнулись на колени, слегка тюкнулись лбами, ещё и оцарапали руки и лица о тонкие веточки. Хел хотелось провалиться сквозь пол теплицы от стыда, а Джо только рассмеялся, встал сам и поставил на ноги девушку. - Не сильно ушибла колено, а? Тогда давай закончим уже. Умираю с голоду! Хелен прикусила губу и поторопилась продолжить работу. После занятий она долго отмывала руки от земли в тепличном фонтанчике, пока все не разошлись. Вода была ледяная, но очень уж ей не хотелось сейчас ни с кем обсуждать очередной дурацкий инцидент. Когда пальцы онемели от холода, а голоса однокурсников смолкли, она умыла горящее лицо, перекинула через плечо рюкзачок и отправилась в замок. Но снаружи её поджидали. - Неужели ты так боишься меня? Я вроде не страшный парень, а? Голос Джо был беззаботным и веселым. - Я просто очень не люблю неловкие ситуации. А с тобой оно само получается… Прости меня, ради бога! Я вовсе не такая неуклюжая, правда. Но так уж вышло. Прости. - За что простить то?! За коленку и лоб? - За шрамы… - А, ты об этом! Да я забыл давно уже, их почти не видно. И потом – простить? Шутишь? У меня все однокурсники хвастались ещё в первую ночь в школе: у одного через всю голень длиннющий шрам - лазал где-то на заброшенной ферме ребенком, у другого на затылке, с палец толщиной – братья учили его играть в квиддич, а он с метлы свалился, у кого руки, у кого подбородки... А мне и показать-то нечего было. А теперь вот есть! Шрамы украшают мужчину, слышала такое когда-нибудь? - Нет, не слышала, - не смогла сдержать улыбки Хел, - Кто придумывает такую чушь? - Не знаю, может, сами мужчины и придумывают. Но ты только представь, какой простор для фантазии теперь открывается! Какие легенды я могу сочинять! – Джо обратил на небо мечтательно-пафосный взор и закатил глаза. - Ну, какие же? Он тут же сменил выражение лица на томно-подобострастное, подхватил Хелен под руку и повел к замку, отчаянно кривляясь. - Вы не представляете, мисс, что мне пришлось пережить! Этот шрам навсегда будет мне напоминанием о том страшном дне, когда я чуть не лишился руки… Пошли мы как-то с друзьями в «Кабанью голову», а таааам…. Пышущий зеленью май налетел внезапно. Казалось, только вчера на деревьях начали набухать почки, а ночью с крыш замка с глухими шлепками сваливались тяжелые шапки и разлетались по старому сероватому снегу белоснежными кляксами. Только вчера раскололся лёд на большом озере, и на берег то и дело выносило его пласты с вмерзшими осенними листьями. А сегодня на улице щебетали какие-то пичуги, поле для квиддича покрылось легкомысленными одуванчиками, а студенты старших курсов приобрели вид понурый и измученный, потому что экзамены были уже на носу, а сидеть в такую погоду в замке, за книгами, было невыносимо. Даже на узкой полоске берега между гладью озера и кромкой запретного леса шла усиленная подготовка. - Состав оборотного зелья. - Уж его я наизусть знаю, не подкопаться! - Состав оборотного зелья. - Воды ключевой - две пинты, пиявки толченые - 3 штуки, крылья златоглазок - пол-унции, шкура бумсланга – полторы унции… - Стоп. Знаешь. В какой концентрации разбавляют настой аконита для приготовления примочек от синяков? - Десять к одному. - Верно. В какой последовательности добавляют минералы для приготовления Зелья проявления? - В обратной радужной последовательности: аметист, лазурит, аквамарин, хризолит, гелиодор, цитрин, турмалин. - Хорошо. Главный закон противоядий. - Третий закон Голпалотта — противоядие-от смешанного яда не может быть создано путём смешения противоядий от каждого из составляющих его ядов. - Есть. Главный