Хэссэ

2007 год ●Поместье Хэссэ● Вечер. Тростниковый круглый стол был переполнен едой разного сорта и жирности. Куры, прожаренные в оливковом масле с острым перцовым соусом на гриле. Сырые овощи, заправленные бараньим свежим фаршем, а на хвостиках красовалась горчица с капельками соли и сахара. В углу расположили сваренную в бульоне с маслом крольчатину. Его лапки и ушки подавались отдельно, как закуска к гарниру из взбитого желтого картофеля, пропаренный вместе с яичным желтком. Из напитков была лишь русская водка, только тронутая из морозной основы. Весь этот пир благоухал ярким откликом ароматов и парил по всему зданию. Только вот за званным местом сидел лишь один человек. — Начинаем — мужчина в строгом жакете хлопнул руками, призывая старшего сына начать. Кай детскими глазами озарил пищу, мысленно дрожа от мысли, что ему сейчас придется сделаиь. Перым куры, они хотя бы аппетитные, но слишком жирно, что то легкое. Кроличьие ушки? С гарниром, неплохо. — Повторюсь для традиции — Август демонстративно поправил жакет рубашки, оглашая всю серьезность последующих сказанным им слов. — Сьежь все это, не оставь ни кусочка. Не подведи папочку. Кай покивал головой в знак согласия и переметнул взгляд на кролика. Схватил руками, не церемонясь и откусил половину ушка, тщательно прожевывая. Их есть проще простого. Закончив, сразу же приступил к овощам. Руки измазаны в терновом соусе. Укус и помидор оказался внутри мальчишки. Сжав зубы и стиснув вески от нахлынувшей остроты он не останавливался. Второй, третий, красные плоды распоясывались внутри детского желудка, занимая все свободное пространство. Теперь кабачки, с ними сложнее, их больше и начинка гуще в трижды. Разорвав его на две неровные половины и сразу же порвал правый на зуб. Зрачки сузились. Вот оно. Яд. Папочка всегда готовил ему особенные сюрпризы на каждый новый экзамен, усложняя задачу его прохождения. Язык горел, глотка сжималась и расслаблялась от нахлынувшей отравы. Но он не должен расслабляться, только идти вперед по каждой тарелке. На самом деле каждая порция была отравлена, но порции яда отличались от чего Кай не почувствовал его раньше. Запрянув плечи и сжав костяшки постарался сжечь яд внутри, как и пищу. Температура его тела была поранормально высокой с самого рождения и по собственной воли он способен повышать его до точки кипения внутри себя. Яд просто не успеет убить его, а еда заполнить и вызвать рвоту, если он сейчас сосредоточится и сожжет лишнее изнутри. Пытался. Снова и снова, одновременно продолжая кусать зеленую мякоть. На вкус яд обжигал сильнее, чем пламя от чего приступы тела становились острее. — Куры. — сказал отец не переводя взгляд от наручных часов. Ему было плевать на состояние отпрыска, нужен лишь результат. Финал дара, его истинное предназначение. Если он выработает возможность сжигать пищу и яды внутри себя, то экзамен будет сдан. До этого момента его прохождение будет продолжаться каждый месяц, хоть до самой смерти. Воля главы закон. Кай, придерживая рот, схватил птицу и ногтями надломил большой кусок белого мяса. Уже на расстоянии вытянутой руки он видел, как из куриных жилок стекают капельки зеленой субстанции. Абсовые колбы. Самый сильный яд, почти убийственный, его применение не является законным даже на войне. Откуда отец взял его, неизвестно, но выбора нет. Нужно сжечь. Укус. Плевать на мелкие косточки и жировую прослойку, сьесть все его миссия. Внутренности бурлили от полыхания, еда постепенно сжигалась, освобождая пространство. Яд стекал по мясным стенкам желудка, оставляя за собой багровые следы. Абсовая колба стекала по языку, касаясь горловины. Невыносимо, но нельзя. Еще один кусок и еще. От курицы постепенно оставался лишь скелет. Папа наблюдал. Живот взбух, в нем было столько яда, что представить невозможно. Несожженая еда просилась наружу, вместе