Вампир нашего времени

Ночной тёплый воздух Нового Орлеана ворвался в распахнувшееся окно большого красивого особняка, увитого плющом и виноградом, принося с собой запах нагретого за день и до сих пор не остывшего асфальта и сладкий аромат цветов из небольшого садика перед домом. Бордовые портьеры всколыхнулись, как будто пускаясь в неведомый танец, и сдутые с подоконника ветерком пылинки тоже к ним присоединились, закружившись в тусклом лунном свете. Почти полная Луна освещала особняк и с любопытством заглядывала в его окна, пытаясь дотянуться до самых дальних уголков комнаты. Но то, что получается с лёгкостью у дневного светила, плохо получалось у ночного. Впрочем, лучей Луны вполне хватало, чтобы осветить большой основательный шкаф из тёмного дерева, забитый книгами сверху донизу, и тускло отразиться от серебряных и золотых корешков томов. Пара лучей упала на уютное, обшитое атласом, тёмное кресло с резными ручками. В окно доносились звуки иногда проезжающих по шоссе машин – единственное, что нарушало тишину. Вдруг внизу открылась входная дверь, затем по лестнице послышался звук лёгких шагов, сопровождающийся сопением, и в комнату вошёл высокий молодой человек со светлыми длинными, почти до плеч, волосами. Его сопровождал большой красивый пёс с длинной золотисто-серой шерстью, который и издавал сопение. Молодой человек с изяществом сел в кресло, закинул ногу на ногу и, опустив руку, стал гладить по холке своего пса, зарываясь в тёплую густую шерсть длинными пальцами. Пёс улёгся около хозяйского кресла. Лунные лучи стали теперь освещать и лицо молодого человека, а тёплый ньюорлеанский ветерок начал нежно играть с его белокурыми локонами. Молодой человек, ещё известный под именем Лестат де Лионкур, хмурился и смотрел на ночное светило. Между его бровей залегла глубокая складка. Он только недавно насытился кровью одного парня, которого нашёл в придорожном кабаке. Парень избивал свою жену, а однажды убил случайного знакомого, с которым пил в баре. Убил и ограбил. Вкус лёгких денег понравился парню, и ему захотелось ещё. Тут как раз очень удачно подвернулся Лестат, который с удовольствием купил ему выпивку и вообще сорил деньгами. Но жертва оказалась охотником. Вообще вампир Лестат уже двести своих бессмертных лет предпочитал пить кровь преступников, выполняя таким образом роль своеобразного тайного мстителя и очищая город и, в сущности, весь мир от скверны. Правда, у него не всегда получалось придерживаться этого принципа, иногда он предпочитал пить кровь у просто понравившихся ему чем-нибудь людей. Выпить кровь, душу, заглянуть в её самые потаённые уголки, узнать все тайны, всю жизнь – абсолютное единение. Лестат это искренне любил. Но хмурился он совсем не из-за этого. Его терзало одиночество. Все его бессмертные спутники его покинули. Луи, возлюбленный Луи! Самый человечный из всех вампиров, самый чувствительный. Лестату всегда хотелось его защитить, чтобы однажды, хотя бы на несколько мгновений, из глаз Луи пропала эта неизбывная тоска. Но даже он ушёл. И Дэвид, это прекрасное творение Лестата, умный, проницательный и такой наивный. Это сочетание пленяло Лестата. Однако и Дэвид его оставил. От Габриэль по-прежнему не было вестей. По ней вампир скучал особенно остро. Его прекрасная возлюбленная Габриэль… Как давно он не заплетал её чудесные густые светлые волосы в косы. Как давно не охотился вместе с ней. Лестат по старой человеческой привычке вздохнул. Моджо немедленно вскинул морду и внимательно посмотрел на своего хозяина, но тот уже стремительно подошёл к окну и сосредоточенно вглядывался вдаль. Что-то вдруг начало невыносимо манить его чувственную натуру скорее покинуть этот дом, этот город, как будто где-то там вдруг проснулась часть его души и рвалась соединиться с ним. Странное чувство, но такое привлекательное. Лестат с удовольствием решил поддаться ему. Оставалось только пристроить Моджо. Но у Лестата была уже проверенная соседка, которой он периодически оставлял своего пса. Вампир подозвал Моджо и вместе с ним отправился в дом неподалёку. По дороге он говорил с псом и объяснял ему