пожалуйста, кошмарная реальность!

***

      Неожиданный звон колокола прервал их разговоры у стены. Дети ринулись в дом, не понимая, зачем же их зовут. Свободного времени у них была ещё туча.

***

      Акейн облокотилась на стол в столовой. Собрание всех детей здесь явно не сулило ничего хорошего. Мама подождала пока все разговоры утихнут и, улыбнувшись, заговорила: — Знакомьтесь, это ваша младшая сестрёнка Кэрол.       На руках мамы действительно лежала маленькая девочка. Короткие волосы рыжего оттенка и небесно-голубые глаза, в которых читался небольшой страх перед таким количеством незнакомых людей. Такие чистые и глубокие, что Акейн невольно загляделась на девочку, сжимая рубашку на груди.       И они правда собираются отдавать этого чудесного ребёнка жалким демонам? Не позволю. — А это сестра Крона. — продолжила Изабелла. — Она будет мне помогать.       Сестра Крона выглядела, мягко говоря, устрашающе. Женщина была очень высокой, темнокожей, со странной причёской и чёрными глазами-бусинками. Внушающие габариты действительно несколько пугали.       Раздражает.       Крона мило улыбнулась. — Взрослая? — Эмма подавилась воздухом, и Акейн поспешила положить руку на девичье плечо, дабы успокоить. — Ещё один враг. — нахмурился Норман.       Рэй молча смотрел. — С сегодняшнего дня я буду жить вместе с вами. Рада знакомству! — поздоровалась сестра Крона, и Акейн скривилась.       Если голос Мамы был нежным и сладким, то голос этой женщины был грубым, громким и даже несколько резал слух.       Дети неуверенно поздоровались с ней.

***

      Вечер. Закатное солнце едва освещало опушку около дома. Дети весело играли в мяч, смеясь. У детей не было проблем, ведь они не знали тайну Дома, могли свободно веселиться, не представляя, что ждёт их на отправке. При мысли об этом, Акейн сжимала руки, впиваясь ногтями в кожу. Она тоже предпочла бы не знать.

Потому что слепая ненависть пожирала её изнутри.

— Я так увлёкся передатчиками и не подумал, что может появиться ещё взрослый! — Норман едва не бился головой о стену библиотеки.       Акейн могла лишь молча злиться на этот мир. Её прозрачные голубые глаза постепенно становились всё насыщеннее, из-за передаваемых ими эмоций. Сейчас в её глазах читалась лишь злоба, яркий гнев, желание защитить каждого, кто был, есть и будет на этой ферме. Она вполуха слушала разговор братьев, стараясь не утонуть в своей чëртовой ненависти. — На самом деле надо радоваться. — голос Рэя ввёл девочку сначала в ступор, а после её агрессия лишь усилилась. — Радоваться? Ты спятил? — Акейн злобно скривилась, пригвоздив взгляд к брату. — Ещё два источника информации. — равнодушно спешит оправдаться мальчик.

      Акейн и гнев в союзе были чем-то невозможно притягательным.

      Глаза блондинки за пару секунд вновь вернули привычный вид. — Прости. — ладонь опустилась на чужую и мягко сжала, извиняясь.       Я не должна себя так вести.       Быть рассудительной и холодно мыслить в их ситуации было важнее всего. Акейн это трезво осознавала, однако, следовать этим правилам было чертовски сложно для неё. Рэй дарит ей мимолетную улыбку, успокаивая. — Кэрол — это замена Конни. — догадывается Норман, продолжая чужую мысль. — Значит, они пополняют товар. — Где-то должно быть место, где подготавливают одногодок, раз это ферма. — встряëт Акейн, не расцепляя руки. — Нас всех тоже прислали оттуда? — спрашивает Эмма, глядя на сестру. — Возможно. — отвечает ей Рэй, продолжая рассуждать вслух. — А сестра Крона.. — мальчик несколько задумывается, и они с блондинкой сталкиваются взглядами. — Появление ещё одного взрослого много о чём говорит. — одновременно произносят они, и голубоглазая роняет голову на плечо брюнета.       Мальчик сначала напрягается, а после кладëт руку на чужую макушку, пальцами путая белые пряди. — Значит, есть и другие фермы, — продолжает Норман за них, — и взрослые, которые повинуются демонам с рождения. — Или с того момента, как их схватили. — вставляет свои мысли Акейн, прижимаясь к Рэю.       Ей не нравилось говорить, ведь любая её мысль могла показаться друзьям странной, возможно даже дикой. Хотя, пока ещё никто не кинул на неё недоуменного взгляда. Возможно, она и правда умна, как её брат? — Но для начала нужно придумать, как сбежать со всеми. — от этих слов, именно со стороны Рэя, в груди блондинки потеплело, и она обвила руками его талию.       Мальчик неловко кашлянул. — И найти передатчики. — всё также безразлично продолжил он, но Акейн ладонями чувствовала, как колотится его сердце. — Я вчера осмотрела своё тело, но не нашла шрамов от имплантации. — Эмма показательно покрутилась и потрогала свою спину. — На одежде и обуви тоже ничего. — добавляет Норман к «отчёту» подруги. — Если судить по современным технологиям, они работают на радиоволнах. — привыкнув к нежностям Акейн, Рэй снова заговорил. — Но для этого нужен аккумулятор. — Что-то маленькое, не оставляющее шрамов, с питанием на десять лет вперёд. — прошептала блондинка, приподняв голову с плеча и поправив упавшие на лицо волосы. — Такой прибор не мог существовать в две тысячи пятднадцатом году. — И что это значит? — спрашивает Эмма, подходя ближе, дабы лучше слышать Акейн. — Спрогнозировать механизм, найти его и понять, как сломать, будет очень сложно. — сокрушенно вздыхает девочка. — Если его разработка принадлежит демонам, можем сдаться. — цокает Рэй и получает удар локтем в ребро. — Эй! — Заладил ты со своим «сдаться». — хмурится Акейн. — Бесишь. — Ладно, взглянем на ситуацию с позиции врага. — взъерошив белые волосы в отместку, начал строить новые теории Рэй. — Куда и какой прибор проще всего имплантировать?       Этот вопрос заводит остальных в тупик. Акейн кладёт руку на подбородок, углубляясь в размышления. Думать о том, какой прибор — бессмысленно. Девочка не особо углублялась в строение всяческих механизмов, пусть это и было интересным. Если ей нужно что-то узнать из этой области — она спросит Рэя, и дело с концом. Более логичным ей сейчас казалось размышлять над тем, где могли скрыть передатчик, да причём так умело. На их с Эммой телах, по крайней мере, если они достаточно тщательно осмотрели, ни шрама, ни царапинки, ни даже покраснения. Однако, девочка помнит, как в детстве в её ухе гноилась ранка. Тогда Мама сказала ей, что это от анализа крови. Но сейчас Акейн точно знала — от забора крови таких следов не может остаться никак. Раз это происходило в детстве, то сейчас у них есть только один источник, от которого они могут узнать, где всё-таки эти чëртовы передатчики. — Кэрол! — восклицают они с Норманом, вскидывая головы и встречаясь взглядами. — Раз её только привезли у неё должен быть. — усмехается Рэй, выпуская подскочившую Акейн из своих рук. — След от имплантации передатчика! — заканчивает его предложение Эмма и хватает ладонь подруги, бегом направляясь в комнату, где жили малыши.