ингредиент Костероста? - Мне страшно, Северус… - Не вижу причин для страха. По крайней мере, пока. Главный ингредиент Костероста? - Костная мука летучей мыши. Но какой в этом толк, если уже сейчас у меня ноги подкашиваются от страха? А что будет перед комиссией?! - Мне казалось, моей репутации достаточно, чтобы быть пострашнее любых комиссий, - печально ухмыльнулся Снейп, - Тебе единственной за два года хватило смелости и нахальства завербовать преподавателя в персональные репетиторы. Сфера применения лунного камня в зельеварении? - А тебе хватило смелости не отказаться. Представь, как я бы металась сейчас по библиотеке в поисках утерянных крупиц мудрости! – Хел закатила глаза и насмешливо фуркнула. Солнце обсыпало её носик веснушками, распущенные волосы переливались всеми оттенками меда, а босые ножки лениво плескались в прохладной воде. Девушка сидела на огромном камне, а закутанный во всё черное профессор нависал над ней с вопросами как мрачный призрак. - Ты во сто крат успешнее десятков балбесов, прошедших на моей памяти этот экзамен с результатом «Превосходно». В комиссии сидят такие дряхлые старики, что половину нашей программы они ни разу и не видели. Зелья развиваются, а билеты для ЖАБА не менялись уже лет 10. Так что соберись и не ной. Это не в твоём характере. Сфера применения лунного камня в зельеварении? - Снотворные зелья, чарообразущие зелья и дурманящие зелья, в случае если накладываемый морок имеет связь со сном, ночью, лунным светом или звездами, - оттарабанила Хелен, подняла ноги на камень и выпрямилась, чтобы сосредоточиться. - Так-то лучше. – проворчал Снейп и снова начал бродить вокруг камня, уставившись себе под ноги, - Кто и в каком году изобрел Волчье противоядие и был ли первый экземпляр успешным? - Нет, не был, потому что… Они оставались на этом берегу до самого заката. Бродили вдоль леса и сидели на камне, вспоминали билеты и обсуждали тонкости составов, которые даже не упоминались на уроках. Рассуждали о стоимости материалов и этичности применения Сыворотки правды в процессах Визенгамота. А когда на берег опустилась тень, а окна замка вспыхнули, отражая последние лучи уходящего дня, не спеша вернулись и разошлись в разные стороны. Хелен побежала прихватить пару бутербродов с ужина, а Северус спустился к долгожданной прохладе подземелий. Конечно, через неделю мисс Хайтс с легкостью получила высший балл на экзамене. Учебный год завершился. Беззаботная вереница девчонок и мальчишек неспешно спускалась по лужайке к воротам замка, к платформе, где уже ожидал их выпускающий клубы пара Хогвартс-экспресс. Вот со ступенек сбежали, держась за руки, три подружки. Они шли медленно и молчаливо, покидая этот сказочный замок навсегда. Вот их догнали двое мальчишек, с разбегу обхватили за плечи, о чём-то пошутили и чему-то рассмеялись. Высокий блондин без церемоний закинул себе на плечо женский рюкзачок, перекинул волну рыжих волос со спины за плечо и обнял девушку за талию. Дальше они шли уже вдвоём, не обращая никакого внимания на окружающих их людей, ни разу не обернувшись на высокие башни замка, который был их домом целых 7 лет. Молодой мужчина, в застегнутой под горло рубашке и в просторной мантии, стоял у окна и провожал взглядом уезжающих учеников. Когда последний силуэт на зеленой лужайке скрылся из виду, он направился вниз по лестнице, в свой кабинет. Открыл шкаф и достал оттуда высокую бутылку. В ней плескалось ещё пару стаканов радужной дымки, легкой и воздушной. Снейп откупорил бутыль и вылил остатки зелья в раковину. Потому что каждая иллюзия, рано или поздно, должна закончиться.