Ленкина судьба

В том году на город обрушилась мода мини юбок, и уж городские школы она тем более не миновала! В яркий день 1 сентября всё было как будто так же, как всегда, перед линейкой царила обычная суматоха. А вот в 11-б вдруг поселилось непривычное смущение. За лето и парни, и девушки радикально изменились. Парни окрепли, выросли, тёмный пушок над губами заставлял их выглядеть гораздо моложе, хотя сами они считали, что выглядят взросло и солидно. Девушки вдруг заявились с выдающимися грудями и соблазнительными попками. А тут ещё и мода! Никуда от неё не уйдёшь! Все выпускницы, как одна, явно ушили подолы школьных платьев, и если в прошлом году буквально две-три девчонки демонстрировали свои одноклассникам длинные ноги, то сейчас куда ни кинь взгляд – вокруг вполне соблазнительные, уже совсем взрослые бёдра. И в их поведении появилось что-то новое, гордое, что ли. В общем, девочек было не узнать. А если учесть, что мода охватила абсолютно всех, и мимо мелькали восьми- и даже совсем мелкие-классницы с такими почти по попку открытыми ножками в белоснежных гольфах, что можно было хоть сейчас устраивать конкурс красоты, понятно, что взрослые парни стояли и потели, выпучив глаза. Впервые их собственные девочки их не до смеха возбуждали. В прошлом году они иронизировали по поводу их внешности и манеры одеваться, но теперь стоять рядом со своими стало по-новому волнительно, и никто не подшучивал – все парни пока уважительно молчали на тему одноклассниц. Пожилой учитель Борис Семёнович, видя новые наряды, слегка покачал головой. Пара эротических скандалов в этом году в школе неминуема. А выпускницы-то какие! Как раз мимо него прошла хорошо известная компания Лена Тарасова, Оля Синицына и Таня Маршева, и учитель слегка вздрогнул. Он хорошо погулял в своё время, и ему показалось, что в походке одной из девочек было что-то... Словно она уже чувствовала мужской член между ног. Он снова покачал головой: ну вот, началось. И он был прав. Немного оправившись от такого эротического удара, одиннадцатиклассники начали толпиться вокруг своих девочек, а тут и линейка началась, появился повод сгрудиться вместе. Несколько самых дерзких ребят, словно тиканы в японском метро, стали так близко, что их опущенные руки как бы случайно чиркали по неприкрытым бёдрам одноклассниц. Эта идея, похоже, пришла в голову не только им, так как минут через пять от места, где стояли восьмые классы, послышался звонкий шлепок руки по руке, и девочкин голос что-то злобно прошипел. Директор бросил в ту сторону сердитый взгляд, и шум затих. Выпускники переглянулись и улыбнулись усатыми губами: ну раз даже среднее звено уже не выдерживает напряжения, так им сам бог велел. Тарас Иванчук, который всегда хорошо общался с соседкой по парте Милой, начал ей шептать на ушко шутки по поводу директора и его приветственной речи; девушка тихо хихикала, а он, как бы имея логическое основание, приобнял её за талию. Кто-то фыркнул, но никакого другого плохого эффекта его смелость не возымела. Да и фыркнули, может быть, не по его поводу вообще. Коля, стоявший за подружками Леной и Олей, которые обнимались, просунул между ними руку, словно желая пройти между ними и выйти в первый ряд: мол, не слышно и не видно мне! Так он как бы одновременно потрогал за талию обеих. Они, естественно, не расступились, а возмущённо убрали его руку, в результате чего он смог провести чуть ли не по попке Лены. Так первого числа парни 11-б класса поняли, что пора устанавливать новые отношения, и надо трогать девчонок. За первую неделю учёбы парни быстро распределили своих одноклассниц на две категории: тех, кто бурно реагировал на притрагивания, и тех, кто делал вид, что их не замечает. Дальше всех зашёл Тарас со своей