с остаточным ядом. Не получилось избавиться от всего. Глаза покраснесли. Из носа и ушей потекла алая кровь, а по спине активно выступили гигантские валдыри. Яд сьедал его, словно паразит. Медленно и мучительно. Кишечник пульсировал. Внутри происходил тайфун. Нужно выдержать. Нельзя разочаровывать папочку. Последний кусок. Стол пуст. Экзамен прошел успешно, осталось лишь не. Секунда и Кай в приступе свалился на кафельный пол. Рвота истошно выплескивалась из него, разнося скупую вонь. Капли крови смешались с желтой массой на полу. Казалось, что вот вот внутренности последуют вслед наружу. Живот скрутило в узел, болезненно завывая в приступе боли. Из-за рта сочилась белая пена. — Ты не справился, позор. — единственное, что довелось ему услышать от папочки. — Я думал ты достаточно талантлив, чтобы переварить опасные яды, но слишком переоценил тебя. — вальяжной походкой тот схватил сосуд с градусом и открыв его вылил прямо на голову упавшего сына. Спирт лился дождем, попадая в глаза и рот. Но Кай не сопротивлялся, он заслужил, он опозорил папочку и его надежды. Он любит его и хочет воспитать в нем сильного мужчину. Последняя капля упала и разбилась об мокрые волосы. — Завтра повторим, будем пробовать, пока не справишься, ничтожество. Ребенок остался один на кухне. Он так и продолжил лежать на полу в симбиозе собственной блевоты, крови и водки. Было безумно больно, яд продолжал жечь. У отца точно было противоядие, но нельзя. Это наказание, он должен терпеть. Из глаз поступили слезы. Он не справился, разочаровал отца. Он слабый мужчина, не сможет защитить семью. Он ничтожество. 2021 год ●Школа● — Начинается контрольная работа! — красная книга с толстым переплетом громко шлепнулась об учительский стол. Женщина средних лет показательно поправила свои солнцезащитные очки на переносице, презрительно оглядывая учеников за партами.  — Надеюсь малолетние ублюдки подготовились, потому что следующий час ваши девственные беленькие задницы будут шпариться по всем 9 кругам ада! — по аудитории раздался зловещий смех. Дети с пассивным возмущением передавали по рядам бланки с тестом. Гнилия Касимотовна является древнейшим существом в их маленьком городке. Ходят у людей слухи, что она родилась во времена мезозойской эры и является природной ошибкой из-за скрещивания мамонта и снежного человека. Другие же утверждают, что именно она была тем самым метеоритом, который прервал весь род древних ящеров. Из обеих теорий можно сделать логический вывод, что живет та достаточно долго для того, чтобы стать жертвой старческого маразма — Ваши расистские высказывания отлично дополняют ваш образ не состоявшегося в жизни субъекта с 47 хромосомами — донесся ответ на хамские высказывания учительницы с последней парты. В классе повисла гробовая тишина. Казалось, что даже горячая кружка с зеленым чаем на учительском столе остолбенела, перейдя из жидкого состояния в твердое. — Ну конечно же, Ханнэке, сын сатаны, мать его, Хэссэ — с издевательской ухмылкой проговорила карга, двигаясь медленным шагом в сторону дерзкого мальчишки. Каждый стук ее мраморных каблучков вызывал внутри учеников микро землятресение внутренних органов и холодную дрожь. Гнилию Касимотовну удовлетворяла их реакция на казалось бы, такие обыкновенные вещи. Готов поспорить, в ее сейфе хранится не школьный журнал и не души погибших учеников, как она любит говорить, а набор кожаных плеток и парочку латексных костюмов для мужа извращенца. Это бы многое объяснило в ее странных садистских наклоностях по отношению ко всем. Лишь смелый мальчишка с последней парты не поддавался ее психологическому давлению, продолжая молча отмечать ответы в тесте. Ханнэке Хэссэ, так зовут юнца, является самым лучшим учеником в школе. В свои 16 его IQ достигает 152, что почти приравнивает его разум к таким гениальным ученым, как Эйнштейн и