Семь минут

Прежде чем дверь за ней закрылась, она успела увидеть заднюю часть кладовой для метёл. Дальше стало слишком темно, чтоб можно было что-то разглядеть. Она вытянула руку перед лицом, чтобы что-то нащупать. Но ничего не обнаружила. Единственным признаком того, что она была не одна, был тяжелый вздох где-то рядом с ней. Она закусила губу и задумалась, стоит ли что-то сказать. Тишина длилась до тех пор, пока в ушах почти не зазвенело. — Нам ничего не нужно делать, — выпалила она. Это было ненужным утешением. Очевидно, они вполне могли просто стоять и молчать. — Я знаю, что ты не хочешь меня целовать, — продолжала она, выплескивая слова, пустоту крошечной комнаты. — Но я не буду тебя сдавать — добавила она после короткой паузы. — Что? Она слегка подпрыгнула от неожиданности, голос Малфоя донесся гораздо ближе, чем она ожидала. Было очень неудобно разговаривать с кем-то, кого она не могла видеть. — Я имею в виду, если ты не поцелуешь меня, потому что я маглорожденная, я не собираюсь лгать и говорить, что ты это сделал. Это ведь может испортить твою репутацию. До её ушей донёсся еще один вздох. — Что, если я не буду целовать тебя, потому что ты невыносима? — спросил он. Она задумалась. — Это справедливо, — сказала она, слегка пожав плечами. Он рассмеялся. — Ты мог отказаться, когда мы были снаружи, — сказала она, слегка напрягшивсь. — Я уверена, что они бы соединили тебя с кем-нибудь другим. — А зачем мне это? — спросил он. Она представила, как его бровь выгнулась. — Ты сказал, что не хочешь меня целовать. — Вообще-то, — начал он. Послышался легкий шорох, и она подумала, что он, должно быть, скрестил руки на груди. — Это сказала ты. Я сказал «если». Она открыла рот, чтобы ответить, но тут же закрыла его. Она сглотнула. Что это вообще значит? — Сколько времени осталось? — спросила она гораздо тише. Кончик палочки вспыхнул, и Малфой поднял его над часами. Она вздохнула, когда поняла, насколько близко он был. Кладовая оказалась намного меньше, чем она думала изначально. — Шесть минут. Затем он поднял глаза, и их взгляды встретились, прежде чем он погасил свет. Гермиона слегка переминалась с ноги на ногу, не зная, что сказать дальше. Ее движение, должно быть, замаскировало звук его шага. Потому что она чуть не выпрыгнула из кожи, когда его рука коснулась ее мантии. Металлическое ведро громко загремело позади нее, когда она о него споткнулась. Она стояла парализованная, когда рука скользнула по ее талии, пока не достигла ее руки. Всё её внимание переключилось на ощущение этой руки на ней. Он тянулся вверх вдоль ее рукава, и она чувствовала, как вторая рука двигается так же, но с другой стороны. Он подошел ещё ближе, а его руки коснулись ее плеч. Носок его ботинка коснулся ее. Во рту пересохло. Она облизнула губы и отчаянно сглотнула, когда его пальцы скользнули вверх по ее шее. — Что ты делаешь? — прохрипела она. Она почувствовала его вдох на своей груди, и ее колени подогнулись. Он всегда так хорошо пах? Она никогда не была достаточно близко, чтобы узнать это. Должно быть незаконно, чтобы кто-то пах так хорошо. — Что, по-твоему, я делаю, Грейнджер? Его руки скользнули ей под волосы, а большие пальцы потянулись к уголкам ее рта. Ее мозг внезапно потребовал кислорода, и она сделала несколько крошечных глотков воздуха. — Я не знаю, — прошептала она, уверенная, что он может почувствовать яростный стук ее сердца о ребра. — Нет, ты знаешь — даже не видя его, она могла быть уверена в том, что сейчас он ухмыляется. Он поднял ее лицо вверх, и его большие пальцы остановились на ее губах. Она вдруг поняла, что он использует их, чтобы найти ее губы в темноте. Его дыхание коснулось ее рта, и она приоткрыла губы, забыв, что он почувствует это своими пальцами. Её глаза были широко раскрыты и пристально смотрели, но она ничего не могла разглядеть в этой темноте. Он прижался своими губами к ее губам, неуверенно, как будто он все еще не был полностью уверен в своём решении. Она выдохнула, когда его губы сомкнулись на ее губах, но они оставались такими лишь мгновение. Он отстранился. Но поняв, что она не сопротивляется покрепче сжал пальцы на её затылке и ещё раз поцеловал. Внезапно маленькое пространство между ними показалось огромной пещерой. Она схватила его за талию и потянула вперед, пока не прижалась всем телом к нему. Грохот ведра заглушил ее стон, когда его язык твердо скользнул в её рот. Она потянула его за мантию, и он прижался к ней бедрами, удерживая ее на месте. Его руки скользили по ней, то зарываясь в ее волосы, то сжимая ее спину. Она тяжело дышала ему в рот, пока ее собственные руки бесстыдно исследовали его. Тонкая линия талии, крепкие мышцы рук. Он всегда был в такой форме? И так хорошо пах? Это казалось почти невозможным. Его рука на ее спине решительно опустилась ниже. И он застонал ей в рот, когда она прижалась к нему бедрами. Вибрация от его стона, казалось, прошла мимо ее губ, вниз по груди и остановилась где-то ниже пупка. Где-то значительно ниже пупка. Он сильнее сжал ее волосы и потянул ее голову назад, прервав поцелуй. Она чувствовала, как он тяжело дышит. Время, вероятно, почти истекло. И семи минут им явно будет недостаточно.