причину своего путешествия. Моджо смотрел на него печально, но понимающе. Это была замечательная и необыкновенная собака, Лестат искренне его любил. Уже перед домом милой старушки, у которой Моджо предстояло провести некоторое время, Лестат присел и обнял своего пса, который положил тяжёлые мохнатые лапы на плечи хозяина. Вампир уткнулся лицом в шерсть собаки и вдохнул чистый приятный шерстяной запах. Так прошло несколько минут. Наконец молодой человек выпустил из объятий пса и, попрощавшись с соседкой, направился вверх по улице и вскоре скрылся, а Моджо ещё долго смотрел вслед своему хозяину. Лестат забрёл в чей-то сад и встал под одним из деревьев; густая крона и тень скрывали вампира от всех глаз. Он стоял и прислушивался к своему внутреннему чувству, которое звало его. Наконец он понял, куда ему нужно – на северо-восток, в Нью-Йорк. Его тёмная душа, если она вообще у него была, стремилась именно туда. Лестат поднялся в воздух и молниеносно полетел в Большое Яблоко. * * * - Стив! Нет! Был самый разгар битвы с Модоком и его роботизированными помощниками. Нью-Йорк сотрясался от бесконечных взрывов, люди в панике кричали, их силились успокоить и обезопасить полицейские; выли сирены скорых, увозившие пострадавших и искалеченных горожан в больницы. Команда Мстителей пыталась остановить всё это безумие, но пока что безуспешно. Железный Человек отвлёкся от хода самой битвы и был занят тем, что старался с помощью своих технологий взломать компьютерную систему, созданную Модоком для управления своими роботами. Железный Человек хотел осуществить свою задумку побыстрее и совершенно не обратил внимание на то, чем занят сам Модок. А тем временем злодей, приводящий в ужас одним своим видом, напал на Капитана Америка. Капитан отчаянно сражался с Модоком, и даже в какой-то момент показалось, что он побеждает, когда соперник рухнул на асфальт, выбивая фонтаны осколков своей бронёй, от меткого удара щитом – известным оружием Стива Роджерса. Но это оказалось обманным манёвром, и когда Капитан Америка подошёл поближе к поверженному врагу, Модок выстрелил в него мощным зарядом энергетического луча. Капитан Америка, не смотря на всю свою силу супер-солдата, рухнул как подкошенный. В этот миг казалось, что весь мир замер в мгновение его падения, падения самого знаменитого сына Америки. И именно крик Железного Человека: «Стив! Нет!» заставил мир снова прийти в движении. Через миг Тони Старк «доломал» систему защиты Модока, и роботы оказались полностью обездвижены и недееспособны. А Модок захлебнулся своим возмущённым криком, поскольку получил мощнейший заряд репульсора, который выпустил в него Железный Человек. Модок снова оказался повержен и теперь уже по-настоящему, что не помешало ему телепортироваться на последнем издыхании. Но Тони Старк ничего этого уже не видел – он склонился над Стивом Роджерсом, в панике пытаясь определить, жив ли его товарищ. Забрало шлема он поднял, и было видно, как на лбу изобретателя-миллиардера выступила испарина. Через пару мгновений он немного расслабился, потому что Капитан Америка оказался жив, хотя и тяжело ранен. Вечером того же дня Тони Старк сидел в помещении элитного клуба в центре Манхэттена и методично напивался виски. Он развалился на одном из красных дорогих диванов, потягивая янтарный напиток, и смотрел затуманенным взором на экзотических японских танцовщиц. Всё это было призвано заглушить его разыгравшееся чувство вины. Стив лежал в лазарете Щ.И.Т.а, и хотя его состояние стабилизировалось и он пришёл в себя, Тони не мог отделаться от ощущения, что всё это произошло из-за него. Хотя считать так было глупо. Но уже десятый по счёту стакан не мог заглушить этот внутренний голос… совести? Тони, несмотря на множество своих недостатков и казавшуюся несерьёзность, всё-таки обладал глубокой душой. И чувство вины часто его сопровождало и даже иногда казалось, что оно его постоянный спутник. Поэтому Тони и пил. От себя можно было убежать двумя способами – с головой окунуться в работу или заняться аморальными вещами. Сегодня Тони выбрал второе. Он заказал очередную бутылку виски и