Стивен Хокинг. Городской образовательный совет заинтересовался им, когда тот стал единственным в их захолустье, кто вышел на мировой тур со своим гениальным докладом о доказательстве того, что бога нет и никогда не было. Ему вручили медаль и возможность поступить в любой гуманитарный вуз их страны. Все учителя в школе гордились его заслугой и всячески поддерживали. Все, кроме Касимотовной, ведь она, будучи ярой поклонницей сектантских движений Иисуса и верой в господа, не могла нормально отнестись к такой провокационной теме его сочинения. Потому она абсолютно уверена, что Хэссэ и весь его род являются самыми настоящими рождениями сатаны и им суждено вечно гореть в общем котле с такими личностями, как Адольфом Гитлером и Чикатилой. Длинная линейка звонким шлепком ударилась об парту отличника. Тот лишь глубоко вздохнул и медленно поднял взгляд на потревожевшую его особу.  — Что только, что твой грязный дьявольский рот произнес? — с ухмылкой прошипела учительница. Ханнэке внимательно оглядел фигуру стоящую возле себя с головы до пят, и на мгновение осознал, что его педагог невероятно схожа с гремучей змеей. Такая же скользкая и мерзкая, а из пасти сочится кислотный яд. Ее смертельный укус имеет возможность умертвить любое существо на этой планете. Любое, кроме тех кто носит дьявольскую фамилию Хэссэ. Жестокие непроглядные джунгли наполнены всем разнообразием чешуйчатых хищников. Самогластно, те избрали себя императорами и властителями этого бесконечного леса, надев на головы непосильные короны, сотканные из гордыни и ненависти. Ханнэке же является медоедом, что ест весь их зеленый вид на ужин. — То, что у вас 47 хромосом. Если есть проблемы со слухом, то мы с нашим дружным классом можем подарить вам на день рождение слуховой аппарат. — Школьник старался держать маску непринужденности, но еле уловимая ухмылка на лице выдавала его. Обычный человек не заметит этого, но в другой ситуации, будь он серийным маньяком, а подоль него бы стоял Шерлок Холмс, то тот бы сразу раскусил его надменность. Мышцы на лице женщины напряглись, а сосуды вздулись. Со стороны она напоминала силуэт толстого воздушного шара. Ее широкий рот раскрылся, готовясь к оскорбительному ответу, но ученик не замолкал ни на секунду. Медоед начинает атаку. — Если проблема кроется в психологических отклонениях, то мой старший брат знаком с прекрасным психотерапевтом. Он работает в клинике на китовом холме. Если вы желаете, то вас с радостью там примут. Змея отбивается. — Считаешь себя самым умным? — костяшки на ладонях женщины побледнели. Линейка сломалась. Одна половина крепкой хваткой находилась в руках учительницы, другая же с громким звуком приземлилась на грязный пол кабинета. — Мой IQ составляет 153, что превышает ваш, так что… — Хам! Завтра немедленно родителей в школу пусть они тоже послушают твои байки о твоей гениальности. Змея начала контратаку. — Мой отец уехал в командировку. Вы сможете с ним побеседовать лично, только через месяц, или два, или три, или на выпускном… Нам пока неизвестно, когда тот вернется в «Белый Кит» снова — Ханнэке поставил последнюю точку в тесте и показательно положил его на край стола, явно ощущая свое психологическое доминирование в этой занятной беседе. Медоед уклонился. — Тогда зови братьев, всех! Пускай они поглядят, как их младший брат разговаривает с учителем! — запрещенный прием. — Твою мать… В этой безжалостной схватке медоед потерпел поражение. Уставшие дети быстрым шагом выходили из образовательного учреждения, направляясь по домам. Хэссэ уже несколько минут стоял у главной ученической статуи, посвященная местному божеству «Белый кит» и недоумевал, как он должен сообщить братьям о том, что их впервые вызвали в школу не из-за его достижений, а из-за плохого поведения и двойки за тест в придачу. При том, что его ответы с вероятностью 100% были