Книга под названием Ваня

      Сережа - парень с явными проблемами с головой, а как иначе тогда объяснить тот факт, что он влюблен в самого жалкого хлюпика школы? Ебучий тощий ботан в отстойной школьной форме, ходит, сутулясь как дед, и прячет свои страшные очки копной волос, похожих на стог сена. Хуже всего осознавать, что это не просто замухрыш школы, это ещё и парень, то есть, у Сергея не только беды с бошкой, но и ориентир сбился.        В отличие от Вани, Сережа учебу не любил и наплевательски к ней относился. Двойка за двойкой, да похуй, вообще не понятно, чего этот очкастый так трясется над своей математикой, кажется, что улыбка его губ касается исключительно из-за очередной пятерки за контрошу. Сколько брюнет эту книгу под названием Ваня не крутил, понять, как она открывается, не может. Вот он сидит, смотрит в окно. Что же он ищет там глазами? Что он вообще видит за своими волосами? Улыбнулся… так тепло и мило улыбнулся птице за окном… Ну и что же это с Серёжей делает? Почему он хочет, чтобы он улыбнулся ему так же по дурацки, но в то же время не может признаться самому себе.        Над Иваном издеваются, его оскорбляют, унижают и топчут морально. Рваные тетради заполняют тяжелый рюкзак, мокрые книги, втоптанные в унитаз, мятые воротники и глаза на мокром месте, снова слёзы, снова плакать… Но он же парень, он не должен плакать. Внешний вид человека, его поведение может заставить кого-то чувствовать себя лучше, возомнить себя выше. Он старается, правда старается, но тяжело до боли. Люди вокруг только и делают, что портят его спокойное существование, но он все равно номер один в школе по успеваемости, он выше. Учителям вот только совсем плевать, они смотрят и молчат, уроды. Девочки глядят на него грустными глазами, жалеют… Вот только кому их пустая жалость нужна? Не Ване точно. Иван тратит свое время на учебу, он хочет поднять свою маму и себя с того дна, на которое скинул их отец, но у этого колодца слишком скользкие стенки и падать больно. — Я тебе говорю, Серёг, не парься об этой хуете ебучей, серьёзно, — Леха берет на руки свой поднос, полный различной еды, и идёт к столу в сопровождении друга. — Да Лёша, ты заебал, можешь хоть раз советом нормальным помочь? По твоим понятиям я должен буду забить хуй даже если у меня хату отожмут, — Сергей зачесывает волосы назад и садится напротив друга. — То, что тебе нравится парень — это ок. Чел, тебе 17 лет, в этом возрасте встаёт почти на все, — непринуждённо отвечает друг, засовывая очередную булку себе в рот. — Да фу, блять, ты не понимаешь! Я не просто трахнуть его хочу, — брюнет немного морщится от того, как его друг за едой о таком вообще зарекаться может. — Проблема в чем? Встречайся спокойно, мы в Москве живём, тут всем уже похуй кто кого в попку, так сказать, кремом заправляет, — слизывая джем с пальца, ехидно улыбается Леша. — Бля-я-я, — протянул Пешков. — Лучше бы ты просто сказал трахает, а не вот это вот всё, ужас, — Серёжа утыкается в ладони лицом. — Кто это хоть? Бля, надеюсь не я, чувак, у меня девушка, я не из ваших,— сразу немного напрягается Лёша. — Ты невыносим, понимаешь? — демонстративно вздыхая, Сережа посмотрел ему прямо в глаза. — Леха, блять, долбаеб, мне ты не понравишься, даже если от этого будет зависеть моя жизнь. — Трогательно, брат, тогда кто это? — парень снова возвращается к поеданию булок и исподлобья глядит на собеседника. — Мать твоя, вот кто, я пошёл, — Серёжа встаёт с места и направляется к выходу, игнорируя прощание друга. Как обычно, он просто вспылил с нихуя, все уже привыкли.

***

       Уроки кончились и Серёжа спокойно идёт по коридору школы, насвистывая какую-то мелодию, уже будучи готовым топать домой, но тут перед глазами встаёт обыденная для всех ситуация — под лестницей опять жмут сеноголового Ваню. — Ребят, я видел там уборщика, походу сейчас тут драить будет, — напрямую защищать Ивана не хотелось, Серёжа сам свои чувства понять не может, а тут ебальником за него вставать что-ли? Ну нет. — Блять, заебал этот старпер уже, учителя так не доебывают, как он. Может это твой папаша? А, Ванек? Ходит тут, защитник хуев, — захохотал главарь банды, смотря за спину, проверяя оценили ли его дружки шутку. Увидев положительную реакцию, он в сотый раз потешил свое самолюбие и решил прекратить все это. — Ладно, пошлите ребята, Серёга, спасибо, что предупредил. — Какой же идиот, ей богу, ещё и благодарит, мышцы есть-ума не надо,— трое парней уходят, даже не посмотрев на Ваню, заливаясь уже вдали гоготом с какой-то шутки. Серёжа не уходит сразу, смотрит на русого парня, как тот пытается поправить внешний вид. Волосы у него растрепаны сильнее чем обычно, рубашка мята, в некоторых местах отлетели пуговицы. К своему стыду, брюнет находит его вид сексуальным, это ужасно, противно, но не от того, что это Ваня, а от того, что ему вообще-то плохо и возможно больно, а мозг Серёжи хочет просто пошлых картинок. — Ванечка, а ты не думал попробовать убегать хотя бы? — говорит брюнет и только потом понимает, как к нему обратился. Иван вздрагивает и как будто только сейчас его замечает, поворачивается, отряхивая невидимую пыль с себя. Видимо понимая, как жалко и потрепанно он выглядит, его лицо становится смущённо красным. — П-пробовал… Не получилось, — тихо и как можно спокойнее отвечает Ваня. — Эм… Ладно, неважно, что это я, пока, — капец, нет слов, ощущение, что встал. Серёжа, ты такой уебан… блять, боже… Брюнет запускает пятерню в волосы и уходит от Вани скорым шагом, нахуя он вообще эту хуету спросил? Пиздец. Иван стоит смущенный и немного в ахуе, смотрит в спину удаляющегося парня и понимает, что никакой уборщик не идёт сюда драить.       Придя домой, Серёжа буквально залетает в свою спальню, запирает дверь и падает на кровать. У него реально встал. Равномерно дыша и закрыв глаза, брюнет пытается успокоиться, ибо это полный пиздец. Под веками наоборот начинают вырисовываться образы Вани, весьма эротичные образы. — Боже, Ваня, что ты делаешь со мной… — на выдохе шепча, брюнет все-же запускает руку в брюки. Сжав член рукой, он нежно проводит по длине, представляя, как это бы сделал Ваня своей тонкой бледной кистью. Дыхание Серёжи становится тяжелее, а фантазии ярче. Он представляет, как Иван стоит у него в ногах, на коленях, надрачивает ему, полизывая головку, начинает её посасывать, смотря на Серёжу своими невинными глазками. Слюна течёт по его красивому подбородку пачкая простыню, в уголках глаз скапливаются слёзки, когда он берет глубже. Рука Сергея двигается на члене активнее, размазывая большое количество выступившей смазки. Ваня в его фантазии уже сладко сосёт, закатывая глаза и наслаждаясь, весь красный и слюнявый, Серёжа направляет его рот, держа за волосы. Закусив губу и быстро надрачивая, Брюнет кончает себе в кулак, представляя ротик Вани. Пиздец.