Serendipity

      Тэхён и Юнги ютятся на диванчике в гостиной. Последний сидит в крепких объятиях у своего парня на коленях. Тяжело вздыхает в изгиб шеи. Тэхён успокаивающе перебирает светлые волосы.       — Недолго осталось.       — Моему терпению недолго осталось.       Тэхён целует Юнги в лоб.       — Он почти закончил.       — Кто-нибудь видел мою зубную щётку?! — Хосок вихрем проносится мимо парней, — Всё! Не ищите, она в ванной была!       Ещё через десять минут метаний он устало валится на диван рядом с парнями.       — Собрался, — выдыхает и тут же встрепенувшись, бьёт Юнги по ноге, — Носки! Мои носки солидарности! — он вскакивает на ноги и убегает.       — Носки чего? — Юнги сдавленно пищит.       — Солидарности, — смеётся Тэхён, — Он купил радужные носки.       — Отставить панику, они на мне, — Хосок возвращается из комнаты и смеряет парней строгим взглядом, — Чего расселись? Время видели? Нам ещё ехать несколько часов. Подъём, любовнички! Потом пообжимаетесь, — Хосок хлопает в ладоши подгоняя ребят. Подхватывает свою сумку и первым выходит из квартиры.       — Я убью его. Или выпрыгну из машины, — Юнги закидывает рюкзак на плечо, пока Тэхён ещё раз обходит квартиру проверяя везде ли выключен свет, вода и закрыты окна.       — Боюсь, ты так легко не отделаешься.       Дом в пригороде Сеула встречает привычной тишиной. Чета Ким заняты подготовкой к завтрашней выставке и ожидаемо будут поздно. Но впервые за свои почти двадцать пять лет Тэхён не испытывает грусти по этому поводу. Ребята шумно вваливаются в дом. Тэхён бросает ключи на тумбу, скидывает туфли и одним движение ноги отпихивает подальше, чтобы не мешались. Забирает рюкзак из рук Юнги, который неловко топчется на месте.       — Нас никто не встретит? — Хосок восхищённо присвистывает, оглядываясь вокруг.       — Слуг нет, мы не настолько богаты, — бросает он через плечо. Приобнимает Юнги за талию проводя в глубь дома.       Первый этаж создан, чтобы поражать гостей. Множество картин на стенах, предметы искусства на каждом шагу. Просторная гостиная для приёма гостей, где поместится человек пятьдесят, и они даже не будут друг другу мешать. Столовая с огромным столом на двенадцать персон, деревянные стулья с резными спинками и мягкими сиденьями. На кухне на подносе гора со свежим печеньем и записка: «Добро пожаловать домой. Сильно не объедайтесь, вечером ужин!» Тэхён улыбается краешком губ. Приятно, когда тебя ждут.       Второй этаж отведён для хозяйских и гостевых спален. Комнаты небольшие и обставлены куда проще. Зато в каждой есть душевая. Хосок выбирает себе ту, что через стенку от тэхёновой объясняя это тем, что: «Буду стучать вам, чтобы вели себя по тише» — гаденько улыбается и прячется за дверью.       Юнги с ногами забирается на кровать. Осматривается по сторонам. Вся комната оформлена в тёмно-зелёных тонах. Ничего не говорит о подростке Тэхёне. Ни плакатов с красивыми актрисами, ни с выдающимися спортсменами. Только коллаж из фотографий над компьютерным столом, пару грамот в рамках и одиноко висящий саксофон.       Тэхён забирается следом, ложится Юнги на колени. Смотрит на него снизу вверх и проводит рукой по щеке.       — Это точно ничего, что мы приехали, что будет моя сестра с загадочным плюс один и этот, — Юнги кивает в сторону стены, за которой комната Хосока, — ошалелый?       — Шутишь? Мама обожает всякие сборища. Ты не смотри, что дом пустой. Просто так удачно совпало, что у неё выставка завтра, а так бы она тут закатила приём достойный самой королевы. Поверь, — Тэхён переводит взгляд на потолок, вспоминая своё детство, когда из-за обилия гостей ему, бедному ребёнку, даже приткнуться некуда было.       — А твоя… — Юнги на секунду замолкает, подбирая слово, — бывшая, тоже здесь жить будет?       — Котёнок, я не…       Хосок вваливается в комнату с подносом печенья в обнимку.       — Кштати, — он замолкает, силясь переживать. Шумно проглатывает и плюхается рядом, совершенно не стесняясь того, что Тэхён лежит поперёк кровати у Юнги на коленях, — Джунг писала, она не приедет — ногу сломала. Я с вашими утренними сборами, совсем забыл сказать, — Хосок запихивает очередную партию печенья в рот, — Вкушнятина, — тенет он и закатывает глаза.