расстегнул несколько верхних пуговиц на своей шёлковой рубашке. Ему становилось жарко. С каждой выпитой рюмкой жгучее чувство вины (если бы он только побыстрее разобрался с этими кодами, если бы не отвлёкся…) почему-то не утихало, а только разгоралось всё ярче, опаляя мозг и душу миллиардера. Тони Старк хмурился всё больше и больше. Тогда он решил прибегнуть к другому способу, чтобы отвлечься – женщины. Его взгляд тут же нашёл одинокую блондинку, сидящую за стойкой бара и пьющую мартини с соком. Красивых блондинок Тони искренне любил, поэтому, слегка качнувшись, он встал и направился прямиком к ней. А ещё он знал одну магическую фразу. - Привет, сладенькая! Я – Тони Старк! * * * Лестат завис на высоте птичьего полёта над Нью-Йорком и наслаждался видом вечернего города, который светился миллионами огней и походил на маленькое солнце. Вампир внезапно рассмеялся совершенно счастливо. Он подумал, что это путешествие принесёт ему что-то хорошее. И даже разница в погоде между тёплым Новым Орлеаном и прохладой, что встретила его в Нью-Йорке, не могла испортить это приятное впечатление. Совершенно бесшумно Лестат опустился в тёмном переулке, вышел из него и тут же встретился взглядом с какой-то рыжеволосой серьёзной девушкой, выбежавшей из бара под названием «Адски алый». Глаза девушки сердито блеснули, когда она подумала о неком красивом мужчине лет тридцати пяти, с которым только что общалась, как понял вампир, слегка коснувшись её мыслей. Девушка села в автомобиль с водителем, и машина незамедлительно умчалась прочь. Лестат улыбнулся и решил, что это прекрасное заведение, чтобы найти там первую нью-йоркскую жертву. Он чуть поправил свои очки с фиолетовыми линзами, которые носил для того, чтобы люди не видели сверхъестественного блеска в глазах, и уверенно зашёл внутрь бара. В нём звучала какая-то рок-музыка, за столиками сидели мужчины в костюмах, некоторые одни, некоторые с ярко одетыми дамами. Стены и пол бара были красными, а потолок серебристым, зеркальным и поэтому тоже красным, а мебель была чёрной. На стенах висели картины в золотистых рамах. Осмотревшись, Лестат вдруг увидел за барной стойкой того мужчину из мыслей девушки. Он сидел на высоком стуле и пил виски из стакана с толстым дном. Бармен, протиравший бокалы, иногда посматривал на мужчину хитрым взглядом. Неизвестно, чем Лестата привлёк этот мужчина. Может быть, иссиня-чёрными волосами? Или хорошо развитым мускулистым телом? Или аурой уверенности и больших денег, исходившей от этого человека? В любом случае, вампир, грациозно огибая препятствия в виде людей и столов, приблизился к барной стойке и сел на соседний стул, заказывая себе красного вина. Вино он, конечно, пить не собирался, но для маскировки и чтобы почувствовать себя почти человеком, оно было нужно вампиру. Лестат, изящно закинув ногу на ногу, сидел на стуле и поглядывал на мужчину, который был Тони Старком. Наконец Тони тоже обратил внимание на вампира. Он затуманенным взором осмотрел светлые, почти белые, волосы молодого человека, тёмно-синий пиджак, из-под которого была видна белая шёлковая рубашка и чёрный галстук – под ними скрывалось хорошо накаченное, но гибкое тело – тёмные, туго облегающие стройные ноги, джинсы. И глупо ухмыльнулся. Лестат лукаво на него посмотрел. - Что-то не так? – с лёгким французским акцентом поинтересовался вампир. - Да нет, - продолжал пьяно ухмыляться Старк. – Просто вы пьёте красное вино, а у меня сегодня день виски. Эй, бармен! – вдруг закричал, поднимая правую руку, миллиардер, и его качнуло в сторону Лестата. – Плесни моему соседу Jack Daniel's! Бармен послушно налил благородный ароматный напиток в стакан и поставил его перед Лестатом. Тот поблагодарил кивком головы. Судя по всему, мужчину, привлекшего вампира, здесь хорошо знали. - Меня зовут Тони Старк, - немного запоздало представился мужчина и провёл ладонью по волосам, взъерошив их. - А я Лестат де Лионкур, - отдал дань вежливости вампир. Ему было любопытно, его собеседник как будто чего-то ждал. - Вы меня не знаете? – с оттенком удивления спросил Тони. Лестат с чуть извиняющейся улыбкой