пожалуйста, кошмарная реальность!

***

— Вы хотите сбежать отсюда?       Близнецы одновременно молча кивают. — Могу я забрать у вас Нормана ненадолго? — улыбается Сми второму докторишке.       Тот неуверенно, но одобрительно хмыкает. — S-63, отправляйся на тест, хорошо?       Куда я денусь.       Акейн открывает дверь, ведущую в комнату. Внутри привычно стоит электрический стул, огромная колба с водой и горящие угли.       Вау, чем займёмся сегодня? У меня просто огромный выбор, повезло-то как! — S-63. Главный кандидат, чей ДНК лучше всего совместим с ДНК демона. — сообщает голос компьютера. — Тест был перередактирован. Вживление клеток пройдёт прямо сейчас.       Акейн едва могла сдвинуться с места. Что значит «прямо сейчас»? Еë совсем не радовала перспектива того, что через час-два она может превратиться в низшего человека, неспособного здраво мыслить, а возможно, даже и двигаться.       Где-то раздался вскрик ребёнка, режущий и уши, и сердце, словно ножом. Блондинку слегка потряхивает от осознания того, что сейчас с ней будут делать. Она не раз видела, чем заканчивались эти эксперименты.       Почему срок так резко был изменён? Или уже прошёл месяц? Я запуталась. Я не знаю. — Разденьтесь до нижнего белья и ложитесь.       Вопрос «куда?» отпал моментально, потому что из-под пола вылезло подобие кушетки, но с огромными ремнями, о предназначении которых девочка быстро догадалась. Стягивая с себя форму, ребёнок не переставал дрожать. — После проведения эксперимента есть риск того, что вы тронетесь умом и начнёте снова нападать на сотрудников. — продолжил металлический голос. — Ваш смотритель будет наблюдать из-за стекла.       Акейн неуверенно садится на эту ужасно скрипучую, чёрную, кожаную, в кровавых пятнах кушетку. Она опалила бледную кожу холодом, пробираясь к самому сердцу.

Но сердце уже сгнило.

      Блондинка ложится, и её конечности и шея обхватываются ремнями. Дыхание участилось от страха, глаза широко открылись. В тишине комнаты было слышно её сердцебиение, стучащее как бешеное. — Эксперимент N26482 начать. — объявляет компьютер.       Акейн страшно. Она хочет, чтобы здесь, за стеклом, был хотя бы Сми, но голову повернуть, чтобы проверить, блондинка не может.       В кожу впивается порядка десяти игл. Акейн стойко терпит эту боль, буквально раздирающую до костей, пронзающую её тело.       Она чувствует, как каждый участок кожи, в котором находится игла, начинает гореть, словно его прижигают тем самым углëм. Тело будто режут на куски, и Акейн содрогается, отчего становится ещё больнее.       Блондинка больше не может сдерживаться. — Отпустите! — из горла вырывается крик, а после громкий, явно слышимый по всей Лямбде вопль.       От разрывающей плоть боли в глазах темнеет, вспыхивает и снова темнеет. Её очи широко открыты, но она ничего не видит. Каждый последующий вскрик громче предыдущего. Акейн метается по кушетке, в надежде сбросить с себя несчастные иглы, рвущие её на части, но не может, лишь принося себе большую боль. Блондинка не чувствует, как слёзы обжигают щёки, но ощущает, как по рукам и ногам течёт кровь, ей кажется, что её тело трескается, ломается на мелкие кусочки, словно она фарфоровая старая кукла. Акейн ревëт от яростной боли, которая пронзает каждую частичку её жалкого тела. Ей кажется, что её вены взрываются, лопаются и окрашивают стены в чëрно-красную кровь. Она видит, как потолок покрывается пятнами, чувствует, как теряет связь с реальностью, будто душа покидает тело. Акейн закрывает глаза, а из горла вырывается слабый хрип. По подбородку стекает кровь.

***

      Девочка встречается с успокаивающей темнотой. В этом месте тепло и сыро и совсем нет людей. — Где я? — вопрос слетает с губ быстрее, чем она успевает о нём подумать. — Акейн, шевелись!       Голос Рэя она узнает из тысячи. — Рэй! — ребёнок вертится по сторонам, но не может найти его в этой удушливой черноте. — Доброе утро, Акейн. — Норман! — девочка не сдерживает слëзы, отчаянно льющиеся из голубых глаз, обхватывает себя руками и идёт на голос родственников. — Пойдём, Акейн! — Эмма! — она заходится рыданиями и падает на колени, ударив кулаками по мягкой земле в этом странном месте. — Я умерла? — спрашивает блондинка у пустоты, не надеясь на ответ. — Открой глаза. — три голоса её любимых детей сливаются воедино. — Но они открыты.. — шепчет Акейн, сжимая свои волосы, и распахивает веки ещё шире. — Акейн, очнись! — Очнись. — повторяет за голосами ребёнок.       Девочка даёт себе пощёчину и отчётливо ощущает боль.       Вдалеке загорается фонарь.

***

      Голубые глаза медленно открываются. Всё тело горит, но никаких ран на нём нет. Белый пол залит кровью. Она едва поднимается на дрожащих руках, оглядывая комнату.       Всё в тëмно-красных, вязких пятнах. Они повсюду. Голова ничерта не соображает и болит. — S-63!       Сми? — Я должен был быть рядом во время этого эксперимента. — виновато шепчет он, взяв девочку за ладонь. — Прости, я не знал, что тест был изменён.       Акейн неосознанно начинает качаться из стороны в сторону. Указывает тонким пальчиком на красные разводы на полу. — Кровь. — хрипит она. — Чья? — Твоя. — тихо отвечает мужчина. — Ты расцарапала на себе кожу, пока билась в агонии после того, как ремни сняли. — Где царапины? — оглядывает Акейн свои руки. — Ты регенировала. Эксперимент по вживлению ДНК демона удался. — Я демон? — шепчет блондинка и роняет слезу. — Нет, S-63. Ты всё ещё человек. Но с ДНК демона.       Он берёт её ладонь в свои две и потускивает пальцем по ней.       Акейн сосредоточивается на его действиях.

Стук. Пауза. Два стука. Пауза.

      Азбука Морзе?       Она смотрит на него внимательно, показывая, что всё поняла. Что этот человек собрался делать?       «Норман организует побег. Я помогу ему. Нам нужны горючие смеси для бомб. Сможешь это сделать?» — Как ты себя чувствуешь? — задаёт он вопрос параллельно с передачей сообщения. — Хорошо. — отвечает она скорее на первое, чем на второе.       Тело всё ещё горит, но уже не так ощутимо. Акейн чувствует, как её мутит, в глазах всё плывёт. Ребёнок блюет кровью.

И снова эта мягкая темнота.