Милой – его соседка спокойно относилась к тому, что он обнимал её за талию. Среди девчонок поползли шепотки, что Мила уже позволяет себя целовать. Лена единственная оказалась в непонятно какой категории – она то могла громко выругаться и толкнуть парня, и очень ощутимо, если он потрогал её за попку или за талию, а могла просто насмешливо взглянуть на него и пройти дальше. Или отколоть ядовитую шуточку. Коля Осипов особенно активно к ней лез; по его словам, он пытался понять, в каком настроении Лена наиболее благожелательна, и потом рассказать другим парням свою теорию женского характера. Администрация школы взялась бороться с модой, пару раз целые группы девочек из разных классов прогоняли домой переодеваться, но операция «приличная длина платьев» проходила с большим трудом, а в старших классах вообще забуксовала. На носу экзамены, девушек домой не выгонишь, уговоры подавать шаловливым восьмым и девятым хороший пример тоже не действовали. Тем более тёплые деньки продолжались, платья носились те же, и мужская часть большинства классов уже коллекционировала засветы трусиков, преимущественно белого цвета. Парни, сидевшие с девочками, уже раз, или два, или три, клали соседкам руки на коленки. Как правило, если это не делалось нахально в открытую и руки не сдвигались под подолы, такие знаки внимания начали потихоньку считаться нормальными. Девушки тоже вели свой учёт. Были парни, которые лезли только к одной девочке, соседке по парте, например, а были те, кто готов был потрогать любую, оказавшуюся рядом. Но тут общего мнения не было. Некоторым нравилось, когда парень трогает за коленку только одну, другим нравились те, кто мог полапать любую – по причине их симпатичности. Коле, например, мало кто противодействовал, если он незаметно прижимал одноклассницу к стенке и водил рукой по боку и бедру. Так что процесс образования парочек шёл не быстро. Довольно много парней, казалось, решили перетрогать всех, а потом (как бы) выбирать. К такой политике девушки относились если не спокойно, то с некоторым пониманием. Неожиданно, кроме того, класс загудел сплетнями. Сначала обычными, не первый год повторяемыми – про парней, подглядывавших в женской раздевалке, что физрук хлопает девочек по заднице, а физик может и грудь потрогать, если попадёшься, что Мила вовсю целуется со своим Тарасом, что Вовка, предатель, лапает девочек из параллельного. Потом пошли темы поядрёнее: Валя взяла в рот у старшего брата подруги, Инна на вечеринке целовалась и с парнями, и с девушками. Начали обсуждать, кто уже лишился девственности. Недаром таких людей называют «злыми языками», скоро послышались и гадости. В следующий раз, когда после школы популярная девчачья троица пошла к Ольге посидеть и пообсуждать школьные и не только дела, хозяйка квартиры вдруг сказала: - Лена, ты уже слышала, что про тебя сегодня растрепали? - Нет ещё, - улыбнулась Лена. – Что я сплю со всеми парнями, с которыми меня видели вместе? Ольга улыбнулась в ответ как-то криво. - Нет... Говорят, ты беременная! Таня аж ахнула, прикрыла рот рукой. - Фу, какие гадости! Кто это такое распускает? К удивлению подруг, на глазах Лены выступили слёзы. - Откуда кто узнал? Я же никому не рассказывала... Ольга раскрыла рот. - Что, ты и правда беременная? - Нет... Но я уже не девочка. Как они узнали, я же никому... Подруги помолчали. Лена стряхнула злые слёзы с ресниц. - И кто это говорил? Вот я ей покажу! Повисла звенящая тишина. Потом, нерешительно, Таня всё же спросила то, что мучило её и Ольгу: - Лен, а когда это ты? С кем? - Этим летом, на море... Она вздохнула. - Знаю, девчонки, любопытство раздирает! Вам-то я могу рассказать. Только чтобы за пределы этой комнаты – ни-ни! Ольга и Таня торжественно поклялись.