Родись Счастливым

      Сквозь прозрачную, вращающуюся дверь прошёл худощавый паренёк на вид лет шестнадцати. В действительности ему было двадцать четыре. Детское лицо, грубые тёмные волосы, круглые очки с толстыми линзами. Лёгкая добыча среди, одержимых внешностью, представителей современного общества. Лишь пытливый ум и скрытая в глубине, под слоем боли и жалости, твёрдость характера, поддерживали, в истерзанной душе, слабый огонёк, согревающий в тяжёлые времена.       Чуть не столкнувшись с одним, а затем с другим работником модного издания «Зеркалло», паренёк направился к лифту, как вдруг его путь перегородил крупный, лысый, мужчина.       — Документы предъявите, — потребовал он.       — Я на собеседование.       — На собеседование?! — лицо охранника растянулось в улыбке. — Ты себя в зеркало видел, мальчик? Не думаю, что нашей принцессе, — он оглядел паренька, — нужен такой, прынц.       — Что? Извините, вы, наверное, обознались. Я опаздываю. Пожалуйста, пропустите.       — Не в мою смену, гражданский. — Мужчина скрестил руки и усмехнулся.       — Тогда позвоните в отдел кадров.       — У меня есть идея получше. — Охранник демонстративно запустил руку во внутренний карман чёрного пиджака и достал скрученный белый лист.       — Фамилия?       — Морозов Артём Павлович.       — Фамилии достаточно, — пробубнил лысый мужчина и начал водить указательным пальцем по бумаге. На мгновение крепкая рука дрогнула. Не отрываясь от листа, он тяжело вздохнул. — Проходи гражданский, но помяни моё слово, она сожрёт тебя с потрохами и косточек не оставит.       Охранник отошёл, и паренёк рванул к лифту. Пока он стучал по кнопке вызова, позади собралась шумная компания обслуживающего персонала. Двери медленно начали открываться. Не успел Артём опомниться, как обнаружил себя зажатым в углу, закрыв глаза, и жадно глотая остатки горячего воздуха. Он чувствовал, как лифт ускоряет ход, как пространство, вокруг него, сжимается. Затем его толкнули. Ещё раз. И ещё раз. Он открыл глаза и увидел перед собой глянцевые двери лифта. Мгновение спустя, они открылись. Бурный поток вынес его на этаж и понёс дальше по коридору, провожая паренька, кривыми взглядами. Ошеломлённый, он пятился назад, пока не упёрся в дверь. Вдруг, она открылась и стукнула его.       — Вы по поводу работы? — спросила девушка, высунув голову.       — Да, — ответил Артём, сдерживая боль.       — Так, что же вы застыли, проходите, — приглашала она, открывая дверь в конференц-зал.       Внутри удобно расположились другие претенденты — двое привлекательных, молодых парней. Один, в розовом свитере и серых брюках, сидел у окна, поправляя укладку. Рядом, бритый парень спортивного телосложения в обтягивающей майке. Артём стыдливо опустил свой взгляд. Старый тёмно-синий пиджак отца был чуть великоват, но сохранился неплохо. Вместо туфель белые потёртые кеды. За спиной невзрачный, мешковатый рюкзак. «Я им не ровня», — думал он, оценивая соперников.       — Присаживайтесь. И будьте добры, ваше резюме. — Девушка небрежно протянула руку. Артём, покопавшись в рюкзаке, вынул заветный лист бумаги. Он был порван в нескольких местах и изрядно помят.       — Понимаете, в лифте было много людей и… — с отчаянием выпалил Артём. Молодые люди обменялись смешками. Девушка взяла двумя пальцами помятый лист и брезгливо положила его на стол, за которым, женщина в тёмных очках, боролась с головной болью.       — Отлично. Мы можем начинать. Сейчас Екатерина Андреевна задаст несколько вопросов, а вам, мальчики, всего лишь нужно на них ответить. Ничего сложного, правда? Екатерина Андреевна, вот, я подготовила базовый перечень вопросов.       — Девушка нагло всучила листок бумаги в бледные женские руки.       Артём наблюдал за женщиной в тёмных очках. Она была очень красивой. Тонкие губы, аккуратный носик, длинные волосы цвета поздней осени. В элегантном алом пиджаке и брюках по щиколотку, она, играя под столом, красной туфелькой, изучала, вызывающий вопросы, список вопросов.       — Это никуда не годится. Рита! Вопрос про размер, сама знаешь, чего, явно лишний, не находишь? — негодовала Катя. — А это что? Сколько времени в постели нужно… Серьёзно, Рита?       — Что поделать Екатерина Андреевна. Какие мальчики, такие и вопросы, — она взглянула на двоих молодых парней, затем на Артёма. — Ну, в семье не без…       — Маргарита Романовна хотела сказать, что наше издание, — женщина окатила подругу суровым взглядом, — это очень дружная семья. Неправда ли? — Та наигранно подмигнула. Катя, в свою очередь, закатила покрасневшие глаза, и продолжила: — Итак, прошу, расскажите о нашем журнале. Вот вы? — Она взглянула в резюме. — Пе́тро? Хмм… Простите, если неправильно произнесла.       — Что вы! Что вы! Моя дорогая! Всё верно! Понимаете, мои родители ещё до моего рождения предрекли мне блестящее будущее. Пе́тро, говорили они мне. Твоё имя унесёт тебя на вершину Олимпа. Ты станешь number one, you know. И я поверил, знаете, ведь они мои родители. Мои mama и papa. Видели бы они меня сейчас, в шаге от мечты. О, mama, papa, ваш Пе́тро забрался так высоко, так высоко, и здесь так страшно. Как же ему не хватает ваших объятий, поцелуев, как тогда на летней террасе, среди вечно зелёных сосен…       — Спасибо, достаточно! — Катя резко схватилась за голову, сдерживая очередной приступ головной боли. Исподлобья, она взглянула на Риту.       — А что ты на меня так смотришь? Это не я вчера выпила столько, что даже мне стало стыдно.       — Ты же знаешь, я поссорилась с Максом и мне нужно было расслабиться. — Рита наклонилась над столом и обняла подругу.       — Так, отставить оправдания, план примирения с суженным будет готов после обеда, а сейчас у вас работа Екатерина Андреевна.       — Вы правы Маргарита Романовна, — важным тоном ответила Катя. — Тогда, может о нашем журнале расскажет, — она заглянула в другое резюме, — Артур, мм… Какое прекрасное имя. Должна заметить, вы потрясающе выглядите. Ходите в спортзал?       — Да, три раза в неделю.       — Ого! Весьма похвально. — Катя пробежалась взглядом по оголённым частям загорелого торса. — Артур, расскажите что-нибудь о нашем журнале. — Атлетичный парень малость напрягся.       — Ох, прости, глядя на тебя всё вылетело из головы. Слишком красива для обычного смертного, — заигрывал он. — Может мы уединимся и обещаю, я отвечу на любой твой вопрос. — Катя откинулась на спинку кресла и довольно улыбнулась.       — Спасибо Артур, вы блестяще справились с собеседованием. Я тебе позвоню… То есть, мы с вами свяжемся.       — Я тогда пойду, красавицы?       — До скорого, Артур, — бархатным голосом пропела Катя.       — До скорого, — словно в трансе повторила Рита, жадно пожирая взглядом, хорошо сложенное, молодое тело.       — Пе́тро, вы тоже идите, — обратилась Катя к парню в розовом свитере.       — До скорого? — стреляя глазками, спросил он.       — Прощайте, — твёрдо ответила Екатерина Андреевна. Пе́тро резко встал и бережно поправил укладку. Он хотел было что-то сказать, но так и не проронил ни слова. Заносчиво развернулся и вышел. Ещё какое-то время, за дверью, были слышны всхлипы и звонкие, протяжные стоны.       — Екатерина Андреевна, бесчувственная вы женщина. Одному надежду дали, у другого отняли. Не стыдно вам?       — Нет, — самодовольно ответила Катя. — Я, всё-таки, главный редактор, важный человек… Да и вообще, Маргарита Романовна, не пора ли нам обедать? Утро, знаете, выдалось не из лёгких, — обозначила она, массируя пальцами виски.       — Обед — это прекрасно, но, Екатерина, вы случайно ничего не забыли, — Рита небрежно кивнула в сторону. Артём вжался в кресло, не сводя глаз с женщины в тёмных очках. К этому времени он уже понял, что оказался на другом этаже и вместо технического отдела попал в офис главного редактора.       Катя лениво перебирала бумаги в поисках резюме. — Ах вот, Морозов Артём. Двадцать четыре года. Занимал должность программиста, разработчика, отладчика. Необычное резюме, — Катя подняла очки и посмотрела на паренька, — для вакансии секретаря.       — Может расскажете о нашем издании? — перехватила инициативу Рита, в надежде скорей избавиться от невзрачного претендента.       — Да, конечно, — уверенно ответил Артём и сделал глубокий вдох. — Светский журнал «Зеркалло». Основное направление — современная мода. Издания выходят в бумажном формате. В цифре имеется облегчённый вариант. Капитализация происходит за счёт продаж свежих выпусков, рекламы, а также дотаций модного дома «Зималетто»… — Не успел он закончить, как подруги переглянулись. Можно было подумать, их удивило количество информации, но дело было в другом.       Екатерина аккуратно поднялась из-за стола и направилась к пареньку. Она зашла ему за спину и медленно опустила свои нежные руки на худые, дрожащие плечи. Артём обхватил мешковатый рюкзак и замер, не в силах противиться чарующей тяжести лёгкого прикосновения.       — Артём, Артёмушка, скажите, пожалуйста, откуда вы узнали о деньгах, поступающих от «Зималетто»? Эту информацию не найти в открытых источниках. Об этом знает всего несколько человек. — Катя начала, поступающими движениями, массировать напряжённые плечи.       — Да, Артемий? Откуда? — подхватила Рита. — Вы что, нас, как это у вас называется, хакнули?       — Что?! Нет! Я таким не занимаюсь! Поверьте, мне!       — Тогда объясните мне, как вы узнали? — спокойно обратилась Екатерина.       — Я и не знал. — Артём замешкался, размышляя стоит ли продолжать. — Насколько я могу судить, издание выполняет роль витрины для продукции «Зималетто». Реклама различных коллекций, занимает от восьмидесяти процентов материала. Такой односторонний подход выгоден для продвижения продуктов материнской компании, но никак не для самостоятельного наращивания капитала. Поэтому, я предположил, что в ответ на подобные рекламные услуги, «Зималетто» поддерживает издание на плаву.       Катя убрала руки с плеч паренька, обошла его, и расположилась напротив, присев на край длинного, овального стола. Она увидела, перед собой, весьма, толкового специалиста. Он же, в очках с толстыми линзами и невинным выражением лица, вжался в кресло. Это противоречие, странным образом, привлекло её внимание. Она чувствовала что-то родное, знакомое, едва уловимое. Катя сняла тёмные очки и заглянула пареньку в глаза. Жданова надеялась найти ответы, но увидела лишь неподдельную искренность и острый ум.       — Артём, вы можете идти, — устало проговорила Катя.       — Ты его отпустишь?! — удивилась Рита. Не обращая внимание, Екатерина Андреевна, уселась на своё место, надела очки, откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. В полудрёме она уловила слабый поток воздуха, проникающей сквозь просвет приоткрытой двери. Неказистый паренёк, а следом лучшая подруга, оставили Катю наедине, с тем, до боли знакомым, но забытым чувство.       Коридор был совершенно пуст. В одиночестве, Артём размышлял: «Почему я так расстроился? Эта работа точно не для меня». У большого окна, внизу, виднелась череда старых, вычурных крыш. Они, явно выбивались из общей картины новостроек и деловых высоток. Паренёк закрыл глаза, вспоминая детский дом, а когда открыл, увидел своё отражение в синеватом стекле. — Один в один, — грустно сказал он, и зашагал дальше по коридору.       Вдали, словно из ниоткуда, возник силуэт. Приближаясь, он обрёл очертания женщины лет пятидесяти. Она прекрасно выглядела и казалась счастливой. Когда они поравнялись Артём отвёл взгляд. Вдруг, спустя десяток шагов, его, словно пронизал ток, и он обернулся. Женщина, на другом конце коридора, обернулась вслед. Охваченный внезапным наваждением паренёк увидел своё отражение. Не то, что таится в зеркале или окне высокого небоскрёба, глазах прохожих или близкого человека. Не осознавая, Артём кивнул, приветствуя расплывчатый образ своего туманного будущее.       Женщина испытывала схожие чувства, но взор её был обращён в прошлое, призрак которого стоял, напротив. Она поправила очки, улыбнулась, и кивнула в ответ. Словно по сигналу, длинный коридор, в мгновение ока, заполонили люди. В их бурном течении, женщина растворилась, оставляя приятное послевкусие таинственной встречи. Артём, едва заметно улыбнулся, развернулся и отправился навстречу, пока ещё неведомой, захватывающей, полной печали и радости, судьбе. Навстречу, той самой, большой и чистой любви.