отрицательно покачал головой. Тогда Старк вдруг уронил голову на сложенные руки, и раздался его глухой голос. – Я человек, который приносит всем несчастья. Рядом со мной опасно находиться. Зря я вам это сразу не сказал. Хотя уже прошло более суток с момента битвы с Модоком, миллиардер всё ещё испытывал чувство вины. Возможно, он его просто придумал, как оправдание своему алкоголизму, и, может быть, именно поэтому, по-прежнему, чем больше он пил, тем больше это чувство его терзало. Пеппер Поттс, его помощница, которую Лестат встретил на выходе, приходила к Тони, пытаясь уговорить его перестать пить и вернуться в Башню Мстителей. Она даже передала ему слова Стива Роджерса, который говорил, что битва - это битва, и в ней нет виноватых. Но Тони всё равно был уверен, что когда-нибудь кто-нибудь обязательно погибнет из-за него. И, кажется, виски с каждым глотком убеждал его в этом всё сильнее. Но себя в роли жертвы он не представлял. - О, я не боюсь опасности, - честно признался Лестат, незаметно подталкивая к миллиардеру свою рюмку с виски. Миллиардер схватил её и залпом осушил и точно так же поступил со своей порцией. Вслед за этим он опасно накренился к Лестату, его штормило прямо на стуле, и он схватился за отвороты у груди пиджака вампира. Лестат даже не шелохнулся, чем удивил Тони, собиравшегося уже упасть на пол и утащить за собой молодого человека. Зато Лестат аккуратно встал со стула и мягко обнял за талию своего пьяного собеседника. Он едва коснулся разума администратора бара, чтобы узнать о наличии здесь отдельных комнат для клиентов, и отправился в одну из них, ведя повисшего на нём Тони. Заперев изнутри комнату на ключ, который ему дал загипнотизированный администратор питейного заведения, Лестат положил Старка на большую двуспальную кровать. Тони приподнялся на кровати, осмотрел комнату и наконец сфокусировал взгляд на молодом человеке. - Знаешь, ты серьёзно в опасности, - пробормотал миллиардер и откинулся на высокую мягкую подушку. - Расскажи мне об этой опасности, - вдруг предложил Лестат, неслышно приближаясь к кровати. Он навис над Тони Старком, вглядываясь в его пьяные голубые глаза. Глаза потемнели, как море перед штормом, и Старк начал рассказывать. Он говорил о своём детстве, о родителях, о сложных взаимоотношениях с отцом, о смерти папы и мамы. О том, как впервые попробовал алкоголь, о том, как он ему понравился, о сотнях встреч анонимных алкоголиков, о дешёвом мерзком кофе, о том, как бросал и снова начинал пить. Рассказал о первом опыте с девочкой и вообще о том, как он любит женщин, как много их у него было, о том, что при этом он не может доверять им, потому что они видят в нём только деньги. Потом рассказал о создании оружия, о том, как попал в плен в Афганистане и как потом погиб Хо Йенсен. Погиб, чтобы Тони мог жить, и как это до сих пор мучает Старка. О том, что перестал создавать оружие после этого, и переключился на создание мирной техники. Рассказал о броне, о том, как связан с ней, как она нужна ему, как она защищает его от внешнего мира. Рассказал, как ему нравится быть супергероем, как важно для него быть в команде Мстителей. Рассказал, что это за команда, и наконец добрался до причины своего запоя. Рассказал, как виноват перед Капитаном Америка. Лестат зачарованно слушал исповедь пьяницы и понимал, как близка ему жизнь этого человека. У него даже была точно такая же тяга быть хорошим, во имя которой он бы умер. Ведь убивать преступников он решил, чтобы хоть как-то оправдать то зло, каким он являлся. Яркое, красивое, привлекательное – как и всё зло. Создатель смертоносного оружия – это такое же зло. Потребность быть хорошим, делать хорошее точно так же руководила Лестатом, как и Тони Старком. Но все попытки Лестата сделать что-то правильное, добродетельное всегда оборачивались бедой для него самого и для окружающих. Лестат узнавал в Тони свой собственный нарциссизм и эгоизм. Он вспомнил Клодию… Его ребёнка, его прекрасную ошибку. Что ж, не смотря на стремление быть хорошим, времени раскаиваться в совершённых проступках он никогда не находил. Ведь жизнь из этого и строится – зло и добро всегда идут вместе, рука об руку. Вампир на секунду прикрыл свои голубые с оттенком лилового глаза, задумавшись о том, как он желает ещё больше узнать об этом человеке, а когда открыл глаза – обнаружил, что Тони уже спит. Лестат ухмыльнулся и, немного подумав, лёг рядом с Тони на кровать. Его глаза были открыты, и он смотрел в потолок, пытаясь разобрать то, что снилось сейчас пьяному миллиардеру. Вампир был очарован. И самим Старком, и новым для него понятием «супергерой». Ему остро захотелось тоже стать таким супергероем. Вот эта возможность направить зло на защиту этих доброжелательных, сочувствующих людей, которые всегда так доверчиво смотрели на него. Интересно, понравилась бы эта идея Луи? Лестат представил, как его старый возлюбленный нахмурился и снова обозвал бы его дураком. А потом жажда крови напомнила ему, зачем Лестат пришёл сюда, и он решил оставить миллиардера одного. Вампир, приподнимаясь на согнутой в локте руке, приблизился губами к губам мужчины и легко поцеловал его. Губы Тони были сухими и горячими. Старк даже во сне с готовностью ответил на поцелуй, при этом пробормотав что-то нечленораздельное. Вампир довольно улыбнулся и вышел из комнаты, велев администратору до утра не беспокоить мистера Старка, а сам отправился на поиски новой жертвы. * * * Утро ознаменовалось для Тони Старка похмельем. Он с трудом открыл глаза и, щурясь, стал осматривать комнату, в которой проснулся. Осмотр ничего не дал – он совершенно не помнил, как здесь оказался. Затем он медленно сел и схватился за голову ладонями. Она нещадно болела. Тони стал припоминать, как вчера пришёл в бар «Адски алый», как туда пришла Пеппер и стала уговаривать перестать пить. Как потом появился какой-то приятный молодой человек, они говорили. О чём? Как его вообще звали? Лестор?.. Нет… Лектор?.. А, Лестат! Эта громкая мысль отозвалась в голове очередным фейерверком боли, и Тони застонал. Что же было дальше? Они пили и… И всё. Проснулся он уже тут. Старк поднялся с кровати и, едва справившись с дверной ручкой, с очередным стоном, отправился искать уборную. Позже он всё-таки поехал в свой офис, Пеппер, с периодичностью раз в пять минут упорно звонила ему, а когда Тони всё-таки ответил, то её резкий тон звоном отдался в ушах миллиардера и передался прямо в мозг. Правда, всё-таки смысл сказанного девушкой он понял. Она требовала, чтобы он немедленно явился на работу. Весь день Старк, выполняя все свои обязанности, а затем спускаясь в свою лабораторию, не мог отделаться от мыслей о своём вчерашнем случайном собутыльнике из бара. Он вспоминал разворот головы, улыбку молодого человека, изящные руки, очаровательный французский акцент – и от этого всего его едва ощутимо знобило, потому что он не привык к таким мыслям о мужчинах, а не о женщинах. За день он вспомнил всё, что вчера имело место в баре, и это удивляло его – раньше воспоминания так легко не возвращались. И чем больше Старк пытался забыть, тем больше вспоминал. Вечером того же дня, едва прохладное нью-йоркское солнце скрылось за горизонтом, вампир, который под утро снял номер в гостинице и в нём провёл день, открыл глаза и сразу ощутил острую потребность снова увидеть того пьяницу из бара. Лестат хищно улыбнулся и решил направиться в магазин за новой одеждой. Он надел очки и, засунув руки в карманы джинсов, как сейчас делали все, уверенно вышел из гостиницы, по пути улыбнувшись паре красивых девушек. Совершенно незаметно для смертных вампир проник в помещение одного из магазинчиков с одеждой. Там он тщательно выбрал костюм из синей лёгкой шерстяной ткани с двубортным пиджаком, шёлковую рубашку небесно-голубого оттенка, галстук и удобные чёрные кожаные туфли. В отделе парфюмерии он выбрал приятный парфюм, оставил за всё достаточную сумму денег и направился на Манхэттен к башне Старк Индастриз. Тони Старк в компании Пеппер Поттс вышел из здания своей фирмы, огляделся по сторонам и вдруг увидел высокую стройную фигуру своего вчерашнего знакомца. Сердце Старка в тот же миг бешено застучало, и он, к своему великому изумлению, почувствовал прилив радости, а вслед