Шантаж

28 декабря 2021 Самый обычный вечер вторника. В квартире Шастуна опять включён новый выпуск «Импровизации». Крутят Новогоднюю серию, которую отсняли ещё в октябре. А актерам надо играть будто через пару дней Новый год, что дома уже давно стоит наряженная елка, а куда бы ты не зашёл, везде пахнет мандаринами. Серьезно? Тогда во время съёмок даже листва не опала. Вокруг обман. Телефон Шаста разрывается от миллиона сообщений от одного абонента, о котором Ире знать не надо. Антон в который раз смотрит на часы. Скоро 22, в 23:20 у него поезд, о котором Ире тоже знать не надо. В своих мыслях Антон умоляет свою девушку поторапливаться. Ведь если он выйдет из дома всего на 10 минут позже, то все его планы пойдут коту под хвост. А поезд ждать не будет. Антон опять смотрит на время и вспоминает, что ему ещё и вещи собирать надо, но знать об этом Ире тоже не надо. Практически каждое его слово - ложь. Кузнецова застегивает молнию своего чемодана, после уймы потраченного времени на выбор одежды. Кажется, что на этом ее сборы окончены, а через пару часов она будет за тысячу километров от дома. Это не может не радовать Антона, как бы эгоистично это не звучало. — Я буду скучать, Тош, — сказала Ира, смотря на Антона влюблёнными глазами. — Я тоже, — старается как можно нежнее произнести эту фразу тот. Будто говорит это своему любимому Попову. Ещё 3 недели назад, когда все думали куда рвануть на новогодние праздники всей компанией, Антону пришлось выдумать отмазку, чтобы никуда не ехать, а побыть с Арсом. И никто же не проверит был ли Антон на съемках пилота, который нигде не покажут. Встречать Новый год с нелюбимой или с мужчиной, от которого он без ума? Выбор очевиден. — Позвони как прилетишь, — последнее, что сказал Антон до того, как дверь захлопнулась за Кузнецовой. И не прошло и минуты, как Ира вышла из квартиры, а на другом конце провода послышался голос. Голос, который стал для Шастуна родным. — Арс, Ира только уехала. Собираю вещи и лечу к тебе. Вроде даже не опаздываю, — по громкой связи рассказывает Антон, запихивая самый тёплый свитер в дорожную сумку. Питер как всегда встречает его ветром с Балтики и морозцем. — Если опоздаешь – убью. Следующая электричка только завтра в обед, а у меня ещё планы были. Хотел на каток с тобой сходить. — Каток? — переспросил Антон, надеясь, что послышалось, — Арс, да я там костей не соберу! — Давай поторопись, развалюха моя,— договаривает Арс и отключается — Сам развалюха, — не успевает договорить Шаст. «Развалюха моя» - повторяет за Поповым Антон. Он его развалюха, а как бы сказали фанаты – муж. Каждый раз Шастун удивляется, как они замечают их с Арсом мимолетные взгляды, после которых им приходится выслушивать нотации от Шеминова. Сколько бы он им не твердил, что рано или поздно все выльется на всеобщее обозрение, и скрывать будет бессмысленно, его слова не воспринимались всерьёз. Сколько уже было этих серьезных разговоров о том, что уже появляются подозрения об их не совсем дружеских отношениях. Но все бестолку. Так на протяжении 3 лет Шеминов изо всех сил их прикрывал как перед зрителями так и перед девушкой Антона, которая даже и не подозревая, была для них прикрытием. Но разве это остановит фанатов? Для них Антон и Арсений – это одно целое