правильными и ошибки быть не может. С глубоким вдохом тот достал из заднего кармашка серебряный смартфон и большим пальцем торопливо нашел нужную беседу их семейства, только без отца. БЕСЕДА: «ОШЕЛОМЛЕННЫЕ И ОБКУРЕННЫЕ» Х: Вас всех вызывают завтра в школу. Написать это короткое предложение далось ему с трудностью. Не то чтобы он боялся братьев, совсем нет, скорее его напрягал сам факт того, что на профилактической беседе с ним будет сидеть не отец или мама, как у нормальных людей, а четыре идиота, что сами совсем недавно выпустились и совсем не понимают, как вести беседу с учителями. Первым начал печатать Люис. Л: Ты опять выиграл какую то олимпиаду? Если бы… Т: Как ты успеваешь учавствовать в стольких школьных работах, при этом быть отличником, еще и иметь самый высокий ранг в геншине из всех нас? Это же невозможно! Брат Тэлэй в своем репертуаре. Ханнэке уже хотел печатать свой ответ, как увидел, что в онлайн зашел старший брат Кай и начал печатать. К: Нам обязательно тащиться всем? На твою новую грамоту мы можем и дома поглядеть, как и на все остальные, что висят у нас в зале. «Почему они вообще решили, что это из-за грамоты? Я же даже ничего не ответил еще» — подумал про себя мальчишка, сам зная ответ на свой вопрос. Ханнэке с чистой совестью можно назвать сыном маминой подруги. На всех семейных праздниках отец всегда хвастался родственникам и друзьям об успехах своего младшего отпрыска. Гордость семьи и надежда на обеспеченную отцовскую старость, вот кем его видит его любимый папочка. Все братья, кроме Юсэя, были в сети. Ждать его появления также бессмысленно, как зайти на китайский поисковик и попытаться найти какую либо информацию об их городке. Наверняка тот опять будет целый день в борцовском клубе зависать и почти не притронится к своему телефону. Ханнэке начал печатать. Х: Вам нужно прийти на профилактический совет, потому что меня отчитали за плохое поведение, клевету на учителя и двойку выставили в журнал. Нужно было бы увидеть сейчас лица братьев и то как они мгновенно были ошеломлены из-за это сообщения К: … Л: … Т: … На следующий день. В кабинете собрались два учителя, в числе Гнилли Касимотовной и ее левая рука Виктория Молчанина. По другую сторону деревянного стола расположились завуч в лице строгой, но справедливой Елены Штольц, а справа от нее сидел директор школы Платон Львович. Все были в ожидании появления семьи Хэссэ. Ранее те виделись только с отцом и всегда только на награждениях его сына, так как других причин его появления, до этого ключевого дня, не было. Все что известно о других членах семьи школе это ее многодетность и отсутствие матери, так что всем собравшимся было невероятно любопытно полюбоваться остальными отпрысками главы фамилии Хэссэ. — Эта семейка такая некомпетентная, что смеет опаздывать на такую ответственную встречу — с актерским возмущением возмутилась Гнилия, в душе ликуя, ведь вся сложившейся ситуация заставляет ее чувствовать себя все лучше и лучше. Директор и завуч не оценили ее жалобу на гордость школы, но учительница смогла поведать им прекрасный рассказ о том, как тот оклеветал ее перед всем классом и сломал ее любимую линейку в придачу. Такое поведение нужно прихлопнуть с самого начала его появления, даже если ученик подает отличные результаты в учебе. Касимотовна чувствовала себя потрясающе. В дверь постучались. Все присутствующие одновременно повернулись в сторону источника звука. Директор замялся, нервно покашляв — Прошу, проходите. Дверная ручка повернулась и перед пожилыми людьми предстал высокий черноволосый мужчина. Его смуглое виобразное лицо выглядело достаточно молодым, а плечи были неестественно широкие, словно тот всю свою жизнь посвятил физическим нагрузкам. Энергетика юноши излучала природную мужскую силу и уверенность в себе. Гость сделал один шаг внутрь кабинета и в это