— Извини, но я влюблён в тебя, хён. Уже четыре года.

Наверное, Чимин никогда не даст правильный ответ на вопрос, «когда он влюбился в своего хена?», потому что он и сам не знает. То от в первый день из знакомства, а может, когда они впервые собрались в этой же квартире все вместе. Но факт остаётся фактом, того, что Пак влюблён в него точно четыре года. Поэтому сейчас сидя в одном помещении и смотря фильм, всей компанией, Чимин жмётся ближе к перилам дивана. Младший сидит рядом с Мином, а даже такая близость смущает невинного парня, и чтобы не прикасаться к хену, он пытается быть хотя бы чуть дальше. Все портит Тэхен, который пришёл с целой миской поп-корна иначинает протискиваться между Намджуном и Чонгуком, при этом смещая Джуна на Юнги, а Мин собственно прижимается всем телом к Паку. От неожиданности Юн, чтобы не свалиться с дивана, хватается за ногу Чимина, за бедро скрытое под штаниной спортивок. А хотелось бы без них. Все бы ничего, но по Тэхену сразу видно, что он делает это не просто так. Дело в том, что каждый друг Чимина знал, что Юнги - объект его вожделений. Тэ выглядывает из-за Нама, смотря на Пака и Юнги, одобряюще хмыкает, смотря на руку старшего, находящуюся, по мнению Тэхена, на нужном месте. — Извини, Чимин-а, просто у кого то слишком жирная задница, да, Ким Тэхен, — убираю руку с ноги своего тонсена, проговорил Юн. — Ох, ничего страшного, Юнги-хен, ты не виноват, — краснея, выдавил Чимин, — я, пожалуй, сяду на пол. — Тогда я тоже, — и Юнги сел рядом с Паком все так же близко, облокотившись на диван спиной. Пак даже дышать не мог спокойно, на столько ему нравился его хен. Смотря фильм, Пак прокручивал кольца на своей ладони, а сердце стучало, как бешенное, даже от такой близости, как эта. Все пили и ели, а Чимин опять на диете, питается святым духом, все для поддержки фигуры. На вид Пак был худой, но для него недостаточно, в детстве в лет так восемь(?), он был пухлым мальчишкой, некоторые одноклассники даже избивали его на переменах. Возможно, поэтому у него замкнутость осталась даже в такие взрослые года. Из его раздумий о прошлом Пака вывел голос Джина. – Чимин-и, а ты чего не ешь? Только не говори, что опять. – Опять, – Чимину даже отвечать не пришлось, за него это сделал Юнги. – Опять?! Но, Чимин! Я бы не хотел, что бы от тебя потом остался мешок с костями, а щечки? Щеки куда денутся? Нет, Чимин! Так не пойдёт. Мы будем откармливать тебя, пока ты не дойдёшь до нормы своего веса при таком росте. – Джин-хёоон, но я же специально хотел быть худеньким и красивым, – запротестовал младший, но сразу замолк. На него смотрело шесть пар глаз, – что? Фильм поставлен на паузу. – Все. Хорошо. Я понял. Молчу. – Испугавшись такого напора со стороны всех старших, сказал Пак. – Так-то лучше, – Юнги сказал это с улыбкой, потрепав волосы младшего. 22:23 Все уже довольно таки хорошо выпили, наслаждаясь ощущением опьянения. Пак так и не пил, ну от силы бокал вина влил в него Тэхен, говоря, что для организма полезен бокальчик. Но, что поразило Чимина больше всего, так это, то что Юнги тоже не пил, сказав, что одному Паку будет грустно сидеть трезвым. Почти все валялись в отключке. Тэхен с Чонгуком даже умудрились заснуть в ванне, а Хосок спит на диване. Джин и Джун спят в комнате хозяина квартиры. Остались только Юнги и Чимин. Пак, почти спал, облокотившись на диван и положив голову на ногу Хосок-хена. Мин сидел напротив и раздумывал. Спать не хотелось, от слова совсем, поэтому в итоге сказал вслух. – Чимин-а, не хочешь пойти прогуляться? Завтра обещали дождь, поэтому надо сегодня успеть хотя бы немного погулять, – смотря на засыпающего Чимина, проговорил старший, но так, чтобы не разбудить Хосока. – Мнм, пойдём, хен, – согласился младший и подрал глаза на уже рядом стоящего Мина, протягивающего ему руку. Ухватившись за неё Пак встал и побрел в коридор за хеном. Взять куртку его сонный мозг не додумался, но зато успел натянуть конверсы и ветровку(Джина) напялить, выбежав в подъезд. Уже в подьезде Пак почевствовал, что будет довольно-таки хаолодно на улице. Они пошли к лифту, нажав кнопку вызова. Приехал он быстро, входя в него Мин попустило Пака вперёд. – Куда пойдём, хен? - задал вопрос Чимин, пряча руки в карманы тонкой ветровки. – Даже не знаю. Можем пройтись по парку, если хочешь. В кафе мы не успеем, уже пол одиннадцатого, – задумываясь ответил другой. – Ну, можно. Мне все равно где. Я пошёл, потому что ты позвал. – Ты из-за меня пошёл, значит? – как то странно спросил Мин. – А.. т-ты не так все понял, х-хен, – раскрасневшись и отвернувшись, ответил младший. – Расслабься ты. Я же пошутил, – с легкой улыбкой пошёл дальше, младший за ним. В итоге они пошли в парк. Пройдясь немного, они сели на скамью, начав разговор о работе. Пак не очень хорошо знал кем работает его хен, поэтому пришлось спросить об этом. – Юнги, какая у тебя официальная работа? – спрашивает младший, смотря на свои коленки, глазами вырисовывая только ему известные узоры, картинки. Старший, услышав вопрос, замялся и почесал затылок и облокотился о спинку скамьи, которая была белого цвета. — Вообще, сложно ответить на этот вопрос. Я же поступал в направлении продюсера, а пока учился, то работал вообще тату-мастером. И, как-то все запутанно. Но сейчас я работаю по специальности, то есть продюсером. Я сочиняю текст для просто людей, так ещё и айдолов, их менеджеры и компании мне пишут – я отвечаю. В основном пишу все вместе: и текст и бит. Вот так вот, надеюсь, что не слишком сильно тебя запутал, Чимин-а. — Оу.. я, вроде, все понял. Вау, хен! Ты, наверное тебя очень сильно нагружают работой, потому что я уверен, что ты отличный продюсер, которого хотели бы все компании себе на работу, — Чимин ярко улыбается, говоря эти слова, смотря с восхищением на своего друга. — Ох, спасибо, я польщен. Да, ты прав, у меня много нагрузки во время работы, но бывает такое, что я могу сочинить три или две песни в день. Но и бывает кризис, муза не приходит, от слова совсем. Я пытаюсь вывернуться в таких ситуациях, но, когда я понимаю, что все напрасно, я звоню директору компании или менеджеру групп и природного свои извинения, в такие моменты они говорят, что подождут и, что все хорошо, — Мин смотрит на небо, там много звёзд. Очень красиво. — Хен, а ты дашь когда-нибудь послушать, то что ты пишешь? — робко спрашивает Чимин. — Конечно, в любое время. — Спасибо. Они сидят ещё минут сорок и уходят обратно, чтобы выспаться за оставшееся время, которое осталось от ночи.