Вы.8:10 Доброго утречка Вы где?
Серёжа.8:11 Я в пути Дима.8:11 Я тожеВы.8:12 А конкретней?
Дима.8:12 Насколько конкретно тебе надо?Вы.8:12 Просто скажите, когда вы приедете Мне скучно(
Дима.8:13 Минут через 10 буду Серёжа.8:13 Я минут через 15 где-то только подойдуВы.8:14 Как долго( Давайте быстрей
Дима.8:14 Ок, пойду скажу водителю, чтобы быстрее ехалВы.8:15 Да ну тебя(
***
После третьего урока, ребята по традиции пошли в столовую. На этот раз они пришли пораньше и поэтому успели занять свободный столик у входа в столовую. Через пару минут в столовую зашёл Павел Алексеевич. — Здравствуйте Павел Алексеевич! —поздоровались Серёжа и Дима. — Привет ребята. — Здра...а...*чих*...вствуйте. — И тебе не хворать Шастун. Ты чего это расчихался тут? Не заболел? — Почему сразу заболел-то? Просто чихнуть захотел... Уже нельзя что-ль? — Ну не желательно так-то... Ладно, постарайся не болеть. Кстати, хочешь секрет? — Павел Алексеевич нагнулся поближе к ученику и чуть тише произнёс — Для этого ещё питаться хорошо нужно. — Антон повернул голову в сторону учителя и вопросительно посмотрел на него — да да Шастун. А ты опять я смотрю ничего не взял поесть. — Я просто дома хорошо поел и сейчас не хочу, вот и всё! — начал придумывать оправдания Антон. — Очень сильно в этом сомневаюсь... Но в глубине души буду надеяться что это правда. Ладно! — он повернул голову к Диме с Серёжей — приятного аппетита, ребята! — Спасибо! — преподаватель коротко улыбнулся и ушёл. — Тох, может всё таки поешь что-нибудь? Хотя-бы чуть-чуть. — предложил Дима. — Серьёзно, Шаст, поешь! — Я не хочу сейчас. Тошно как-то. — Потомучто не ешь ничего! — сделал замечание Дима. Антон на это никак не отреагировал. Друзья лишь обменялись печальными взглядами и продолжили есть.***
— Какой у нас там ещё урок остался? — уже зевая спросил Серёжа. — Физра... — ответил Дима. — Блин, так спать охото... А тут физра... — Я тоже спать жуть как хочу... — устало произнёс Антон. — Может опять прогуляем? — Что вы там прогуливать собрались? — послышался знакомый голос позади учеников. Ребята резко вздрогнули от неожиданности и медленно повернулись назад. Перед ними стоял Арсений Сергеевич со строгим взглядом. — Арсений Сергеевич, зачем же так пугать?! Ничего мы не собирались прогуливать! Я пошутил просто! — оправдывался Серёжа. — Смешно. — с тем же строгим взглядом произнёс учитель. — ну-ка марш на урок! Я вас даже провожу, чтобы вы наверняка дошли. — Да не нужно нас провожать! Мы сами дойдём, честно! — Ну тогда вперёд! — ребята тут же отправились быстрым шагом в спортзал. — Блин, не получится прогулять. — Да ладно тебе, Серый. Последний урок всё равно остался. — пытался мыслить позитивно Дима. — Ага. — недовольно пробурчал Серёжа. Зайдя в раздевалку, ребята прошли в самый конец, Дима с Серёжей расположились на лавочке, а Антон завернул в сторону душевой кабины. — Ты куда? — поинтересовался Серёжа. — Я пойду там переоденусь, здесь просто больно людно... — Ну ладно... В душевую кабину никто никогда не заходит, поэтому Антон мог спокойно переодеться, зная, что его никто не побеспокоит. Он сменил свои чёрные, порванные ещё первого сентября брюки, на серые спортивные штаны и мысленно пообещал себе, что сегодня же из заштопает. Стягивая с себя чёрную толстовку, чтобы заменить её на футболку, Антон вспомнил, зачем вообще одел её сегодня утром. И решил, что остаться в ней будет намного лучше. Сложив аккуратно вещи в рюкзак, Антон вышел к своим друзьям. — И всё?! Ты зашёл туда только чтобы переодеть штаны? — с негодованием спросил Серёжа. — Ну да... Просто здесь слишком много людей, а я не люблю толпежник. — Ага, а ещё боишься замкнутых пространств и попёрся в душевую. — Ну не до такой степени... К тому же я знаю, что в любой момент могу оттуда выйти. — Ребят! — в раздевалку зашёл староста класса, Саша Ревва. — Юрий Алексеевич сказал, что физ-ра будет на улице. — Заебись! — Всмысле на улице?! — Он нормальный вообще? Там же ледник! — Пиздец просто! По всей раздевалке разошлись недовольные возгласы. Антон, после услышанных от старосты слов, развернулся и пошёл обратно в душевую кабину. — Ты чего? — Ничего, я просто пойду под толстовку футболку одень, чтобы хоть чуть-чуть потеплее было.***