***

      Ким Тэхён думал, что знает о неловких ситуация всё. До этого вечера. Сначала мама обцеловала его самого, потом кинулась обнимать Хосока, как своего старого друга. А потом… а потом она вертела Юнги, как дорогущую вазу, осматривая его со всех сторон. Потрогала прядь серебристых волос, помяла пальцами проколотые мочки ушей, оттянула край футболки, который был заправлен за ремень. Отошла на два шага назад, обернулась на мужа, который всё это время стоял в стороне, скрестив руки на груди и выжидающе постукивал пальцами по-своему же плечу.       Мужчина подходит к Юнги, смотрит на него нечитаемым взглядом и протягивает руку:       — Добро пожаловать в семью. Мы немного странные, но ты привыкнешь, — Юнги заторможено пожимает руку в ответ. Ким Чон Иль уходит, а его жена семенит следом за ним.       — Говори за себя! Я нормальная.       — Дорогая, ты рассматривала парня, как фарфоровую статуэтку.       — Он слишком хорошенький, я не виновата.       — То есть ты признаёшь, что сын справился лучше тебя?       Под этот удаляющийся диалог трое парней стояли как вкопанные, тупо пялясь перед собой.       От потрясения Хосок отходит первым:       — Кажется, вас только что благословили.       — Котёнок, ты же меня после этого не бросишь?       — Не…не…не… Теперь-то всё понятно, — бурчит себе под нос Юнги уходя следом за четой Ким, — Теперь всё встало на свои места…       — Что понятно? Мне ничего не понятно, — Тэхён оборачивается на друга. Такого приёма от родителей даже он не ожидал. Хосок начинает натурально ржать.       — Я думал, что ты немного странный, — он нависает на Тэхёна и толкает его вслед за ушедшими, — а у вас тут целый клуб ненормальных!       Тэхён нервно улыбается. Где-то на задворках возникает мысль, что почему-то именно Хосок со своими носками солидарности считает себя самым нормальным среди всего этого балагана.       И пока этот самый клуб ненормальных перебрался на кухню, чтобы готовить ужин, Тэхён вспоминает, одну фразу «Мы притягиваем в свою жизнь тех людей какими являемся сами». Но Тэхёну больше нравится так «Мы притягиваем в свою жизнь тех людей, которых заслуживаем». И глядя, как они с отцом неловко нарезают овощи, как мама делится с Юнги своим секретом хрустящей корочки у курицы Тэхён не может сдержать улыбку. Да, он определённо этого заслуживает. И даже этого, как выразился Юнги, ошалелого, который взял на себя самую сложную задачу в приготовлении пищи — пробовать то, что получилось — тоже.       Так ему и надо!       Ужин затягивается до позднего вечера. Хосок набив живот ещё на этапе готовки, развалился на своём стуле и лениво потягивает вино. Тэхён придвинул свой стул вплотную к Юнги, так что они соприкасаются бёдрами, откинул руку на спинку его стула. Мама Тэхёна поведала их с Йунг историю знакомства. Оказывается, Тэхён обмолвился об её начинаниях на благотворительном поприще и эта, во всех отношениях замечательная женщина решила помочь юному дарованию. Она и сама давно хотела заняться благотворительностью. Так почему бы не совместить приятное с полезным?       Чета Ким незаметно переключилась друг на друга, забыв про ребят.       — Не обращай внимания, — шепчет Тэхён и мажет носом по виску Юнги, — Они всегда такие приторно-сладкие.       — Вы такие же, — шепчет Хосок через стол.       — Я убью его, — в очередной раз обещает Юнги и щурится на парня напротив.       — Может не надо? Он прикольный, — Тэхён смеётся и Юнги выдыхает скомканное: «Ладно»       — Предатель! — шипит Хосок.       — Я только что жизнь тебе спас.       — Чего там шепчемся, мальчики? — Ким Виен возвращает своё внимание ребятам. Останавливает взгляд на своём сыне, к плечу которого жмётся другой парень — его парень. Что ж… Не об этом она мечтала, но она привыкнет. В конце концов сын у неё один. И раз только с этим человеком он готов возвращаться домой, значит так надо. Значит всё правильно.       Юнги сверлит потолок взглядом. Тэхён спит у него на груди, закинув все свои конечности и блаженно причмокивает. У самого Юнги сна нет. Весь этот день кажется ему какой-то другой жизнью. Словно он попал в параллельную реальность, где такая концентрация странного… абсолютно нормальна? Да, мысли не идут в связный поток, но так он думает.       Тэхён рассказывал, почему сбежал из родительского дома, почему предпочитал быть один, нигде подолгу не задерживаясь и почему так редко навещал родителей. Но то, что Юнги видел сегодня, как приняли его… А как его приняли? Странно, да… Об этом он точно не захочет никому рассказывать. Но в целом, всё, ведь прошло хорошо. И даже то, что мама Тэхёна перебрав с вином, заверяла собственного мужа, что у них теперь два сына и — «Даже не пытайся спорить со мной! Я всё сказала!» — было мило. Грустно только от того, что его собственная мама, которую он считал самым близким и понимающим человеком, так не смогла.       — Ну что? — Тэхён ёрзает на груди у Юнги, но в итоге ложится на подушку рядом, уткнувшись тому в шею, — Ты так вздыхаешь, что на другом конце города слышно, — шепчет он, не до конца проснувшись.       — Думаю, почему моя мама не такая?       — Ещё одну такую женщину мы с тобой не переживём, — сонно шутит Тэхён. Юнги только тяжело вздыхает, — Так, — окончательно проснувшись, Тэхён садится и тянет Юнги за собой. Обхватывает руками его лицо, заставляя посмотреть на себя. В комнате темно, но привыкшим к отсутствию света глазам не нужно сильно напрягаться, чтобы увидеть человека напротив, — Вы уже начали разговаривать. Разве это плохо?       — Только она сразу же бросает трубку, когда слышит о тебе.       — Не говори с ней обо мне.       — Она спрашивает, как у меня дела, что я делал. А как я могу не упоминать о тебе, когда девяносто процентов моей жизни вертится вокруг тебя? — Юнги убирает руки Тэхёна со своего лица, потому что тот сильней сдавил его щёки, из-за этого неудобно говорить, — Йунг с ней ссорится. Я чувствую себя виноватым, — он сжимает руки Тэхёна в своих, переплетая пальцы.       — Из-за меня? — в голосе Тэхёна неприкрытое сожаление.       — Из-за того, что моё счастье делает её несчастной, — шепчет Юнги, опуская взгляд.       — Котёнок… — Тэхён высвобождает руки, притягивает Юнги для поцелуя. Целует сначала легко, только прихватив его губы своими, затем углубляет поцелуй, просовывая язык в чужой рот, позволяя стать поцелую влажным и страстным. Укладывает Юнги на спину нависая сверху.       — Сейчас?       — Они всё равно пьяные, — горячо шепчет Тэхён, прикусывая кожу на чужой ключице.