за ним и желания. «Старк, ты натурал! Прекрати!» - в отчаянии подумал миллиардер, пока молодой человек с загадочной улыбкой подходил ближе. Наконец Пеппер его заметила, перестав говорить о делах фирмы, и наморщила лоб, пытаясь вспомнить, где она его видела раньше. - Мистер Старк! Какая приятная встреча! – тем временем произнёс Лестат, обаятельно улыбаясь. – Мисс? - Мистер… де Лионкур! – поприветствовал с лёгкой заминкой Тони. – Рад вас видеть! Это Пеппер Поттс… - Вирджиния Поттс, - тут же поправила рыжеволосая девушка, на что Старк тут же пробормотал: «Верно». - Очень рад, - Лестат, чуть склонившись, галантно поцеловал руку Пеппер. Та слегка покраснела. А Тони ощутил укол ревности и совсем растерялся, но по его лицу этого было не понять. За столько лет ведения бизнеса он научился основательно скрывать все свои мысли, чувства и эмоции. – Я бы хотел украсть у вас мистера Старка, если вы не против. - О, конечно, - мгновенно согласилась девушка и села в машину. Старк удивился неожиданной покорности Пеппер, он не знал, что Лестат загипнотизировал девушку. Возможно, в другое время вампир бы увлёкся рыженькой, которая пленяла своей красотой, упорством и при этом душевной уязвимостью, но сейчас ему нужен был только миллиардер. А сам миллиардер, всё ещё пытаясь успокоить заставшие его врасплох чувства, направился вместе с молодым человеком по улице пешком. Они шли вдвоём под светом ярких фонарей и неоновых вывесок, мимо разнообразных фасадов зданий, кафе, магазинов, мимо множества людей – коренных ньюйоркцев и приезжих людей. Мужчина и молодой человек говорили обо всём – они обсудили последние кино- и театральные премьеры (Лестат был всегда в курсе новостей культуры, потому что она влекла его своей свободой выражения мыслей и эмоций), множество книг (и оба пленились мнением другого), научно-технический прогресс (Старк с упоением рассказывал о своей броне), цивилизацию, космос и многое другое. Тони даже не запомнил, как они забрели в какой-то район Манхэттена, где не было людей, а были только старые грязные потрескавшиеся дома, в некоторых окнах которых горел свет. Рядом с подъездами валялся мусор, вдалеке раздавался вой полицейских сирен. Миллиардер огляделся и ему вдруг стало не по себе. Он хотел было спросить у Лестата, что они здесь делают, но, встретившись глазами с голубыми с фиолетовым отливом глазами молодого человека (вампир снял свои очки), буквально потерял дар речи. И в это самое мгновение Тони осознал, что напуган. Сердце бешено заколотилось. Ему показалось, что эти странные глаза проникли в самую глубь его души, и этот взгляд пробудил в нём отчаянное ощущение опасности. Неведомый инстинкт, старше самой цивилизации, повелевал Старку спасаться бегством. Однако он не двинулся с места. Та же сила, которая устрашала его, одновременно удерживала на месте. «Это просто не в моих силах», – внезапно понял миллиардер. Происходило нечто выходящее за пределы его понимания, ненормальное и неразумное. Но это нельзя было остановить. Даже охваченный страхом, он наслаждался происходящим. Ничего подобного Тони никогда не испытывал с женщинами, а тем более с мужчинами, хотя между ним и Лестатом ровным счетом ничего не происходило. Молодой человек просто смотрел на мужчину, словно загипнотизированный, а Старк смотрел на него в ответ, и энергия мерцала между ними подобно зарнице. Тони увидел, как глаза Лестата еще больше темнеют, констатируя его поражение, и ощутил дикие удары своего сердца, когда вампир протянул к нему руку. Лестат обнял Тони, притянув его к себе, и поцеловал. Вначале Старк хотел отстраниться, вырваться, врезать молодому человеку, но затем чувства победили предрассудки, и мужчина горячо ответил на поцелуй вампира, скользнув ладонями по спине Лестата и устремившись вниз, к упругим ягодицам. Лестат тихо рассмеялся и скользнул губами по шее мужчины, оставляя влажную дорожку на коже, и языком нащупал сонную артерию. Тони тихо простонал от возбуждения. Но этот сладкий миг испортил внезапный резкий, яркий свет. Тони приложил ко лбу руку, чтобы рассмотреть источник света, и обнаружил, что это снова