мгновенье аромат его мускатного парфюма, словно гигантская морская волна заполонил собой помещение. Учителя не могли оторвать от него глаз. Мужчина молча присел на уготовленное ему место посередине, скрестив руки на краю стола. Он лишь с лисьим прищуром оглядел всех присутствующих, анализируя и подмечая каждую мелочь. Весь многолетний, наработанный потом и кровью, профессионализм педагогов, будто испуганная мышь, скрылся в глубине их ребер и не рисковал выйти наружу. Никто из них не мог начать говорить, высылая надежду на то, что юноша сможет сломать нить неловкости своим слогом. Так и произошло — Мы так и продолжим молчать? Или я могу уйти по своим делам? — спокойно проговорил тот, показательно зевая в ладонь. Вся змеиная уверенность Касимотовны испарилась, как и у остальных присутствующих. Сейчас ей хотелось побыстрее уползти в свою классную нору, подальше от этого страшного лесного хищника. Температура внутри была гораздо выше, чем раньше, но в мыслях все сослались на собственную мигрень. Штольц первая смогла придти в чувство. Она аккуратно поправила запонки на рукавах своего синего пиджака и наконец то начала их профилактическую беседу. — Представьтесь. — Мое имя Кай — тот лишь встретился взглядом со смелой женщиной. Она явно старалась скрыть собственные внутренние эмоции, но тускло синие глаза хамелеоны с дёргающимся зрачком выдавали ее с потрохами — Кай Хэссэ. Гнилия решила не оставаться в стороне и поддержать завуча с возмущением в сторону парня. — Школа вызывала всех братьев Ханнэке Хэссэ на профилактический совет. Где остальные? — Опаздывают.- на лице Кая не читалось не одной эмоции страха или неуверенности, которые так хотела увидеть учительница. Она надеялась, что старшие братья Хэссэ будут не такими противными, как их младшая особь, но она ошиблась. Они такие же, покрайней мере этот. — Ну тогда начнем без них- Штольц в быстром темпе достала из задвижки стола красный школьный журнал и открыла его где то посередине. Кай проявлял крайнюю незаинтересованность во всем происходящем и частенько поглядывал на наручные часы, отсчитывая минуты до конца всего этого цирка. Перед ним оказывается страница с оценочной таблицей класса его младшего брата. Около его имени расписано больше 30 пятерок, написанные красными чернилами. На последней иконке расположилась совсем свежая двойка, подписанная той самой гнилей Касимотовной. — За что двойка? — парень поднял взгляд на классную руководительницу 9 класса Викторию Молчанину. Пожилая женщина сжала в сухих пальцах кусочек смятого зеленого платья, не понимая, что сказать. Ее ментальной энергии хватило лишь на то, чтобы с мольбой посмотреть на подругу около себя. Гнилия перехватила инициативу в свою сторону. — Ваш мальчик посмел оскорбить меня бранными словами, сломать мою классную линейку. — Это не обьясняет двойку.- сказал тот в ответ. Гнилия почувствовала жар. — Он плохо написал тест. Почти не одного правильного ответа. Конечно, он отличник, но мой предмет требует большего изучения, чем остальные, что он не делает. — У него 16 побед в олимпиадах по русскому языку за последние два года, так что сомневаюсь, что он «плохо» изучает его. «Почему же так жарко?» — учительница чувствует, как по ее сморщенным вискам текут маленькие соленые капли пота. Убрав их рукавом кардигана и похлопав вспотевшее лицо подушечками пальцев, та продолжила. — Мы беспокоимся о его будущей успеваемости. К тому же его выходки и отстранённостью от всего коллектива класса напрягает нас. Также он посоветовал мне обратиться к психотерапевту, что просто непозволительно по отношению к педагогу. Эта женщина раздражала Кая все больше. — Почему вы говорите за его классного руководителя? Разве не она должна говорить мне о всех негативных сторонах моего братишки? Глаза Касимотовной расширились от столь резких слов приглашенного человека. — Кажется