— Юрий Алексеевич, может всё-таки в спорт зале позанимаемся? Холодно де на улице, всё замёрзли уже! — настаивал староста класса. — А вы болтайте поменьше и больше бегайте, чтобы не мёрзнуть. Всё иди отсюда. — Простите ребят, но он даже слушать не хочет. — Ненормальный какой-то... — высказала своё мнение одна из однакласниц. После занятия ученики напялили на себя всю тёплую одежду, которая у них была с собой и ещё долгое время сидели в теплом помещение и отогревались, после чего всё разошлись по домам. — Может тоже уже пойдём? — предложил Серёжа. — Ну пошлите. — не долго думая, согласился Дима. — Вы идите, а я тут ещё немного посижу. Погреюсь. — Если хочешь мы можем с тобой посидеть? — Предложил Дима. — Да нет, не нужно. Идите лучше домой. — Ну ладно. — пожал плечами Дима. — до завтра тогда. — Пока Тох! — Пока! Попрощавшись с друзьями, Антон устроился на скамейке в фойе. Ему так не хотелось выходить на улицу, но домой идти всё же нужно было. Примерно через полчаса после ухода друзей, Антон подумал, что ему тоже уже наверное пора домой. Чтобы не мучаться потом, он решил приготовить деньги на дорогу заранее и полез в боковой карман рюкзака, где носил свой старый ободранный кошелёк, но тут же обнаружил, что его там нет. «Твою мать... » Антон начал рыскать по всему рюкзаку в поисках кошелька. Он вывалил на скамейку абсолютно все вещи, что были у него в сумке, но среди всего этого хлама не было того, что подросток так тщательно искал. — Ну нееет... Только не говорите, что я просрал деньги... Опечаленный юноша сложил все вещи со скамейки обратно в рюкзак и глубоко вздохнув уселся на прежнее место, уткнувшись лицом в сумку. — Заебись... Ну и что мне теперь делать? Пешком до дома я точно не дойду... Как бы сильно Антон сейчас не переживал, но спать ему тоже хотелось и через пятнадцать минут подросток уже задремал. Вскоре на лестнице послышались знакомые мужские голоса, правда Антон их не слышал, а если т слышал, то не мог различить сон это или реальность. Голоса становились всё громче, но в какой-то момент притихли. В самом низу лестницы стояли Павел Алексеевич и Арсений Сергеевич, с недоумением смотревшие на подростка в противоположном конце фойе, который как ни в чём-то не бывало дремал, уткнувшись в свой рюкзак лицом. — Это что Антон там? — полу шопотом спросил Арсений Сергеевич у колеги. — Похоже на то. Только что он тут делает? По-моему уроки у 11 А закончились уже два часа назад. Разве не так? — Так. Может что-то случилось? — не говоря больше ни слова, Арсений Сергеевич быстрым шагом направился к ученику. Следом ща ним пошёл т учитель русского. — Антон. — остановившись в полуметре от подростка, произнёс Арсений Сергеевич, но юноша никак не отреагировал. Тогда учитель чуть нагнулся и потрепал его за плечи. — Антон, проснись! — Ммм... — Антон, ты чего здесь делаешь? У вас же уже давно уроки закончились. — А? — и в какой-то момент Антон понимает, что заснул в фойе на скамейке и резко поднимая голову, выпрямляется в спине. Первое, что он увидел это стоящего перед ним Арсения Сергеевича, чуть позже он заметил т Павла Алексеевича. — Антон — позвал его классный руководитель. Чтобы привлечь внимание школьника. — что ты тут делаешь? — Сижу. — Это