Мини мисс Хилл

Кэтрин

      Все решения имеют свою цену и Кэтрин знала об этом не по историям из книг или фильмов, а прочувствовала на своей шкуре так отчётливо, что иногда ей хотелось выбросить хоть что-то из своей памяти, но с другой стороны пережитое дало ей в своё время сил двигаться дальше.       Она сменила город (и не один), работу, круг общение и практически оборвала все связи с прошлой жизнью. Единственной её слабостью было фигурное катание, к которому она вернулась спустя полгода после рождения дочери, а ещё через год они с Тейтом пробовали свои силы на чемпионате и вполне удачно. В остальном же, помимо тренировок, её жизнь была обычной и девушке нравился её спокойный и размеренный ритм. Всё время вне спорта и работы в архитектурной фирме, которая позволила ей работать периодически из дому и отлучатся на тренировки и соревнования (с учетом того, что она выполняла свою работу), только потому, что её владельцем был давний друг Елены, она посвящала маленькой озорной девчушке, каждой частичкой, напоминавшей о том, кого Кэтрин не хотела бы вспоминать. Те же серые глаза, темные волосы и улыбка…. Малышка Иден была маленьким отражением старшего Бейкера и ярким напоминанием того, что Кэт так и не смогла вытянуть его из той пропасти, в которую он прыгнул добровольно.       Иден сидела на своём стульчике и ерзала в нетерпении. Она не любила ждать и в своем нетерпение слишком сильно походила на своего отца, который и казался сдержанным, особым терпением не отличался, а именно этим они сейчас и занимались.       — Лиз, я сижу здесь уже около часа, — выдохнула Кэт, посмотрев на часы и поняв, что у неё остался всего час, а ведь ей нужно было завезти дочь к няне и успеть на работу. — Сколько ещё мне ждать твоего друга? Мне ещё нужно успеть завести Иден к Изабель.       Изабель — болтливая и временами слишком энергичная студентка, подрабатывающая няней, стала в своё время спасением Кэт, когда в новом городе никто не хотел браться за ребёнка, которого нужно было всячески прятать от прессы, а Иззи слишком спокойно восприняла требование Кэтрин и даже пообещала, что не только никому не расскажет ничего о девочке, но и то, что малышка и не почувствует нехватку общения со сверстниками.       Кэтрин и Иден жили в Новом Орлеане уже два года. До него были Бостон и Даллас. В больших городах было легче затеряться, а ведь ей приходилось менять города и жертвовать многим только для того, чтобы Ходж не нашел ни её, ни дочь. Все перелёты в Нью-Йорк или куда-либо ещё Брайан устраивал частными рейсами, а если она начинала возражать, он начинал утверждать, что делает это для племянницы. Кэт приходилось всячески скрывать не только своё месторасположение, но и то, как выглядела малышка Ведь если бы их нашел старший Бейкер, всё пропало бы, а она итак пожертвовала слишком многим, чтобы оставить в своей жизни две важные частички её души: дочь и лёд…       Старший Бейкер был настырным и не оставлял попытки найти её. Он присутствовал на каждом её выступлении, не пропустив ни одного после их расставания, предпринимал попытки поговорить с ней или позвонить, но все, кто как он думал поддерживали с ней связи не давали ему номер телефона, а больше отыскать ему не было где.       И всё же он находил Кэтрин. Каждый раз, в каждом городе, словно его притягивало к ней магнитом или он тянул за невидимую нить, связывающую их до сих пор и шел вслепую по этому следу, словно надеясь, что тот не окажется ложным. Кэт везло только в том, что в эти встречи с ней ни разу не было Иден. Она могла бы раствориться где угодно, стать обычной сотрудницей очередного офиса и заниматься исключительно воспитанием дочери, но снова став на лёд, она почувствовала себя живой и не могла отказаться от него, сколько бы проблем это не доставляло. А если быть совсем честной: ей казалось, что, если она и его принесет в жертву, совсем сломается.       — Подожди ещё минут десять, — снова раздался в трубке голос подруги, вырывая Кэт из тяжелых раздумий и воспоминаний, в которые она время от времени проваливалась.       — Здесь не такие пробки, как в Нью-Йорке, но я не хотела бы опаздывать, — устало ответила она, всерьёз задумываясь над тем, чтобы взять отпуск. Она устала. Устала убегать, устала метаться от проблемы к проблеме и пытаться поддерживать жизнь в целостности, хоть она и трещала по швам. Ей просто был нужен отдых, но она планировала начать обучение Иден как в развивающих школах, так и на льду, а это требовало дополнительных ресурсов и сил, которых у неё почти не осталось.       Нужно было послушать Тейта, взять дочь и уехать на недельку-две в Майами и позволить себе выдохнуть. Возможно, она прихватила бы его или пригласила Лиз и Брайана присоединиться, но сначала нужно было закончить проект. Мистер Мортимер обещал её отпустить, как только она заключит контракт с новым заказчиком, с которым была назначена встреча через три часа и ей желательно было не опаздывать.       — Он точно придёт, Кэт. Ещё пара минут и, если не появиться, можешь уходить, — убеждал её голос в трубке и после всего, что Лиз для неё сделала, Кэтрин просто не смогла отказать. Обреченно выдохнула, но всё же осталась сидеть на своём стуле. — Мы вчера заезжали в Сириус. Сириус. Название бывшего места её работы и заведение, в котором осталось её сердце отозвалось болью в её мыслях. Когда-то оно стало для неё спасением, пока не обернулось палачом. Кроме того, клуб был связан с очаровательной сипухой и её хозяином, о которых Кэтрин предпочитала не вспоминать.       — Не начинай, Лиз. Это давно закрытая тема.       Ей хотелось бы обмануть в первую очередь себя, а затем и всех остальных. Хотелось сказать, что её это уже не беспокоило, она не вспоминала и сердце не тосковало по тому, кто вернул её жизнь, показал, что даже из самой худшей ситуации есть выход, а затем оставил одну.       Сначала она потеряла веру в отца, затем надежду на легкое возвращение в спорт, а после и самого Ходжа. Даже самоубийство родителя (у неё до сих не получалось назвать его как-то иначе, ведь никакой отец не должен поступать со своим ребёнком, как сделал это её) не поразило её так сильно. Разве могло? Она потеряла опору, лишилась того, что стало для настолько важным, что едва не ввергло снова во тьму, но у неё была Иден, были друзья — Кэтрин было ради кого жить.       — Ты разве не хочешь знать, как там обстоят дела? — продолжала настаивать Лиз.       Она уже не раз пыталась переубедить Кэтрин, уговорить перестать бежать, но та не могла, просто потому, что ей казалось, что это обязательно приведет к ещё большим разрушениям.       — Ты, Брайан и Къяра — единственные Бейкеры, которые меня интересуют, — поджала губы Кэтрин.       Он сам отказался от неё, ушел — словно то, что было между ними не имело для него никакого значения, оттолкнул, словно она была никем. Кэтрин какое-то время боролась, но потом сделала то, что Бейкер от неё ожидал — ушла, и продолжала уходить.       — Он развёлся, Кэтрин, — добавила Лиз и Кэтрин ещё сильнее стиснула зубы, вспоминая как подкосила её новость о свадьбе Ходжа. Тогда она так распереживалась, что едва не потеряла Иден. После она хорошо усвоила урок. — Касссандра уехала.       — Это его жизнь и ни меня, ни Иден это не… — Кэтрин резко прервалась, скосив взгляд в сторону дочери, не обнаружила девочку на её месте и тут же подскочила со своего стула. — Я перезвоню….       Кэтрин отключилась до того, как Лиз сказала бы хоть слово, положила на стол несколько купюр, достаточных, чтобы оплатить свой холодный латте и мороженное Иден и бросилась искать дочь, чувствуя как паника и беспокойство вытесняют все остальные чувства….

Ходж

      Мужчина лет чуть меньше сорока вышел из автомобиля, держа в руках телефон и испытывая единственное желание: поскорее вернуться в отель. После тяжелой ночи в клубе он сел на самолет и сейчас вместо того, чтобы ехать в отель и, хотя бы просто принять душ, искал словно специально спрятанное кафе по просьбе младшего брата. У него было стойкое желание послать брата с его таинственными просьбами, но с тех пор как они наладили общение, он сдерживал любые внутренние порывы, которые могли испортить отношения с единственной семьей, которая у него осталась. Он потерял Кэтрин, потерял хорошие воспоминания о Кассандре, которая своими уловками и нечестными играми испортила ему жизнь, но брата и Лиз терять он не собирался. Поэтому несмотря на своё нежелание, он притащил свою задницу в тихий спальный район Нового Орлеана и начал искать определенное заведение.       — Может объяснишь мне наконец, что я здесь делаю? — спросил он у своего собеседника, совсем не понимая почему тот настоял не только на сотрудничестве с местной архитектурной фирмой, ведь Ходж лучше бы доверил строительство нового клуба проверенным людям, но и на встрече с таинственный       — Имей терпение, братец, — воодушевлённо отозвался Брайан по другую сторону линии, понимая происходящее куда больше его самого. — Ты ещё спасибо мне скажешь.       — За то, что трачу время на глупый квест по незнакомому городу? — поинтересовался Ходж и прочитал вывеску «La réminiscence». Он хмыкнул, ведь даже вывеска кафе смеялась над ним и над тем, что всё, что осталось у него брат, Сириус и воспоминания. — Спасибо, Брайан. Кажется, я нашел твоё кафе.       — Отлично, — согласился тот, проигнорировав сарказм в голосе брата. — Второй столик справа. И прошу тебя, будь вежливым.       — И когда это я… — он не успел закончить вопрос, как Брайан отключился, и Ходж договаривал уже в пустоту. — … грубил незнакомцам?       