я понимаю откуда корни растут плохого поведения Ханнэке. Его старший брат подает ему плохой пример, я права? — сказала та, обращаясь к мисс Молчаниной. — Дддда увы праввы- заикаясь и очень тихо ответила старуха. — Давайте вести себя, как взрослые люди- приостановила нарастающий конфликт Штольц, хлопнув по столу. Она также чувствовала сильный жар по всему телу и не могла обьяснить причину его появления. Все ее лицо вспотело, а голова раскалывалась от мелкой острой боли. Директор не вмешивался в диалог, потому что толком и не умел вести интеллигентные беседы. Всегда его голосом была Елена Штольц. На всех мероприятиях именно она произносила все речи директора. Благодаря этому родители по сей день думают, что именно Штольц и есть директор образовательного комплекса их детей. Кай раздражен. Он прекрасно понимает, что сейчас к Ханнэке проявляется надменное отношение и он не виноват, а значит визит сюда стал пустой тратой времени. Температура в комнате достигла своего максимума. Было ощущение, что кабинет медленно мутирует в сауну. Первой не выдержал мистер Платон, быстрым шагом, словно пуля, подбегая к окну и раскрывая его. Воздуха почти не было. Виктория Молчанина почувствовала сильнейшее головокружение. Все ее тело с каждым новым вздохом наполнялось углекислым газом. В какой то момент она не выдерживает и тяжелым булыжником падает на пол, теряя сознание. — Что происходит?! — воскликнула Штольц, подбегая к упавшей коллеге, стараясь привезти ее в чувство. Вскоре она следом за ней рухнула на пол. Директор последовал их примеру и из-за высокой температуры также не смог прийти в чувство. Гнилия также была в ужасе. Три человека по мистическим причинам перестали быть дееспособными. Благодаря раскрытому окну дышать стало легче, но пожилому организму нужно больше кислорода. Она краем глаза посмотрела на Кая и подметила, что тот продолжает также спокойно сидеть на своем месте. Словно жар на него не оказывает негативного влияния. Парень лишь подмигнул левым глазом даме, явно давая намек, что это его рук дело. — Ты демон! — у женщины случилась истерия. Та быстро поднялась со своего места и с агрессией побежала в сторону мужчины. В руках у нее был серебряный крест. — О господь, услышь меня, убей это дьявольское отродье! — ее морщинистые пальцы обхватили шею «демона» и крепко сжались, стараясь перекрыть тому дыхание. Кай не сопротивлялся и через минуту, как и остальные, рухнул головой на стол. Но даже после этого она не остановилась, продолжая душить того и кричать заученные ею молитвы церкви. Где то за окном послышался вой полицейских сирен. На следующий день по новостям рассказали, что сумасшедшая женщина педагог пыталась задушить невинного человека о чем сообщили полиции с анонимного номера. Прибывший отряд органов обнаружил ее в кабинете директора, где она, вокруг четверых людей без сознания, сидела на столе и читала библейские молитвы. Во время задержания она агрессивно сопротивлялась и утверждала, что ее подставил сатана и его дети в обличии некой семьи Хэссэ. Сейчас мисс Гнилия находится в психиатрической лечебнице на китовом холм под строгим контролем. — Наш план удался! — радостно воскликнул Ханнэке, чокаясь с братьями бокалами красного сухого. — Кай, ты отлично справился! — Еще бы, таким людям не место в школах на посту учителя, а вот в психушке самое то- Кай выпил все содержимое одним глотком, после чего протер мокрые от алкоголя губы смуглой ладонью. — Не слишком ли вы с ней жестоко, парни? — Тэлэй почти не вникал в суть диалога, а лишь торопливо переключал местные каналы, где везде рассказывалось об этом случае — Она при аресте нашу фамилию сказала. Отец по любому узнает об этом, когда вернется и тогда нас всех самих в психушку поместят. — Он вернется только через несколько месяцев. К тому моменту уже все забудут об этом, так что не