* * *

Кто бы мог подумать, что самый простой воронежский пацан не из самой богатой семьи станет одним из самых популярных комиков. Такое ему даже и не снилось. А ещё Антон и представить себе не мог на сколько все перевернётся в его жизни. Расстаться с девушкой — пожалуйста! Начать новые отношения с миленькой землячкой — ничего необычного. Познакомиться с новыми коллегами из Питера — уже интереснее. Отметить 2 года совместной жизни с Кузнецовой — опять скучно. Изменить ей на гастролях с тем самым коллегой из Питера… И тут у Шаста снесло крышу. Ну влюбился. С кем не бывает? С ним не бывает! Влюбился в мужика! Влюбился в мужика. Как? Почему? Чем он вообще тогда думал? Если бы были ответы, Антон возможно бы и одумался, и не стал дальше изменять Ире. Но как бы сказали фанаты о предполагаемых отношениях Антона с Арсом: «Это правильно, да» А ведь если бы Шастун не остался с Поповым в отеле один на один, когда Стас, Оксана и Поз пошли знакомиться с окрестностями города, по улицам которого ходили тощие ножки Паши Воли, то не лежал бы он сейчас под одним одеялом с тем самым коллегой из Питера. Не ждал бы своего Арса, когда тот наконец соизволит выйти из душа перед тем, как лечь спать с ним в одну кровать. Не ворчал бы сейчас Шаст на соседку Попова, которая опять затусила с подружками в квартире через стену. Не искал бы он сейчас свою одежду на полу, чтобы выйти на балкон. В Питере зимы не на много холоднее мягких московских. Хотя ветер и ледяной, пронизывающий насквозь, что внутри все сжимается от таких морозов. Антон прикуривает сигарету, выпуская клубы дыма. И это «правильно». Очень правильно, когда его плечи обвивают руки Попова. Правильно, когда тот вдыхает запах Шастуна, оставляя несколько поцелуев один за одним. Правильно, когда шепчет ему что-то на ухо… когда он разговаривает с Ирой по телефону в начале пятого. — Говорят, что рейс задерживается ещё на час, — слышится Попову голос Кузнецовой. — Всякое случается, — отвечает Шаст после очередной затяжки, а потом добавляет к сказанному, — как доехали, кстати? — Нормально, таксист просто хороший попался. Вот и доехали до аэропорта всего за 20 минут. Теперь ходим по кафешкам. Везде аншлаг! Вообще мест свободных нет. Попов не вникает в их безумно не увлекательную для него беседу, отбирая сигарету у Антона. — Напиши как прилетишь, — последнее что сказал Антон перед тем, как отключился. Выдыхая сигаретный дым, Попов морщится. Не его это. — И какая отговорка у тебя на этот раз? —слышалась в его голосе нотка ревности вперемешку с грустью. Надоело. По началу казалось, что скрывать свои отношения — это экстремально, будоражаще. Это действительно вызывало уйму незабываемых эмоций. Было страшно. Было необычно. Было страстно. Но осточертело. Надоело встречаться в каких-то отелях. Хотелось стабильности, а не зажиматься по углам как какие-то подростки. Надоело врать Ире, но и сказать правду нельзя. — Сказал, что буду на съемках пилота, а потом якобы обещал помочь другу с новым проектом. Поэтому двухнедельный отпуск мы проведём вдвоём, как и планировали, — обьясняет Шаст. — Может уже расскажешь ей правду? — опять предлагает Арс. — Мы же это уже обсуждали. Ты представляешь какие могут быть последствия, Арс? Да нас попрут с телевидения! И так слухи уже давно ходят, а Ира прекрасно справляется с ролью любимой девушки. К тому же уже через пару недель съёмки команд. А там и Ира будет на моторе. Дусмухаметов должен видеть нас с ней, как счастливую семью. Ему не нужны проблемы ещё и с нами с тобой. Вспомни какая была шумиха после поцелуя Дорохова! Мы мгновенно, в ту же секунду вылетим, — убеждает его Антон, и Арс понимает. Но и Попова понять можно. Какой человек захочет делить с кем-то любимого человека? А ему приходится. Он вынужден видеть моменты каких-то влогов, где Ира целует его Антона. Он натыкается на их совместные фото. Больно так, что сердце разрывается на осколки. И ему приходится это терпеть изо дня в день. И никуда от этого не деться. — Но Ира же взрослый, как мне кажется, адекватный человек, который не станет выносить сор из избы. К тому же она любит тебя, а ты ведёшь себя с ней по-скотски, — продолжает Попов. — Арс, ты плохо ее знаешь — Может ты и прав, но разве, когда любишь человека станешь целенаправленно портить ему жизнь? Шастун тушит сигарету и берет вторую. Все по шастуновской классике. Ничего нового. — Мы не можем так рисковать. — Не попробуешь — не попробуешь Шастун морщится от этой фразы. — Мы не на съемках, Арс. Эта фраза ничего не несёт, — он делает затяжку и добавляет,- не знаю как ты, но я держусь обеими руками за эту работу. Что мы можем без «Импровизации». — Может ты и прав, — отвечает Попов, потирая замерзшее плечо ладонью, — Давай докуривай и иди спать. Иначе завтра весь день проспим. Докурив сигарету, Антон не спешил возвращаться в кровать где уже засыпал Арс. Облокотившись плечом о панорамное окно, Шастун смотрел на замёрзший Финский залив и на гипнотизирующе медленно падающие хлопья снега. — Знал бы ты как мне самому надоело это все скрывать, прошептал Антон, чтобы не разбудить Попова.