логично, но почему здесь, а не дома? Уроки уже давно закончились. — Потомучто... — Что-то случилось? У тебя какие-то проблемы? — Нет. — А почему же тогда ты сидишь здесь, а не дома? — Просто я деньги потерял на дорогу, а живу далеко, пешком не доберусь, да и холодно на улице... — Как же это по Шастуновски... Просрать деньги. — с усмешкой произнёс Павел Алексеевич. На что Антон лишь закатил глаза. — Паша! — Ну а что? — Ничего... — Арсений Сергеевич прошёлся взглядом по подростку и резко изменился в лице. — а ты что прямо так в школу приперся?! — Ну да... — Шастун, ты с ума сошёл?! Ты вообще в курсе какая погода на улице? — Вечером кстати дождь обещали... — добавил Павел Алексеевич. — Ещё хуже... Ну и что мне с тобой делать, а? — Ничего.— пожал плечами Антон. — сам что-нибудь придумаю... — Ну уж нет, что-нибудь не пойдёт... — Арсений Сергеевич замолчал на пару секунд — А где ты живёшь? — когда Антон назвал адрес, учитель на некоторое время задумался, вспоминая где это находится. — понял, пошли с нами. — Куда? — Антон непонимающе посмотрел сначала на Арсения Сергеевича, а затем перевёл взгляд на Павла Алексеевича. — Пошли. — кивнул Павел Алексеевич — не оставлять де тебя здесь всётаки. Антон частенько обращался ща помощью к учителю русского, а тот в свою очередь всегда помогал и поддерживал подростка. Он доверял Павлу Алексеевичу и поэтому последовал за учителями. Как только они вышли на улицу, Антон сразу же почувствовал, как холодный воздух начал обволакивать его с головы до ног. Антон и Павел Алексеевич чуть отставали и когда они вышли на парковку, Арсений Сергеевич уже ждал их возле машины. В этот момент глаза Антона увеличились в несколько раз. Перед ним стоял чёрный BMW X5. — Аху...ху ни хо-хо... — Антон — сделал замечание Арсений Сергеевич, но без капли злости на лице. — Что? Я не матерился если что! — Антон выставил перед собой руки, которые еле заметно дрожали от холода. — Дуй в машину давай, пока совсем не замёрз! — Чур я спереди! — выкрикнул Павел Алексеевич, обгоняя подростка. — Ты как маленький! — прокоментировал Арсений Сергеевич, на что его коллега лишь широко улыбнулся и уселся в машину — а ты чего встал-то, садись уже. Антон уселся на заднее сиденье машины и свернулся калачиком, обнимая рюкзак. Арсений Сергеевич улыбнулся, наблюдая за съёжившимся подростком через зеркало. — Замёрз? — ласково спросил учитель. Антон коротко кивнул и, натянув капюшон максимально сильно, уткнулся лицом в рюкзак, чувствую, как начинает краснеть. Парню становилось неловко от всей ситуации, что происходит. Арсений Сергеевич умилился, заметив, как смутился подросток и включил печку. Павел Алексеевич расплылся в широченной улыбке, наблюдая за всём происходящим. Большую часть дороги они проехали молча, но вскоре Павлу Алексеевичу наскучила эта тишина. — Чё Шастун, как дела у тебя? — Нормально... — Понятно, значит так себе... — сделал вывод учитель русского. Павел Алексеевич достаточно хорошо знал Антона и мог определить настоящее состояние подростка. Антон уже хотел возразить, но в носу резко защекотало и, поморщившись, он постарался чихнуть максимально тихо. Но всё же это не осталось без внимания. — О, прада! Будь здоров. — Будь здоров! Антон, ты не заболел? — спросил обеспокоенный Арсений Сергеевич. — Нет. — Надеюсь что так. Он ещё с утра расчихался. — напомнил Павел Алексеевич случай в столовой. — Во-первых, не расчихался, а чихнул всего один раз. А во-вторых это было в обед, а не с утра. — Ну для меня особо сути не меняет... Оставшееся время они проехали в тишине. — Антон, где тебе лучше остановить? — спросил Арсений Сергеевич, подъезжая к нужному адресу. — Можите вот здесь, на остановке, а дальше я сам, тут недалеко. — Хорошо. — Арсений