душни, младшенький- Кай непринужденно открыл вторую бутылку отцовского старого вина и налил себе полный бокал. На этот раз белое сухое. — Душнил тут только ты в кабинете директора. Так надушнил, что все там чуть от жара не померли — огрызнулся Тэлэй, кидая пульт в сторону старшего. Пульт шлепком врезался по руке Кая, из-за чего бокал с градусом упал на пол и разбился. — Тэлэй, сукин сын, что ты делаешь! Прямо на ковер, кто теперь это убирать будет?! В ответ младший лишь фыркнул — Ты же у нас горячий парень, вот и высуши. — после этого быстрым шагом вышел с кухни, направляясь в свою комнату. — Вот сука. — произнес старший Хэссэ. Температура в помещении заметно увеличилась от его импульсивного настроя. Неожиданно, окно распахнулось и свежий поток холодного воздуха прошелся по всему дому. Ханнэке и Кай перевели взгляд на третьего брата Люиса, что молча заканчивал есть свою трапезу. — Если бы не я, то мы бы тут все померли от твоей пылающей задницы. — Люис небрежно поправил локон блондинистых длинных волос, что упал на лицо из-за струи ветра. — Люис, убери ветер, меня продует ночью! — донесся крик Тэлэя со второго этажа. Блондин также молча сложил посуду в раковину и щелкнул пальцами. Ветер успокоился, охладив помещение. После чего он, следуя примеру брата, тоже ушел спать. — Ты кстати знаешь, кто теперь у вас на замену придет вместо той ведьмы — старший стал по одной складывать грязные тарелки в посудомоечную машинку. — Пока нет, думаю кто то новенький. — Хэссэ младший почти заканчивал делать домашнюю работу. Его учебники и зеленые тетрадки были разбросаны по всему обеденному столу. Некоторые ручки даже валялись на полу. — Она нас кстати детьми дьявола назвала- вспомнил Кай — Хотелось ей язык оторвать за такие громкие слова. — Может быть в какой то степени она права — сказал Ханнэке, не переставая писать. — Мы же все-таки не знаем до конца, кто мы. — Мы… — Кай на мгновенье задумался. — Мы особенные, немного отличаемся от других. — Люди, что немного отличаются это если у тебя кожа с пятнами вендиго или ты карлик к примеру. Это немного отличаются. А когда человек способен управлять ветрами или что то в этом роде, то это не не много, а очень большое отличие. Кай вздохнул. — Тут с тобой спорить бессмысленно. — Мужчина подошел к младшему вплотную. — Заканчивай скорее, спать пора. Мне завтра на службу, а тебе в школу. Ханнэке написал последнее предложение в докладе по биологии и в быстром темпе стал собирать школьные принадлежности. — Все таки круто мы проучили Гнилию. — Да, только отцу не слова. — Кай осторожно потрепал того по волосам, направляя к выходу из кухни. — Конечно, я же не самоубийца. — слишком глупая просьба. Только идиот рассказал бы об этой ситуации их папе. — А теперь спать. В финальной схватке медоед сожрал ядовитую змею самым жестоким образом. Настоящий опытный хищник атакует лишь тогда, когда наступает самый подходящий момент. И иногда лучшего исхода можно ожидать, если поможет тебе в этом рыжий огненный лис. Ханнэке умылся перед сном и наконец то улегся в мягкую белую постель. Завтра ему рано вставать и возможно придется выслушивать мерзкие слухи и сплетни из-за того, что Гнилия весь арест кричала их фамилию и что то про дьявола. Их семья не простая, но точно не связана с культом сатаны или что то в этом роде. Скорее, объяснение Кая звучит куда гуманнее. Они просто немного отличаются. — Надо завтра навестить Юсэя, давно не виделись. В чате он так и не отписался. — Юсэй давно не живет с ними из-за собственных особенностей. Если говорить точно, то Юсэй наиболее отличается от всех, чем остальные братья, поэтому тот решил жить отдельно. Отец поддержал его решение, явно желая обезопасить себя и остальных от него. Ханнэке почувствовал, как его веки становятся все более тяжелыми. Еще минута и вот он уже оказался в царстве Морфея под теплым одеялом.