* * *

30 декабря 2021 Уже почти сутки Кузнецова находится в Стамбуле, откуда и выкладывает свои сторис, а фанаты, в свою очередь, гадают, где и с кем же Ира. Так ещё подливает масло в огонь сторис Антона с рекламой, по которой несложно догадаться, что Шастун явно не в Турции со своей любимой девушкой. Антон садится на переднее сидение автомобиля Попова, думая о том, что давно они никуда не выезжали вместе. Кто-то всегда был третьим. Даже Матвиенко, который раз в тысячу лет расстаётся со своей машиной, иногда составлял им компанию. Его трансляции и гневные высказывания на счёт шипперов дополняли их совместные поездки. Но даже в компании лучшего друга они были лишь хорошими приятелями и не более. — Красивые места Питера – машина Арсения, – повторяет свою же фразу Антон, сказанную впервые 3 года назад. Попов улыбается — Ты ещё сторис сними, – усмехнулся Арс, — так они точно не догадаются, что ты не с Кузнецовой. — Не душни, - просит Шастун, когда строчит сообщение Стасу, спрашивая об Ире. Не чужой же она ему всё-таки человек. Ночью дороги Питера пустые даже в предверии праздников. Все сидят дома и режут салаты, ведь до Нового года остались сутки. — Надеюсь, что там не будет дофига народу — Мечтать не вредно, – отвечает Попов на пороге бара, в который они и ехали. С этим заведением у них двоих только тёплые воспоминания. Когда также вдвоём до утра кричали старые песни. Тогда все было проще. Именно в то время они всей командой давали концерты в северной столице. И можно было предположить, что Димка с Серегой в том же баре с ними. Тогда хоть что-то могло остановить фанатов от безбашенных теорий. А сейчас Дима с женой в Будапеште, а Матвиенко со своей новой девушкой рванули в Дубаи. Так ещё за 2 года шоу «Импровизация» стала ещё популярнее, и ребята в том числе, из-за чего каждое их действие было на виду. Хоть Шастун с Поповым были изначально аккуратными и старались лишний раз даже не смотреть в сторону друг друга, то сейчас им нужно быть внимательнее втройне, чтобы не было проблем. — Да тут даже яблоку негде упасть, – констатирует факт Шаст, садясь с Арсом за барную стойку. — Не делай вид, что удивлён, – говорит Попов, осматривая уже знакомый им двоим бар, — Кстати, здесь, кажется, за эти два года ничего не изменилось. Даже бармен тот же. Арс заказывает шоты, как тем летом. Помнится, что после них была текила - дальше все, как в тумане. Самое яркое воспоминание того вечера — это песня Фактора 2, которые они кричали в один микрофон мимо нот. Час ночи Первый шот. Алкоголь обжигает горло Попова, оставляя терпкий вкус. Второй шот. Он наконец расслабляется за долгое время. Третий шот. Из головы вылетают навязчивые мысли, которые давно не давали ему покоя. Арсений смотрит в блестящие глаза Шаста, которые только рядом с ним сияют. — Я тебе говорил, что у тебя красивые глаза? – спрашивает Арс. Язык его заплетается уже после третьей рюмки. Возможно, на его состояние сказывается как моральная так и физическая усталость. Попов облокачивается головой о руку и не сводит глаз со своего Антона. — А ты уже хорошенький, – подмечает Шаст, усмехнувшись. Нечасто он видел Арса в таком состоянии. — Разве это не было целью нашего визита? – задаёт риторический вопрос тот, показывая жестом бармену повторить их заказ. Шестой шот даёт о себе вспомнить, когда те выбирали песню для караоке. К половине бутылки текилы связь с реальностью оборвалась окончательно, когда позволили себе быть непозволительно близко друг к другу прилюдно. Неосмотрительно! — Нас могут увидеть, – пытается опомниться Антон, но поздно, уже поздно. Поздно, когда Попов прижимает его к стене кабинки мужского туалета. Это уже слишком даже для них. Вариант поехать домой или в отель тогда даже не рассматривался. Хотелось прямо сейчас. Ими овладела страсть вперемешку с желанием. Наверное. Возможно. Смотря с какой стороны посмотреть. В тот час, в ту минуту, в ту секунду это было более чем правильно. — Так нас не увидят, — еле выговаривает Арс, закрывая дверь на щеколду. Он терзает губы Шаста, стараясь отбросить мысли, что каких-то пару дней назад его Антона целовала Кузнецова. И сердце разрывается. Арс отстраняется от него и смотрит на зацелованные губы. Ира не покидает его голову даже под алкоголем. От ревности сносит крышу, а от Шастуна башню, когда он снимает с Попова толстовку. Он притягивает Арсения ближе к себе, задевая горячее тело холодной цепью того самого массивного браслета, который он покупал вместе с цепью своему Арсу. Они не думают о возможных последствиях, когда Шаст расстегивает ширинку. Живут моментом, желая лишь запомнить каждую секунду, каждое прикосновение, каждый поцелуй, каждый проведённый вечер вдвоём.