Вздохнув, он спрятал телефон в нагрудный карман пиджака и собирался войти внутрь, как из неё выбежала маленькая девочка лет пяти и остановилась у самого тротуара. Он отошел в сторону, чтобы пропустить тех, кто должен был выйти за ней, но никто так и не появился.       — Где твои родители? — поинтересовался он у малышки, прекрасно понимая, что одной быть ей тут совсем не положено. — Почему ты здесь одна?       — Мама там, — указала она и смешно уставилась на него нетипичным для маленького ребёнка серьезным лицом. — Мама запрещает мне разговаривать с незнакомцами.       — В таком случае не стоит ли тебе вернуться к ней? — он сделал шаг в её сторону и присел на корточки, не понимая, что именно привлекло его к ней. Нет, не только то, что маленькому ребёнку не стоит быть одному на улице, но что-то ещё. Какое-то странное чувство заставило его подойти, присесть перед малышкой и внимательно изучать её лицо.       — Она сейчас выйдет. Она сама сказала, что нам пора к Иззи, — тут же отозвалась девочка, а он словно и не слушал её, всё смотрел и смотрел, не понимая почему её лицо казалось ему знакомым. Он никогда не видел эту девочку и сомневался, что, хотя бы с её родителями был знаком, но внимательные серые глаза, разрез глаз, форма губ и даже маленького детского носика казалась ему такой знакомой, что это приводило его в полное замешательство.       — Как тебя зовут? — спросил он, ожидая, что, хотя бы имя девочки поможет ему понять, что он ошибается, и ему всё это кажется только потому, что он не спал уже больше двадцати шести часов. Даже в самолете ему не удалось толком сомкнуть глаза, а уже был полдень.       — Мисс Хилл, — отозвалась малышка, и он готов был рассмеяться. Он настолько устал искать Кэтрин и пытаться поговорить с ней, что её имя начало мерещиться ему везде, даже сейчас. — А Вы кто?       — Ходж Бейкер, — представился он, не подавая виду, что не расслышал её имени, ведь ему казалось, что он ослушался. — А имя у маленькой мисс есть?       — Иден. Иден Хилл, — ответила она и нахмурилась, а затем её маленькое красивое личико озарилось улыбкой. — Бейкер? Как Кьяра и дядя Брайан? Дядя Брайан? Къяра? Откуда она….       Къярой звали его племянницу, а Брайан…. Брайан сказал, что он не пожалеет об этой встречи… Он сказал, что обязательно должен быть здесь. Из-за этой девочки? Подозрительно прищурившись он уже более осознанно всмотрелся в лицо маленькой девочки. Её лицо…. Её глаза… вот почему она показалась ему такой знакомой? У неё были глаза и улыбка её матери, черты не его брата, а его самого. Поэтому его так увлекла малышка… Он смотрел на свою маленькую копию и это имя… точнее фамилия….       Он почувствовал, как сердце перестало биться, когда он понял, что всё это значило и почему он никак не мог словить Кэтрин, почему она вечно убегала от него, словно знала где и когда он может появится. Он понял всё и даже то, почему любимая женщина так упорно избегала его.       — Брайан Бейкер — мой брат, — мягко сказал он, стараясь запомнить и отложить в памяти каждую деталь внешности своего ребёнка, ведь он даже не представлял, что произойдет дальше и как на его появление отреагирует сама Кэтрин.       — Ты — мой дядя? — спросила девочка и Ходж еле сдержался чтобы не рассмеяться. Он не мог поверить в то, что у него был ребёнок, что он не имел ни малейшего представления, что слух о маленьком наследничке Кэт — правда, ведь ребёнка никто не видел, а отношений у неё не было. По крайней мере тех, о которых знали бы пресса или его люди.       Он уже открыл было рот, чтобы поправить дочь, но тут двери кафе снова распахнулись и их прервали.       — Иден! — с громким и испуганным криком из кафе выскочила женщина и схватила девочку на руки, прижав к себе ребёнка и уткнувшись ей в волосы, вдыхая запах девочки. — Зачем ты меня так напугала? Сколько раз я тебя просила не убегать?       — У него тоже есть брат Брайан, — весело поделилась с матерью Иден и Кэтрин наконец подняла голову, чтобы обратить внимание на ещё одного присутствующего. — Как у папы!       Кэтрин посмотрела в его глаза, незаметно прижав дочь к себе ещё крепче и посмотрела на него так с такой настороженностью и недоверием, словно ожидала, что он снова причинит ей боль. Если следовало признать, что она имела на это право и все эти годы его преследования только подтверждали его догадки почему она даже, не попыталась признаться о том, что у него есть ребёнок.       — Здравствуй, Кэтрин, — произнес он. Его голос звучал спокойно и уверенно, а внутри бушевал ураган.       — Ты не заберешь её, — с угрозой произнесла его маленькая хрупкая Кэт, стараясь быть смелой, но он заметил, что руки, которыми она прижимала к себе Иден, дрожали. Он бы её не обидел, не посмел бы причинить вред и даже прикоснуться к малышке без её разрешения, но он совершенно точно знал, что пропасть между ними разрослась настолько, что она больше не верила ни одному его слову….