Сергеевич остановился, на указанной подростком остановке. — Антон, как домой придёшь, померий пожалуйста температуру на всякий случай. — Хорошо. — Антон кивнул — спасибо что подвезли! — Пожалуйста. — Арсений Сергеевич улыбнулся — пока Антон! — Пока Шастун! — Досвидания! — Антон улыбнулся в ответ и, выйдя из машины, быстрым шагом направился домой пока не замёрз. Зайдя в квартиру, он незаметно проскочил в свою комнату, чтобы не попадаться никому на глаза. Первым делом Антон принялся искать чёрные нитки с иголкой, чтобы зашить штаны. Спустя двадцать минут стараний, Антон понял, что шить это явного не его и откинул от себя штаны, а нитку с иголкой вернул на место. «Может стоит попробовать попросить маму зашить...» — пришла в голову Антона такая мысль. Но он быстро её откинул, понимая, что мама ему помогать не станет. «Господи, как же хочется есть... » Антон боролся с этим желанием несколько дней, но с каждым разом оно возрастало. У него постоянно кружилась голова, он дрожал от холода под горячим душем, его тошнило... Антон очень хотел вернуться к обычной жизни... Спокойно есть, не задумываясь о весе и не подсчитывая калории. Ему хотелось жить как раньше, но он не мог себе этого позволить. Антон слишком легко поддавался мнению окружающих. Он много раз слышал от людей, что у него большой вес, но никто даже и внимание не обращал на его рост. Ему ни раз говорили, что он слишком много ест, что нужно похудеть. И даже если в какие-то моменты это были просто шутки, Антон воспринимал их всерьёз, внутри это всё его очень сильно огорчало, но снаружи он этого никогда не показывал, а лишь улыбался и смеялся вместе со всеми... Он начал ограничивать себя в еде, начал считать калории, постоянно контролировал свой вес. Потом перешёл на голодовки. Он то не ел несколько дней, то срывался и объедался до такой степени, что ему становилось ужасно плохо, а потом ненавидел себя, за то что опять сорвался, считал себя слабым. За лето Антону стало лучше, он даже спокойно ел, без чувства вины, но продлилось это недолго, ровно до того момента пока Антон не решил впервые за долгое время встать на весы... За период, когда Антон начал есть, он набрал 7 килограмм. С этого момента всё началось сначала... Снова голодовки... Срывы... Вес то убавлялся, то прибавлялся... И сейчас настал именно тот момент, когда Антон был на грани срыва. Он не знал куда себя деть. Антон решил попробовать отвлечь себя, сев делать уроки. Правда помогало это плохо. Делать домашку для Антона было ужасно скучным и нудным занятием, но других вариантов как отвлечься он пока не придумал. С горем пополам, через час, Антон доделал всю домашку, но желание поесть никуда не делось, а только увеличилось. Тут он вспомнил про конфету, которую ему дал Арсений Сергеевич в столовой ещё вчера. Он достал её из рюкзака и начал рассматривать, непроизвольно улыбнувшись. «Ничего же не случится если я просто съем одну конфетку?» Антон открыл пачку и отправил конфету в рот. Он прикрыл глаза, наслаждаясь любимым вкусом. Антон и так обожал эти конфеты, а за время голодовки его вкусовые рецепторы обострились и его любимая сладость казалось ещё вкусней. В этот момент Антон как под гипнозом встал и направился в сторону кухни. Он открыл холодильник и внимательно изучил его содержимое. Внутри лежала колбаса, сыр, кетчуп с майонезом и два стаканчика йогурта. На столе лежала буханка хлеба и на холодильнике коробка с чаем. С бергамотом... Не долго думая, или если быть точнее, совсем не думая, Антон поставил кипятиться чайник и достал из холодильника фактически всё его содержимое, оставив только йогурт. Пока чайник закипал, Антон быстро нарезал хлеб, намазал его кетчупом и майонезом и положил на него тонко