***

      С нежностью осматривая детское тело, Эмма старалась не подавать виду перед сидящей рядом Гильдой. Акейн хотела, чтобы рыжая поскорее догадалась, где же находится этот передатчик. Конечно, её собственные мысли могли оказаться неправильными, но всё же, хотелось верить, что она оказалась права. Эмма успела одеть ребёнка, пока старалась незаметно осмотреть. Подняв малышку на руки, она что-то бубнила себе под нос, и Акейн решила спасти ситуацию. Девочка прошла мимо подруги и тихо шепнула: — Демоны не станут есть передатчики. — Значит, они там, где их легко убрать. — Эмма хмурится и совсем не обращает внимания на пытающуюся поговорить с ней Гильду. — Где же?       К зеленоволосой подходит Акейн и успокаивает, положив руку на плечо и мягко улыбнувшись, как бы говоря: «Всë хорошо».       А рыжая, кажется, уже догадалась. Она положила Кэрол обратно на кроватку и развернула голову, заглядывая за ухо.       Я всё-таки правильно думала!       Гильда подходит ближе и тоже обращает внимание на этот некий прыщ. — Что это? Комар укусил? — наивно спрашивает она. — Мама говорила, что это остаётся после сдачи крови на анализ. — отвечает Эмма, не сводя глаз с ребёнка.       Девочка восхищённо охает, радуясь своей догадке. — У Найлы, Фила, Марка и Конни — у всех был этот след! — возбужденно шепчет она, глядя на улыбающуюся Акейн. — В ушах каждого. — У меня тоже? — Гильда обеспокоенно заправляет прядь волос за ухо.       Блондинка жмёт плечами, а Эмма проверяет. — У тебя его уже нет. — выносит вердикт рыжая. — Ну это понятно. — Гильда возвращает волосы в привычное положение. — Мне десять, а тебе одиннадцать. — она смотрит на Акейн. — Тебе ведь тоже скоро?       Девочка улыбается и кивает. Ей не хватает этих разговоров на троих, пусть она и не особо участвовала, просто слушала и разглядывала подруг. — А он меньше, чем я предполагала. — Эмма задумчиво трогает своё ухо, и Акейн хочется ударить себя по лицу. — Кто? — сразу же спрашивает Гильда, и блондинка внутренне чувствует себя Рэем: она впервые захотела отвесить Эмме подзатыльник. — В смысле, шрам такой маленький, что его уже почти не видно! — быстро придумывает отмазку рыжая.       Их разговор перебивает смех маленькой Кэрол. Акейн подходит ближе, а вместе с ней и Эмма. Девочки одновременно тянут руки к ребёнку, а та обхватывает их пальцы своими крохотными ладошками. У Акейн сжимается сердце. Прелестные, ни в чем неповинные создания, которые выращиваются, чтобы быть скормленными демонам. «Я должна защитить этих детей» — думает блондинка, и вслух говорит рыжая.       Стоящая рядом Гильда не понимает ни слова.

Хотя, ей тоже скоро предстоит узнать тайну, что хранит в себе их уютный Дом.