Модок. - Старк! Я выследил тебя тогда, когда ты безоружен и слаб! Наконец-то я уничтожу тебя! – закричал уродец, и роботы, повинуясь неслышимым приказам монстра, ринулись к Старку и его приятелю. - Какая самоуверенность! – пробормотал Тони. Он уже вызвал через спутниковую связь свою высокотехнологичную броню, и она не замедлила прилететь. Через секунду Лестата прикрывал уже Железный Человек. - Спрячься куда-нибудь, мы продолжим позже – после того, как я разберусь с этим неудачником, - изменённым из-за динамика голосом сказал миллиардер Лестату и стал стрелять по роботам, стараясь попасть в самого Модока, но тот ловко уворачивался. Вампир сделал несколько шагов назад, дождался, когда Тони Старк в облике своего железного альтер-эго взлетит в воздух, и присоединился к битве. Вампир с лёгкостью отрывал им железные головы, пробивал кулаками броню роботов, вырывал им электронные внутренности и поджигал силой мысли их развороченные останки. С такой же лёгкостью он уклонялся от выстрелов лазерами. Ему было весело и интересно. А Тони Старк с удивлением обнаружил, что его внезапная пассия обладает суперспособностями, не хуже, чем у Капитана Америка. Но долго удивляться ему не пришлось – он наконец-то подобрался к Модоку достаточно близко. Лестат отвлёкся всего на пару мгновений, в упоении круша роботов и думая, что он совершает благое дело, хотя и через насилие. А когда оглянулся, чтобы посмотреть на Тони Старка, обнаружил, как тот лежит на асфальте с раной в животе, а Модок висит над ним в воздухе и торжествующе смеётся. Тони непонимающе смотрел на свою собственную ладонь, с которой, после того, как он прижал её к животу, капала алая жидкость, и никак не мог осознать, что это его кровь. Как ни странно, боли он не ощущал, только его животу было очень горячо, а ногам наоборот – холодно. Он всегда переживал за других людей и никогда не думал, что сможет сам реально пострадать. Это совершенно не укладывалось в его голове. И вместо того, чтобы перед смертью увидеть всю свою жизнь, он ощущал только растерянность. А Лестат, воспринимавший до этого всё как игру, с молниеносной скоростью переместился к Модоку, который абсолютно не ожидал такого, и поступил так же, как и с роботами: пробил с нечеловеческой силой корпус брони монстра. Рука вампира рассекла плоть, Модок упал, а оставшиеся роботы, потеряв контроль, рухнули вслед за своим хозяином. Лестат опустился рядом с Тони и торопливо прокусил себе вену на запястье, из которой сразу полилась кровь прямо на рану на животе миллиардера. Искалеченные ткани организма начали восстанавливаться. Но Старк уже потерял слишком много своей крови, он медленно терял сознание. - Нет, ещё рано, - прошептал Лестат и, бережно приподнимая ослабевшее тело мужчины, прижался зубами к сонной артерии Старка. В ту же секунду вместе с потоком живительной солоноватой жидкости перед Лестатом открылись все мысли, вся жизнь Тони Старка. Лестат увидел всё, что скрыто за маской эгоиста, повесы и умника. О, эта метущаяся душа! Картины одиночества и опустошения сменялись недолгим счастьем и попытками сделать мир лучше. Пустыня Афганистана, нестерпимое солнце, боль, страх. Какая же у него густая, солёная, вкусная, жаркая кровь. «Я хочу быть хорошим! Хочу, чтобы ты любил меня!» - прокричал маленький мальчик с чёрными волосами своему отцу. Сердце Тони Старка. Бесконечная жертва. Надлом. Никогда не падать, всегда идти вперёд. «Я не сдамся» - стучало сердце мужчины, и этот стук эхом отзывался в ушах Лестата, его голове, сердце, душе. Душа Тони, такая же самоотверженная и благородная. Никогда ещё вампир не встречал столь близкой ему души. Тело Тони совсем ослабело и его мужественное сердце билось медленно и неровно. «Не дай мне умереть». Никогда. Миллиардер едва слышно на последнем издыхании застонал, но его стон тут же пропал, потому что Лестат приложил к губам Тони своё разорванное запястье со словами, в которых ощущался сверхъестественный приказ: «Пей». И Тони Старк начал пить кровь вампира, даже не осознавая того, что он сейчас делает. - Пей, пока моя кровь не зазвучит в твоих венах. Я делюсь с тобой