нарезанную колбасу и сыр, прикрыв сверху ещё одним кусочком хлеба. И чтобы было ещё вкуснее, он решил пожарить бутерброды на сковороде. В это время как раз закипел чайник и Антон заварил себе чай. Дожарив бутерброды, он принялся их есть, запивая чаем. Бутерброды закончились раньше, чем чай и чтобы не пить его впустую решил сделать ещё парочку, но жарить на сковороде в этот раз не стал, просто положил колбасу с сыром на хлеб. Закончив, Антон помыл за собой кружку и сковороду, а колбасу с сыром положил в холодильник, но его взгляд приковал этот злосчастный йогурт. Он уже не мог себя контролировать, и руки сами потянулись за йогуртом. Он оказался с черникой, но Антон уже не разбирал вкус, а просто ел, потому что не мог остановиться. Осознал, что только-что произошло Антон только когда уже лежал на кровати в своей комнате. «Я опять сорвался...» Антон лежал и смотрел пустым взглядом в потолок. — Слабак... — прошептал он сам себе. Слёзы из его глаз потекли сами, стекая по бокам и попадая на волосы. Он снова сорвался... Он опять себя ненавидит... — Как же я себя ненавижу... — сказал он, матая головой из стороны в сторону. А слёзы продолжали вытекать из его глаз. И Антон решился на то, чего не делал до этого ни разу. Он встал с кровати и пошёл на кухню. Антон взял свою кружку и налил из чайника тёплой воды, а затем добавил туда соли и всё перемешал. Он где-то слышал, что вода с солью помогает вызвать рвоту. И направился с этим стаканом в ванную. Антон, выпил всю жидкость залпом и поморщился. Не самый приятный напиток, который он пил. Подождав несколько минут, Антон не почувствовал никаких изменений и решил действовать по другому. По-старинке два пальца в рот. Он долго собирался с силами, решаясь на такое и вскоре отправил два пальца в рот. Ужасно неприятные ощущения для Антона. Он продержал так пальцы около пяти секунд, но особых результатов это не дало. Вышла совсем малая часть и половина из неё через нос. Антон скривил лицо от неприятных ощущений. Теперь каждый раз когда он вдыхает воздух он ощущает этот неприятный запах рвоты. «Что, противно тебе Антон? А когда на кухне сидел обжирался, тебе от самого себя противно не было? Вот и терпи теперь.» — мысленно ругал себя он. Антон решил повторить манипуляции, чтобы добиться нужного эффекта. И на этот раз, когда он добился своего, он не убирал пальцы сразу, а дождался когда из него выйдет вся противная масса. Антона казалось, что он сейчас захлебнётся в собственной рвоте, но вскоре поток противной массы закончился. Антон убрал пальцы и начал глубоко дышать ртом. Через пару секунд, придя в себя, он начал отмывать руки и полоскать рот. Затем Антон уселся на пол в ванной и просидел там несколько минут, пытаясь полностью придти в себя. Потом он медленно встал и поплёлся к себе в комнату. Зайдя, он сразу улёгся в кровать. Во рту держался противный вкус рвоты, а в голове Антон прокручивал всё недавние ощущения. Ему хотелось отвлечься от этого и он вспомнил про свои порванные брюки. Антон решил ещё раз попытаться привести их в порядок. Ушло у него на это не мало времени. Около получаса Антон зашивал брюки, хотя работы там было минут на пять с хвостиком. С горем пополам, но Антон смог зашить брюки, хоть и не очень аккуратно. Но если не вглядываться, то не особо видно. Уставший Антон повесил свои брюки на спинку стула и плюхнулся обратно в кровать. Единственное о чём сейчас думал Шастун это где бы ему взять работу. Пролежав так несколько минут на кровати в раздумьях, Антон решительно взял в руки телефон и набрал чей-то номер. Пошли гудки. Но на звонок никто так и не ответил. Антон решил набрать ещё раз. И со второй попытки ему всё же ответили. — Алло — послышался женский голос в трубке...