своим Тёмным Даром. Прости, что я не дал тебе выбора, - говорил вампир, наблюдая, как Тони уже жадно пьёт кровь. Наконец Лестат уже и сам начал испытывать слабость, тогда он убрал руку ото рта миллиардера. Тот с алчно горящими глазами потянулся за источником силы, но был остановлен жестокой судорогой, сводившей всё его тело. - Что… что со мной? – прошептал Тони с широко раскрытыми от ужаса глазами. Ему было страшно – происходило что-то из ряда вон выходящее, потрясающее, неправильное. - Твой организм умирает, но это продлится недолго, не бойся, - ответил молодой человек, с удовольствием наблюдая за сверхъестественными изменениями, происходящими с Тони: как меняется голос; как по коже разливается неестественная бледность; как волосы приобретают великолепный глянец; как появляется необыкновенная грация, присущая всем вампирам; как ногти становятся зеркальными; как глаза наполняются глубиной и загораются нереальным блеском. Ему нравился его новый сын, он любил его. – Теперь ты вампир, любовь моя, как и я. - Что?! Нет, этого не может быть, не со мной… - отрицая очевидное, воскликнул мужчина, болезненно морщась. - С твоими друзьями случались вещи куда хуже, а ты отвергаешь столь прекрасный дар? – вдруг ухмыльнулся молодой человек. Тони не ответил: его тело продолжало умирать, но при этом он сам отмечал – как будто со стороны – что мир вокруг становится ярче, отчётливее. Словно все тридцать с лишним лет миллиардер смотрел и чувствовал через пелену, а теперь её нет. Ему казалось, что он может рассмотреть во всех подробностях даже поверхность далёких ярких звёзд. И звуки стали по-настоящему отчётливыми, они сливались в мощный гул и в то же время разделялись на отдельные источники. Старк посмотрел вниз на лужу собственной крови, и ему показалось, что он видит в ней эритроциты. Тони моргнул, чтобы убедиться в том, что это галлюцинация или наоборот, но в этот миг в его голове зазвучали чьи-то чужие голоса. Мужчина схватился за голову и жалобно посмотрел на Лестата. - Это телепатия. Теперь ты слышишь мысли других людей. Если не хочешь этого, то просто прикажи им замолчать, - посоветовал вампир, улыбаясь. Его новое творение было прекрасным: такой привлекательный, такой мужественный, такой благородный, такой горячий… * * * - И вы… вы всегда так видите мир? Таким ярким и красивым? – в восхищении поинтересовался Тони Старк на следующую ночь, когда его превращение завершилось. Его, к собственному великому изумлению, совершенно это не пугало, не огорчало и не тревожило. Наоборот, когда превращение завершилось и он смог оценить приобретённые способности, Тони пришёл в восхищение: мужчина думал, что сможет столько всего успеть сделать, изобрести, улучшить. Он сидел на берегу океана, который тихо плескался и сверкал в свете Луны и звёзд. Ветер ласкал кожу миллиардера и тот наслаждался этими невесомыми прикосновениями. Лестат стоял рядом, засунув руки в карманы брюк. Прошлой ночью он принёс своего нового любовника сюда, чтобы обращение завершилось. И прошлой же ночью Тони убил свою первую жертву – браконьера на маленькой лодчонке. Старк даже, к очередному своему удивлению, почти не терзался моральными сомнениями, тем более браконьеров он не любил, так что с первой жертвой всё прошло гладко. Хотя конечно исполнение было немного неуклюжим. - Да. Таким я вижу мир уже более двухсот лет. И таким же ярким и красивым я вижу тебя, - ответил вампир. Тони Старк улыбнулся и дотронулся кончиками пальцев до своих усов и бородки, волоски приятно покалывали кожу. Лестат обратил внимание на это движение. – Знаешь, твои щёгольские усы будут у тебя на лице всегда. Мы не меняемся. Надеюсь, тебя это не расстраивает? - Расстраивает? – усмехнулся в ответ мужчина; в свете Луны его клыки опасно блеснули. – Нет, я абсолютно доволен. Это одна из моих самых привлекательных частей. Ты ведь и сам на них повёлся, - и он с быстротой молнии оказался стоящим возле Лестата и легко поцеловал его в губы. - Ты дьявол, - расхохотался Лестат. Голубые глаза его спутника, приобретшие необыкновенную глубину, хитро сверкнули, приводя вампира в ещё больший восторг.